Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:О Троице
.pdf
О ТРОИЦЕ
образ нашего духа и образ нашего тела. Итак, таким же образом соотношение одного к двум очевидно и в тридцати
шести часах, когда двенадцать добавляется к двадцати четырем. Тому, почему эти числа помещены в Святое Писание, кто-нибудь другой, возможно, изыщет и другие причины: или те, по отношению к каковым мои окажутся более предпочтительными; или же те, что вероятны столь же
[что и мои]; или же те, что даже более вероятны [нежели
мои]. Однако не найдется никого столь глупого и несуразного, чтобы спорить, что эти числа помещены в Писание
бесцельно и что нет никаких тайных причин, почему они
там упоминаются. Те же [причины], что я привел, я воспринял или от авторитета Церкви, или из свидетельства
Святого Писания, или из логики (ex ratione) чисел и подобий. Ибо ни один здравомыслящий не выскажется против
логики, ни один христианин — против Писания, ни один
мирный [человек] — против Церкви.
Гл а в а VII
11. Это таинство, эта жертва, этот Первосвященник,
этот Бог прежде, чем Он был послан и, родившись от женщины, пришел [этот мир] — все, что священным и таинственным образом было явлено нашим отцам посредством
ангельских чудес, или что было содеяно самими [отцами],
было уподоблением Ему; [причем таким], чтобы всякая
тварь своими деяниями говорила каким-либо образом
о Том Едином, Кому предстояло быть, и в Ком спасение
в восстановлении всех от смерти. Ибо поскольку из-за неправедности нечестия мы, отступив от единого Бога вышнего и истинного, ниспали и истаиваем во многом, будучи раздираемыми многим и цепляясь за многое; постольку
было необходимо, чтобы по мановению и повелению милосердного Бога то самое многое провозгласило пришествие Единого, и чтобы Единый, провозглашенный многим, пришел, и чтобы многое засвидетельствовало пришествие Единого; и чтобы мы, освобожденные от бремени
119
АВГУСТИН БЛАЖЕННЫЙ
многого, пришли к Единому; и чтобы мы, будучи по многим грехам мертвыми душой и смертными вследствие
[первородного] греха плотью, возлюбили Того Единого,
Кто без греха умер во плоти ради нас; и чтобы мы, веруя
в Него воскресшего и восставая с Ним верою в духе, оправдались, сделавшись единым, в Едином праведном; и чтобы
мы не теряли надежду на наше будущее воскресение в самой плоти, поскольку мы видим, что нам, многим членам,
предшествовала единая Глава. [Ибо] в Ней мы, тогда обновленные созерцанием, теперь очищенные верою и примиренные Посредником с Богом, прикрепляемся к Единому, наслаждаемся Единым и пребываем в Едином.
Глава VIII
12. Так, Сын Божий Сам, Слово Божее и Тот же Самый
Посредник между Богом и человеками Сын Человеческий,
равный Отцу в единстве Божественности и причастник наш
в воспринятом человечестве, ходатайствует пред Отцом
за нас, ибо был человеком, и, однако же, не умолчавший,
что был вместе с Отцом единым Богом, среди прочего говорит: «Не о них же только молю, но и о верующих в Меня
по слову их, да будут все едино: как Ты, Отче во Мне,
и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, — да уверует мир,
что Ты послал Меня. И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им:
да будут едино, как Мы едино» (Ин., XVII, 20–22).
Глава IX
Он не сказал: «Я и они едино (unum)»; хотя потому,
что Он есть Глава Церкви, которая есть Его тело (Еф., I, 22,
23), Он мог бы сказать «Я и они» не «едино (unum)»,
но «Единый (unus)», ибо Глава и тело есть Единый Христос.
Но, показывая Свою Божественность, единосущную Отцу
(ибо и в другом месте Он говорит: «Я и Отец одно (unum)»
(Ин., X, 30)) в своем роде, т. е. в единосущном равенстве
120
О ТРОИЦЕ
той же самой природы, Он желает, чтобы Его [правоверные] были одним (unum), но в Нем, ибо в себе они не могли бы быть так, будучи разъединенными друг от друга различными волениями, желаниями и нечистотой грехов.
От всего этого они очищаются через Посредника, чтобы
быть в Нем одним не только посредством одной и той же
природы, в которой все из смертных людей становятся равными ангелам, но также посредством одной и той же единодушной воли, созвучной одной и той же благости, сплавленной в огне любви в единый дух. Ибо об этом слова:
«Да будут едино, как Мы едино»; так, чтобы каким образом
Отец и Сын одно не только равенством по сущности,
но также и воли, таким образом и они, между кем и Богом
Посредник Сын, были бы одним не только по тому, что они
суть по одной и той же природе, но также и по одному
и тому же единению любви. Далее же Он так указывает,
что он Посредник, через Которого мы примиряемся с Богом: «Я в них, и Ты во Мне; да будут совершены воедино»
(Ин., XVII, 23).
Гл а в а X
13. Это есть наш истинный мир и крепкая связь наша
с Творцом нашим посредством очищения и примирения
через Посредника жизни. Ведь [прежде] мы, запятнанные
и отчужденные, удалились от Него через посредника смерти. Ибо как дьявол, возгордясь, привел возгордившихся
людей к смерти, так смиренный Христос вернул людей послушных к жизни. Ибо как тот, вознесшись, пал и низвергнул согласного [с ним человека], так Этот, уничижившись,
воскрес и восстановил уверовавшего [в Него]. Ибо поскольку дьявол сам не спустился туда, куда он низвел (ведь
в нечестивости своей он нес смерть духа, но он не подлежал смерти плоти, потому что не принимал на себя одеяние плоти), он показался человеку великим князем легионов демонов, посредством которых он правит своим царством обмана. Так раздувая человека, жаждущего более
121
АВГУСТИН БЛАЖЕННЫЙ
власти, нежели праведности, посредством гордыни возвышения или же ложной философии, или сплетая его сетями
святотатственных обрядов, в которых, низвергая обманом
и видимостью души наиболее любопытных и гордых, он
улавливает его, подчинив козням волшебства, и даже сулит
ему очищение души посредством того, что они называют
28
τελεταί
, превращаясь в ангела света посредством разно-
образных махинаций лживыми знамениями и чудесами.
Глава XI
14. Ибо посредством воздушных тел лукавые духи легко
делают многое из того, что удивляет даже лучшие души,
отягощенные земными телами. Ведь если сами земные
тела посредством искусства и опыта выказывают на театральных зрелищах столькие чудеса, что те, кто никогда
их не видел, едва верят, когда о них рассказывают, что трудного для дьявола и ангелов его сотворить из телесных элементов посредством воздушных тел то, что удивляет плоть,
для того, чтобы сокровенными внушениями, содеяв призраки образов, ввести в заблуждение человеческие чувства, которыми он обманывает и бодрствующих, и спящих
или возмущает бесноватых. Но как может произойти так,
что человек, лучший по своей жизни и нравам, созерцает
наихудших людей или ходящими по канату, или творящими много невероятного посредством разнообразных телесных движений, и, [однако], никоим образом не желает
делать этого, и не оценивает их вследствие того как предпочтительных в сравнении с собой, так и верная и благочестивая душа не только если видит, но даже если вследствие немощи плоти содрогается от демонских чудес,
все же не будет скорбеть по тому поводу, что не может
того же, и не будет поэтому считать их лучшими; в особенности же потому, что она пребывает в единстве со святыми, которые, будь они людьми или благими ангелами, с помощью силы Божией, которой все подчинено, творили более великие чудеса и совсем без обмана.
122
О ТРОИЦЕ
Глава XII
15. Следовательно, души очищаются и примиряются
с Богом никак не посредством святотатственных уподоблений, нечестивого любопытства и магических обрядов, ибо
лживый посредник не приводит их к вышнему, но, вытесняя, отрезает им путь посредством страстей, гибельных настолько, насколько они преисполнены гордыни, — [страстей], которые он внушает своей общине и которые не могут напитать крылья добродетели для того, чтобы взлететь,
но которые увеличивают еще больше вес грехов для того,
чтобы обречь душу вниз и чтобы она пала настолько тяжко, насколько высоко она возомнила себя взлетевшей. Таким же образом, как сделали наставленные Богом маги
(Мф., II, 12), которых вела звезда, чтобы они созерцали
уничижение Господа, и мы должны вернуться в свою Отчизну, но не тем путем, которым мы пришли, а другим, которому наставляет Царь смиренный и который не может
быть перекрыт царем гордым, враждебным Царю смиренному. Ибо и нам также, чтобы мы созерцали смиренного
Христа, «небеса проповедают славу Божию, и о делах рук
Его вещает твердь», и «нет языка, и нет наречия, где не слышался бы голос их»29 (Пс., XVIII, 2, 4). Наш путь был к смерти через грех Адамов: «Как одним человеком грех вошел
в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили» (Рим., V, 12). Посредником на этом пути был дьявол, соблазнитель ко греху
и ниспровергатель в смерть. Ибо и он приложил свою единую смерть, [но затем] чтобы содеять двойную нашу. Ибо
вследствие нечестия он мертв духом, однако плотью он, конечно же, не умер. Но он соблазнил нас к нечестию, благодаря чему он сделал так, что мы заслужили и смерть плоти.
Итак, одно мы возжелали из-за нечестивого соблазна; другое же последовало из-за справедливого осуждения.
Потому-то и написано: «Бог не сотворил смерти» (Прем., I,
13), что причиной смерти Сам Он не был; однако смерть
была назначена грешнику как Его справедливейшее наказание. Так судья назначает наказание виновнику, но причина наказания не справедливость судьи, а заслуга престу-
123
АВГУСТИН БЛАЖЕННЫЙ
пления. Итак, куда посредник смерти послал нас, а сам
не пришел, т. е. к смерти плоти, туда Господь Бог наш привнес нам целительное средство исправления, которого Он
Сам не нуждался в соответствии с сокровенным и весьма
таинственным порядком Божественной и совершенной
справедливости. «Ибо как смерть чрез человека, так чрез
человека и воскресение мертвых» (I Кор., XV, 21), ведь
люди избегали более того, что избежать не могли, т. е.
смерти тела, а не смерти духа, т. е. наказания, а не причины наказания (ибо не грешить есть то, по поводу чего
не заботятся или мало заботятся; однако же не умереть
есть то, что, хотя и не достижимо, [все же является] предметом, по поводу которого немало заботятся). Посредник же жизни, показывая, что не смерти следует боятся,
ибо теперь по состоянию человечества ее невозможно избежать, но скорее нечестия, против которого можно защититься верою, предстает нам в конце, к которому мы пришли, но не таким образом, каким мы шли. Ибо мы пришли
к смерти по причине греха, Он же — по причине праведности. И поэтому если наша смерть — наказание за грех, Его
смерть — искупительная жертва за грех.
Глава XIII
16. Поскольку дух предпочитается телу, смерть духа
означает, что Бог покинул его, а смерть тела означает, что его
покинул дух. Наказание же в смерти тела заключается
в том, что дух покидает тело против своей воли, ибо он
по своей воли покинул Бога. Так что когда дух покинул
Бога, потому что желал, он покидает тело, хотя бы и не желал; и он не покидает его, когда он пожелал, если только он
не применил к себе силу, посредством чего тело само
умерщвляется. Дух же Посредника показал, как без какого-либо наказания за грех Он принял смерть плоти и не потому, что Его дух, не желая, покинул ее, но потому, что он
пожелал, и когда он пожелал, и как пожелал. Ибо, будучи
[с ней] смешан Словом Божиим, Он говорит: «Никто не от-
124
О ТРОИЦЕ
нимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее. Имею власть отдать
ее, и власть имею опять принять ее» (Ин., X, 18). И как говорится в Евангелии, более всего изумились те, кто присутствовал, когда после того возгласа, в котором символизировался наш грех, Он сразу же испустил дух (Мк., XV, 37).
Ведь распятые умирали долго; и поэтому разбойникам,
чтобы они умерли и чтобы их сняли с креста до субботы,
переломали голени (Ин., XIX, 30). А то, что Он был найден
уже мертвым, вызвало удивление. Так, мы читаем, что даже
Пилат был удивлен, когда у него запросили Тело Господа
для захоронения (Мк., XV, 43–44).
17. Итак, тот лукавый, который был посредником [ведущим] человека к смерти, лживым образом выставил себя
[посредником ведущим] к жизни под видом очищения посредством святотатственных обрядов и жертвоприношений, чем соблазняются гордецы. Ведь он не мог ни умереть
с нами, ни воскреснуть; он, конечно же, мог приложить
свою единую смерть к нашей двойной, однако он, разумеется, не мог добавить своего единого воскресения, в котором
должно быть и таинство нашего обновления, и образ пробуждения, которому быть в конце. Тот же, Кто, будучи жив
духом, восстановил свою мертвую плоть, т. е. истинный Посредник жизни, вытеснил мертвого духом и посредника
смерти из душ, верующих в него, так, чтобы тот не царил
внутри, а пытался одолеть извне, но все же не мог преодолеть. Он даже позволил ему искушать Себя, чтобы, превзойдя его искушения, быть Посредником не только Своим содействием, но и Своим примером. Но когда тот, пытаясь
вначале всяческими доступными образами проникнуть
во внутренняя Его, был изгнан и закончил все свои соблазняющие искушения после Его крещения и возведения в пустыню (Мф., IV, 1–11) (ибо, будучи духом мертвым, он
не мог войти в Живого духом), он, алкая смерти человека
каким бы то ни было образом, обратил себя к тому, чтобы
учинить смерть такую, какую мог, и ему было позволено
[сделать это] в отношении той смертной [части нашей], которую Посредник жизни воспринял от нас. И где он
что-либо мог сделать, там он во всем был побежден;
и от чего он внешним образом получил силу для того, чтобы
125
АВГУСТИН БЛАЖЕННЫЙ
убить Господа во плоти, от того его сила, которою он уловлял нас, была убита внутренним образом. Ибо произошло
так, что единой смертью Одного безгрешного были разрешены путы множественных грехов [являющихся причинами] множественных смертей. Своей незаслуженной смертью ради нас Господь сделал так, что бы наша заслуженная
смерть не навредила нам. Ведь не по праву чьей-то власти
Он был лишен плоти, но Он Сам освободился от нее. Ибо,
несомненно, что Тот, Кто мог не умереть, если не желал,
умер, потому, что желал. Так, Он, «отняв силы у начальств
и властей, властно подверг их позору, восторжествовав
над ними Собою» (Колос., II, 15). И Его смерть была единым
и наидействительнейшим жертвоприношением за нас, какова бы ни была вина наша; а то [прегрешение], по причине которого начальства и власти задерживали нас, чтобы
мы по праву понесли наказание, Он очищал, отменял, прекращал; и Своим воскресением Он предопределил нас
и призвал к новой жизни, а призвав, оправдал, а оправдав,
прославил (Рим., VIII, 30). Таким образом, дьявол, который,
будучи огражденным от какого-либо тления плоти и крови,
обладал уступившим его соблазну человеком словно по незыблемому праву и господствовал над ним посредством непрочности смертного тела [человеческого], слишком
страждущего и немощного. [Однако дьявол], превосходя
[человека] настолько, насколько он был, так сказать, богаче и сильнее его, как бы одетого в лохмотья и удрученного
страданиями, в самой смерти плоти [все же] упустил его.
Ибо куда он ввергнул павшего грешника, но сам не последовал, туда низвергнул он, преследуя, нисходящего Искупителя. Так, в общности смерти Сын Божий соизволил стать
нашим другом, чего не претерпев, [Его и наш] враг счел
себя лучшим и высшим нас. Ведь Искупитель наш говорит:
«Нет больше той любви, как если кто положит душу свою
за друзей своих» (Ин., XV, 13). Поэтому дьявол даже счел
себя высшим в сравнении с Самим Господом, поскольку Господь в Своих страданиях уступил ему, ибо в Его отношении понимается то, что говорится в псалме: «Немного Ты
умалил Его пред ангелами»
30
(Пс., VIII, 6). Так, пребывая не-
винным, Господь, преданный смерти неправедным [духом],
126
О ТРОИЦЕ
который противостоял нам как бы по праву, превзошел его
наиправеднейшим образом (и так Он пленил плен (Еф., IV,
8) [в который мы попали] вследствие греха) и освободил
нас от справедливого по причине [нашего] греха плена,
своей несправедливо пролитой праведной кровью, навсегда отменив печать смерти и искупив [нас] подлежащих
оправданию грешников.
18. До этих же пор дьявол обманывает своих [последователей], кому он представляется как лживый посредник
(как если бы они очищались посредством его обрядов;
на самом же деле они лишь все более запутываются и погружаются [во грех]). Он очень легко убеждает гордецов
высмеять и презреть смерть Христа; и чем он отчужденнее
по отношению к ней, тем более святым и божественным он
мыслится своими [последователями]. Однако те, кто с ним
остался, малочисленны, ибо народы признают и с благочестивым смирением впитывают цену, заплаченную за них,
и с верою в это они оставляют своего врага и соединяются
у своего Искупителя. Ибо дьявол не знает, каким образом
для спасения верующих в Него превосходящая все Премудрость Божия использует его и как расставляющего сети,
и как неистовствующего, ибо от того высшего предела, который есть начало духовного творения, до этого низшего
предела, который есть смерть тела, «Она быстро распространяется от одного конца до другого и все устрояет
на пользу» (Прем., VIII, 1). Ведь Премудрость «по чистоте
своей сквозь все проходит и проникает» и «посему ничто
оскверненное не войдет в нее» (Прем., VII, 24, 25). Поскольку же дьявол чужд смерти плоти, от чего происходит
его чрезмерная гордыня, смерть иного рода уготовляется
в вечном огне преисподней, от которого могут пострадать
не только души, имеющие земные тела, но также и духи,
имеющие тела воздушные. Однако гордецы, для которых
Христос обесценился, поскольку Он умер и за эту дорогую
цену купил нас (I Кор., VI, 20), возвращают и прежнюю
смерть, и вместе с ней людей к [прежнему] жалкому состоянию природы, каковое происходит от первородного греха, и будут вместе с дьяволом низвергнуты в смерть новую.
Они же предпочли дьявола Христу, поскольку он низвер-
127
АВГУСТИН БЛАЖЕННЫЙ
гнул их в прежнюю смерть, в которую он сам в силу своей
отличной природы не пал, и куда ради них по великому милосердию своему спустился Господь. И, однако же, они
не сомневаются в том, что они лучше демонов, и они не перестают, всячески злословя, надсмехаться над ними и гнушаться их, т. е. тех, которых они знают как, конечно же,
чуждых того рода смерти, из-за которого они презирают
Христа. И не желают они думать, что могло статься так,
что Слово Божие, пребывая в Себе и не будучи в какой-либо части Своей изменчивым, могло, однако, через принятие низшей природы пострадать каким-то низшим образом, каким нечистый дух, поскольку он не имеет земного
тела, пострадать не мог. Итак, хотя они и лучше демонов,
все же, поскольку они имеют плоть, они могут умереть так,
каким образом демоны, поскольку они, разумеется, плоти
не имеют, умереть не могут. И хотя многое заранее воображается ими о смертях их жертв, они не понимают,
что приносят жертвы лукавым и гордым духам, а если и понимают, то считают чем-то полезным дружбу с вероломными и завистливыми [духами], чья единственная цель —
препятствовать нашему возвращению.
Глава XIV
19. И не понимают они, что даже возгордившиеся духи
не могли бы возрадоваться почестям жертвоприношений,
если бы не следовало приносить истинную жертву единому
истинному Богу, за Которого они хотят почитаться.
И не может быть она правильно принесена, если только ее
не приносит благой и праведный первосвященник и если
только то, что приносится, не принимается от тех, ради
кого приносится, а также если только это жертвоприношение без греха, так, чтобы оно могло быть принесено ради
очищения грешных. Этого, конечно же, желает всякий,
кто хочет, чтобы жертва приносилась Богу ради себя самого. Так, кто же Тот праведный и благой Первосвященник,
как не единственный Сын Божий, Которому не нужно по-
128
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]