Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Российский город в годы Первой мировой войны (на материалах Поволжья). Монография
.pdf
боту для игры на рояле сотрудников (Е. Нейнберг, подданной Германии, и Е. Добишца и Ф. Захара, подданных Австро-Венгрии), но и
вынуждены были закрыть заведения на две недели [27, л. 1-2]. В результате Айдаркины ежедневно несли убытки до 200 руб. [27, л. 3].
Такому исходу коммерческого предприятия астраханцев не помешало
даже то, что их единственный сын, оставив обучение в Петроградском политехническом институте, с октября 1914 г. добровольцем
ушёл на фронт, где к моменту случившегося и находился в качестве
прапорщика [27, л. 4, 7].
Недобросовестные предприниматели в годы войны использовали
текущий момент для отъёма собственности на территории страны у
лиц, являвшихся подданными государств – противников России в текущей войне, опираясь на законодательство о ликвидации таковой и
на враждебный настрой общества в отношение врага, с которым ассоциировались и гражданские лица. Жертвой подобных происков
стал германский подданный Ф. Ротман, владелец кирпичного завода в
районе города Самара. В сентябре 1914 г. самарский губернатор получил прошение от купца А.М. Сурошникова, жаловавшегося на захват якобы принадлежащего ему завода арендовавшим его Ф. Ротманом. В ходе разбирательства было установлено, что завод Ротман получил по наследству от отца, а документы Сурошникова на право его
собственности фиктивны, захват Сурошниковым завода был предотвращён [14, л. 204-208 об.]. Однако на этом проблемы Ротмана не завершились. Самарский губернатор направил запрос Председателю
Самарского окружного суда, в котором предлагал рассмотреть вопрос
о передаче на хранение имущества, полученного Ротманом от отца,
каким-либо российским подданным, поскольку Ротман в связи с войной стал считаться военнопленным. В результате согласно судебному
постановлению от 14 ноября 1914 г. хранение движимого имущества
Ротмана было передано под контроль россиян – супругов Александра
Савельевича и Амалии-Ольги Верховских [14, л. 210-218].
На предпринимательской деятельности жителей тыла отразилась
«шпиономания», распространившаяся в годы войны. Выявлены слу-
161
чаи её использования в целях борьбы с конкурентами. Так, в июле
1914 г. на владельца шляпного самарского магазина Чульда поступил
донос начальнику Казанского губернского жандармского управления
(ГЖУ), а от него – начальнику Самарского ГЖУ. В доносе отмеча-
лось, что перебравшийся из Казани в Самару австрийский подданный
Чульда при помощи сожительницы Шульке, владевшей в Казани
шляпным магазином «Леокардия», и её брата осуществляет шпионаж
в пользу Австро-Венгрии. Но в ходе расследования было установлено, что Чульда, хотя и является австрийским подданным, но по национальности – чех, с Шульке знаком, но никогда с ней не сожительствовал, а владелица казанского шляпного магазина «Леокардия» –
его супруга, Л.В. Ничевская, брат которой служит у Чульды. Шульке
являлась супругой другого казанского владельца шляпного магазина,
Лисовского, – конкурента Чульды. Переехав в Самару Чульда перевёл туда и шляпный магазин. В ходе разбирательства Чульда был
арестован на несколько дней, подвергся обыску. Расследование не
подтвердило сведений о шпионаже со стороны Чульды, свело основание возбуждения дела к проискам конкурентов [19, л. 39-40 об., 44].
Так же из-за «шпиономании» пострадал самарский торговец, татарин Саттар Манафов, мусульманин. Вмешательство государства в
его жизнь, подорвавшее коммерческую практику, было связано с поиском так называемых «панисламистов». С. Манафов на два месяца, с
10 февраля 1915 г. до 7 апреля 1916 г., был оторван от привычной
жизнедеятельности. События развивались следующим образом.
31 января 1915 г. в Самаре был составлен протокол о нахождении в
магазине торговца фруктами С. Манафова пленного турецкого офицера, состоявшего на лечении в лазарете № 15, выявлено, что турецкие офицеры часто посещали данный магазин. 1 января 1916 г. на пограничном пункте Унген был задержан бежавший из Сибири по подложному паспорту пленный офицер Мустафа Закерия. На допросе
Закерия указал на наличие в Российской империи организаций, готовящих побеги пленных турецких офицеров и переброску в Россию
шпионов. Главным пунктом он назвал Иркутск, сообщил, что пред-
162
ставители организаций есть и в Самаре. По подозрению в помощи татарско-турецким организациям, готовящим побеги турецких военнопленных, в Самаре было установлено наблюдение за корреспонденцией видных представителей мусульманского общества, но подобной
деятельности не обнаружилось. По запросу начальника Иркутского
ГЖУ началось дознание по личности Саттара Манафова, за ним установили филерское наблюдение. Во время пребывания торговца в Уфе
был проведён обыск в Самаре в его доме и в магазине, обнаружены
письма на русском и татарском языках. 10 февраля в Уфе Манафов
был арестован, препровождён в Самару и помещён в тюрьму до выяснения обстоятельств. Основанием для воздействия на Манафова
стали также сведения Одесского ГЖУ об отправке одним из пленных
турецких офицеров письма в Самару. В ходе проведённого расследования доказательств о причастности С. Манафова к противоправной
деятельности выявлено не было, и 7 апреля 1916 г. судебный следователь Виленского окружного суда по особо важным делам распорядился освободить его из под стражи и выпустить из самарской тюрьмы [24, л. 18-29, 41-49, 75-77 об., 113; 105, с. 454-455].
Война внесла серьезные коррективы в сферу межличностного
общения и связей. В частности, были затронуты личные контакты и
отношения с близкими людьми, друзьями, знакомыми. Часто они
осуществлялись в форме переписки, если люди жили в разных населённых пунктах страны. В связи с военным временем деятельность
цензуры расширилась, перлюстрации военных цензоров подлежали
не только письма с фронта, но и внутренняя гражданская корреспонденция. Сведения, недозволительные, с точки зрения военной цензуры, подлежали купированию, что обывателями воспринималось как
вторжение в частную жизнь, вызывало следующие суждения: «Удивляюсь! Какой дурак интересуется моими письмами!» (письмо
В.Г. Зуева из Ташкента в Царицын, октябрь 1914 г.) [96, л. 145 об.];
«Чёрт бы побрал этого Ивана Ефимовича [цензора] (примеч. автора),
ну что он привязался к нашим письмам» [96, л. 175-175 об.] (письмо
В.Г. Зуева из Ташкента в Царицын, ноябрь 1914 г.); «...на 8-й страни-
163
це 2 строчки замазаны вверху чернилами или краской, так что нет
возможности рассмотреть, что тут было написано... Чёрт знает что за
безобразие и что за шпионство» (письмо В.И. Созова из Буинска, январь 1915 г.) [69, л. 52-53].
Сфера межличностного общения и связей включает отношения
интимного характера. Сосредоточение призывников на пунктах мобилизации, военнослужащих в тыловых гарнизонах, раненых и больных фронтовиков в лазаретах и госпиталях, военнопленных в городах
и сёлах вызвало в годы войны всплеск внебрачных связей, и как следствие – рождение внебрачных детей. Например, по Саратову, если
принять за 100 % количество детей, рождённых в 1914 г. от незарегистрированных браков, окажется, что в 1915 г. данный показатель возрос до 240,9 % по мальчикам и 258,5 % по девочкам, в 1916 г. составлял соответственно 204 % и 189,7 %, в 1917 г. – 154,3 % и 157,7 %, в
1918 г. – 144,9 % и 138,7 %. Наибольшее появление внебрачных детей
отмечалось в первые годы войны, совпало с массовыми мобилизациями и значительно превысило показатели по рождаемости детей в зарегистрированных браках, составив по отношению к 100 % 1914 г. в
1915 г. – 83,6 % по мальчикам и 79,3 % по девочкам, в 1916 г. – соответственно 66,5 % и 61,3 %, в 1917 г. – 58,2 % и 57,5 %, в 1918 г. –
74,2 % и 76,4 % [44, с. 12]. Также в период войны резко выросло количество подкинутых детей. По Саратову на 100 родившихся детей
подкидышей было в 1914 г. – 1,26, в 1915 г. – 99,2, в 1916 г. – 70,1, в
1917 г. – 49,5, в 1918 г. – 2,4 [44, с. 13].
На отношения интимного характера между военнопленными и
жительницами тыла указывают, например, случаи, получившие скандальную известность в нескольких городах Саратовской губернии.
Так, представитель местных структур ГЖУ в связи с размещением в
Аткарске в январе 1915 г. более 400 военнопленных австрийцев, свободно перемещавшихся по городу, отмечал, что «некоторые аткарские барышни и молодые дамы питают любезную симпатию к австрийцам и многие начали гулять с ними» [83, л. 37-38 об.]. Жительница Сердобска, Е.П. Кулябко, весной 1915 г. симпатизировала плен-
164
ным, «часто посещая... и каждый раз принося им шоколад, конфеты и
печенья» [76, л. 19-19 об.]. А согласно рапорту начальника Саратовского ГЖУ саратовскому губернатору от 2 марта 1915 г. поведение
сестёр милосердия в саратовском лазарете № 4 Всероссийского Земского Союза, в котором размещались исключительно больные и раненые военнопленные немцы и австрийцы, «обеспечило» ему среди
населения славу «русского бардака для пленных» [82, л. 24-25].
Данные примеры подчёркивают, что частная жизнь человека в
сфере интимных отношений в годы войны вызвала пристальное внимание общества и охранительных структур власти, стала сопоставляться с понятием патриотизма и непатриотическим поведением.
Наиболее заметное влияние в контексте организационной составляющей частной жизни тылового населения Первая мировая война оказала на место работы и учёбы человека. Взрослое население призывалось в действующую армию, что для некоторых его представителей
было удивительно, вызывало суждения, подобные следующим:
«...получил телеграмму, что меня вызывают офицером ополчения... не
подозревал, что может быть такой закон» (саратовец адвокат
Н.Н. Мясоедов, январь 1915 г.) [85, л. 38-38 об.]; «Когда нам объявили о
мобилизации, я от неожиданности как-то растерялся… Управляющий
нам объявил, что мы с брони сняты… При выходе из мастерской мне
казалось тогда, как будто бы я что-то оставил в ней» (самарец, рабочий
В.М. Дубинин, о мае 1916 г.) [26, л. 1-2]. Для женщин поиск работы
стал особенно сложен, поскольку ранее многие из них не зарабатывали
средства на жизнь, теперь же вынуждены были это делать в связи с инфляцией. Так, М.М. Мясоедова в письме к родственнику в мае 1915 г.
отмечала, что её дочь «служила, теперь ушла уже месяц тому назад, так
как место нештатное. Где придётся устраивается» [87, л. 3].
Учащиеся вынуждены были пропускать установленное время
обучения, в связи с переносом начала занятий из-за размещения военных в помещениях учебных заведений. Так, в Самарской губернии
не начались вовремя занятия в 1914 г., например, в учебных заведениях города Николаевск, бугурусланских реальном училище и 1-й
женской гимназии [14, л. 119].
165
Медико-физиологическую сферу частной жизни составляют психические отклонения, расстройства различного происхождения. Полагаем, что к такому проявлению можно отнести «шпиономанию»,
выражавшуюся в тенденции воспринимать любое непонятное или непривычное явление, событие как подозрительное, враждебное, а связанных с ним лиц – как вражеских шпионов [105, с. 430-434, 675].
Война перевернула представления о частной жизни человека, вынесла в публичную сферу многие её компоненты, утвердила вмешательство в неё государственных институтов и общества. Полагаем,
что данный фактор сыграл важную роль в развитии революционного
процесса 1917 г. и в распространении идеологии коллективизма.
* * *
Поведенческие практики, отмеченные в условиях военных лет в
городах Поволжья, позволяют выявить присущие для быта городского населения тыла отличительные для эпохи Первой мировой войны
особенности. К ним относятся: распространившееся в условиях экономических неурядиц изменение социального и профессионального
статуса, необходимость уделять больше времени обеспечению привычных потребностей, сокращение таких потребностей, участие в
массовых шествиях, вынесение личного в публичную сферу.
СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ
1. Алехин Д.В. Городское население тамбовской губернии и Первая миро-
вая война (июль 1914 – февраль 1917 гг.): дис. ... канд. ист. наук. – Тамбов,
2003. – 267 с.
2. Астраханский вестник. 1916. 1 января.
3. Астраханский листок. 1916. 13 (26) августа.
4. Астраханский листок. 1916. 17 (30) августа.
5. Белова И.Б. Первая мировая война и российская провинция. 1914 – фев-
раль 1917 г. / Под ред. Г.А. Бордюгова. – М.: АИРО-ХХI, 2011. – 288 с.
6. Белова Т.В. Стачечное движение в губерниях Верхнего Поволжья в годы
Первой мировой войны. (19 июля 1914 – февраль 1917 гг.): автореф. дис. …
канд. ист. наук. –
Кострома, 1993. – 21 с.
166
7. Богородицкая Н.А. Рабочие Нижегородской ярмарки в период первой
мировой войны и Февральской революции // Рабочие ЦентральноПромышленного района России в условиях империалистической войны и Февральской революции: межвуз. тематич. сб. науч. тр. – Горький, 1990. – С. 58-66.
8. Борщукова Е.Д. Патриотические настроения россиян в годы Первой ми-
ровой войны: автореф. ... канд. ист. наук. – СПб., 2002. – 24 с.
9. Веременко В.А. Проблема внебрачных семей офицеров и запасных в
России начала ХХ века // Война и повседневная жизнь населения России XVII–
XX вв. (к столетию начала Первой мировой войны): мат. междунар. науч.
конф., 14-16 марта 2014 г. / Под общ. ред. проф. В.Н. Скворцова; отв. ред.
В.А. Веременко. – СПб.: ЛГУ им. А.С. Пушкина, 2014. – С. 157-164.
10. Голос нижегородца. 1917. 24 июня.
11. Голубинов Я.А. Продовольственный вопрос в Среднем Поволжье в годы
Первой мировой войны: дис. ... канд. ист. наук. – Самара, 2009. – 236 с.
12. Городской вестник. 1914. 24 июля.
13. Государственное бюджетное учреждение Самарской области «Центральный государственный архив Самарской области» (далее – ГБУСО
«ЦГАСО»). Ф. 3. Оп. 61. Д. 10.
14. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 3. Оп. 61. Д. 26.
15. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 3. Оп. 61. Д. 28.
16. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 3. Оп. 233. Д. 3792.
17. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 466. Оп. 1. Д. 6.
18. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 466. Оп. 1. Д. 10.
19. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 468. Оп. 1. Д. 1933 а.
20. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 468. Оп. 1. Д. 2007.
21. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 468. Оп. 1. Д. 2047.
22. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 468. Оп. 1. Д. 2127.
23. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 468. Оп. 1. Д. 2222.
24. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 468. Оп. 1. Д. 2246.
25. ГБУСО «ЦГАСО». Ф. 468. Оп. 1. Д. 2352.
26. ГБУСО «ЦГАСО». Ф.-Р. 3947. Оп. 2. Д. 1.
27. Государственное казённое учреждение Астраханской области «Госу-
дарственный архив Астраханской области» (далее – ГКУ АО «ГААО»). Ф. 1.
Оп. 9. Д. 1273.
28. ГКУ АО «ГААО». Ф. 286. Оп. 2. Д. 487.
29. ГКУ АО «ГААО». Ф. 290. Оп. 2. Д. 415 а.
30. Государственное казённое учреждение Центральный архив Нижегородской области (далее – ГКУ ЦАНО). Ф. 918. Оп. 1. Д. 980.
167
31. ГКУ ЦАНО. Ф. 918. Оп. 8. Д. 535.
32. Государственное казённое учреждение Ярославской области «Госу-
дарственный архив Ярославской области» (далее – ГКУ ЯО ГАЯО). Ф. 73.
Оп. 7. Д. 1163.
33. ГКУ ЯО ГАЯО. Ф. 73. Оп. 7. Д. 1310.
34. ГКУ ЯО ГАЯО. Ф. 73. Оп. 7. Д. 1312.
35. ГКУ ЯО ГАЯО. Ф. 906. Оп. 1. Д. 183.
36. ГКУ ЯО ГАЯО. Ф. 906. Оп. 1. Д. 271.
37. Государственный архив Российской Федерации (далее – ГА РФ).
Ф. 270. Оп. 1. Д. 116.
38. ГА РФ. Ф. 1778. Оп. 1. Д. 164.
39. Гудков Б.И., Марова М.Ю. Сормовский завод в 1914-1917 гг. // Рабочие
Центрального промышленного района России в борьбе за победу и утверждение завоеваний Великого Октября. – С. 16-20.
40. Дякин В.С. Русская буржуазия и царизм в годы первой мировой войны
1914-1917 гг. – Л.: Наука, 1967.
41. Известия Саратовской Городской Думы. 1916. № 7.
42. Казанский телеграф. 1914. 14 октября.
43. Казанский телеграф. 1916. 14 июня.
44. Ковалевский А.Г. Очерки по демографии Саратова (рождаемость и
смертность за 1914–1927 гг.). – Саратов, 1928.
45. Козьма Минин. 1915. 12 сентября.
46. Костромская жизнь. 1914. 22 июля.
47. Костромское охранное отделение. Записки жандармского офицера. Кострома, 1917. 38 с.
48. Костромской телеграф. 1915. 8 июля.
49. Костромской телеграф. 1915. 23 июля.
50. Кушнир Е.Н. Изменение повседневной жизни городского населения Западной Сибири в годы Первой мировой войны. URL:
http://www.newlocalhistory.com/content/2010-novaya-lokalnaya-istoriya-socialnyepraktiki (дата обращения: 18.03.2015).
51. Леонов М.И. Власть и общество Средней Волги и Заволжья в годы
Думской монархии // Вестник Самарского государственного университета.
2013. № 8/2 (109). – С. 139-150.
52. Лепешкина Н.П. Неприкосновенность частной жизни, что это? URL:
http://www.lawmix.ru/comm/1707 (дата обращения: 20.12.2014).
53. «На помощь хозяйкам. Как приготовить недорогой питательный обед
без мяса» // Казанский телеграф. 1916. 4 августа. – С. 4; 21 августа. –
С. 3.
168
54. Национальный архив Республики Татарстан (далее – НА РТ). Ф. 1. Оп.
5. Д. 1522.
55. НА РТ. Ф. 199. Оп. 1. Д. 1108.
56. НА РТ. Ф. 199. Оп. 1. Д. 1109.
57. НА РТ. Ф. 199. Оп. 1. Д. 1130.
58. НА РТ. Ф. 199. Оп. 2. Д. 1538.
59. НА РТ. Ф. 199. Оп. 2. Д. 1580.
60. НА РТ. Ф. 199. Оп. 2. Д. 1631.
61. НА РТ. Ф. 482. Оп. 2. Д. 20.
62. НА РТ. Ф. 1153. Оп. 1. Д. 433.
63. НА РТ. Ф. 1153. Оп. 1. Д. 473.
64. Ниманов И.Б. Революционное движение в Поволжье в годы первой ми-
ровой войны (июль 1914 – февраль 1917 гг.) (На материалах Марий-Эл, Мордовии, Чувашии): автореф. дис. … канд. ист. наук. – Самара, 1994. – 26 с.
65. Новожилов Е.И. Рабочие Нижегородской губернии в борьбе за улучшение жизненных условий в 1917 году // Рабочие Центрального промышленного района России в борьбе за победу и утверждение завоеваний Великого Октября. – С. 47-52.
66. Областное государственное казённое учреждение «Государственный
архив Костромской области» (далее – ОГКУ «ГАКО»). Ф. 133. Оп. 2. Т. 10.
Д. 14450.
67. Областное государственное бюджетное учреждение «Государственный
архив Ульяновской области» (далее – ОГБУ «ГАУО»). Ф. 76. Оп. 7. Д. 1488.
68. ОГБУ «ГАУО». Ф. 76. Оп. 7. Д. 1495.
69. ОГБУ «ГАУО». Ф. 855. Оп. 1. Д. 1262.
70. ОГБУ «ГАУО». Ф. 855. Оп. 1. Д. 1279.
71. ОГБУ «ГАУО». Ф. 855. Оп. 1. Д. 1386.
72. Областное государственное учреждение Государственный архив Саратовской области (далее – ОГУ ГАСО). Ф. 1. Оп. 1. Д. 9266.
73. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9585.
74. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9623.
75. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9633.
76. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9635.
77. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9638.
78. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9774.
79. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9777.
80. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9801.
169
81. ОГУ ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 10110.
82. ОГУ ГАСО. Ф. 53. Оп. 1. 1915 г. Д. 10.
83. ОГУ ГАСО. Ф. 54. Оп. 1. Д. 382.
84. ОГУ ГАСО. Ф. 55. Оп. 1. Д. 522.
85. ОГУ ГАСО. Ф. 409. Оп. 1. Д. 370.
86. ОГУ ГАСО. Ф. 409. Оп. 1. Д. 435.
87. ОГУ ГАСО. Ф. 409. Оп. 1. Д. 909.
88. ОГУ ГАСО. Ф. 560. Оп. 1. Д. 2.
89. ОГУ ГАСО. Ф. 831. Оп. 1. Д. 312.
90. ОГУ ГАСО. Ф. 1089. Оп. 1. Д. 656.
91. ОГУ ГАСО. Ф. 1089. Оп. 1. Д. 676.
92. Парамонов В.Н. Качество жизни россиян в военный период 1914–
1918 гг.: историографический аспект // Вестник Волгоградского государствен-
ного университета. Серия. 4: История. Регионоведение. Международные отношения. 2014. № 5 (29). – С. 39-51.
93. «По городу» // Казанский телеграф. 1916. 15 мая. С. 3.
94. Поведение // Словари и энциклопедии на Академике. URL:
http://psychology.academic.ru/1651/поведение (дата обращения: 20.03.2015).
95. Поршнева О.С. Эволюция образа войны в сознании массовых слоев
российского общества в 1914 – начале 1917 г. // Военно-историческая антропология: ежегодник, 2005/2006. Актуальные проблемы изучения / глав. ред. и
сост. Е.С. Сенявская. – М., 2006. – С. 82-98.
96. Российский государственный военно-исторический архив. Ф. 13841.
Оп. 1. Д. 4.
97. Румянцев Е.Д. Фабрично-заводской пролетариат Поволжья в годы империалистической войны и Февральской буржуазно-демократической революции (социальный облик, экономическое положение, революционная борьба):
дис. … д-ра ист. наук. – Казань, 1991. – 593 с.
98. Русь. 1915. 25 июня.
99. Рыбинский листок. 1914. 12 октября.
100. Рыбинский листок. 1917. 1 августа.
101. Рыбинский листок. Вечерние телеграммы. 1914. 29 сентября.
102. Северная газета. 1914. 22 июля.
103. Северная газета. 1914. 27 июля.
104. Северная газета. 1914. 3 августа.
105. Семенова Е.Ю. Мировоззрение городского населения Поволжья в го-
ды Первой мировой войны (1914 – начало 1918 гг.): социальный, экономический, политический аспекты. – Самара: АНО «Изд-во СНЦ РАН», 2012. – 888 с.
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]