Говори! Ты это можешь. Как развивать речь ребенка и учить его читать, особенно в «безнадежных» случаях

ГОВОРИ! ТЫ ЭТО МОЖЕШЬ 91

иникому не приходит в голову, подступив к нему с зеркалом, требовать, чтобы он четко артикулировал эти звуки – ну, скажем, «а», «о», «у». Вы, взрослый человек, достаточно натренированы в произношении звуков не только родного, но, возможно, и какого-нибудь иностранного языка, однако попробуйте сами проделать это упражнение, и увидите, что от вас потребуется кон-

центрация внимания и определенные усилия.

Ребенка с синдромом Дауна мы обучаем говорить,

изадача заключается в том, чтобы начать обучение как можно раньше. Но ведь обучение – это сознательный процесс, а на осознанное отношение 2-, 3- и даже 4-летнего ребенка с синдромом Дауна к поставленным перед ним чересчур сложным задачам рассчитывать не приходится, так же как мы не можем рассчитывать на его готовность совершать активные волевые усилия.

Да, сознание уже пробудилось в нем, однако многих ваших требований он все равно не понимает. Может быть, зеркало и пригодится ребенку в возрас-

те, когда он действительно сможет им манипулировать, но это, увы, слишком поздно. И что доступно его

пониманию в такой, например, рекомендации логопеда: «Кончик языка упереть в нижние передние зубы, его боковые края прижаты к верхним коренным зубам. В таком положении выкатить широкий язык вперед и убрать. Делать 15–20 раз»?

Может быть, книга, из которой взята цитата, адресована студентам отделения дефектологии? Ничего подобного. Это «Азбука» – большого формата, разноцветная, красочная, – родители бросятся ее покупать, но покажите мне отца или мать, которым удалось научить 4–5-летнего ребенка с синдромом Дауна этому упражнению...

Зачем прививать ребенку, поступки которого и без того вызывают недоумение и раздражение окружаю-

92 РОМЕНА АВГУСТОВА

щих, навыки, которые превращаются в плохую привычку и делают еще более явными неправильности его поведения? Для укрепления язычной мышцы его учат лизать марки, тарелки – и вот на глазах недоумевающей публики он облизывает шкаф, стену, маму и других детей.

Но ведь пианист развивает свой аппарат – пальцы – не барабаня ими по стене или доске, а в процессе игры на фортепиано. Он не наращивает себе мускулы молотобойца. Только в соприкосновении с клавишами фортепиано вырабатывает он ощущение клавиатуры,

а соответственно, и ощущение звука.

Развитие и организация мельчайших групп мускулов его пальцев, кисти, предплечья и плеча происходит только таким образом – в непосредственном сращивании с инструментом. «C’est en forgeant qu’on devient forgeron» – «только если куешь, становишься кузнецом». Тот, кто хочет научиться шить, запасается иголкой, ниткой и куском полотна – и принимается за работу, желающий играть на скрипке в одной руке держит смычок, в другой скрипку – и тоже приступает к делу.

«Не понимаю, почему ваш ребенок не говорит, ведь артикуляционный аппарат у него в полном порядке», – удивляется логопед, специалист, прошедший полный курс наук в высшем учебном заведении. Окончив институт, она, видимо, представления не имеет о сложнейшей системе связи между слухом, мозгом и этим самым превосходным артикуляционным аппаратом, о том, что должны быть отлажены не отдельные элементы, а их взаимодействие в этой системе.

Каким бы прекрасным ни был инструмент – будь это даже бесценный Страдивари, – для того чтобы скрипка зазвучала, ребенок должен учиться на ней играть. И поначалу это будут неуверенные, хриплые,

94 РОМЕНА АВГУСТОВА

Поскольку овладение даже элементарными навыками разговорной речи задерживается, то надолго отодвигается следующий очень важный этап – развитие логического мышления, способности к обобщениям, более глубокому пониманию действительности. И вот мы видим 15-летнего паренька, который нянчит плюшевого мишку, а окружающие думают, что ни на что другое он и не способен. Страдает и поведение. Ребенок не в состоянии выразить самую простую просьбу, не говоря уже о том, что он не может ни спросить о том, что ему непонятно, ни рассуждать, ни спорить, высказывая свое мнение, ни чтолибо доказать. Он может лишь слепо подчиниться родительской воле, постепенно превращаясь в существо слабое, покорное, зависимое во всех отношениях, либо делается неуправляемым, агрессивным, упрямо, иногда в самой дикой форме настаивает на своем.

«Скажи: мама, дай шоколадку», – настойчиво просит мать, держа в руках любимое лакомство малыша. Родители ошибочно полагают, что стимулирование вызовет спонтанный ответ: ведь ребенок уже большой, в его возрасте речь у детей льется, как вода из крана. Почему он не может сказать такую простую фразу?

Все попытки заставить ребенка говорить ни к чему не приводят. Проходит очень много времени, прежде чем он скажет свои первые короткие не слова даже, а кусочки слов, их фрагменты. И тогда родители убеждаются в том, что ребенок не в состоянии не только целиком сказать фразу, он с трудом выговаривает звуки, да и то не все.

Дети с синдромом Дауна не выделяют структурных ячеек речи. Она звучит для них как сплошной речевой поток, в который ребенок не вслушивается и смысл которого он не в состоянии осознанно воспринять.

ГОВОРИ! ТЫ ЭТО МОЖЕШЬ 95

Если, проходя с ребенком по улице, мать говорит: «Вот машина едет», то для малыша с синдромом Дауна это звучит как «вотмашинаедет». Он и в отдельно-то взятом слове не слышит толком составляющих его звуков и слогов, где же ему разобраться в структуре длинной фразы?! Что-то он, конечно, понимает, но что именно?

Мать изо дня в день одевает, умывает и кормит ребенка, гуляет с ним, ходит с малышом в гости и т. д. Свои действия она сопровождает непременным комментарием, звучит это приблизительно так: «Ногу давай! Правую! Правую, а не левую! Сейчас наденем сапожки и пойдем гулять. А сколько снегу на улице! Детки на санках катаются. И у Коли есть саночки. Помнишь, как ты вчера упал? Бух!» – и т. д. Ритуал одевания, кормления, умывания неизменен, а речь матери – всякий раз новая импровизация.

«Процесс кристаллизации», когда ребенок начинает вычленять что-то из этого звукового фона, запаздывает. Соответственно, надолго, очень надолго отодвигается время, когда, самостоятельно выкарабкиваясь из трудностей, он начинает говорить сам.

Оказавшись где-нибудь за рубежом, через тричетыре месяца нормальный ребенок пяти-шести лет начинает бойко и совершенно свободно говорить на чужом языке. Процесс овладения речью происходит у него спонтанно, на подсознательном уровне. Нормальный ребенок схватывает все на лету, о каком-то специально организованном процессе обучения в данном случае говорить не приходится.

Ребенок с синдромом Дауна такой способностью не обладает. Он не в состоянии самостоятельно выстроить какую-то систему в звучащей вокруг него речи. Ребенка с синдромом Дауна мы обучаем говорить приблизительно так, как учат иностранному языку взрослого человека. Мы начинаем с мало-

96 РОМЕНА АВГУСТОВА

го, переходя ко все более сложному, и переход этот должен быть очень последовательным и постепенным.

Чем больше слов знает нормальный ребенок, тем легче ему говорить. Не то у ребенка с синдромом Дауна. Как правило, родители изливают водопады слов, стараясь втиснуть в голову малыша как можно больше информации. И говорят, и говорят, и говорят. И чем больше говорят, тем труднее ребенку заговорить самому. Среди множества причин, затрудняю-

щих развитие его речи, есть и такая – ребенок не знает, что ему выбрать из всех тех слов, которые он

слышит от папы с мамой.

И вот – прошли все сроки, а ребенок не говорит. Родители начинают метаться от педагога к педагогу: «Я от дедушки ушел, я от бабушки ушел, от тебя, серый волк...» Хорошо еще, если есть куда метнуться. Они ищут того, кто взмахнет волшебной палочкой –

ипроизойдет чудо: ребенок заговорит. Но чуда не происходит. Чаще всего родители слышат роковое, убивающее всякую надежду слово «необучаем».

Что же все-таки делать? С чего начать? Хоть и плохо, и поздно, но он уже начинает говорить сам

ивсе понимает – почему же он «необучаемый»? Так чем же руководствоваться? Какими книгами? А если начал говорить, а потом замолчал? А если ему уже 18

ион даже имени своего не произносит? Как со всем этим справиться?

Прежде всего запастись терпением. Давайте спокойно сядем и во всем разберемся. Ваш ребенок вполне обучаем – в этом вы можете быть совершенно уверены.

Безусловно, начинать учить ребенка говорить нужно как можно раньше. И самый подходящий для этого возраст – 2–3 года. Пассивно ожидать, когда он наконец заговорит сам, не приходится. Окружающая

ГОВОРИ! ТЫ ЭТО МОЖЕШЬ 97

жизнь обрушивает на него поток информации, которую ребенок с синдромом Дауна пусть не в полном объеме, пусть по-своему, но обрабатывает. К 5–6 годам он накапливает достаточно обширный запас ощущений, впечатлений, наблюдений и представлений, он многое понимает. У ребенка возникает вполне естественная потребность активного взаимодействия с окружающим миром. И самый опять-таки естественный и необходимый способ такого взаимодействия – речь. Однако чаще всего между его психофизическим и речевым развитием существует разрыв, несоразмерность – и это обусловливает дискомфорт и, помимо всего прочего, порождает и формирует целый ряд стойких привычек, которые становятся основой неправильного поведения (зачастую появление этих привычек бывает спровоцировано самими родителями). Возникает некий заколдованный круг, еще больше укрепляющий окружающих в мнении, что ребенок ненормален и что эта ситуация никоим образом не подлежит исправлению.

Если обучение речи начинается достаточно рано, до того как с большим опозданием ребенок начинает говорить самостоятельно, то процессы психофизического и речевого развития осуществляются более или менее параллельно, а лучше сказать – они будут взаимосвязаны и взаимообусловлены.

Все те стадии развития речевого процесса, которые у нормального ребенка осуществляются в соответствии с заложенной природой программой и проходят спонтанно, сами собой, ребенок с синдромом Дауна приблизительно в той же последовательности осваивает в результате обучения, однако медленнее, чем это делает его нормальный сверстник.

Ко мне приходят дети, которым нет еще и трех лет. Они говорят самое большее три-четыре слова – чтонибудь вроде «мама», «папа», «пить», «дай». И учиться

98 РОМЕНА АВГУСТОВА

говорить они начинают без какого бы то ни было промедления, буквально с первого урока.

С чего же мы начинаем?

Развитием слуха, внимания, подражательных способностей следует заняться как можно раньше. Мне не один раз приходилось наблюдать, как совсем маленькие дети с синдромом Дауна тянутся к музыкальным инструментам, буквально замирают при звуках музыки. Используйте музыкальные записи в своей работе с детьми, пусть ребенок как можно раньше начинает прислушиваться, как звучат различного рода музыкальные инструменты. И особенно народные – шумовые, струнные, ударные с их разнообразием иной раз совершенно экзотических тембров. Если вам удастся собрать коллекцию таких записей – это будет очень хорошо!

Во время кормления, пеленая, одевая, укладывая малыша в кровать, мать сопровождает свои действия словами, что-то ласково приговаривает, напевает

ит. д. Говорите не только слова – вы можете произносить также отдельные звуки и слоги, для того чтобы возможно раньше ребенок начал прислушиваться к их характерным особенностям.

Следить за движением нашего языка и губ мы начинаем приучать ребенка задолго до того, как он начнет сознательно нам подражать. Это можно делать лежа с малышом в постели, когда он ничем не занят и ничто его не отвлекает.

«Ла-ла-ла, ле-ле-ле, лё-лё-лё» – язык движется легко

ибыстро, словно язычок колокольчика (с произношением этих слогов придется повозиться, когда ребенок начнет учиться произносить их сам, добиваясь того, чтобы кончик его языка приобрел необходимую подвижность).

«Ба-ба-ба» – вы смыкаете губы.

ГОВОРИ! ТЫ ЭТО МОЖЕШЬ 99

«С-с-с, ш-ш-ш» – свистите и шипите.

Очень скоро ребенок начинает заинтересованно наблюдать за всем этим, а впоследствии должен будет и сам, подражая вам, растягивать рот до ушей – ды, мы; произносить бу, ду, му, держа у рта широкую трубочку и направляя в нее звук; покусывая верхней

губой нижнюю, говорит ва, во, ву. Но очень многое он

просто повторяет за вами, постепенно корректируя произношение и опираясь при этом только на слуховое восприятие.

За редким исключением, каждый ребенок с синдромом Дауна к 3–4 годам, а то и раньше, может повторить за вами несколько слогов. И я приступаю к обучению речи, начиная не с отдельно взятых слов и не с постановки отдельно взятых звуков – и уж тем более не с фраз, пусть даже самых коротких. За единицу принимается открытый слог, начинающийся с твердого согласного звука. Сказать ба, ва, га, да, жа и т. д. гораздо легче, чем сказать б, в, г, д, ж – с этим не приходится спорить. Соблюдение определенной последовательности в выделении коротких слоговых ячеек с последующим объединением их в более развернутые группы простых одно- и двусложных слов открывает возможность создавать первоначальный словарь, относящийся на первых порах к строго выверенной конкретной ситуации. При этом я опираюсь на слух и подражательные способности ребенка, на то, что пусть в ущербном виде, но дано ему природой. Ребенок будет долго путать и ошибаться, говоря «келега» вместо «телега», называет маму папой, а папу – бабой. И безусловно, развитие фонематического слуха требует больших и непрерывных усилий, – но это возможно и, собственно говоря, не так трудно, как кажется.

Твердый согласный звук в открытом слоге организует мускулатуру губ и языка и активизирует про-

100 РОМЕНА АВГУСТОВА

изношение последующего гласного звука (хотя на первых порах, быть может, и недостаточно). Во всяком случае, артикулирование изолированных гласных потребовало бы от ребенка куда большей концентрации и сосредоточения. Никакие зеркала в данном случае не помогут, ибо нашему ученику – напоминаю – всего 2,5–3 года.

Неустанный тренинг заставляет ребенка постоянно прислушиваться к тому, как он произносит звуки,

ивырабатывает ощущение правильного их формирования, раз от разу корректируя как восприятие звука, так и его воспроизведение. Соблюдать непременную, совершенно определенную последовательность слогов не приходится, не следует сразу отрабатывать весь ряд – ба, бо, бу и т. д., сочетая согласный со всеми существующими гласными, иначе вы надолго застрянете.

Если, скажем, у ребенка легко выходят слоги «ба»

и«бы», то «бо» и «бу» могут очень долго не получаться: ребенок говорит «ду» вместо «бу» и т. д. Все, что не выходит, отрабатывайте очень постепенно и не торопясь, начинать следует с того, что получается.

Одновременно с этим на начальном этапе обучения следует определить слова и обороты, которые ребенок будет постоянно слышать от вас и которые будут «привязаны» к каждодневным ритуалам, постоянно повторяющимся ситуациям, – они составят некое ядро, которое в дальнейшем «обрастет» все новыми и новыми словами.

Вот некоторые из этих слов и оборотов.

1.УПАЛО. Ребенок да и мы сами очень часто роняем что-нибудь, придавая этому значение только в том случае, если упавшее разлетелось во все стороны, разбившись вдребезги. Привлеките внимание ребенка к этому факту. Слово «упало» может стать одним из тех, которые очень скоро