Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Римское частное право. Учебник
.pdf
Глава 27. Цессия и принятие на себя чужого долга
321
Аналогичное правило применялось в материальном праве
Квинтом Муцием Сцеволой, жившим около 125 г. до н.э., т.е. в пери
од перехода от легисакционного процесса к формулярному (п. 52).
Neс paciscendo nес legem dicendo nес stipulando quisquam alteri
cavere potest (D. 50. 17. 73. 4). — Ни путем соглашения, ни
установлением условий сделки, ни путем стипуляции никто не
может обусловливать права для другого.
Архаический стиль этого изречения, восхождение его к вер
ховному жрецу и юристу эпохи veteres Квинту Муцию Сцеволе
показывают, что не только во времена составителей Дигест, но и в
классическую эпоху эти правила повторялись с чувством почте
ния; однако живым голосом (viva vox) права они уже не были.
364. Использование института когнитора и прокуратора для
совершения цессии. Как в процессе, так и в долговых отношениях
появляется фигура когнитора, представителя, который назначает
ся стороной путем торжественной формулы, произносимой перед
претором в присутствии противника. Правовая фигура когнитора
была использована для цессии (уступки требования), т.е. для заме
ны прежнего кредитора новым. В этих случаях в исковом требова
нии (в интенции) обозначалось имя кредитора, а в части формулы,
относящейся к решению, кондемнации, обозначалось имя когнито
ра и решение выносилось в его пользу или против него, а не в пользу
или против прежнего кредитора (Гай. 4. 86).
Этот институт представителякогнитора, а в несколько более
поздней стадии — прокуратора, был использован для осуществле
ния цессии, или для замены прежнего кредитора новым. Для этой
цели старый кредитор (К
1
) назначал нового кредитора (К2) своим
procurator in rem suam, т.е. таким представителем, который управо
мочен обратить взыскание в свою пользу, не будучи обязан отчи
тываться.
Таким образом, procuratio in rem suam стала, по сути дела, цес
сией; доверитель, он же прежний кредитор, становился цедентом,
т.е. лицом, уступающим свое право требования, а «доверенный в
свою пользу», procurator in rem suam, становился новым кредито
ром, приобретателем прав цедента или цессионарием, выражаясь в
послеюстиниановых терминах. Но при этом обходном способе цес
сии существовало опасение, что смертью цедента (формально: до
верителямандатора) данная доверенность — procuratio in rem suam,
322
Раздел VII. Общее учение об обязательствах и договорах
прекратит свое действие, как и всякий мандат, а вместе с тем отпа
дет и цессия. Кроме того, цедент, как всякий доверительмандатор,
мог отменить правомочие. Тут практика выработала remedia — пра
вовые средства помощи, а именно: если прокуратор уже предъявил
иск, то после вступления должника в ответ по иску правомочие
может быть отменено лишь при наличии уважительных причин —
causa cognita.
Выросшая на формальной почве полномочия цессия именует
ся в источниках терминами этого именно института. Например, ког
да сонаследники, при распределении между собой долговых требо
ваний, цедируют (уступают) друг другу эти требования, то это выра
жается римским юристом так:
Alter alteri mandat actiones procuratoremque eum in rem suam
facit (D. 10. 2. 2. 5). — Один другому уступает [буквально: по
ручает] требования и делает его «поверенным, действующим в
свою пользу».
365. Цессия как продажа долговых требований. Нередко юри
сты конструировали цессию как продажу цедентом цессионарию
своего права требования с должника: nomen debitoris vendidit —
цедент продал право требования с должника (D. 46. 1. 36).
Такая конструкция подсказывалась самой жизнью. Мы уже
видели, что продажа исковых требований стала бытовым явлением.
Можно считать, что подвижность обязательственных требова
ний возникла главным образом в связи с продажей наследства как
единого целого, охватывающего и телесные вещи, и права требова
ния. Неслучайно продажа искового требования объединена в Ди
гестах с продажей наследства в одном титуле: De hereditate vel
actione vendita (D. 18. 4).
На примере продажи наследства как совокупности вещей и
долговых требований мы можем проследить развитие института
цессии от начальной стадии до конечной.
366. Цессия долговых требований при продаже наследствен"
ной массы. Продажа наследственной массы в целом была искон
ным явлением римской хозяйственной жизни. Она вначале офор
млялась по способу in iure cessio (п. 197); об этом подробно гово
рится у Гая (2. 34—37 и 3. 85—87). Покупателем наследственной
массы назывался еще в классическую эпоху (213 г. н.э.) is cui cessit
Глава 27. Цессия и принятие на себя чужого долга
323
heres — тот, в пользу кого наследник совершил in iure cessio (С. 7.
75. 1). Самый термин «цессия» является пережитком эпохи «in iure
cessio».
Рассказывая о продаже наследства путем in iure cessio, Гай
различает два случая: первый, когда лицо, к которому наследство
должно перейти по закону (без завещания), продает наследство до
заявления о принятии его, другими словами, как выражается Гай,
до того, как это лицо фактически стало наследником. В данном слу
чае наследником становится тот, кому наследство было in iure це
дировано:
Ac si ipse per legem ad hereditatem vocatus esset (Гай. 2. 35). —
Как если бы сам покупатель наследства был по закону призван
наследовать.
В разбираемом случае действовала фикция о том, что покупа
тель наследства являлся с самого начала наследником по закону;
он осуществлял в силу этого универсальное, т.е. общее, совокупное
преемство во всех правах умершего. Тут не вставал вопрос о сес
сии, которая является типом сингулярного, т.е. раздельного, единич
ного преемства в отдельных правах, а именно в правах, вытекаю
щих из долговых требований.
Более сложно дело обстоит во втором случае, рассмотренном
у Гая, когда продажа наследства происходила после принятия его
наследником; тут получаются своеобразные последствия: ipse heres
permanet et ob id creditoribus tenebitur — он сам остается наследни
ком, в том смысле что он, наследник, остается ответственным по
долгам (пассиву) наследства. Что же касается наследственного ак
тива, то тут не происходит совокупный переход всего актива, а имеет
место расщепление:
Corpora transeunt ad eum, cui hereditas cessa est, ac si singula
in iure cessa fuissent, debita vero pereunt (Гай. 2. 35). — Вещи
переходят к приобретателю наследства, как если бы каждая в
отдельности была ему передана, а долговые требования пога
шаются.
Здесь corpora — телесные вещи — обладают подвижностью —
transeunt; долговые требования неподвижны, не переходят и даже
погибают, почти так, как по упомянутому во вновь найденном
отрывке Гая (4. 17а) закону Лициния, когда при продаже наслед
324
Раздел VII. Общее учение об обязательствах и договорах
ником его доли, право на иск теряется как им, так и приобретате
лем (D. 4. 7. 11).
Но в развитом гражданском обороте немыслимо такое поло
жение вещей, при котором debitores hereditarii lucrum faciunt eo
modo — должники наследственной массы извлекают выгоду (Гай.
2. 35).
В III в. нашей эры in iure cessio так же, как манципация, все
больше вытесняется договором куплипродажи; на смену hereditas
in iure cessio приходит emptiovenditio hereditatis. И здесь, как в
свое время у Гая, говорится не о переходе наследства в совокупнос
ти, а раздельно о судьбе телесных вещей и о судьбе долговых тре
бований. Но эти последние уже не погибают, как это происходило
у Гая.
Venditor res hereditarias tradere debet (D. 18. 4. 14. 1). —
Продавец должен передать [традировать] наследственные вещи.
Hereditarias actiones praestari emptori debere (D. 18. 4. 2. 8). —
Наследственные исковые требования продавец обязан переус
тупить покупателю.
367. Объем переходящих прав. Объем прав, переходящих по
сессии, строго очерчен —
...ut quidquid iuris haberet venditor emptor haberet (D. 18. 4.
13). — ...с тем, чтобы покупатель имел бы столько именно прав,
сколько имел бы продавец [наследник].
Цедируемое право переходит со всеми обеспечениями и пре
имуществами (D. 18. 4. 6), но и с возражениями, которые можно
было противопоставить цеденту (продавцу наследства).
Neque amplius neque minus iuris emptor habeat, quam apud here"
dem futurum esset (D. 18. 4. 2. pr. Ульпиан). — Покупатель
должен иметь не больше и не меньше прав, чем имел бы наслед
ник [если бы он оставил наследство за собой].
Мы видели выше (п. 364), что подвижность права требования
зародилась в наследственных правоотношениях; теперь мы видим,
что эта подвижность проходит в строго ограниченных рамках: neque
amplius neque minus, как говорит Ульпиан, а ровно столько. Это
положение, зародившееся в наследственном праве, получило в ус
тах того же Ульпиана обобщение, перешедшее в века. В 46й книге
Глава 27. Цессия и принятие на себя чужого долга
325
комментария Ульпиана к эдикту, которая, как можно заключить из
сопоставления с инскрипцией (указатель источника) в D. 38. 7. 2,
трактовала о наследстве, содержится следующее знаменитое изре
чение:
Nemo plus iuris ad alium transferre potest quam ipse haberet
(D. 50. 17. 54. Ulpianus libro 46 ad edictum). — Никто не мо
жет перенести больше прав на другого, чем он имел бы сам.
Имеются веские основания считать, что сама идея о переносе
права — ius transferre, в особенности в отношении долговых требо
ваний, зародилась именно при продаже наследства, этого экономи
чески наиболее яркого случая мобилизации обязательственного тре
бования.
368. Неудобства, связанные с procuratio in rem suam. Как же
происходила цессия исковых требований в составе общей массы
проданного наследственного имущества? Это происходило уже из
вестным нам способом, состоявшим в использовании института
полномочия, procuratio in rem suam. По словам Папиниана —
venditor hereditatis emptori mandat actiones (D. 2. 15. 17). —
продавец наследства доверяет покупателю свои исковые требо
вания.
Однако этот способ таил в себе опасность в виде недостаточ
ной обеспеченности интересов приобретателя наследственных дол
говых требований.
Традиция неподвижности обязательства была настолько силь
на, что, несмотря на состоявшуюся путем procuratio in rem suam
уступку требования, продавец сохранял право заключать мировую
сделку с должником.
Venditor hereditatis, emptori mandatis actionibus, cum debitore
hereditario, qui ignorabat venditam esse hereditatem, transegit
(D. 2. 15. 17). — Продавец наследства, цедировавший исковые
требования покупателю, заключил мировую сделку с должником,
не знавшим о состоявшейся продаже наследства.
В этом случае требование покупателя (цессионария) к долж
нику было парализовано эксцепцией (возражением) о состоявшей
ся мировой сделке. Перед римскими юристами встал вопрос: как
сделать, чтобы —
326
in rem suam procurator non debet carere propria lite (D. 3. 3.
25). — цессионарий, этот «доверенный в свою пользу», не дол
жен был лишиться собственного искового требования.
Раздел VII. Общее учение об обязательствах и договорах
Осознана была необходимость того, чтобы формальное пол
номочие превратилось в собственное исковое требование и чтобы
это полномочие стало безотзывным, неотменяемым по воле про
давца наследства. Необходимость ограничить права продавца осо
бенно остро ощущалась, когда покупатель наследства, не получив
procuratio in rem suam no отдельным искам, всетаки производил
расчеты с должниками наследства, а продавец, несмотря на это, об
ращался со своей стороны к должникам с требованием уплаты (D.
2. 14. 16).
369. Предоставление покупателю наследства самостоятель"
ного иска по приобретенным долговым требованиям. Еще в сере
дине II в. н.э. покупателю наследства давался иск, вызванный по
требностями оборота, actio utilis; покупатель уже действовал не как
procurator, a от своего имени. Даваемая покупателю actio utilis стро
илась, повидимому, на предположении (фикции) о том, будто бы
покупатель является сам наследником — ас si heres esset. Мы уже
видели выше, что это предположение было исходным моментом
для защиты прав покупателя наследства по in iure cessio (Гай. 2.
35); пройдя через стадию procuratio in rem suam в связи со стремле
нием придать этой procuratio (полномочию) характер безотзывно
сти, римское право пришло к начальному, но более осложненному
последующим развитием положению: ас si heres esset. Эта actio utilis,
даваемая покупателю наследства, еще не получившему переуступ
ки долговых требований, является своеобразной цессией, основан
ной не столько на воле цедента, сколько на велении действующего
права. Она послужила зерном, откуда возросла так называемая
cessio legis, т.е. цессия, основанная на велении закона, наступаю
щая автоматически, ipso iure.
В дальнейшем роль покупателя наследства как procurator in
rem suam сливается с его ролью как имеющего самостоятельный
иск, введенный ввиду потребностей оборота, actio utilis.
Procuratore in rem suam dato, praeferendus non est dominus
procuratori in litem movendam vel pecuniam suscipiendam: qui
enim suo nomine utiles actiones habet, rite eas intendit (D. 3. 3.
55). — Если назначен «доверенный в свою пользу», то не следует
Глава 27. Цессия и принятие на себя чужого долга
отдавать предпочтения хозяину перед такого рода полномочным
[цессионарием] в отношении предъявления иска и получения де
нег: тот, кто вправе от своего имени предъявлять иски, введен
ные в интересах оборота, тот правильно поступает, предъяв
ляя такой иск.
327
Мало того, если продавец требования чтонибудь получил от
должника после цессии, то он обязан это вернуть цессионарию. Об
этом пишет Гермогениан, живший в начале IV в.:
Nominis venditor quidquid vel compensatione vel exactione fuerit
consecutus, integrum emptori restituere compellatur (D. 18. 4.
23. 1). — Продавец требования обязан возвратить покупателю
все, что он получил от должника путем зачета или в результа
те взыскания.
370. Извещение должника о состоявшейся цессии. Последний
шаг в развитии нашего института был сделан, как полагают, ближе
к эпохе Юстиниана, когда особым указом вводится извещение
(denuntiatio) должника о состоявшейся цессии (С. 8. 41. 3); после
такого извещения право предъявления требования к должнику ос
тается за цессионарием, а права цедента прекращаются. Институт
цессии получает таким образом свое завершение.
371. Право требовать цессии. В источниках чаще всего встре
чается цессия, совершаемая не столько в силу добровольного же
лания цедента, сколько в силу обязанности, налагаемой на него
действующим правом. Пример:
Vestimenta tua fullo perdidit... iudicem aestimaturum… tunс
fullonem quidem tibi condemnabit, tuas autem actiones te ei
praestare compellet (D. 19. 2. 60. 2. Labeo). — Портной [кото
рому ты дал платье в переделку] потерял твое платье; судья
оценит обстоятельства и затем присудит портного уплатить
тебе, а тебя принудить переуступить ему твои иски [к похи
тителю].
Другой пример: За должника поручились несколько лиц; один
из поручителей оплачивает долг; кредитор обязан цедировать ему
право обратного требования с остальных поручителей. В таких слу
чаях говорят о праве на переуступку — beneficium cedendarum
actionum (D. 46. 1. 17).
328
Раздел VII. Общее учение об обязательствах и договорах
372. Случаи ограничения ответственности должника обязан"
ностью цедировать требования. Обязанность переуступить требо
вание является в известном смысле льготой для обязанного лица.
Вместо того чтобы самому нести ответственность, скажем, за вещь,
вверенную ему на хранение, эта ответственность может, при изве
стных условиях, быть ограничена тем, чтобы обязать actiones
praestare — переуступить исковые требования к непосредственно
му виновнику.
Пример: Вещь продана, но еще не передана покупателю; она
остается под наблюдением продавца. Если она у продавца отнята
кемлибо насильно, то
nihil amplius quam persequendae eius [rei] praestari a me (vendi"
tore) emptori oporteat (D. 19. 1. 31. pr.). — продавец обязан не
более чем переуступить покупателю иски об истребовании вещи.
Но если не установлено отсутствие вины продавца, то он не
может ограничиться цессией права требования к непосредственно
му виновнику, а сам несет ответственность (D. 18. 6. 15. 1).
373. Пределы ответственности цедента. В какой мере отвеча
ет цедент перед цессионарием за уступленное (проданное) право
требования?
Qui nomen quale fuit vendidit, dumtaxat ut sit, non ut exigi etiam
aliquid possit... praestare cogitur (D. 21. 2. 74. 3). — Кто про
дал [цедировал] требование в том виде, в каком оно было, тот
обязан отвечать только за то, что это требование существует,
а не за то, что с должника может быть чтонибудь действи
тельно взыскано.
Это последнее положение принято выражать так: Продавец
права требования несет ответственность за то, что nomen verum esse,
non etiam nomen bonum esse — долг действительно существует и
юридически обоснован, а не за то, что взыскание его может быть
реально осуществлено.
§ 115. Принятие на себя чужого долга
374. Отличие принятия долга от цессии. Цессия, влекущая за
собой изменение личности кредитора, отличается от принятия на
Глава 27. Цессия и принятие на себя чужого долга
329
себя чужого долга, которое влечет за собой изменение личности
должника. Различие заключается также в следующем: цессия мо
жет быть совершена по соглашению цедента (прежнего кредитора)
с цессионарием (новым кредитором) без участия должника —
nominis venditio et ignorante et invito eo, adversus quem actiones
mandantar, contrahi solet (C. 4. 39. 3).
В отличие от этого для вступления нового должника на место
прежнего (expromissio) требуется согласие кредитора. А это понят
но, этого требует правовой разум — ratio iuris postulat (С. 4. 39. 2).
Первоначальному должнику ето контрагент по договору доверял, а
новому он доверять не обязан.
Так же, как при цессии, вступление нового должника на место
прежнего чаще всего имело место при продаже наследственной мас
сы, охватывающей вещи, права требования и долги. Когда креди
тор наследственной массы прямо или косвенно выражал согласие
на замену должника, например кредитор (К) предъявил иск к по
2
купателю наследства (D
), а покупатель (D2) вступил в ответ по
иску, то тем самым замена прежнего должника, т.е. наследника (D1),
новым, т.е. покупателем (D2), совершилась (С. 2. 3. 2)1.
375. Последствия передачи долга без согласия кредитора.
При отсутствии прямого или косвенного согласия кредиторов на
продажу наследства и тем самым на изменение личности должни
ка ответственность по долгам наследственной массы остается на
продавценаследнике — creditoribus hereditatis respondeas (С. 4. 39.
2), как это было в старину при hereditatis in iure cessio, когда на
следник, продавший наследственную массу после принятия наслед
ства, оставался наследником в том смысле, что отвечал по долгам
наследства (Гай. 2. 35). Однако наследнику, удовлетворившему кре
дитора, предоставляется в свою очередь право обратного требова
ния к тому, кому была продана наследственная масса, — cum eo cui
hereditatem venumdedisti tu [heres] experiaris suo ordine (C. 4. 39. 2).
1
См. схему на стр. 313.
330
Раздел VII. Общее учение об обязательствах и договорах
ГЛАВА 28
ОБЩЕЕ УЧЕНИЕ О ДОГОВОРЕ
§ 116. Договор и соглашение
376. Значение слова «контракт». Практически наиболее важ
ным источником обязательств в Риме был договор (contractus). Гла
гол contrahere по своему буквальному значению (con + trahere —
стягивать) является синонимом глаголов obligare, adstringere. Он
первоначально относился не только к договорам, но и к другим ви
дам обязательств. Сопоставляя фрагменты 1 и 2 D. 1. 3, мы видим,
что Папиниан, давая перевод определения Демосфена, пишет о де
ликтах, которые contrahuntur; совершить обман, совершить прес
тупление передается в источниках нередко словами fraudem contrahere,
crimen contrahere. Постепенно, однако, слова contrahere, contractus
получили более тесное, специализированное значение договора как
обязательства, возникающего в силу соглашения сторон и пользую
щегося исковой защитой.
Поздние римские систематики права пытались создать общее по
нятие conventio — соглашение, разветвляющееся на a) contractus —
договор, пользующийся исковой защитой, и б) pactum — соглаше
ние, по которому, как правило, иск не давался в силу правила ex
nudo pacto actio non nascitur (Сентенции Павла, 2. 14. 1); защита по
пактам давалась чаще всего путем ссылки на них в виде возраже
ний (пп. 428—431).
Adeo conventions nomen generale est, ut eleganter dicat Pedius,
nullum esse contractum [nullam obligationem], quae non habeat
in se conventionem (D. 2. 14. 1. 3). — Название «соглашение»
является до такой степени общим, что, как метко замечает
Педий [юрист конца I в. н.э.], нет никакого договора [никакого
обязательства], который не содержал бы в себе соглашения.
377. Сила договора в греческом праве. Ульпиан, объясняя сло
во conventio, говорит: подобно тому, как люди сходятся (conveniunt)
с разных мест в одно, так, побуждаемые разными мотивами, они
соглашаются в одном (in unum consentiunt). Мы знаем теперь, что
это объяснение навеяно греческими авторами. Когда Демосфен го
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]