О проблемных аспектах института необходимой обороны в уголовном праве России. Монография

ГЛАВА II.

ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОЦЕНКИ УСЛОВИЙ И ПРЕДЕЛОВ ПРАВОМЕРНОСТИ НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЫ

ПО УГОЛОВНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Институт необходимой обороны является глубоко разработанным в уголовно-правовой науке, вместе с тем не все проблемы его применения нашли единообразное решение в законодательном регулировании, доктрине уголовного права и правоприменительной практике. Так как акт защиты в условиях необходимой обороны неизбежно сопряжен с нанесением ущерба нападающему и при применении мер защиты он балансирует между дозволенным и запретным с точки зрения уголовного закона, сложной задачей в сфере правоприменения является определение границ правомерности в действиях субъекта необходимой обороны. С учетом изложенного в основе предмета научно-исследовательской разработки данного института лежат проблемы, касающиеся установления дозволенных законом пределов защиты.

Как уже отмечалось, при реализации уголовно-правовых норм о необходимой обороне и превышении ее пределов на практике традиционно сложилась тенденция так называемой

41

квалификации «с запасом», при этом обоснованные действия

всостоянии необходимой обороны квалифицируются по признакам уголовно наказуемого эксцесса, а фактический эксцесс обороны, в свою очередь, подлежит уголовно-правовой оценке в качестве умышленных посягательств на личность и квалифицируется на общих основаниях, без учета положений ст. 37 УК РФ.

Как известно, ситуация необходимой обороны предполагает детерминированность взаимосвязанных составляющих — общественно опасного посягательства, наносящего ущерб или создающего опасность нанесения ущерба, и защиты как акта противодействия. Юридическая оценка обоснованности предпринятых оборонительных мер заключается в поиске оптимального соотношения между ними. Сложившаяся тенденция «завышения квалификации» во многом вызвана тем, что разрешение дилеммы об установлении обоснованности необходимой обороны либо о наличии ее эксцесса зависит от оценочных критериев и субъективного усмотрения, допускаемого

впроцессе судебного разбирательства.

Применение права на необходимую оборону предполагает учет комплекса факторов (так называемых условий правомерности), признанных в уголовно-правовой доктрине и в сфере правоприменительной деятельности, однако не получивших законодательного регулирования в УК РФ, что создает препятствия при применении данного права. В частности, в нормативно-правовой конструкции ч. 2 ст. 37 УК РФ конкрет-

42

но не регламентировано, в отношении каких посягательств, не представляющих опасности для жизни, правомерно может быть нанесен тот или иной вред в рамках необходимой обороны. Равно как и формулировка уголовно-правовой нормы ч. 1 ст. 37 УК РФ, закрепляющая тезис о том, что не является преступлением причинение вреда посягающему лицу при защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с применением насилия, опасного для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой такого насилия (в редакции Федерального закона от 14.03.2002)35, содержит оценочные категории.

Оценочные критерии, содержащиеся в ч. 1 и 2 ст. 37 УК РФ, формируют субъективно-оценочный подход в процессе юридической квалификации действий субъекта, предпринявшего оборонительные меры.

Нормативная конструкция ст. 37 УК РФ многократно подвергалась пересмотру и является отражением непрекращающейся полемики в доктрине уголовного права и в сфере правоприменения. Диспозиция ст. 37 УК РФ (в действующей редакции) фактически воспроизводит положения ст. 13 УК РСФСР (в ред. Федерального закона от 01.07.1994 № 10-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный Кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный Кодекс РСФСР»

35 Федеральный закон от 14.03.2002 № 29-ФЗ «О внесении изменения в ст. 37 Уголовного кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2002. № 11. Ст. 1021.

43

(утр. силу)36, основывающейся на необходимости установления точного соотношения между защитой и посягательством. Проблемы нормативно-правового регулирования ст. 37 УК РФ резонно вызывают сложности на практике при установлении уголовной ответственности по ч. 1 ст. 108 и ч. 1 ст. 114 УК РФ за убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при эксцессе обороны.

Итак, ч. 1 ст. 37 УК РФ для противодействия посягательству, опасному для жизни (при наличии насилия, опасного для жизни, или его реальной угрозы) допускает применение неограниченных какими-либо рамками мер необходимой обороны. То есть уголовно наказуемый эксцесс обороны допустим только при предотвращении нападения, не сопряженного с применением насилия, опасного для жизни. Условия установления границ допустимости необходимой обороны в отношении не представляющих опасности для жизни посягательств содержатся в ч. 2 ст.37 УК РФ. При этом превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени опасности посягательства. Другими словами, согласно ст. 37 УК РФ превышением пределов необходимой обороны (эксцессом обороны) признается пресечение нападения, не связанного с применением физического или психического насилия, опасно-

36 Федеральный закон № 10-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный Кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный Кодекс РСФСР» // СЗ РФ. 1994. № 10. Ст. 1109.

44

го для жизни, совершаемое при очевидной (заведомой) несоразмерности оборонительных действий характеру и степени общественной опасности нападения.

На первый взгляд представляется, что ч. 1 ст. 37 УК РФ дозволяет обороняться в отношении нападения, представляющего опасность для жизни, любыми средствами и мерами защиты. Однако на самом деле лицу, подвергшемуся нападению и находящемуся в состоянии душевного волнения, практически не представляется возможным дать точную, адекватную оценку характеру и степени опасности совершаемого посягательства. И, соответственно, обороняющийся, подвергшийся нападению, не всегда осознает, какой вред он вправе нанести злоумышленнику, защищая себя или своих близких.

Насилие, как известно, складывается из двух его составных форм — физического и психического. Если физическое насилие, представляющее неминуемую опасность для жизни, более или менее очевидно для лица, подвергшегося нападению (хотя в этой ситуации обороняться может быть поздно и несвоевременно), то психическое насилие, опасное для жизни, нередко носит скрытый, неопределенный характер для жертвы. Кроме того, угроза для жизни нападения далеко не всегда очевидна для обороняющегося (совершение выстрела из укрытия, неожиданный удар в спину, тайное введение в организм угрожающих жизни веществ, подмешивание их в пищу, подсыпание в питье и т. д.).

45

Установление правовых оснований для использования «беспредельных» оборонительных мер порождает проблемы в сфере правоприменения, так как характер опасности посягательства не всегда является очевидным для обороняющегося.

В свете положений действующего законодательства для точного применения нормы о необходимой обороне и определения законных оснований для использования любых мер защиты требуется правильное определение признаков насилия, представляющего опасность для жизни, устанавливаемых исходя из уголовно-правового и судебно-медицинского аспектов.

Закрепленная законодателем в ч. 1 ст. 37 УК РФ категория «насилие, опасное для жизни», дающая право на применение не ограниченных какими-либо рамками мер защиты, нормативно не регламентирована, а потому представляет собой оценочный признак (в особенности в части психического насилия), установление которого поставлено в зависимость, с одной стороны, от субъективного осознания обороняющимся и, с другой стороны, от субъективной оценки субъектами правоприменения. Этот признак в качестве судебно-медицин- ского факта может быть определен экспертным путем. Уго- ловно-правовое значение в отношении правомерности применения любых мер защиты имеет реальная, действительная и непосредственная угроза совершения убийства или причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни в момент нанесения. Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ в действующей редакции природа насилия, лежащего в основе посягательства, вли-

46

яет на определение юридической оценки обстановки нападения и защиты, в том числе в плане установления эксцесса обороны.

При определении насилия, представляющего угрозу для жизни, необходимо ссылаться на рекомендации, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» (ред. от 31.05.2022)37, в котором, в частности, предпринята попытка конкретизации проявлений насилия, опасного для жизни. Общественно опасным посягательством, соединенным с насилием, опасным для жизни обороняющегося являются такие действия, которые в процессе их реализации были сопряжены с угрозой для жизни лица, подвергшегося нападению. Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19, признаками такового посягательства является: нанесение вреда здоровью, представляющего реальную опасность для жизни (ранения жизненно важных органов) либо использование способа, который представляет непосредственную опасность для жизни обороняющегося (использование оружия или предметов, применяемых в качестве оружия, попытка удушения, создание опасности поджога, взрыва и т. д.).

«Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может вы-

37 Бюллетень Верховного Суда РФ. 2012. № 11.

47

ражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрирование оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы»38.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»39 насилие, опасное для жизни представляет собой такое насилие, которое повлекло нанесение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Как и насилие, опасное для жизни, так же следует квалифицировать нападение с применением насилия, опасного для жизни, которое хотя и не причинило вред, однако в момент применения создавало реальную опасность для жизни потерпевшего.

Достоверное заключение о характере совершаемых насильственных действий и степени тяжести нанесенного вреда основывается на данных судебно-медицинской экспертизы. Регламент судебно-медицинского определения степени тяжести вреда, нанесенного здоровью человека, установлен «Правилами определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденными постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного

38Бюллетень Верховного Суда РФ. 2012. № 11.

39Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 2. С. 9.

48

здоровью человека»40. Указанные Правила изложены в приказе Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194 Н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (ред. от 18.01.2012)41. Эти Правила предусматривают следующие медицинские критерии представляющего опасность для жизни тяжкого вреда здоровью: «вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни, а также вред здоровью, вызвавший развитие угрожающего жизни состояния (вред здоровью, опасный для жизни человека)» (п. 6.1); «вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью (угрожающее жизни состояние)» (п. 6.2)42.

В диспозиции ч. 1 ст. 111 УК РФ также регламентированы виды тяжкого вреда здоровью. Согласно ч. 1 ст. 111 УК РФ один из видов тяжкого вреда здоровью представляет собой повреждения, опасные для жизни человека в момент причинения или при типичном их течении приводящие к смерти, а именно такие расстройства жизнедеятельности организма человека, предотвращение которых возможно

40Российская газета. 24.08.2007. № 185.

41Российская газета. 05.09.2008. № 188.

42Приказ Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194 Н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (ред. от 18.01.2012).

49

лишь посредством проведения специальных медицинских мероприятий, направленных на восстановление функционирования организма. Вместе с тем ключевым признаком «опасности для жизни» признается непосредственная опасность наступления смерти как неотвратимого последствия и закономерно предопределенного результата.

На основе изложенного основанием для использования неограниченных какими-либо рамками мер необходимой обороны согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ является физическое насилие, опасное для жизни, или непосредственная угроза причинения смерти или тяжкого вреда здоровью, представляющего опасность для жизни в момент нанесения. Решение же вопроса о допустимых мерах защиты в отношении действий, связанных с нанесением тяжкого вреда здоровью, не представляющего опасности для жизни, в соответствии с положениями редакции ч. 2 ст. 37 УК РФ должно быть основано на критериях соразмерности нападения и защиты, а именно исходя из соотношения качественных и количественных признаков нанесенного и предотвращенного вреда.

Насилием, опасным для жизни, в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», также признается тайное или насильственное введение в организм потерпевшего представляющих опасность для жизни и здоровья сильнодействующих ядовитых или других одурма-

50