Книга о «Книге». Филологический анализ художественного текста. Коллективная монография

рассказе запаха дождя35, идущего с запада, реконструируются: не названы, но можно предположить запахи соломы, омёта на гумне; ожидаемое в будущем благоухание цветущего жасмина36.

Одинаково для героя-рассказчика и мужика позиционирование себя в мире: жить для них – значит созидать.

Мужиксозидает: рождаетдетей, пашетземлю(гумно, сад, деревня– это по сути его топосы, так как их создает он, а не лежащий на гумне барин – мыслитель и писатель), он же сажает сад, переносит садовый куст даже на кладбище, даже в смерть привносит жизнь, знаки жизни.

Герой тоже жаждет созидания. Как минимум – сочинять и выдумывать иллюзорные, литературные миры, создавать вторую реальность, в которой сокровенная истина станет воплощенной, выраженной в слове. Как максимум – главный герой жаждет творить в книге более настоящуюреальность, чемсама действительность. Болеенастоящую, таккак осмысленную, освещенную смыслом, целенаправленностью жизни.

Жить – значит созидать – значит преодолеть смертность, победить смерть.

Разница между героями (героем-рассказчиком и мужиком) в том,

что

►Мужик живет в одном времени и пространстве – эмпирическом, хотя, предположительно, судя по его поведению на погосте, по его репликам, он(мужик) имеетнадеждунабудущуювечность, выходвтрансцендентное пространство загробного мира, где смерти нет.

►Герой делит себя между двумя временами и пространствами, противопоставленными друг другу:

1.время своей жизни (своих поступков и событий) – эмпирическое время. В нём время, проведенное за чтением литературных текстов, – это время, отнятое у реальной биографической жизни, потому как будто потерянное, прожитое напрасно: не жил, а читал – жил чужой жизнью;

2.металитературное время исторических и литературных героев: времена Авраама и Исаака, этрусков, Сократа, Офелии и т.д. – они живы не сами по себе, а в книгах и в его (героя) читательском сознании, виртуально оживляющем их в процессе чтения.

35«Тепло, мягко пахнет далеким полевым дождем»

36«Мужик к вечеру забудет об этом кусте, - для кого же он будет цвести?

Аведь будет цвести, и будет казаться, что недаром, а для кого-то и для чего-то».

Букаты Е.М. Художественное пространство и время в рассказе И.А. Бунина «Книга» 33

Таким образом, общее между персонажами еще и в том, что и мужик, и герой-рассказчик верят:

•мужик – в загробную жизнь,

•герой – в литературную, но для него более истинную (чем реальная), потому что осмысленную, жизнь. Иногда герой сомневается в ней, что изображено в начале рассказа «Книга», но затем снова возвращается к идее необходимости настоящей литературы, книги, более настоящей, чем сама жизнь.

Ориентация героев во времени

Для героя-рассказчика очевиден приоритет настоящего над прошлым: прошлое, изображенное в книгах, лишено истины как невыразимого. Этим объясняется и его отказ от книг (как от прошлого), ему важнее взгляд в настоящее. И создание (создание в будущем!) истинной книги о настоящем.

Невыразимое в настоящем → истинная книга нужна в настоящем и будущем.

Мука героя-рассказчика в последних абзацах – это мука уже не читателя, а писателя(!) – мука молчания и мука невозможности, бессилия выразить в слове «невыразимое»: чудо жизни, чудо человека, чудо своего «Я».

Мужик, на первый взгляд, живет прошлым (умершая девочка, прошедшее), анаделенастоящееибудущеедлянеготожеважнеепрошлого (ожидание цветения жасмина, молодость мужика и обещание жизни в нем самом: отец, рождающий детей).

Кроме того, очевидно и то, что герой и мужик противопоставлены друг другу, как

► атеистическое сознание (рассказчик) – не верит в то, что девочка жива, что ее душа бессмертна и ей нужен этот куст на ее могиле. Одна из главных тем творчества Бунина <и его дневников> — тема смысла жизни перед неизбежным приходом смерти37

37 ПомнениюО. Михайлова: «ВозвращаяськоднойизглавныхтемдневниковБунина– темесмыслажизнипереднеизбежнымприходомсмерти, – следует сказать, что русский человек, русский крестьянин воспринимается им, однако, не просто через «тупое отношение» к тайнам бытия (прочитайте хотя бы такие бунинские рассказы, как «Худая трава», «Веселый двор»). Все было, конечно, гораздо сложнее и достойнее огромного бунинского таланта.

Как отмечал Борис Зайцев, современник и друг Бунина и в России, и в эмиграции: «Бунин неоднократно, с какой-то нарочитой настойчивостью обраща-

► религиозное (христианское) сознание мужика, для которого его девочкажива, еедушабессмертна, нетконечностисмерти, егодочьлишь «гостит» на кладбище (лексема «погост» отражает мужицкое, древнее, христианское понимание). Может быть, именно поэтому он радостен и молод, потому что он не верит в конечность жизни человека. Для мужика нет тоски смерти, нет могилы, есть «его девочка», и ее мертвое тело (но не душа), ставшее землей, даст жизнь живому – жасмину – красоте (жасминассоциативно связан с садом, раем). Бодроеприветствие мужика – «доброго здоровья», – на первый взгляд, обычная этикетная формула, новконтекстевсегорассказаонастановитсязнаковой: посравнению с героем особенно «живой» мужик желает герою тоже жизни и добродушной бодрости.

Несходство героев выстраивается с помощью контраста в средствах создания их образов, их мироощущения:

•внешняя диалогическая речь мужика,

•внутренняя монологическая речь героя-рассказчика.

◦Мужик (отец, похоронивший дочь) счастлив, бодр, так как он живет в реальности,

◦рассказчик не счастлив, так как оторван от реальности, от жизни, пребывает в тоске и рефлексии.

Контраст наблюдается и в средствах создания портретов героев:

◦статичныйпортретвнешностидвижущегосямужика(глазамигероя),

◦динамичный портрет статичного героя-рассказчика, портрет героя в репликах мужика, который характеризует героя по действию («Всё читаете»).

ется к теме смерти в применении к русскому простому православному человеку – и останавливается перед ней в недоумении. Он останавливается перед общечеловеческой тайной смерти, не смея в нее проникнуть — но одновременно перед ним встает и другая тайна: тайна отношения к смерти русского человека. Что это — величие, недоступное его, писателя, пониманию — или это варварство, дикость, язычество?» Зайцев Б.К. И.А. Бунин: Жизнь и творче-

ство. – Берлин, 1935. – С. 76.

Ответа на этот вопрос Бунин, кажется, так и не находит. Впрочем, вероятно, рационального, логического ответа и не может быть найдено. Однако жалкость человеческого прозябания вообще, несправедливость такой жизни, которая просто недостойна породившей ее природы,— неотступно волнует его. Отсюда мысль его распространяется дальше и выше, достигая размахов диалогасоВселенной, космосом, втрагическом, неразрешимомпротиворечиимежду вечной красотой земного мира и краткостью «гощения» в этом мире человека»

Михайлов О.Н. Бунин в своих дневниках. Предисловие // Бунин И.А. Лишь слову жизнь дана… (Русские дневники). − М.: Сов. Россия, 1990. − С. 9.

краткое явление, а, видимо, надолго. В рассказе же изображается прошлое помещика Бунина: приятная жизнь героя в своей усадьбе, почти идиллическая картина, фиксирущая красоту и полноту национального бытия – встреча, диалог мужика с дворянином, барином. Почему барин молчит? Почему он не отвечает мужику?

Соотношение внутреннего и внешнего исторического времени демонстрирует ретроспективность рассказа Бунина: герой-рассказчик сетует, что литература лжива, так как она изображает прошлое, но и сам Бунин изображает прошедшее, недавно прошедшее. Историческое время – фон для размышлений. Непонимание мужиком барина-книжника, непонимание барином мужика – отсутствие диалога (намечен только внутренний диалог – в сознании героя-рассказчика), усмешка мужика над барином, неверие барина в загробную жизнь. Загадка, непознаваемость мужика для барина – в таком случае не только загадка человека для писателя-героя и автора, но и социальная загадка мужика вырастает в загадочность, непонятность причин революции. Здесь уместно указать на сложное отношение Бунина к низовому народу, писатель часто вспоминалнароднуюпословицу: «мужиккакдрево– иикону, идубину» можно сделать.

Какзнаковоеможнорассматриватьивремябиографическогоавтора: Бунин родился в 1870 (как и Ленин), в 1924 он живет на юге Франции, ему 54 года. Умер в 1953 году (год смерти Сталина). Сам Бунин где-то писал об этом примерно так: Ной пережил один потоп, а он (Бунин) пережил и Ленина, и Сталина с Гитлером – это много для одной жизни40.

40 Бунин говорил своей супруге Вере Николаевне Муромцевой, что «он не может жить в новом мире, что он принадлежит к старому миру, к миру Гончарова, Толстого, Москвы, Петербурга; что поэзия только там, а в новом мире он не улавливает ее». В своих воспоминаниях Бунин писал: «Слишком поздно родился я. Родись я раньше, не таковы были бы мои писательские воспоминания. Не пришлось бы мне пережить... 1905 год, потом первую мировую войну, вслед за ней 17-й год и его продолжение, Ленина, Сталина, Гитлера...

Как не позавидовать нашему праотцу Ною! Всего один потоп выпал на долю ему...». Цит. по: Иван Алексеевич Бунин. Биография // http://bunin.niv.ru/bunin/ bio/biografiya-1.htm (15.02.2012)

(литературоведения, культурологии, психологии и др.). Основные подходы лингвистического анализа текста: лингвоцентрический (анализ функционирования языковых единиц в тексте), функциональностилистический (анализ «картины частот» языковых средств, обусловленной экстралингвистически), текстоцентрический (структура текст как смыслового целого обосновывается с помощью систематизации языковых средств), антропоцентрический (языковые средства анализируются в связи с позицией автора и его взаимодействия с адресатом текста)»42.

«Словарь лингвистических терминов» Т.В. Жеребило43 предлагает считать, что «лингвистический анализ художественного текста – это метод исследования, нацеленный на изучение языковых средств разных уровней в системе художественного текста с функциональноэстетической точки зрения, с точки зрения их соответствия авторскому замыслу и индивидуальной манере письма автора. Данный метод предполагает рассмотрение текста как искусной организации языковых средств, отражающих определенное идейно-тематическое и образное содержание, вызывающееучитателяэстетическийэффект»44. (Заметим, что ссылка здесь и далее дается на указанный словарь, хотя этот текст содержится в работе Н.С. Болотновой45).

Далееавторсловарясообщаетотом, что«предметлингвистического анализа художественного текста был конкретизирован Н.М. Шанским, включившим в этот вид анализа рассмотрение ряда фактов». Считаем необходимым привести эти факты, поскольку они имеют непосредственное отношение к нашей теме. Итак, по мнению Н.М. Шанского, лингвистический анализ текста должен включать анализ

1)устаревших слов и оборотов, лексических и фразеологических архаизмов и историзмов;

2)непонятных фактов поэтической символики;

3)устаревших и окказиональных перифраз;

4)незнакомых диалектизмов, профессионализмов, арготизмов и терминов;

42Матвеева Т.В. Полный словарь лингвистических терминов. –

Ростов н/Д: Феникс, 2010. – С. 185−186.

43Жеребило Т.В. Словарь лингвистических терминов. Изд. 5-е, испр-е и дополн. − Назрань: Изд-во «Пилигрим», 2010. − 486 c.

44Там же.

45Болотнова Н.С. Филологический анализ текста: учебное пособие. – 4-е изд. – М.: Флинта : Наука, 2009. – C. 29−40.