Акты новгородского Вяжищского монастыря конца XV - начала XVII в.

очине в Новгородской земле Воцкой пятине в Кречневском погосте да в Николском погосте в Пидебском да в Заверяжьи да в Егорьев­ском погосте в Луском да в Дмитриевском погосте во Гдицком да в Обонежской пятине в Вороновском погосте да в Егорьевском пого­сте на Толвуе в Выгозерском присуде да в Лучанском погосте да в Деревской пятине Воскресенском погосте да в селце в Ракушине да в Кремецком погосте || да в Понеделском погосте да в Шелонской пятине в Заверяжье в Люболядах, и хто у них в селех и в деревнях учнет жити людей, и наместницы наши новгородские и пригород­ские наместники и волостели и их тиуни тех их людей не судят ни в чем, опричь душегубства и разбоя и поличным. А праведчики и довотчики не вьезжают ни высылают к ним ни по что. А ведает и судит игумен з братьею своих людей сам во всем или кому при­кажут. А случится суд сместной тем людем посацким и селским з городскими людми или с пригородскими или с волостными, и на­местницы и волостели и их тиуни судят, а игумен з братьею или их прикащик с ними ж судит. А прав ли, виноват ли монастырской человек, и он в правде и в вине игумену з братьею или их при­кащику. А наместницы наши и волостели и их тиуны в их мона­стырского человека не вступаются ни в праваго, ни в виноватаго. А прав ли будет, виноват ли городской человек или волостной, и он в правде и в вине наместником или волостелем и их тиуном. || А игумен з братьею и их прикащик у них в их человека в город­ского или волостного не вступаются ни в праваго, ни в виноватаго. А исцево велят доправити на виноватом. А кому будет чего искати на игумене, ино е судит архиепископ новгородской, а наместники архиепископли и тиуни игумена и его братью не судят ни в чем. А судит чернцов своих игумен сам во всем. А учинится у них в их селех и в деревнях монастырских душегубство, а не доищутся ду­шегубства, и они его дадут наместником за голову виры 4 рубля новгородские, а доищутся дущегубства, и они его дадут намесни­ком, а христианом в том продаже нет. А ково в лесе деревом заразит или кто з дерева убьется или кого зверь съест или кто в воде утонет или кто в огнь згорит или кто озябнет или кого возом сотрет или кто от своих рук утеряется, а обыщут того без хитрости, ино в том виры и продаже нет. А кто взведет по их людей и по их христиан моего великово князя пристова, и пристав мой пишет им один срок в году по Крещенье Христове в той же день. А хто по их взведет

Морозовым и перед дьяки на докладе положил и нас, обоих исцов, у доклада за тем списком поставил. И дворецкой Иван Семенович и диаки по тому списку велели судье присудить целованье на жеребьи, чей выметца жеребьи, тем старожилцом, поцеловав крест, и земля отвести. И мы, оба исца, яз, Федко, в ыгуменово место и во всей бра­тьи, а яз, Сергейко, в ыгуменово ж место и во всей братьи по судьину сроку на той земли стали да, доложа судье Ивана Прасолова, в ыску в сене и в пожни помирились без целованья. И дела нам до игумена до Галасея и до братьи в ыску в сене нет. А пожни есмя межу учинили полюбовно: от синего каменя от розселово, что на ямской дорозе, да Иванегородцкою дорогою новою по мокрую лозу, что против мостку и Вежицкие улицы; а от мостку подле мокрую лозу на сухую сосну, а на ней грань сечена; от сухие сосны на синей камень; от синево каменя на березовой пень; от березового пня на олху, а на ней грань сечена; а от олхи на ивовой куст, что подле Веряжки; от ивового ку­ста на болшой камень да на кривую березу, а на ней грань сечена, да на подлупленую березу, а на ней грань сечена, да на виловатую березу, да на осину, а на ней грань сечена, да на высокие два тополка, да по болшую дорогу по новую против розселово камени; а подо всеми гранми копаны ямы. То