Смысловая сфера профессионала. Монография

образа мира:«Человек – живая природа», «Человек – техника и неживая природа», «Человек – человек», «Человек – знаковая система», «Человек– художественный образ» [50].

По мнению Е.А. Климова, у представителей разнотипных профессий складываются различные типы образа мира, которые и определяют специфику восприятия окружающей действительности и соответственно типологические особенности смысловой сферы профессионалов.

Е.А. Климов подробно рассматривает распределение смысловых единиц, характеризующих человека как субъекта деятельности в целом, и обращает внимание на некоторые факты межпрофессиональных различий и сходства характеристик субъекта деятельности как целого.

Субъект видит (замечает, выделяет, помнит и припоминает) в мире то, что может видеть, а может видеть он то и так, как это, по предположению Е.А. Климова, во многом обусловлено его профессиональной принадлежностью. Ближайшей объемлющей реальной системой, задающей видение окружающего мира, является не стечение самих по себе природных обстоятельств, а человеческая – профессиональная – общность с типичным образом жизни и деятельности ее представителей. С этим связан профессиональный склад сознания субъекта труда. Поэтому Е.А. Климов уделяет особое внимание не только образу собственно «внешнего», «окружающего», «окрестного», объектного мира, но и представлениям о субъекте деятельности как некоей объективной же реальности (о том, как он видится в типичных случаях; мы говорим: «в типичных случаях», фактически понимая, что наша задача – понять уникальное, но мы все же должны иметь конкретную ориентировку в типовом, общем). Субъект – это реальность и часть мира. Образ субъекта (чье-либо мысленное представление о субъектах-профессионалах или хоть просто смутное чувство, что они, «само собой разумеется, есть» или «они вот какие») – это часть образа мира. Особенности образа объектного мира, свойственные представителям разнотипных профессий, трудно понять без пред-

21

ставления о том, как различные, разнотипные профессионалы видят самого человека в качестве субъекта (источника некоторой активности).

Согласно представлениям Е.А. Климова, в образ мира профессионала входит отражение той деятельности, которая позволяет выделять свойства объектов, не обнаруживаемые при взаимодействии с органами чувств. Эти уровни символической, знаковой репрезентации мира профессии формируются в индивидуальной психике субъекта на основе усвоения системы общественно выработанных значений, закрепленных в языке, предметах культуры, нормах и эталонах деятельности, и отражаются в смысловой сфере профессионала.

Поскольку смысловая сфера должна соотноситься с социокультурным,

вчастности с профессиональным пространством, то по мере ее развития происходит дестереотипизация смыслов. В результате в структуре смысловой сферы существенно повышается доля личностных и индивидуальных смыслов.

Д.А. Леонтьев [65, с. 292] выделил индивидуальные особенности смысловой сферы, относящиеся к индивидуальным характеристикам механизмов смысловой регуляции.

Первым конструктом, характеризующим индивидуальные различия смысловых механизмов и отражающим общую смысловую ориентацию, является склонность вообще ориентироваться на смысл своих действий, а не на их причину, ставя по отношению к ним вопрос «для чего?» в противовес «почему?». Этот конструкт Д.А. Леонтьев обозначает как телеологичность поведения в противовес его каузальности.

Вторым конструктом, существенным для характеристики смысловой сферы личности, является общий уровень осмысленности жизни. Осмысленность жизни можно рассматривать как энергетическую характеристику смысловой сферы, количественную меру степени и устойчивости направленности жизнедеятельности субъекта на какой-то смысл. Наполненность жизни субъекта каким-либо устойчивым смыслом феноменологически проявляется,

вчастности, в стеничности, энергии, жизнестойкости, а отсутствие смысла

22

выражается в депрессии, легкой подверженности психическим и соматическим заболеваниям и аддикциям.

Третий конструкт – соотношение ценностей и потребностей в рамках смысловой регуляции.

Четвертой характеристикой индивидуальных особенностей смысловой регуляции является структурная организация смысловых систем. Это не единичный параметр, который можно однозначно измерить, а комплексное качественно-количественное описание структурной организации смысловой сферы, включающее ряд параметров. Прежде всего можно назвать три параметра, по которым А.Н. Леонтьев (1977) характеризовал личность, определяемую им как иерархию мотивов: широту связей человека с миром; степень их иерархизированности и общую структуру, структурный профиль личности.

Эти параметры получили операционализацию в разработанной Д.А. Леонтьевым методике предельных смыслов, или МПС [64]. Широте связей соответствуют такие структурные показатели МПС как количество предельных смыслов и продуктивность, степени иерархизированности – количество узловых категорий и индекс связности, а общую структуру позволяет содержательно охарактеризовать качественный анализ МПС.

Пятая характеристика индивидуальных особенностей смысловой регуляции – степень ее осознанности. Осознанность рассматривается как одно из двух базовых измерений жизненной позиции личности [65]. Осознанность характеризует степень рефлексивного выделения регуляции личностью себя из личности потока своей жизни, осознания несовпадения своего «Я» и объективно разворачивающегося жизненного процесса. Отсутствие осознанности характеризует людей, для которых их «Я» слито, не отделимо от того, что с ними реально происходит. По сути, в регуляции поведения осознание выполняет функцию механизма обратной связи. Осознание того, как и с каким эффектом, я, как субъект, управляю собственным поведением, является необходимой (но недостаточной) предпосылкой успешности этого управления. Другой предпосылкой является активность – второе базовое измерение жизненной позиции личности. Активность жизненной позиции характеризует

23

способность личности управлять событиями своей жизни, активно в них вмешиваться. Личность с пассивной позицией не в состоянии воздействовать на свою собственную жизнь, она плывет по течению, подчиняясь потоку событий.

Д.А. Леонтьев пишет, что оба параметра жизненной позиции в какой-то мере коррелируют, но они все же достаточно независимы друг от друга. Их попарные сочетания дают четыре идеальныхх типа жизненной позиции.

Действенная позиция характеризуется осознанностью и активностью; человек осознает течение своей жизни, способен стать по отношению к ней в специфически активную позицию и управлять ею.

Импульсивная позиция характеризуется активностью и отсутствием осознанности; человек стремится управлять своей жизнью, не будучи в состоянии ее хорошо осмыслить. Управление им своей жизнью принимает характер хаотичных, импульсивных решений и изменений, не связанных единой логикой и жизненной целью.

Созерцательная позиция характеризуется осознанностью, но и отсутствием активности. Осознавая субъективные события своей жизни как нечто отдельное от своего «Я»,человек, однако, не в состоянии на них воздействовать по причине либо убежденности в невозможности это сделать (внешний локус контроля), либо невротической неуверенности в себе, своих силах и возможностях.

Страдательная позиция – это отсутствие осознанности и активности по отношению к своей жизни, полное пассивное подчинение обстоятельствам, принятие всего, что происходит, как неизбежного и неконтролируемого.

Если активность жизненной позиции связана больше с развитием экзистенциальных механизмов свободы и ответственности, принадлежащих к более высокому регуляторному уровню, то осознанность в гораздо большей мере характеризует индивидуальные особенности именно смыслового уровня регуляции [65].

24

Наконец, шестым измерением индивидуальных особенностей смысловой регуляции выступает временная локализация ведущих смысловых ориентиров. Известно, что восприятие мира как целого – в пространственной протяженности и временной перспективе – одна из психологических предпосылок смысловой регуляции вообще.

Выделенные Д.А. Леонтьевым параметры индивидуальных различий смысловой сферы личности – общий уровень осмысленности жизни, структурная организация смысловых систем, степень осознанности смысловой регуляции, временная локализация ведущих смысловых ориентиров – легли в основу критериев нашей оценки уровня развития смысловой сферы личности профессионала.

Следующую группу особенностей смысловой сферы можно определить как группу динамических особенностей, то есть связанных с ее функционированием. Важной динамической характеристикой смысловой сферы являет-

ся ее подвижность, текучесть личностных смыслов.

Подвижность смысловой сферы связана прежде всего с механизмом рефлексии, по отношению к которому смысловые содержания выступают в качестве одного из возможных объектов, или мишеней. Результатом рефлексивной проработки смыслов становятся трансформации последних.

Рефлексия понимается в данном случае как общая нацеленность субъекта на смыслоосознание. Смыслоосознание включает в себя осознание входящих в структуру смысловой сферы смыслов и существующих между ними связей (Ф.Е. Василюк, Д.А. Леонтьев, В.В. Столин и др.). Начало профессиональной жизни – это время активного смыслоосознания, открытости новому опыту и его осмыслению. Данная особенность смысловой сферы начинающего специалиста предполагает, что в ситуации потери смысла или возникновения смыслового конфликта возникнет активность по смыслоосознанию, а далее – смыслотворчеству.

Заметим, что, рассматривая выделенные характеристики смысловой сферы личности, трудно обнаружить границы между ними в реальном их

25

проявлении. Существуя в совокупности, они «перетекают» друг в друга, взаимообусловливают друг друга и имеют общий механизм порождения – рефлексию. Проведенный анализ основных характеристик смысловой сферы отчетливо показывает неразрывную связь функции рефлексии с функцией смысловой регуляции как регуляции жизнедеятельности в целом.

1.4. Уровни развития смысловой сферы личности

Теоретический анализ источников показал, что за основу выделения

уровней развития смысловой сферы авторы берут в основном степень сформированности генерализованных смыслов, их качественное своеобразие, определяющее способ осмысления мира личностью, и особенности центрации сознания личности (Г.М. Андреева, Л.И. Анцыферова, Б.С. Братусь, Д.А. Леонтьев, А.А. Пелипенко, Е.В. Улыбина и др.).

Б.С. Братусь [20, 21] в основу уровневой модели развития смысловой сферы кладет специфику генерализованных смыслов личности.

Доличностному уровню развития смысловой сферы, согласно Б.С. Братусю, в качестве генерализованных соответствуют прагматические, операциональные, ситуационные смыслы, определяемые предметной логикой достижения цели в ходе конкретной ситуации. Такие смыслы не являются личностными, они привязаны к ситуации, выполняют служебную регулятивную роль в ее осознании. Индивида с подобным уровнем развития смысловой сферы характеризует зацикленность на «вещном мире». Вещь – ее физические параметры, свойства, назначение – диктует смысл ситуации. Личностного означивания данной ситуации не происходит. Переход с доличностного уровня развития смысловой сферы свидетельствует, что личность уже означивает окружающее пространство, «обживает» его – привносит в содержание внешнего мира элементы своего внутреннего мира. В ходе этого процесса формируется личностно-смысловая сфера [20].

Личностный сектор развития смысловой сферы, по Б.С. Братусю, имеет свои уровни.

26

1.Эгоцентрический уровень. Исходным моментом для индивида, находящегося на этом уровне развития, является личная выгода, удобства, престиж и т.д. как система отношений с внешним миром. Все остальные люди ставятся в зависимость от этих отношений и рассматриваются как препятствующие их реализации. К себе при таком уровне развития смысловой сферы индивид относится как к единице, самоценности, а к другим – сугубо потребительски. Если другой человек помогает личному успеху эгоцентриста, то он оценивается как удобный, хороший, если не помогает, препятствует, затрудняет, то как плохой, враг. При этом выход на новый уровень предполагает развитие смысловой сферы в направлении активного смыслообмена и децентрации.

Фиксация на данном уровне развития смысловой сферы затрудняет смысловой диалог. Это объясняется жесткой эгоцентрацией сознания, присущей индивидам с эгоцентрическим уровнем развития смысловой сферы. В структуре их смысловой сферы «смысл Я» поглощает другие смыслы, поскольку осмысление внешней и внутренней действительности происходит только с позиции «Я». Вследствие этого затрудняется перевод смыслов на языки других сознаний, что препятствует налаживанию эффективного смыслового диалога с другими людьми. В итоге не вырабатываются эффективные стратегии поведения. Это ведет к непродуктивности жизнедеятельности эгоцентриста в целом. Сложность развития в данном случае заключается в том, что при жесткой эгоцентрации сознания не может возникнуть осознания собственной ответственности за неудачи. Таким образом, жесткость центрации сознания указывает на низкий уровень развития смысловой сферы.

2.Группоцентрический уровень развитияпрактики смысловой сферы, по Б.С. Братусю, предполагает идентификацию субъекта с референтной группой. Группу индивид либо отождествляет с собой, либо в своих интересах ставит выше себя. Тогда его устремления и отношение к другим людям зависят от того, входят ли эти «другие» в его группу или нет. «Группа при этом может быть самой разнообразной, не только маленькой, тесной, как семья,

27

например, но достаточно большой, например, профессиональное сообщество, целая нация, народ, класс. Если другой входит в такую группу, то он обладает свойством самоценности (вернее, «группоценности», ибо ценен не сам по ксебе, а своей принадлежностью к группе), достоин жалости, уважения, прощения, любви. Если же другой в эту группу не в ходит, то эти чувства могут на него не распространяться» [19, с. 131].

Такой способ осмысления мира связан с группоцентрацией сознания, когда мир осмысливается с позиции групповых норм и ценностей. При этом под влиянием группоцентризма восприятие социальной действительности трансформируется.

При трансформациях социального восприятия субъект смысловой сферы может быть в меньшей степени ее автором, чем группа, в которую он входит. На определенном этапе (например, на этапе первичной профессиональной адаптации) подобная опора на групповое мнение необходима. По ходу профессионального развития субъект труда переходит от осмысления в рамках референтной группы к новым масштабам осмысления.

Однако при определенных условиях возможна фиксация на группоцентрическом уровне развития смысловой сферы, что связано с жесткой группоцентрацией сознания. Так, А. Тэшфел отмечает, что в обществах со строгой стратификацией, где переход из одной социальной группы в другую затруднен, мироощущение человека, как и его поведение, особенно сильно задано «в групповом контексте». Это объясняется тем, что вне группы у человека вообще достаточно мало шансов на успех. В подобной ситуации как-то изменить свое положение, если оно не удовлетворяет человека, он может, скорее всего, с помощью своей группы или действуя как член группы. Столь жесткая привязанность к группе, естественно, влияет на восприятие и понимание социального мира как такового [4].

Преодоление доминирования самоценности и «группоценности» (жесткой эгоцентрации или группоцентрации сознания) позволяет личности перейти на следующий уровень развития смысловой сферы.

28

3.Просоциальный, или гуманистический уровень развития смысловой сферы предполагает, что для ее субъекта отношение к другому уже не определяется лишь тем, принадлежит он к определенной группе или нет. За каждым человеком подразумеваются самоценность и равенство его в отношении прав, свобод и обязанностей. Лишь на этом уровне принцип самоценности становится всеобщим, определяя собой главное и единственное направление приобщения к родовой человеческой сущности.

Просоциальный уровень включает в себя коллективистскую и, как высшую ступень, общечеловеческую ориентацию (собственно нравственную смысловую ориентацию), которую можно именовать подлинно просоциальным уровнем. Эта высшая ступень характеризуется внутренней смысловой устремленностью человека на создание таких результатов (продуктов труда, деятельности, общения, познания), которые принесут равное благо другим, даже лично ему незнакомым людям, обществу, человечеству в целом. «Если на первом описанном нами уровне другой человек выступает как вещь, как подножие эгоцентрических желаний, а на втором «другие» делятся на круг «своих», обладающих самоценностью, и «чужих», ее лишенных, то на третьем уровне принцип самоценности становится всеобщим. По сути, только с этого уровня можно говорить о нравственности, только здесь начинает выполняться старое «золотое правило» этики – поступай с другими так, как ты бы хотел, чтобы поступали с тобой. …На стадиях предыдущих речи о нравственности нет, хотя можно, разумеется, говорить о морали – эгоцентрической или группоцентрической, корпоративной» [24, с. 8-9].

4.Духовный, или эсхатологический уровень. На этой ступени, как отмечает Б.С. Братусь, человек начинает осознавать себя и другого не как конечные и смертные существа, но как существа особого рода, связанные с духовным миром, как существа, жизнь которых не кончается вместе с концом жизни земной. Иными словами, это уровень, в пределах которого решаются субъективные отношения человека с Богом, устанавливается личная формула связи с ним. Если говорить о христианской традиции, то субъект приходит

29

здесь к пониманию человека как образа и подобия Божия, поэтому другой человек приобретает в его глазах не только гуманистическую, разумную, общечеловеческую, но и особую, сакральную, божественную ценность. На эсхатологической ступени смысловое отношение вытекает из ощущения связи с Богом.

Добавив этот уровень позже всех остальных, Б.С. Братусь впоследствии уточняет его характеристику как уровня, «на котором определяются субъективные отношения человека с беспредельным, устанавливается его личная религия, то есть отношение к конечным вопросам и смыслам жизни. Эта личная религия может быть даже атеистической, исключающей Бога, но она всегда продукт некоей веры, поскольку основания смыслов здесь уже не подлежат проверке, это область метафизических умопостроений, а не опыт-

ного знания» [19, с. 135-136].

Б.С. Братусь предполагает, что в ходе онтогенеза происходит переход с уровня на уровень развития смысловой сферы, расширение масштабов личностного означивания, углубление осмысления жизни, мироустройства, восхождение от единовластия прагматических стремлений и материальных ценностей к общечеловеческим ценностям. К этому можно добавить, что развитие смысловой сферы личности тесно связано с гибкостью центрации сознания, то есть с наличием при доминирующей центрации сознания значимых элементов просоциальной направленности личности.

Помимо уровня сформированности и особенностей, связанных с центрацией сознания личности, генерализованные смыслы также можно отличать по критерию устойчивости (неситуативности). Данное качество характеризует степень присвоения смыслов личностью (Б.С. Братусь, Д.А. Леонтьев и др.). «Можно говорить о неустойчивых, ситуативных смысловых содержаниях, характеризующихся эпизодичностью, зависимостью умений от внешних обстоятельств; далее об устойчивых, личностно присвоенных смысловых содержаниях, вошедших, вплетенных в общую структуру смысловой сферы, и, наконец, о личностных ценностях, определяемых как осознанные и принятые человеком наиболее общие, генерализованные смыслы его жизни.

30