§ 3. МУЗЫКАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА ПЕНЗЕНСКОГО КРАЯ КАК МОДЕЛЬ ТЫЛОВОГО ТИПА

Пензенская модель музыкально-культурной системы стала новообразованием изучаемого периода (4 февраля 1939 г. – дата образования Пензенской области)349. Основным институтом управленческого звена являлся областной отдел по делам искусств, подчинявшийся Управлению по делам искусств при СНК РСФСР и выше – Комитету по делам искусств при СНК СССР. Специальных органов управления музыкальной сферой, как и в поволжских аналогах, не обнаружено; инспектор по музыкальному искусству по данным на 1 января 1941 г. отсутствовал. Начальником ООДИ до октября 1941 г. был А. Ф. Семенов, не имевший специального образования и до указанного назначения работавший в сфере коммунального хозяйства. Позднее начальником стал К. В. Королев, литератор, руководивший отделом на протяжении Великой Отечественной войны350. Управленческий компонент расширялся: к 10 декабря 1942 г. пять человек курировали 17 учреждений, из них четверо находились в районах; в связи с увеличением нагрузки в декабре 1944 г. в штат добавили инспектора и бухгалтера-ревизора351.

Уполномоченные ГУРК отслеживали соответствие нормативам репертуара, содержания и состава актеров. Например, Пензенскому театру оперы и балета в феврале 1942 г. запрещалось привлекать к исполнению актеров, не допущенных ГУРК. В источниках указаны фамилии уполномоченных по области: И. П. Нагаев, Е. П. Половцева, И. Карташов 352.

При начальнике ООДИ и под его председательством для централизации и оптимизации руководства творческими процессами на региональном уровне и налаживания обратной связи с коллективами создали художественный совет – консультативный совещательный орган комбинированного состава; в декабре 1942 г. из 28 членов 12 имели непосредственное отношение к музыке: В. Г Бенский,

94

Н. М. Гинзбург, И. В. Шерешевская, Т. Д. Гутман, А. И. Шпигаль и др.353

Врегионе действовало Пензенское отделение Всероссийского театрального общества (председатель Е. Белов) и обком Союза Рабис. Среди совместных с ООДИ проектов – декада смотра спектаклей русской классики с 1 по 10 января 1944 г., областная конференция по теме «О работе театров области в период Отечественной войны» (декабрь 1944 г.)354.

Вструктуре образовательного компонента пензенской модели представлены музыкальные школы, училище, курсы общего музыкального образования (КОМО) и студии. Кроме того, в результате эвакуации в модель включилась Центральная детская музыкальная школа при Московской государственной консерватории им. П. И. Чайковского (ЦДМШ). Высших учебных заведений в регионе в 1939–1945 гг. не было.

ВПензенском крае наблюдалась тенденция расширения музыкально-образовательного пространства. По информации на 1941

г.существовали планы по открытию школ в малых городах – Сердобске и Кузнецке. По причине начала Великой Отечественной войны удалось реализовать проект открытия школы в Кузнецке только в 1944 г. Контингент приема предполагался в количестве 100 человек в возрасте от 8 до 15 лет по классам фортепиано, скрипки, народных струнных инструментов. На текущее содержание и приобретение оборудования и инвентаря из областного бюджета выделяли 126 тыс. руб., 20 тыс. руб. планировали собрать за счет платы за обучение в размере 350 руб. с учащегося в год. По различным причинам срок открытия перенесли с 1 мая на 1 октября 1944 г. Школе выделили семь комнат на двух этажах, приобрели лошадь и телегу. Инструментальную базу формировали через аренду у частных лиц и учреждений; так, по решению горисполкома из средних школ № 2 и 4 передали пианино, а из артели «Молот» – духовой оркестр. Директором в январе 1944 г. утвердили М. В. Подольского355.

95

В связи с началом войны музыкальное училище законсервировали. Пензенскую школу перевели на хозрасчет; в ее пользовании оставили инвентарь и часть помещения, ранее занимаемого совместно с музучилищем. Контингент воспитанников насчитывал на фортепианном отделении – 147, на отделении духовых инструментов – 21, на отделении народных инструментов – три, в классе скрипки – два воспитанника. При школе открыли КОМО для взрослых с контингентом 33 человека, из них по классу фортепиано – 14, вокала – 17, духовых инструментов – один, народных

образовательного компонента. Главным образом это коснулось материального аспекта (учебных площадей, инструментальной базы). Для обеспечения работы ЦДМШ пришлось ощутимо потесниться ДМШ и художественному училищу: здание быстро пришло в запущенное состояние; за зиму вышла из строя отопительная система; разбиты стекла и крыша живописной мастерской и т. д. Но в творческом плане эвакуационный период оказался благотворным для

Львовской консерватории Т. В. Погожева (класс скрипки). Одним из источников пополнения ученического контингента ЦДМШ стали местные учащиеся357.

Студийную форму обучения практиковали в Пензенском областном Доме народного творчества (в других регионах Поволжья не выявлено): в 1940 г. создали вечернюю студию изобразительного искусства и вечернюю музыкальную школу для обучения в течение трех лет без отрыва от производства руководителей кружков самодеятельности и наиболее талантливых самоучек – художников,

96

певцов и музыкантов. В музыкальной школе на базе Пензенского училища обучали 21 человека по классам вокала, народных инструментов и баяна; занятия проводили три раза в неделю358. Студийная форма двухлетней подготовки кадров без отрыва от производства в вечернее время осуществлялась в оперном театре с 1944 г. В нее отбирали лучших участников самодеятельности. В числе преподавателей – завуч О. А. Кириченко (музыкальная грамота

итеория), А. К. Виноградова (вокал), В. Н. Ильинская и П. Н. Литони (балетный класс), Рудницкая* (рояль). Через несколько месяцев обучения 9 лучших студийцев принимали участие в спектаклях зимнего сезона 1944–1945 гг. Для оперативной подготовки технических кадров ввели ученичество под непосредственным руководством мастеров – электротехников, театральных портных, художников, декораторов359.

Одним из важнейших событий исследуемого периода в крае стало создание профессионального музыкального театра оперы и балета, который зародился из самодеятельного кружка Дома культуры им. С. М. Кирова как хозрасчетный коллектив в декабре 1941 г.; в апреле 1943 г. его перевели в сеть государственных театров с присвоением III

ивскоре – II тарифной группы. Штат охватывал 226 работников, имелись все подсобные цехи. Основной состав артистов сложился из местных сил, долгое время работавших в музучилище, оперном ансамбле концертно-эстрадного бюро, из хоровых и оркестровых ансамблей; частично пополнялся эвакуированными актерами из Москвы, Ленинграда, Киева, Одессы и Харькова360.

Вконце 1942 г. труппе выделили использовавшееся в качестве склада полуразрушенное здание клуба им. 1 Мая на 500 мест на ул. Московской, 29. Там опера находилась до 11 декабря 1943 г. После этого здание передали Дворцу пионеров. Альтернативное помещение

– Клуб железнодорожников им. Ф. Дзержинского с коммерческой вместимостью 967 мест – предоставили театру музыкальной комедии из Ростова-на-Дону по договору об аренде за 20 тыс. руб. в месяц. Только после реэвакуации последнего клуб перешел к оперному

97

театру, остававшемуся там до закрытия в 1948 г. В конце войны планировалось строительство нового здания; на проектирование выделили 80 тыс. руб. В феврале 1945 г. вопрос разрабатывался, но, как свидетельствуют источники, план не был реализован361.

Репертуар Пензенского театра оперы и балета вырос к концу войны до 20 постановок, из которых рост коллектива продемонстрировали спектакли «Пиковая дама», «Кармен», «Паяцы», первый балет (апрель 1944 г ) – «Испанское каприччио» Н. А. Римского-Корсакова. После реэвакуации Ростовского театра музкомедии пензенская труппа в сезон 1943 г взяла линию на объединение оперных спектаклей с классической опереттой; в репертуар включили «Корневильские колокола» Р Планкетта (постановка Б. Г Бенского), «Цыганского барона» И. Штрауса (режиссер М. И. Степанова), «Летучую мышь» И. Штрауса (постановка московского режиссера Джусто*). На лето 1945 г запланировали гастроли пензенской оперы на Дальний Восток, в Ярославль, Курск. Однако, как свидетельствуют источники, коллектив выехал на работу в Астрахань с 21 июля до конца сентября 1945 г 362

Театр музыкальной комедии из Ростова-на-Дону представлял собой сильный и востребованный коллектив. До эвакуации театр «два месяца не работал, переезжая из города в город»363. Четыре вагона декораций безвозмездно передали Бакинскому дому Красной армии, так как не было получено разрешение на их перевозку в Красноводск через Каспийское море. Пришлось создавать новые декорации ко всем спектаклям, при этом для налаживания деятельности театру понадобилось всего 23 дня (до 29 октября 1942 г.)364. Коллектив из Ростова-на-Дону оказался в коммерческом смысле успешным, что было нечастым явлением в условиях войны: удалось сохранить практически все кадры и в 1942 г., показав при плане в 328 спектаклей 290, обслужить 267,4 тыс. зрителей (по плану – 245) и собрать 2381,1 тыс. руб. (по плану – 2246,1). Немаловажную роль играл базовый жанр – музыкальная комедия, весьма популярная в исследуемое время. В Пензе театр музкомедии включили в I тарифную группу. Репертуар увеличился в эвакуации с 8 до 20

98

постановок; созданы спектакли советской тематики – «Серенада» и «Три встречи». Наибольшим успехом пользовались «Свадьба в Малиновке», «Жрица огня», «Холопка», «Свадьба Марион», «На нашем берегу». Артисты выступали на площадках в летнем театре парка им. В. Г. Белинского, во Дворце культуры им. С. М. Кирова, в помещении клуба им. Ф. Дзержинского. Большой вклад в успех театра внес художественный руководитель Б. Г. Бенский. Любовь зрителей завоевали солисты А. В. Шилин, А. И. Назарова, А. И. Сергиенко, Е. М. Кушнир и др. 365

Ключевым институтом в концертно-организационной сфере пензенской модели было концертно-эстрадное бюро (КЭБ), образованное в марте 1939 г. Хозрасчетное бюро находилось на этапе становления, тем не менее в 1939 г. его количественные показатели оказались внушительными: 339 концертов, охвативших 119 тыс. зрителей (по плану соответственно – 224 концерта и 84 тыс. человек). Стационарные концерты составляли всего 8 %, остальные – гастрольные (131) и выездные (180, в том числе 108 – в сельской местности)366.

8 августа 1941 г. Пензенское КЭБ расформировали решением облисполкома, а руководство концертной деятельностью возложили на областной драматический театр, а также на Дом народного творчества (подобное делегирование функций в поволжских аналогах нами не зафиксировано). С ноября 1941 г. концертная жизнь края концентрировалась вокруг хозрасчетного коллектива эстрады при ООДИ (директор – Чарский, в штате – 34 человека). По причине катастрофического положения в секторе приняли решение о принятии в августе 1942 г. Пензенской области на обслуживание Куйбышевской филармонией367. В сентябре 1942 г. на базе сформированной в декабре 1941 г. областной госэстрады, в штате которой было 111 человек, вновь организовали Пензенское областное концертно-эстрадное бюро368. В первой половине 1943 г. его перевели из IV в III тарифную группу. Однако успешной деятельность КЭБ назвать сложно: например, в 1943 г. план по количеству концертов выполнен не был369. В 1944 г. в его составе – Украинский эстрадный коллектив

99

(9 человек), бригады под руководством Исаевой, Бирюкова, Андрианова, Цейтлина, театр эстрады и миниатюр (10 артистов), духовой оркестр под руководством Баркетова (10 исполнителей), а также две бригады артистов-иллюзионистов по четыре человека, цирковая бригада, театр трансформации, 10 артистов разных жанров и по совместительству 20 человек из оперного и драматического театров. В 1945 г. в Пензе организовали оркестр народных инструментов; функционировал музыкально-литературный лекторий370.

В апреле 1942 г. в пензенский коллектив артистов эстрады приняли на работу в рамках обмена с Тамбовским концертным бюро «Кавказский ансамбль песни и танца» в составе 16 человек с отчислением 10 % с валового сбора на содержание эстрады сроком на один месяц. В 1944 г. Пензенская облгосэстрада отправила бригады Цейтлина и Петросяна для обслуживания Тамбовской, Сталинградской, Ивановской, Муромской и Владимирской областей. В 1945 г. предполагался творческий обмен с Ивановской, Калининской областями и Донбассом371.

Креативный компонент был слабо развит в пензенской модели

в1939–1945 гг.; общественную композиторскую организацию создать не удалось.

Профессиональные композиторы и музыковеды, как правило, были инолокальными по происхождению (А. А. Штейнвиль, Одесса,

вдальнейшем – автор около 200 произведений) или по творческому становлению (А. В. Турищев – пензенский композитор, кларнетист,

педагог)372. Тем более интересны фигуры авторов-любителей (Е. К. Медянцева, руководившая Михайловским хором, написавшая для этого коллектива песни «Сторона моя, сторонушка», «Калинка»; С. Ф. Зимаев, руководивший мордовским ансамблем из села Карсаевки Поимского района)373. Среди местных композиторов выделялись Ф. П. Вазерский, Р. Е. Цимринг. В 1945 г. Ф. П. Вазерский написал для организованного им самодеятельного хора рабочих завода им. М. В. Фрунзе (500 человек) «Песню фрунзенцев». Хор

100

премировали и выделили на всероссийский смотр, и только из-за отъезда Вазерского на гастроли в Астрахань с оперным театром, где он являлся в то время единственным дирижером, коллектив не смог выехать в Москву374. В местной печати есть упоминания о композиторах-подростках: ученица 8-го класса средней школы № 4 Г. Никольская в 13 лет исполняла свои сочинения, в том числе и на съезде советских композиторов в Тамбове, участвовала в различных олимпиадах и концертах («Грусть», «Осень», «Шуточка»); Ю. Никольский, не владевший грамотой, также сочинял мелодии и показывал их на рояле («Колыбельная маме», «Часы на башне», «Поезд идет», «Вальс»). В «Сталинском знамени» есть информация о 8-летнем ученике Пензенской ДМШ Ю. Воскресенском, авторе нескольких произведений375.

Пензенский край был родиной музыковеда П. В. Аравина, окончившего Московскую консерваторию и служившего в 1939 г в Архангельской филармонии. В 1939 г в издательстве «Правда Севера» вышла его брошюра «М. П. Мусоргский» к 100-летию со дня рождения композитора и т. д. Композиторы часто выступали в музыковедческой ипостаси: например, Ф. П. Вазерский – автор статей, посвященных 60-летию оперы «Евгений Онегин», памяти С. В. Рахманинова и др.376

О фольклорных изысканиях известно мало. Сотрудники Пензенского дома народного творчества организовывали экспедиции по сбору материала, записывали и обрабатывали его377. Следует отметить фигуру известной народной поэтессы А. Анисимовой, записывавшей фольклорные образцы, главным образом в Поимском районе. В местной прессе неоднократно публиковали собранные ею припевки. В августе 1944 г. А. Анисимова в статье «Песня и война» привела записи песен, осуществленные автором и помощниками В. И. Сюзьдиным, Л. А. Кулешовой, В. И. Цыгановкиным. Сюзьдин, например, собрал много русских и мордовских песен, а также более 700 припевок (погиб в 1943 г. на фронте). В 1945 г. на всероссийском

101

районе запись песен и припевок организовал директор железнодорожной средней школы № 87 К. Н. Соколов с помощью учительницы С. Симоновой и учениц Р. и М. Ромашкиных и А. Быковой. Известно также, что в 1944 г. готовился к изданию сборник «Фольклор Пензенской области». На лето 1945 г. планировали организовать группы из учащихся и преподавателей техникумов, вузов, старших классов средних школ, сотрудников краеведческих музеев по сбору народных сказок, песен, частушек, музыкальных напевов и т. п. 378

Производственно-технический компонент в пензенской модели обладал потенциалом для развития. По информации, датированной 1939 г., в структуре Дома культуры им. С. М. Кирова была мастерская, производившая капитальный и текущий ремонт – полировку, настройку и реставрацию роялей, пианино, гитар и мандолин учреждениям и частным лицам. При этом духовые инструменты сдавали в ремонт в Москве, там же закупали трости 379. Кроме того, пензенцам предлагал услуги Ленинградский завод духовых музыкальных инструментов. В Пензе мастерская мебели и культтоваров горпромкомбината осваивала в 1940 г. производство пианино стоимостью не более 1500 руб. Корпус проектировался в черном цвете с украшением переднего щитка мелкой художественной резьбой380.

Одним из каналов закупки инструментов был Военторг: так, в 1940 г. музучилище приобрело флейту и рояль. Духовые инструменты в комплекте предлагали к реализации в Пензенском обкоме Союза госторговли в декабре 1939 г. По данным на январь 1944 г., среди источников обеспечения реквизитом и костюмами театра оперы и балета – столичная организация «Мостеакостюм», а также Саратовский театральный комбинат381.

Важнейшую роль в информационном аспекте играла местная периодическая печать. В числе рецензентов: Вл. Густ, А. Храбровицкий, Н. Леонидова, З. Гусева, Н. Ярошенко, профессор Московской консерватории Т. Гутман. Концертам И. Михновского

102

посвятили заметку профессор А. Ямпольский и доцент Московской консерватории Л. Магозинер, кандидат искусствоведческих наук Л. Пескина382. Ответственные за мероприятия лица также писали заметки в газету: А. Бурков, секретарь обкома ВЛКСМ, председатель

директор оперного театра В. Дмитревский и др. 383 Развитие и поддержание информационного компонента оказалось

затруднительным в военный период. В частности, театр оперы и балета не мог обеспечить зрителей программами и либретто из-за дефицита бумаги. Поэтому в соответствии с внутренним приказом в апреле 1942 г Ф. П. Вазерского обязали перед началом спектаклей пояснять содержание и объявлять фамилии участников, а администратора В. Мещерина – обеспечивать своевременную рекламу спектаклей по возможности в печатном виде, и в обязательном порядке – через сектор рекламы «Сталинского знамени» и Радиокомитет. Подобные обстоятельства тормозили и деятельность областного ДНТ: недостаток издательств, множительных аппаратов (пишущих машинок, стеклографов), дефицит бумаги не позволяли эффективно выявлять сказителей, собирать фольклор, составлять и размножать репертуар 384.

Сведения о состоянии библиотечного фонда отрывочны. Например, стоимость литературно-нотной библиотеки Пензенской эстрады оценивалась в сумме 57 тыс. руб. Вполне достаточной была база в музучилище – она складывалась в течение многих лет с конца XIX в. И наоборот, крайне бедной считалась библиотека в недавно созданной Кузнецкой школе: формирование фондов во время войны представлялось сверхсложной задачей. Кроме того, в результате пользования библиотекой Пензенской школы учениками ЦДМШ «большинство экземпляров нот потрепано и разорвано, 49 номеров ценных музыкальных произведений увезены в результате реэвакуации

вМоскву и не возвращены» 385.

Вструктуре модели ключевым для любительского движения являлся Дом народного творчества. Пензенский областной ДНТ

103

Постоянного помещения не было; это не давало возможности создать методкабинет, организовывать учебу руководителей-общественников. Тем не менее ДНТ имел разветвленную структуру и считался одним из лучших до закрытия в начале Великой Отечественной войны 386.

К наиболее важным очагам организованного любительского музицирования следует отнести Пензенский дом культуры им. С. М. Кирова. В трех кружках занимались более 1000 работников завода и их детей. Кроме оперного коллектива работали кружки гусляров, народных инструментов, балетный и хоровой, джаз-оркестр. В апреле 1940 г. на заводе в смотре участвовало свыше 500 человек. В июне 1940 г. при Доме культуры организовали первый в области банджовый оркестр в составе 40 исполнителей под руководством А. Н. Бахметьева. К осени 1940 г. из музыкальных коллективов имелись кружок баянистов (28 человек), ансамбль гусляров (25 человек), джаз-оркестр под руководством Цвирко, балетный кружок, мужской вокальный ансамбль. К наиболее известным относился также клуб им. Ф. Дзержинского, в котором в 1939 г. функционировали кружок духовых инструментов, джаз-оркестр и проч. 387

Накануне войны фиксируется рост художественной самодеятельности в Пензе388. В подготовке к Всесоюзной олимпиаде детского творчества в августе 1940 г в области приняли участие около 40 тыс. учащихся школ; 6 тыс. готовились на районные и городские туры. Среди коллективов и исполнителей выделялся Михайловский хор, созданный в 1939 г под руководством Е. К. Медянцевой, народный хор с. Чирково Лунинского района и др. Репертуар последнего представлял большой этнографический интерес, включал старинные песни, советские произведения, исполнявшиеся без музыкального сопровождения389.

104

Пензенский областной ДНТ восстановили в феврале 1944 г. со штатом из двух человек; директором назначили Н. А. Старкову, а в ноябре в связи с ее отъездом в Москву – В. Е. Ревич (бывшего бухгалтера). ДНТ проводил учет кружков и исполнителей, обеспечивал методическую поддержку, в том числе устраивал семинары для руководителей коллективов. В 1944 г. размножены и разосланы районным домам культуры указания по составлению планов работы кружков, репертуарные листки, краснофлотский лист и письмо «В помощь сельской художественной самодеятельности», произведения из сборников «Сельская эстрада» и «Уничтожим фашистских варваров». В числе примеров организационной деятельности – проведение в 1944 г. к годовщине Октябрьской революции конкурса на лучший ансамбль песни и пляски и др. В 1945

г.по решению облисполкома планировали укомплектовать штат методистов ДНТ для обеспечения развития самодеятельности390.

Важным стимулом к количественному развитию самодеятельности региона стали смотры 1943–1945 гг. Если к началу смотра сельской самодеятельности в Пензенской области летом 1944

г.было 714 кружков, объединявших 6426 человек, то после него число кружков возросло до 1036 с 9113 участниками, из них театральных – 490, хоровых – 329, музыкальных – 73, песни и пляски – 149. Кроме того, привлечены 1338 исполнителей-одиночек. В смотрах 1944 г. принимали участие около 20 тыс. исполнителей различных жанров, в 1945 г. зафиксировано 1200 кружков и 15 тыс. участников. В числе недостатков отмечали дефицит квалифицированных руководителей для танцевальных и музыкальных коллективов391.

Таким образом, находившаяся на стадии организационного становления пензенская модель продемонстрировала полносоставную структуру (за исключением креативного компонента), наполнение которой подвергалось амбивалентному влиянию эвакуационных потоков. Реалии войны вызвали к жизни не имевшие аналогов в других моделях адаптационные формы в образовательном и

105

концертно-организационном секторах. Практически все ценные институты, закрытые в начале войны, были в ее ходе восстановлены; образовательное пространство увеличилось за счет г. Кузнецка. Более того, вырос статус театра оперы и балета, ставшего профессиональным государственным коллективом. Культура края обогатилась творческим опытом ЦДМШ и Ростовского театра музыкальной комедии. В целом период 1939–1945 гг. следует оценивать как позитивный в развитии музыкальной культуры региона.

106