Методология исследования глобальных конфликтов. Учебное пособие для вузов

Тема 3. «Открытость и закрытость» в процессе глобализации

точно людей, которые предпочтут не знать всего этого и быть счастливыми в «закрытом обществе».

Сорос считает, что «открытое общество» – идеально изменяющеесяобщество,вкоторомниоднаизсуществующихсвязей(вличных отношениях, во мнениях и идеях, в производственных процессах и материалах, в социально-экономической организации…) не является окончательной (стабильной), и отношение людей к стране, семье и друзьям полностью зависит от их собственных решений. Это означает уничтожение принудительного постоянства общественных взаимоотношений, а органическая структура общества находится в полной дезинтеграции.

Интеграция может быть достигнута на основе взаимовыгодных контрактов и договоренностей, но любые соглашения могут быть расторгнуты по условиям в них же предусмотренных. В условиях свободы конкуренции не остается места для безысходности, насилия и эксплуатации. Механизмы регуляции взаимоотношений в таком обществе уже есть. Один из них – это рыночные отношения (со всеми их разновидностями). Другими словами складывается экономическое поведение1.

В основе механизма регулирования могут лежать не экономические принципы, а другие, например, нравственные или эстетические.

Сейчас наиболее совершенным и универсальным критерием оценки являются деньги. Поэтому в условиях рыночной экономики удобно пользоваться при принятии решений экономическим анализом, но экономический век как начался, в свое время, так и закончится.

Это может произойти, когда универсальным критерием оценки жизнеобеспечения станут не деньги, а что-либо другое, например, энергия, любовь, вздохи или улыбки. Возникнет необходимость в их оценке, измерении и счете. При появлении новых категорий ценностей возникнет необходимость в новых принципах принятия решений. Тогда рыночные отношения и экономический анализ утратят свое значение.

Сосредоточиться на рыночных (экономических) отношениях – значит приобрести догмат и расстаться с принципом «открытого общества». Уже сейчас понятно, что рыночная экономика нужда-

1  Сорос Дж. Указ. соч. С. 97.

51

Модуль 2. Современные глобальные противоречия

ется или в решительном переосмыслении, или в полной замене на новую систему взаимоотношений.

Еще одна формулировка Дж. Сороса: «Открытое общество (в определенной мере) направлено на исправление ошибок и эксцессов, но оно также признает отсутствие объективного критерия, который позволил бы судить о них». Открытое общество только способствует предупреждению кризисов, но само не вмешивается в их устранение.

Дж. Сорос видит новое взаимодействие общества с государством: «Открытое общество предполагает определенную взаимосвязь между государством и обществом.., государство и общество не идентичны; государство должно служить обществу, но не править им». На самом деле «по своей природе государству больше подходит править, а не оказывать услуги…»

Наверное, у общества и государства есть свои области для деятельности. Они должны дополнять друг друга. Хотя могут быть

идругие мнения: «В "открытом обществе" государство находится под контролем общества», а в «закрытом обществе» общество может вообще отсутствовать, так как присутствует только одно государство. При этом само государство имитирует общество. Можно констатировать, что Сорос подразумевает под «открытым обществом» – гражданское общество.

Возможен случай, когда в «закрытом обществе» отсутствует государство, и его имитацией занимается само «закрытое общество». Это уже пример семьи или мафиозных структур.

Вреальной жизни любое государство является закрытым, а любой поиск, совершенствование и творчество (присущие любому обществу) – всегда открыт. Для государства закрытость – условие самосохранения и обеспечение своей целостности, а для творческого поиска открытость – среда и пища для деятельности. При этом государство, отказавшееся от творчества, неминуемо трансформируется в «раба-евнуха» для мирового сообщества.

Опуститься из «открытого общества» в «закрытое общество» – процесс естественный. «Закрытое общество» по сравнению с «открытым обществом» более целостное и стационарное. «Открытое общество» по сравнению с «закрытым обществом» в своей структуре и деятельности более избыточное. О своей природе «закрытое общество» отвечает принципу устойчивости – минимуму энергии

исредств. В естествознании считается, что этот принцип соответ-

52

Тема 3. «Открытость и закрытость» в процессе глобализации

ствует условиям равновесия, к которому стремится природа. Видимо, в этом причина того, что переход от «открытого общества» к «закрытому обществу» может произойти непроизвольно. Но выбраться из «закрытого общества» в «открытое общество» – невероятно сложно.

Дж. Сорос выделяет «закрытое общество» по восприятию действительности: «Существующие идеи воспринимаются как сама реальность или, точнее, различия между идеями и реальностью просто не приводятся». При этом «только горький опыт учит людей различать собственные мысли и реальность».

В «закрытом обществе» происходит слияние общества, государства и их участников в единое «целое». Сейчас это «целое» чаще называют не обществом, а государством.

Предопределенная структура и регламентированное функционирование «закрытого общества» способствует отчуждению его участников от реальной жизни. Для поддержания этого предусмотрен общий (государственный) бюджет и система распределения и перераспределения, жизненно необходимых благ. Такая система может быть очень сложной и громоздкой, с постоянной тенденцией к разрастанию, так как она будет стремиться предусмотреть все, а это сделать невозможно.

«Закрытое общество» необходимо при общественном образе мышления, когда есть основание не доверять отдельным участникам. В случае несостоятельности общественного мышления может произойти узурпация мышления отдельным продвинутым лидером. Этот процесс, как правило, чередующийся.

Такое «закрытое общество» целесообразно при вороватости участников, а также, если доминирующие цели участников сомнительны (тем более, если они преступны).

Здоровое (разумное) соотношение открытости и закрытости – наверное, именно в этом вектор совершенствования современного общества, нашего мышления и всех систем, с которыми мы имеем дело. Сразу возникает вопрос, а каковы критерии этого соотношения? Наверное, в каждом конкретном случае это соотношение следует определять отдельно. Здесь трудно дать какие-либо рекомендации.

Теория К. Поппера, уходящая своими конями в идеи А. Бергсона, нашла свое продолжения в работах Ноттурно и Сороса, и вместе с тем не нашла широкой поддержки в научной среде. Эта теория

53

Модуль 2. Современные глобальные противоречия

ипо сей день остается флагом западной демократии в закончившейся «холодной» войне. Недаром Д. Сорос писал: «Открытое

изакрытое общества представляют собой некие идеалы, к которым люди могут стремиться».

Мы можем сделать выводы, что «открытому обществу» в классических концептах придаются следующие атрибуты: неопределенность личных решений традицией, табу и т. д., их зависимость от индивидуального выбора; гибкость, высокая социальная мобильность, относительная ценность социальных институтов и возможность их изменения.

Ивсе это носит идеализированный характер, что приводит к невозможности включения этих концептов в академический дискурс.

Тема 4. Современные глобальные империи

Современное состояние мировой системы и появления одного доминирующего актора, а именно Соединенных Штатов Америки, повлекло за собой восприятия ее доминирующей роли как свойства имперского фактора.

Наиболее полный анализ ее свойств можно найти в работе Майкла Хардта и Антонио Негри «Империя». Работа открывается словами: «Империя материализовалась на наших глазах. В течение нескольких последних десятилетий [..] развернулась неостановимая и несокрушимая глобализация экономических и культурных обменов. Вдоль путей, проложенных глобальным рынком

итоварными потоками, распространился и глобальный порядок, воздвиглась новая логика и структура власти – коротко говоря, новая форма суверенитета. Империя есть политический субъект, эффективно регулирующий эти глобальные обмены, суверенная власть, ныне правящая миром»1.

Идея Империи у Хардта и Негри определяется «прежде всего отсутствием границ: ее владычество не знает пределов. Первое

исамое главное в концепции­ Империи – это утверждение системы пространственной всеобщности­ , то есть, по сути, власти над всем "цивилизованным" миром. Никакие территориальные границы не ставят пределов этой власти. Второе – сама­ идея Импе-

1  Hardt M., Negri A. Empire. Cambridge (Mass.), L.: Harvard University Press, 2001. P. 11.

54

Тема 4. Современные глобальные империи

рии предстает не как способ правления, исторически восхо­дящий к завоеванию, но скорее как порядок, который на деле исключает ход истории и таким образом навсегда закрепляет существующее положение­ вещей. С точки зрения Империи, нынешнее положение вещей будет существовать всегда и ему всегда было предназначено быть таким. Иначе говоря, Империя представляет свое владычество не как преходящий момент­ в движении истории, а как способ правления вне каких бы то ни бы­ло временных рамок и в этом смысле – вне истории либо как конец истории. Третье – владычество Империи распространяется на все уровни социального порядка, достигая самых глубин социального мира. Империя не только управляет территориями и населением, она создает тот мир, в котором живет. Она не только регулирует отношения между людьми, но также стремится к непосредственному овладению человеческой природой. Объектом ее контроля является общественная жизнь в ее целостности, и таким образом Империя представляет собой совершенную форму био­власти. Наконец, – хотя на практике Империя всегда залита кровью, ее идея неизменно обращена к миру, вечному и всеобщему миру за пределами­ истории»1.

Современная Империя, по Хардту и Негри, имеет в своем распоряжении «огромные силы угнетения и разрушения, но это никоим образом не должно­ заставлять нас тосковать по прежним формам господства»2. В связи с эти необходимо отметить, что Хардт и Негри считают, что современная Империя создается за счет процесса глобализации.Онипишут«Конечно,глобализациянеяв­ляетсянеким единым явлением, и понимаемые под глобализацией сложные процессы не идут в одном русле и не единообразны. Мы намере­ ны доказать, что наша политическая задача состоит не в том лишь, чтобы противостоять этим процессам, но и в том, чтобы их преобразовать и перенаправить­ к новым целям. Те созидательные силы масс, что придают жизненную энергию Империи, способны самостоятельно создать контр-Империю – альтернативную политическую организацию глобальных потоков­ и обменов. Борьба за соперничество с Империей и за ее свержение настолько, насколько такая борьба создает реальную альтернативу, следовательно­ , будет вестись на территории самой Империи. В действительности­ эта

55

Модуль 2. Современные глобальные противоречия

борьба уже началась. Благодаря ей, как и многим другим видам протеста, массы смогут создать новые формы демократии и новые созидательные­ силы, которые в один прекрасный день выведут нас по ту сторону­ Империи»1.

На наш взгляд, необходимо отметить, что Хардт и Негри используют в своем исследовании исторический анализ, причем история, которую они описывают в своем исследовании перехода от империализма­ к Империи, будет сначала связана с Европой, а затем с евро-американским наследием. Но, как пишет Хардт и Негри, это возникает «отнюдь не потому, что мы верим в исключи­ тельность или превосходство этих регионов как источников свежих идей и исторических новаций, но просто потому, что таким был географический­ путь концепций и практик, давших жизнь теперешней Империи, – вместе со становлением капиталистического способа производства, как мы покажем далее»2.

Хотя Хардт и Негри берут в своем анализе Европу как начало, они констатируют, что «несмотря на то, что в этом смысле история Империи европоцентрична, ныне ее власть не ограничена какимлибо регионом, Закономерности правления, в определенном смысле берущие начало в Европе и в США, теперь распространили практику господства по всем миру»3.

И, как видно из практики, глобализация во всех ее видах состоит с этой ценностной экспансией во взаимно усиливающих отношениях, одновременно подтверждая своими успехами правомерность миссии Запада и получая от этой миссии собственную легитимацию. «Мы являемся ярчайшим маяком свободы и возможностей», «идем вперед к защите свободы и всего благого и справедливого в нашем мире»4 и «будем утверждать мир, поддерживая свободные и открытые общества на всех континентах»5, – это имперская программа.

1  Хардт М., Негри А. Указ. соч. С. 15.

2  Там же. С. 15. 3  Там же. С. 15.

4  Обращение Джорджа Буша к нации 11 сентября 2001 г. // http://www. whitehouse.gov/news/releases/2001/09/20010911–16.html.

5  Выступление Джорджа Буша перед выпускниками военной акаде-

мии. Вест-Пойнт. 1 июня 2002 года // http://www.whitehouse.gov/news/ releases/2002/06/text/20020601–3.html.

56

Тема 4. Современные глобальные империи

Итак, мы можем говорить, что современная империя, нашедшая свое воплощение в Соединенных Штатах Америки, является если не причиной, то, как минимум, неотъемлемым фактором процесса глобализации.

Хардт и Негри особую роль уделяют одному из признаков Империи, а именно, отсутствию территориальных границ для ее власти.

На наш взгляд, начав рассуждать о понятиях границ у Хардта

иНегри, прежде всего необходимо говорить о понятиях внешнего

ивнутреннего. Хардт и Негри пишут: «Области, понимаемые как внутреннее и внешнее, и отношение между ними по-разному определяются в различных дискурсах современности. Однако само пространственное разделение внутреннего и внешнего представляется­ нам общей и основополагающей чертой мышления эпохи современности. В переходе от современности к постсовременности и от империализма­ к Империи различие между внутренним и внешним постепенно уменьшается. Эта трансформация особенно очевидна, если рассматривать ее в понятиях­ концепции суверенитета. В эпоху современности суверенитет в целом­ понимался в категориях (реальной или воображаемой) территории и ее отношения к внешнему пространству»1.

Хардт и Негри выделяет несколько дискурсов по этому вопросу Во-первых, социальные­ теории раннего этапа современности, от Гоббса до Руссо, понимали­ гражданский порядок как ограниченное внутреннее пространство, которое­ противостоит внешнему порядку природы. Выделенное границами пространство гражданского порядка, его место, определяется его отделе­нием от внешних

пространств природы.

Во-вторых, примерно подобным же образом теоретики­ современной психологии понимали побуждения, страсти, инстинкты

ибессознательное метафорически в пространственных терминах, как внешнее­ внутри человеческого разума, продолжение природы глубоко внутри нас. Здесь суверенитет покоится на диалектическом отношении между природным порядком желаний и гражданским порядком разума или сознания.

В-третьих, дискурсы современной антропологии, рассматривающие первобытные общества, выступают как внешнее, опре­ деляющее пределы цивилизованного мира. Процесс модернизации

1  Хардт М., Негри А. Указ. соч. С. 178.

57

Модуль 2. Современные глобальные противоречия

во всех этих различных контекстах является интернализацией внешнего, т. е. цивилизацией природы.

Можно констатировать, что в современных подходах внутреннее стремится слиться с внешним, т. е. идет постоянный взаимообмен между внутренней средой системы и внешним окружением.

Конституирование имперского суверенитета Хардт и Негри находят в американской истории, они используют конституционную история США.

История делится на 4 этапа.

1 этап. Охватывает период с момента принятия Декларации независимости до Гражданской войны и Реконструкции.

2 этап. Крайне противоречив, связан с Прогрессистской эрой, охватывает период смены столетий – от империалистической доктрины Теодора Рузвельта до концепции реформирования сис­темы международных отношений Вудро Вильсона.

3 этап. Начинается Новым курсом и второй мировой войной и продолжается временем разгара­ «холодной войны»

4 этап. Открывается социальными­ движениями 1960-х годов и включает распад Советского Союза и Восточноевропейского­ блока.

Как пишут Хардт и Негри, «каждая из этих фаз конституционной истории США обозначает шаг вперед в направлении реализации имперского суверенитета»1.

Первый этап характеризуется следующими проявлениями: «открытое пространство фронтира­ стало концептуальной областью республиканской демократии: это открытие границ дало Конституции ее первое ясное толкование. Провозглашение свободы имело смысл в пространстве, где устройство государства рассматривалось как открытый процесс, коллективное самоделание. Особенно важно, что эта американская территория бы­ла свободна от форм централизации и иерархии, типичных для Европы»2. Далее они пишут: «То есть уже на этой первой фазе подтверждается новый принцип суверенитета­ , отличный от такового в Европе: свобода наделена суверенитетом, и суверенитет определяется как в основе своей демократический феномен в рамках открытого и непрерывного процесса экспансии. Фронтир – это граница свободы»3.

58

Тема 4. Современные глобальные империи

Хардт и Негри выделяют кризисное проявление на данном этапе, непосредственно оно связанно с расовым вопросом. Они пишут: «Это противоречие поставило недавно разработанное американское понимание­ суверенитета перед лицом кризиса, потому что оно блокировало свободное перемещение, смешение и равенство, которые вдыхали жизнь в основание американской идеи суверенитета. Имперский суверенитет всегда должен преодолевать барьеры и ограничения, как в своих владениях­ , так и на границах. Это постоянное преодоление и является тем, что делает­ широкое имперское пространство открытым. Высочайшие внутренние­ преграды между черными и белыми, свободным и рабом блокировали машину имперской интеграции и обесценивали идеологическую претензию­ на открытые пространства»1.

Второй этап начался после гражданской войны. Он связан с осознанием ограниченности открытой территории. Хардт и Негри говорят о возникновении на данном этапе опасности: «когда экспансионизм конституционного­ проекта сталкивался со своими ограничениями, республика испытывала искушение обратиться к империализму европейского образ­ца»2. Хардт и Негри пишут: «Это был период, когда классовая борьба стала играть существенную роль в Соединенных Штатах. Классовая борьба поставила проблему нужды не в абсолютных понятиях, но в понятиях, соответствующих истории капитализма­ : т. е. как неравенство распределенияблагразвитиявсоответствии­ собщественнымразделением труда. Классовое разделение проявилось­ как ограничение, грозящее дестабилизировать основанное на принципе­ экспансионизма равновесие конституции. В то же время, крупнейшие капиталистические тресты начали переходить к новым формам финансо­ вой власти, отделяя богатство от производительности и деньги от производственных­ отношений.ВтовремякаквЕвропеэтотпереход совершался­ сравнительно плавно, поскольку финансовый капитал был подкреплен­ социальной ролью земельной ренты и аристократии, в Соединенных Штатах это было взрывоопасным событием»3. И опасность данной ситуации заключалась в том, что расширение пространства стало более невозможным и, таким образом, не могло быть использовано как стратегия разрешения конфликтов, «соци-

59

Модуль 2. Современные глобальные противоречия

альное противостояние немедленно­ приняло жестокий и непримиримый характер»1. В результате, правительство США сталкивалось с пространственными­ ограничениями, оно было вынуждено обращаться вовнутрь страны. Это была новая ситуация, определявшая все действия. Как пишет Хардт и Негри, «все наши концепции "реакции", "активной контрреволюции", "превентивной полиции"

и"государства­ Пинкертона" были разработаны в Соединенных Штатах в этот период. Классовые репрессии в США были вполне сравнимы с репрессивной­ политикой различных кайзеров и царей Европы»2.

Сцелью преодоления данных противоречий были выдвинуты две основные идеи. Оба предложения, в наибольшей мере определившие­ тенденцию последующего развития Конституции, были разработаны­ в рамках американского «прогрессизма» в начале двадцатого столетия. «Оба этих предложения должны были стать ответом на одну­ и ту же проблему: кризис общественных отношений и, вследствие этого­ , кризис джефферсонианского открытого пространства»3.

Первое предложение было выдвинуто Теодором Рузвельтом. Хардт и Негри писали: «Рузвельтовское решение проблемы ограниченности пространства включало отказ от исходных черт амери­ канской модели и, вместо этого, следование целям и методам, близким популистскому­ колониальному империализму Сесиля Родса

ипрогрессивному­ империализму Третьей республики во Франции. Этот империалистический­ путь привел Соединенные Штаты к колониальному опыту на Филиппинах. "Это наш долг по отношению

кнароду, живущему в варварстве­ , – провозглашал Рузвельт, – увидеть, что они свободны от своих цепей". Любая уступка освободительным движениям, которая позволила бы нецивилизованным народам, подобным филиппинцам, самим решать свою судьбу, будет поэтому "международным преступлением". Рузвельт, как и поколения европейских идеологов до него, полагался на идею "циви­ лизации" как на адекватное оправдание империалистического завоевания и господства»4.

60