Вопросы истории и политики. Взгляд молодых исследователей. Материалы региональной научно-практической конференции студентов и молодых исследователей

15.Ст. 8 Декрета гласит: «Предварительное расследование по делам, долженствующим… поступить на рассмотрение Трибунала, производится Чрезвычайными Комиссиями, Особыми Отделами и иными органами, коим принадлежит право направления дел в Трибуналы. В случае если дела, поступившие в Трибуналы, требуют дополнительного следствия, они передаются Трибуналом для доследования… в Чрезвычайные Комиссии, Особые Отделы, Транспортные Чрезвычайные Комиссии, Комиссии по борьбе с дезертирством, или в те органы, от коих данное дело поступило». СУ РСФСР. 1920. № 22–23. С. 115.

16.Ст. 9 Декрета. СУ РСФСР. 1920. № 22–23. С. 115.

17.В Кумены и Уржум были направлены В. И. Балыбердин, А. К. Новоселов, Д. А. Аввакумов. ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 322. Л. 8.

18.Там же. Л. 9.

19.Там же. Л. 10.

20.Арон Израилевич раньше работал в Трибунале с мая по декабрь 1918 г.

21.ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 380. Л. 56.

22. ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 322. Л. 11.

23.ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 371. Л. 49.

24.ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 270. Л. 47 об., 48.

25.В Яранск был отправлен А. И. Рахлин и В.А. Сабецкий. ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 371. Л. 70.

26.Сессия прошла с 11 по 13 мая при участии Н. А. Бабалова, И. П. Деришева, Бирзгал. ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 371. Лл. 73, 74, 75.

27.В Орлов были командированы Н. А. Бабалов, И. П. Деришев, Бирзгал. ГАКО. Ф. Р- 1322. Оп. 1. Д. 371. Л. 80, 81, 82.

28.ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 380. Л. 63 об.

29.Там же. Л. 58.

30.Там же. Л. 62.

31. ГАКО. Ф. Р-1322. Оп. 1. Д. 371. Л. 84, 85, 86.

Е. Б. Касаткина,

студентка I курса исторического факультета ВятГГУ

(научный руководитель А. А. Машковцев, канд. ист. наук, доцент)

Функционирование Ленинградской военно-морской медицинской

академии в городе Кирове в 1942–1944 гг.

Ленинградская военно-морская медицинская академия (далее – ВММА) была организована в г. Ленинграде в 1940 г. на базе 3-го Ленинградского медицинского института и института санитарно-

химической защиты Наркомздрава РСФСР. Общая продолжительность обучения в ВММА устанавливалась в 5 лет и 6 месяцев. Основной задачей академии была подготовка военных медиков для ВМФ СССР.

Уже в самом начале Великой Отечественной войны Ленинград, где размещалась ВММА, стал прифронтовым городом. С севера на него наступали финские части, а с юга – войска группы армий «Север». Город стал объектом варварских бомбардировок, которым подвергались жилые кварталы, а также учреждения науки и культуры. В сентябре 1941 г.

подверглась артобстрелам и бомбардировкам и территория академии.

В связи с угрозой захвата фашистами города на Неве Государственный комитет обороны СССР 17 августа 1941 г. принял решение о перемещении академии на восток. Первоначальным местом эвакуации предполагалась Астрахань. Перебазированию в тыл подлежало 983 курсанта, 301 человек профессорско-преподавательского состава и 364 члена их семей (в т. ч. 120

детей).

Эвакуация из Ленинграда началась в середине сентября 1941 г. и

проходила с огромными трудностями. «17/09/1941 года, личный состав академии выстроили. Нам объявили, что наш курс следует на Финляндский вокзал, оттуда мы направимся на Ладогу и водным путем будем переправлены на Большую землю. И только наша колонна вышла из ворот академии на проспект, как на территории академии раздались один за другим три артиллерийских взрыва. Ранило нашего курсанта Сашу Якобсона. А остальных в очередной раз сберег добрый ангел-хранитель.

Ведь два снаряда упали точно на то место, на котором стоял наш курс еще несколько минут тому назад. Мы погрузились в вагоны на Финляндском вокзале и днем прибыли на станцию Ладожское озеро. Сказали, что вечером начнется погрузка на плавсредства. Но 18 сентября наш курс вернули в Ленинград. И здесь мы узнали, что на Ладоге погиб выпускной курс нашей академии, переправлявшийся через озеро в первом эшелоне», – вспоминал А.

Н. Копанев, являвшийся в годы войны курсантом академии1.

К 5 января 1942 г. весь личный состав академии закончил эвакуацию из Ленинграда в Киров. Дальнейшее перемещение из Кирова в Астрахань было невозможно вследствие трудностей с получением подвижного железнодорожного состава, а также из-за крайней истощённости личного состава академии. 6 января 1942 г. было принято решение Правительства

СССР о размещении ВММА в г. Кирове.

Академия прибыла в Киров без собственной материальной базы и первоначально была развёрнута в Кировском военно-морском госпитале

(позднее приказом наркомата ВМФ от 25 апреля 1942 г. он был передан ВММА как клиническая база).

Помимо здания КВМГ академия первично была размещена в зданиях стадиона «Динамо», Сталинского райвоенкомата и в сортировочном госпитале. Позже академия разместилась и в Кировском государственном педагогическом институте. Благодаря оперативному размещению уже с 16

января 1942 г. к занятиям приступил IV, а несколько позднее I, II и III курсы ВММА.

Вполне приемлемая материальная база института позволила коллективу ВММА с начала 1942 г. продолжить интенсивную учебно-

практическую и научно-исследовательскую работу. Возобновилась подготовка и усовершенствование военно-морских врачей, осуществлялась подготовка научных и педагогических кадров, издавались труды учёных академии. На базе физиологической лаборатории института развернулись

исследования под руководством начальника кафедры физиологии ВММА профессора, академика Академии медицинских наук СССР (с 1944 г.)

Константина Михайловича Быкова.

Несмотря на трудные условия военного времени, преподаватели и сотрудники ВММА занимались и научно-исследовательской работой. При академии происходила защита диссертаций на соискание учебных степеней кандидата или доктора медицинских наук. Актуальное значение имели исследования, связанные с действиями флота и лечением раненых. Вместе с тем в научной работе академии были и определённые недостатки: «В

отношении НИР академия мало отличается от любого гражданского института, военная тематика представлена крайне слабо, да и то в большинстве малоактуальными и незначительными темами. Разрешимых целой группой кафедр, наша академия не разрабатывает. Академия до сих пор не изучила ни одной операции нашего Флота с точки зрения её санитарного обеспечения. Имеется большое увлечение какой-то хвалебной несерьёзной историей. Очень много диссертационных тем, которые имеют в виду не пользу для общества, а получение степеней, связанных с улучшением материального положения. В академии совершенно нет тем,

хорошо оправдавших себя быстротой исполнения и всесторонним рассмотрением и освещением разрабатываемой темы или вопроса. Во всех Флотах ругают академию не только за поставляемый брак в отношении кадров, но и за отсутствие помощи в разработке научно-исследовательских работ»2.

Руководителем ВММА в рассматриваемый период был генерал-майор медицинской службы А. И. Иванов. Академии имела очень серьёзный профессорско-преподавательский состав. Начальником кафедры физиологии с 1940 г. был лауреат премии имени И. П. Павлова, заслуженный деятель науки Константин Михайлович Быков. Кафедру терапии возглавлял Александр Леонидович Мясников. С 1942 г. он единовременно являлся

главным терапевтом Военно-морского флота. В академии работали профессора А. Я. Алымов, М. С. Лисицын, Ю. Ю. Джанелидзе, А. В.

Пономарёв, А. М. Васюточкин, Б. А. Фаворский. Кафедры занимали академики: Джанелидзе, Лепорский, Мясников, Красногорский,

Черниговский, Быков, Заварзин − и общепризнанные выдающиеся врачи:

Буш, Нечаев, Мельников, Волынский и многие другие. Военно-морская медицинская академия, созданная лишь в 1940 г., не уступала по уровню профессорско-преподавательского состава Военно-медицинской академии – ведущему военно-медицинскому вузу страны, чья история насчитывала почти 150 лет.

В годы войны в Кирове учились курсанты, которые в последующем займут важные государственные посты. Наиболее интересным был выпуск

1947 г. Среди выпускников были будущий министр здравоохранения СССР

С. П. Буренков, начальник ЦВМУ Министерства обороны СССР генерал-

полковник медицинской службы, затем вице-президент Академии медицинских наук СССР Ф.И. Комаров. 90 человек с этого курса защитили кандидатские диссертации, 47 из них стали докторами наук, а 36 присвоено учёное звание профессора. Ф. И. Комаров, Д. С. Саркисов и Л. А. Тиунов избраны действительными членами, а В. И. Алипов – членом-

корреспондентом АМН. 12 человек стали врачами высшей квалификации.

Яркий очерк о вятском периоде учёбы в ВММА, о своих друзьях-

однокурсниках опубликовал в 1990 г. полковник медицинской службы А. М. Соколовский. Он отмечает, что курсанты академии в Кирове

занимались не только учёбой и наукой, но и художественной самодеятельностью. К примеру, в марте 1944 г. на сцене областного драматического театра курсанты поставили пьесу Вс. Вишневского

«Раскинулось море широко». Собранные средства были переданы в фонд помощи семьям фронтовиков. А 17 и 18 июня была поставлена комедия К.

Финна «Секрет красоты» в летнем театре им. Степана Халтурина. Курсанты

Помощь шефских организаций эвакогоспиталям Кировской области в

годы Великой Отечественной войны

Шефские организации внесли большой вклад в создание и функционирование госпиталей на территории Кировской области. К шефским организациям в нашем регионе относилось 331 промышленное предприятие, 109 колхозов, а также ряд других организаций. Они помогали эвакогоспиталям всем, чем могли: заботой и вниманием, денежными пожертвованиями и необходимыми вещами и многим другим. Силами шефов производился ремонт зданий, выделялась продукция местного производства – тапочки, валенки, тулупы, постельное бельё, посуда и пр.1

К примеру, шефство над двумя эвакогоспиталями г. Халтурина (№ 3160 и № 3426) взяли десять колхозов и ряд городских предприятий. Халтуринцы проявляли большую заботу о раненых, стремились помочь им всем необходимым, собирали вещи, белье, литературу. Только за первый квартал 1944 г. было собрано и передано госпиталям: холста – 1643 метра,

мануфактуры – 327 метров, марли – 3 метра, простыней – 24, наволочек – 87,

полотенец – 813, рубашек – 147, носовых платков – 28, белых халатов – 3,

деревянных ложек – 1000 штук. В госпиталях работали без всякой оплаты десятки домохозяек, учащиеся средних школ города и педагогического училища. Для раненых бойцов они организовывали концерты художественной самодеятельности, проводили беседы, читали газеты, создавали передвижные библиотеки, писали родственникам письма. Коллектив детдома № 1 подарил раненым библиотеку из 14 новых книг.

За заботу и внимание раненые бойцы были очень благодарны. «К нашей палате, – писал в районной газете красноармеец Павлов, – прикреплена Женя Титлинова. Она желанный гость у нас. Женя приносит патефон с пластинками. Когда она приходит, вечер в палате проходит весело

и оживленно. За чуткое и внимательное отношение к раненым бойцам сердечно благодарим тебя, Женя».

18 октября 1941 г. в «Халтуринской правде» от имени бойцов красноармеец И. Яковлев писал: «Сейчас мы находимся на излечении в госпитале № 3160. Врачи и весь медицинский состав проявляют о нас материнскую заботу. Они, не считаясь со временем, не жалея сил, работают, чтобы восстановить наше здоровье. Мы скоро выздоровеем и снова с винтовкой в руках, не щадя своих сил и самой жизни, поедем защищать свою Родину»2.

Шефские организации предоставили госпиталям для ремонта зданий кирпич, кровельное железо, пиломатериалы, олифу. Ремонт осуществляли 180 квалифицированных рабочих, благодаря чему здания госпиталей были подготовлены к зиме3. Шефы собрали и передали госпиталям 90 тыс. необходимых вещей (кроватей, постельных принадлежностей, посуды на сумму 4,7 млн рублей). Руками шефов и на их средства оборудовались санпропускники, пищеблоки, ремонтировались здания и подъездные пути.

Кировский завод № 32 шефствовал над госпиталем № 3444. Он построил пищевой блок, санпропускник, изготовил ряд предметов из медицинского оборудования, костные пилы, долота, санитарные носилки. Начальники цехов, рабочие – стахановцы вместе с секретарем парткома Степановым посещали раненых, проводили с ними беседы, знакомили с жизнью завода. Ответные визиты дружбы на завод наносили и раненые солдаты: в цехах они беседовали с рабочими, помогали им различными советами совершенствовать производство.

13 марта 1942 г. в районной газете «Малмыжский колхозник» была опубликована статья «Письмо бойцов подшефного госпиталя». Бойцы Дорожкин, Котов, Смирнов, Бокланов обратились к жителям Малмыжского района: «Мы, раненые командиры, красноармейцы и политработники госпиталя, над которыми вы шефствуйте, очень благодарим вас за

присланные вами подарки ко дню 24-й годовщины Красной Армии и Военно-Морского Флота. Вы собрали и отправили для фронта тысячи теплых вещей, тонны продовольствия. Этим самым вы воодушевляете нас на новые подвиги… Дорогие товарищи, мы в госпитале чувствуем себя хорошо. Наши советские врачи прилагают все силы для того, чтобы мы быстрее выздоравливали и с новыми силами уничтожали врагов родины»4.

Шефскую помощь оказывали не только трудовые коллективы, но и различные общественные организации. К примеру, коллектив областного Потребительского союза в 1941 г. передал подшефному госпиталю мебель, укомплектовал его библиотеку, приобрел два телефона, баян и пианино. Специальная бригада женщин штопала бельё раненых. К 24-й годовщине Октября каждому бойцу были вручены подарки5.

Шефами являлись также школьники и комсомольцы. В справке «О работе госпиталей № 1733 и № 1093», адресованной уполномоченному комиссии партийного контроля Ф. М. Чубарову (9 апреля 1942 г.), имеются сведения о том, что раненых солдат в указанных госпиталях постоянно навещают комсомольцы и пионеры из школ № 12 и № 226.

Школьники проводили большую и разнообразную шефскую работу. Старшеклассники мыли полы, собирали посуду, вышивали салфетки и занавески, украшали палаты цветами и картинами. К каждому празднику школьники дарили бойцам кисеты, носовые платки, книги. Кроме того, они помогали в проведении культурно-массовой работы: только в 1942 г. в госпиталях ими было организовано 839 концертов7.

В нашу область были эвакуированы и госпитали с Украины, например из Донбасса. Так, 11 октября 1941 г. из города Сталино (ныне – Донецк) на ст. Луза был эвакуирован госпиталь № 3469. Эвакуация происходила в очень сложных условиях, поскольку санитарный поезд неоднократно подвергался ударам люфтваффе. К моменту прибытия состава в пункт назначения в Лузе уже был открыт госпиталь № 3948 на 200 коек. Вскоре оба эти госпиталя (№

948 и № 3469), были объединены в один Лузский эвакогоспиталь № 3469 с общим числом 500 коек. Начальником стал старший лейтенант медицинской службы Александр Михайлович Гапонов, который руководил учреждением все военные годы до его ликвидации8. Лузский эвакогоспиталь сразу же стал объектом патронажа со стороны местных шефских организаций.

В архивных документах имеются сведения, что шефами всех госпиталей Сталинского района г. Кирова были комбинат «Искож», заводы «Красный инструментальщик» и «Кировский металлист». В госпитале № 1018 шефскую помощь осуществлял комбинат «Искож». Рабочие данного предприятия помогли в оборудовании госпиталя, собрали свыше 4000 рублей, приобрели две гармони и т.д. Над госпиталем № 3774 шефствовали рабочие и служащие заводов «Красный инструментальщик» и «Кировский металлист»9.

Госпиталям, которые находились не в областном центре, помогали местные крестьяне. В виде подарков от колхозов и населения в госпитали поступило: муки и зерновых – 20 тонн, картофеля – 50 тонн, мяса – 15 тонн, масла – одна тонна, яиц – 10 000 штук, меда – одна тонна и т. д. Деньгами было собрано 242 тыс. рублей10. Колхозники области, шефствуя над госпиталями, собрали 3636 пудов овощей, 2060 пудов мяса, 56 пудов масла, более 20 тыс. литров молока, 26 пудов меда, 22 530 штук яиц. Кроме того, было собрано и передано госпиталям на приобретение предметов личного обихода раненых 510767 рублей11.

Ранний картофель колхозники сдавали на заготовительные пункты для отправки его в госпитали – раненным бойцам и командирам Красной Армии12. На наш взгляд, это была очень значительная помощь, так как в 1942 г. были серьёзные перебои в снабжении продовольствием госпиталей Кировской области13.

Некоторые сельскохозяйственные предприятия области фактически полностью брали на себя функцию снабжения продуктами питания отельных