Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Правовая концепция социальной ответственности бизнеса. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
Глава 2. Юридический аспект концепции социальной ответственности бизнеса
приобретателей, право собственности которых и законность всех предшествовавших приобретению этого права сделок признавалась государством. Права последних покупателей в цепочке сделок ока­зываются особенно существенно ограничены.
Судьей-докладчиком в процессе выступил С.М. Казанцев, председательствовал в процессе В.Д. Зорькин. Суд постановил, что добросовестным приобретателем применительно к недвижи­мому имуществу в контексте п. 1 ст. 302 ГК РФ в его конституци­онно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у от­чуждателя права распоряжаться данным имуществом или исходя из конкретных обстоятельств дела не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об от­сутствии у отчуждателя такого права.
Суд также указал, что при регулировании гражданско-правовых отношений между собственником выморочного имущества и его добросовестным приобретателем справедливым было бы переложе­ние неблагоприятных последствий в виде утраты такого имущества на публично-правовое образование, которое могло и должно было предпринимать меры по его установлению и надлежащему оформле­нию своего права. В правовом демократическом государстве, каковым является Российская Федерация, пренебрежение требованиями раз­умности и осмотрительности при контроле над выморочным имуще­ством со стороны собственника – публично-правового образования в лице компетентных органов – не должно влиять на имущественные и неимущественные права граждан, в частности добросовестных при­обретателей жилых помещений.
Между тем п. 1 ст. 302 ГК РФ – как по своему буквальному смыс­лу, так и по смыслу, придаваемому ему в системе действующего правового регулирования правоприменительной практикой, – фак­тически не учитывает возможность ненадлежащего исполнения компетентными органами публично-правового образования своих обязанностей, совершения ошибок, а также не отвечающей крите­риям разумности и осмотрительности реализации ими правомочий
101
Р.И. Газизуллин. Правовая концепция социальной ответственности бизнеса
по установлению выморочного имущества и оформлению права на него. Применительно к жилым помещениям защита имуществен­ных интересов публично-правового образования за счет ущемления интересов добросовестного приобретателя – гражданина, который возмездно приобрел соответствующее жилое помещение, – в по­добной ситуации недопустима, тем более учитывая, что публичный интерес в предоставлении жилого помещения по договору социаль­ного найма лицам, нуждающимся в улучшении жилищных условий, может быть удовлетворен за счет иного жилого помещения.
Необходимость обеспечения реального и эффективного дей­ствия института государственной регистрации на основе принципов, перечисленных в абз. 2 п. 1 ст. 8.1 ГК РФ, не может не приниматься во внимание при истолковании норм об истребовании имущества из чужого незаконного владения, что должно предполагать особые условия (ограничения) виндикации недвижимого имущества, пере­шедшего в собственность публично-правового образования в по­рядке наследования по закону как выморочное, по иску публичного собственника, ссылающегося на то, что данное имущество выбыло из его владения помимо его воли. Соответственно, возможность истребования жилого помещения, являвшегося выморочным иму­ществом, не должна предоставляться публично-правовому обра­зованию – собственнику данного имущества – на тех же условиях, что и гражданам и юридическим лицам. При разрешении соответ­ствующих споров существенное значение следует придавать как факту государственной регистрации права собственности на данное жилое помещение за лицом, не имевшим права его отчуждать, так и оценке действий (бездействия) публичного собственника в лице уполномоченных органов, на которые возложена компетенция по оформлению выморочного имущества и распоряжению им. При этом действия (бездействие) публичного собственника подлежат оценке при определении того, выбыло спорное жилое помещение из его владения фактически помимо его воли или по его воле. Иное означало бы неправомерное ограничение и умаление права добро­совестных приобретателей и тем самым – нарушение конституци­онных гарантий права собственности и права на жилище.
Как видим из приведенных выше правовых позиций Конститу­ционного Суда РФ, в оспариваемой норме смысл оценочного по-
102
Глава 2. Юридический аспект концепции социальной ответственности бизнеса
нятия «добросовестный приобретатель» соответствовал объективной добросовестности и не вносил правовую неопределенность в норму. Вместе с тем данная норма не учитывала объективного аспекта до­бросовестности в смысле ненадлежащего исполнения своих обя­занностей компетентными органами публичной власти, которые знали или должны были знать о наличии жилого помещения как выморочного имущества, но не предприняли своевременных мер для его регистрации в установленном порядке.
Судья Конституционного Суда РФ Г.А. Гаджиев, впоследствии проанализировавший Постановление от 22 июня 2017 г. № 16-П в одной из своих статей, обобщил содержащиеся в нем правовые позиции следующим образом: публичный собственник своевре­менно не проявил должной заботливости и рачительности доброго хозяина, а добросовестный приобретатель зарегистрировал в реестре прав свое право частной собственности, однако риск ошибок и про­счетов, допущенных органами публично-правовых образований, должно нести само государство, а риск потери имущества частных лиц, возникший в результате таких ошибок, не может переноситься на граждан. Распределение рисков должно осуществляться спра­ведливо, учитывая как субъективную добросовестность владельца недвижимости, так и субъективную сторону поведения публичного собственника1.
Категория добросовестности, как заключает Г.А. Гаджиев, не яв­ляется чисто правовой, природа этого понятия гибридна в том смыс­ле, что в нем присутствуют элементы разных идеальных реально­стей – экономического, юридического и этического мира понятий. У добросовестности три грани, при этом юристы фокусируются на юридической, экономисты – на экономической, а философы – на этической. Понимание того, что добросовестность в объективном смысле представляет собой неразрывное, слитное единство юриди­ческих, экономических и этических норм, помогает осознать, как надо пользоваться этим принципом в гражданском праве. Для этого необходимо учитывать его экономическое содержание2.
1
Гаджиев Г.А. Четыре точки зрения на добросовестное владение // Вестник эко-
номического правосудия Российской Федерации. 2018. № 10. С. 89–109.
2
Там же. С. 109.
103
Р.И. Газизуллин. Правовая концепция социальной ответственности бизнеса
Применяемый в судебной практике подход к определению до­бросовестности с точки зрения ее объективной и субъективной со­ставляющих позволяет, в частности, выявить недобросовестное по­ведение в результате опровержения презумпции добросовестности. Приведем несколько соответствующих позиций.
1. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобро­совестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в полу­чении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотноше­ний и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросо­вестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добро­совестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Рос­сийской Федерации, ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом ха­рактера и последствий такого поведения отказывает в защите при­надлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторо­на, соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействитель­ности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).
2. Приложение максимальных усилий к сохранению имущества заказчика является сутью обязательств исполнителя по договору охранных услуг и соответствует требованиям честной деловой прак-
104
Глава 2. Юридический аспект концепции социальной ответственности бизнеса
тики, установленным для организации, которая осуществляет охрану на профессиональной основе.
Поведение исполнителя – профессионального охранного пред­приятия – не соответствует критерию надлежащего исполнения обязательства по охране имущества субъектом профессиональной охраны, если исполнитель не предпринял активных действий, на­правленных на обеспечение стабильного и эффективного функцио­нирования системы охранно-пожарной сигнализации, посредством эксплуатации которой он планировал выполнять свои обязательства по договору (Определение Верховного Суда РФ от 22 января 2015 г. по делу № 306-ЭС14-1977, А65-15292/2013 (Судебная коллегия по экономическим спорам)).
3. Признаются недобросовестными действия (бездействие) ди-
ректора, в частности, если директор:
1) действовал при наличии конфликта между его личными ин­тересами (интересами аффилированных лиц директора) и интере­сами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;
2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участни­ков юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридиче­ского лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;
3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;
4) после прекращения своих полномочий удерживает и укло няется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юри­дического лица;
5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездей­ствие) на момент их совершения не отвечали интересам юридиче­ского лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с за
-
-
105
Р.И. Газизуллин. Правовая концепция социальной ответственности бизнеса
ведомо неспособным исполнить обязательство лицом (фирмой-од­нодневкой и т.п.)1.
Изложенные материалы позволяют сформулировать следующие
заключительные положения.
Феномен социальной ответственности бизнеса интегрирует эко­номические, экологические и социальные аспекты предпринима­тельской деятельности на благо как самого бизнеса, так и общества в целом.
Соответственно, конститутивными элементами правовой кон­цепции социальной ответственности бизнеса являются понятия экономической свободы и добросовестности, имеющие нравствен­ную природу и обладающие не только правовым, но и известным экономическим содержанием.
Экономическая свобода находит свое классическое внешнее вы­ражение в личной экономической свободе (свободе производителя, свободе инвестора, свободе акционера и т.д.), частном интересе, максимизации денежного дохода, конкурентной среде хозяйство­вания, рыночном способе взаимодействия индивидов. Носители экономической свободы презюмируются добросовестными – их поведение характеризуется честностью, открытостью и уважением другой стороны (сделки, правоотношения).
Нравственное, добросовестное и соответствующее закону по­ведение участников гражданского оборота является необходимым условием поддержания оптимального уровня экономической сво­боды как элемента публичного порядка (основ конституционного строя) Российской Федерации.
1
Шестакова Е.В. Применение принципа добросовестности в судебной практи-
ке [Электронный ресурс] // СПС «Гарант».
ГЛАВА3
ПРАВОВАЯ ИНФРАСТРУКТУРА СОЦИАЛЬНО ОТВЕТСТВЕННОГО ВЕДЕНИЯ БИЗНЕСА
§3.1.Правовая инфраструктура как система исреда ведения бизнеса
Рассмотрев теоретико-методологические основания и юридиче­ские аспекты разрабатываемой нами концепции, в этом параграфе переходим к описанию обеспечительных механизмов социально ответственного ведения бизнеса. Базовыми понятиями для та­кого описания являются «правовая инфраструктура», «система» и «среда».
Как известно, термином «инфраструктура» принято обозначать совокупность взаимосвязанных комплексов, объектов и (или) от­раслей, обслуживающих нормальное функционирование любой системы в целом. В переводе с латинского языка infrа – «под, внизу, в основании», structura – «строение, порядок», т.е. к инфраструктуре относится нечто такое, что является своего рода подложкой, под­кладкой, вспомогательным слоем, хотя и подчиненным основной структуре, но необходимым ей функционально1.
Инфраструктура может быть производственной, и тогда она включает в себя, например, транспорт, энергоснабжение, связь и так далее, а может быть социальной, состоящей из жилищ но-ком­мунального хозяйства, торговли, сферы услуг, здравоохранения, образования и многого другого.
Таким образом, обобщенно под инфраструктурой понимается комплекс взаимосвязанных обслуживающих структур, которые со­ставляют и (или) обеспечивают основу для решения разнообразных проблем и (или) задач, относящихся в широком смысле либо к про­изводственной, либо к социальной сфере.
1
Поиск по словарям [Электронный ресурс] // Slovari.ru.
107
Р.И. Газизуллин. Правовая концепция социальной ответственности бизнеса
Из данного определения выделим два ведущих признака ин­фраструктуры: во-первых, она являет собой сочетание элементов, объединенных в одно целое (комплекс); во-вторых, поддерживает (обеспечивает) жизнедеятельность определенных объектов, делая ее более комфортной, тем самым ускоряет экономический рост и повышает качество жизни как таковое.
Правовая инфраструктура – видовое понятие, относящееся к сфере юриспруденции, но в юридических науках оно пока еще не получило достаточно полной и всесторонней разработки.
Чаще всего данное понятие интерпретируют в контексте связи права и экономики, преимущественно через характеристику систе­мы органов и механизмов защиты прав, которая включает в себя не только органы судебной власти, но и органы исполнительного производства, механизмы альтернативного разрешения споров, а также органы нотариата.
Приведем несколько примеров истолкования категории «право­вая инфраструктура» в юридической научной литературе:
1) правовая инфраструктура – составная часть правовой системы
страны (В.В. Ярков)1;
2) правовая инфраструктура общества выражается правовой сис-
темой (З.К. Аюпова)2;
3) правовая инфраструктура состоит из принятия новых пра­вовых норм, модернизации старых, а также судебной системы (В.В. Кудряшов)3;
4) правовая инфраструктура (в сфере предпринимательской де­ятельности) – это деятельность юристов публично-правовых обра­зований, направленная на создание условий для развития бизнеса (И.С. Шиткина)4.
1
Ярков В.В. Развитие цивилистического процесса в России: отдельные вопро-
сы // Вестник гражданского процесса. 2011. № 1. С. 17–53.
2
Аюпова З.К. Правовые системы республик Казахстан, Узбекистан и Кыргыз-
стан: сравнительно-правовой анализ [Электронный ресурс] // Право и политика.
2005. № 11. С. 45–50 // СПС «КонсультантПлюс».
3
Кудряшов В.В. Легитимность исламского (альтернативного) финансирования
в неисламских юрисдикциях // Финансовое право. 2011. № 2. С. 8–14.
4
Шиткина И.С. Организация правового обеспечения предпринимательской де-
ятельности: теория и практика // Предпринимательское право. 2009. № 3. С. 20–25.
108
Глава 3. Правовая инфраструктура социально ответственного ведения бизнеса
Более развернутую характеристику правовой инфраструктуры предлагает И.А. Чеботарева. Она пишет, что правовая инфраструк­тура представляет собой «такую совокупность объектов и структур, которая характеризуется следующими моментами:
1) ее элементами выступают регуляторы и процессы регламен­тации, а также обеспечивающие институциональные образования (органы, организации и другие) и взаимосвязи между ними;
2) результатом ее функционирования является правовое обе­спечение определенной сферы экономических отношений, оно их юридически „обслуживает“;
3) она является доступной для экономических субъектов, здесь речь идет не только об отсутствии барьеров к пользованию объек­тами правовой инфраструктуры, обращению к правовым процеду­рам и структурам, но и об открытом характере сведений правового характера»1.
Отметим, что в каждой из перечисленных выше трактовок так или иначе прослеживается связь правовой инфраструктуры с ины­ми структурами и объектами, обеспечивающими функционирова­ние правовой системы. По нашему мнению, здесь заложены риски неоправданно широкого понимания правовой инфраструктуры и смешения данного понятия со схожими по столь же широкому смыслу – «правовая система», «правовая среда», «правовая действи­тельность», «правовое пространство» т.д.
Вопросы категориальной неясности и смешения терминов могут быть сняты, если принять во внимание один из допустимых, на наш взгляд, вариантов конкретизации понятия правовой инфраструкту­ры, предложенный в статье Джиллиан Хэдфильд2.
Правовую инфраструктуру названный автор определяет как со­циально доступный набор правовых материалов, которые экономи-
1
Чеботарева И.А. «Правовая инфраструктура» и «правовое обеспечение» как юридические категории [Электронный ресурс] // Вестник Хакасского гос. ун-та им. Н.Ф. Катанова. 2013. № 4. С. 121–125. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ pravovaya-infrastruktura-i-pravovoe-obespechenie-kak-yuridicheskie-kategorii (дата об­ращения: 12.03.2022).
2
Hadfield G.K. Law for a Flat World: Legal Infrastructure and the New Economy [Electronic resource] // A Journal of Law and Policy for the Information Society. 2012. Vol. 8. № 1. URL: https://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=1567712 (accessed:
12.03.2022).
109
Р.И. Газизуллин. Правовая концепция социальной ответственности бизнеса
ческие субъекты могут использовать для управления отношениями, а именно:
‒ правовые нормы; ‒ знания и опыт юристов-практиков; ‒ правила судопроизводства и арбитражного разбирательства; ‒ формы контрактов, хранящиеся в базах данных; ‒ общие представления об оптимальной стратегии несения ри-
сков и ответственности;
‒ накопленная мудрость и предубеждения опытных адвокатов
и судей, преподавателей и переговорщиков.
Обратим особое внимание на последний пункт. Как нам пред­ставляется, его включение в объем понятия правовой инфраструк­туры выводит данное положение за юридико-догматические рамки, придает ему черты «права в действии», «живого права» в процессах применения норм согласно конституционному принципу дозво­ленности любой экономической активности, не запрещенной за­коном. С такой трактовкой правовой инфраструктуры мы согласны полностью.
Далее, по мнению Дж. Хэдфильд, критически важное значение для правовой инфраструктуры имеют такие ее атрибуты, как:
‒ императивные нормы, исходящие от государственных субъ­ектов и являющиеся юридически обязательными, в их пропорции с правовыми ресурсами иного происхождения и иной степени обя­зательности;
‒ правовая информация, доступная широкому кругу экономи­ческих субъектов через посредство современных медиа;
‒ перевод формальных правил в реальное поведение экономи­ческих субъектов и принятие ими решений.
В итоге Дж. Хэдфильд приходит, как нам представляется, к пра­вильному заключению: чем сильнее рыночная экономика, тем существеннее потребность в надежной правовой структуре для решения основных вопросов, связанных с экономическим сотруд­ничеством и обменом: например, это могут быть обязательства, распределение рисков, распределение затрат и стоимости, раз­решение споров и т.д.
1
1
Hadfield G.K. Op. cit.
110