МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ЧЕЧЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

З.М. Ахмадова Х.Р. Сельмурзаева

СИНТЕЗ НАЦИОНАЛЬНОГО И ОБЩЕЧЕЛОВЕЧЕСКОГО

В РУССКОЯЗЫЧНОЙ ПОЭЗИИ УМАРА ЯРИЧЕВА

Учебное пособие

Грозный – 2017

Печатается по решению Ученого совета ЧГУ ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет» протокол № 3 от 27.04. 2017г.

и учебно-методического совета ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет» протокол № 7 от 29.03. 2017г.

УДК 82.0 (470.6) ББК – 83 (2 РОС)

А-58 С-29

Составители: к.филол.н., доцент кафедры чеченской филологии ЧГУ

Ахмадова Зайнап Мухадиновна

к.филол.н., доцент кафедры чеченской филологии ЧГУ

Сельмурзаева Хеди Рамзановна

Рецензенты:

А.М. Хусиханов, доктор филологических наук, профессор кафедры русской и зарубежной ЧГУ

Р.Б. Татаева, к.филол.н., доцент кафедры Литературы и МП ЧГПУ

Ахмадова З.М., Сельмурзаева Х.Р. Синтез национального и общечеловеческого в русскоязычной поэзии Умара Яричева. Учебное пособие. Грозный: издательство ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет», 2017. – 56 с.

Учебноепособие адресовано преподавателям, студентами аспирантам вузов Северокавказского региона, изучающим национальные литературы. Оно также предназначено и тем, для кого поэзия современного чеченского поэта Умара Яричева является одной из высших форм сокровенного постижения истины, бытования красоты, гармонии, мудрости.

©Ахмадова З.М., Сельмурзаева Х.Р., 2017 ©ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет», 2017

2

3

Введение

Чеченская национальная литература (как созданная на родном языке, так и русскоязычная) – один из показателей современного состояния республики, и темпы ее развития и включения в общероссийское художественное пространство свидетельствуют о необходимости исследований в этой области. В работе предлагается более глубокий и разносторонний анализ лирики У.Д. Яричева, намечаются пути дальнейшего изучения его творчества.

Умар Денелбекович Яричев – один из наиболее известных и ярких поэтов современной чеченской литературы, чье творчество во многомопределяетоблик инаправлениеразвитиясегодняшнейпоэзии республики. «Лет двадцать назад Умар Яричев представлялся многим неким символом эпохи. Если хотите, плакатом, глашатаем, трибуном, пафосность, нескрываемая автором публицистичность поэтических произведений Яричева были абсолютно новым явлением во всей чеченской поэзии тех лет» [20]. Однако при том, что поэзия Яричева изначально, буквально с первых публикаций, вызвала огромный читательский и профессиональный интерес, личность и творчество автора и сегодня остаются малоизученными.

Поэт родился 22 июня 1941года в селе Кулары УрусМартановского района Чечено-Ингушетии. Его, как и представителей многих других северокавказских народов, не обошла стороной депортация. В 1944 году вместе с остальными чеченцами и ингушами был выслан в Казахстан, где провел тринадцать лет. В 1957 году вернулся на Родину, закончил обучение в Ермоловской средней школе и в 1959 году поступил в Грозненский нефтяной институт. Затем было заочное отделение, работа преподавателем физики и математики в Бамутской средней школе, с1963по1965год – службавармии. С1965 по 1969 год Яричев работал на целине в отраслях народного хозяйства Казахстана. С 1969 по 1974 год учился в Алма-Атинском филиале Московского института Советской торговли на экономический факультет. Далее работал в различных отраслях народного хозяйства

СССР и России. С 1980 года по настоящее время постоянно проживает в Чеченской Республике.

4

Публиковаться Умар Яричев стал довольно рано. Первые стихи были опубликованы в 1961 году в районной газете города Грозного «Заветы Ильича». В 1979 году был издан первый сборник стихов «Исток». Затем вышли сборники стихов «Тропою памяти» (1985 год), «Встреча в пути (1988 год), «Лавина времени» (1990 год), «Стихи и поэмы» (2003 год), «В обойме времени» (2005 год), «Между прошлым и будущим» (2011).

Помимоданнойинформациибиографическогохарактераимеется ряд статей и рецензий, посвященных творчеству Яричева. Однако эти работы имеют разрозненный характер, затрагивают лишь отдельные аспекты поэзии автора. Основная задача этих работ – обозначить данное литературное явление, обратить на него читательское и профессиональное внимание. Так что можно с уверенностью говорить о том, что назрела настоятельная необходимость более пристального внимания к творчеству самобытного чеченского поэта, его детального изучения.

Всвоейработемыпопытаемсяболееподробнопроанализировать поэзию Яричева, остановимся на аспектах, которые представляются нам важными для понимания общей поэтической концепции автора, маркирующими данное литературное явление не только как национальное, локальное, но и как общекультурное, общечеловеческое.

Впервую очередь Умар Яричев известен как яркий представитель русскоязычной поэзии Северного Кавказа. Большую часть своих поэтических произведений автор создает на русском языке.Яричев считает,что «русскийязык является еговторымродным языком и для него это дар Бога» [14].

Отвечая в одном из интервью на вопрос корреспондента о том, как поэт начал писать стихи, и почему его творческим языком стал русский, Яричев вспоминает, как открыл для себя богатейший мир русского языка, русской поэзии: «Стихи на русском языке я пишу буквально с малолетства… А мое знакомство с русским языком началось, когда мы жили на поселении в Казахстане. Я учился в железнодорожной школе и первые несколько лет вообще не владел русским языком… Но когда я научился читать по-русски, мне помогла

5

наша школьная библиотека. Там работала старая русская женщина Мария Дмитриевна... Она меня записала в библиотеку и дала почитать первую книгу – это был сборник Пушкина с картинками: вьюга, тройка, кони, которых ямщик хлещет; и помню: «Буря мглою небо кроет...». Меня тогда поразило, что вьюга воет как зверь, то плачет как дитя. Шли годы. Меня заворожила другая фраза, принадлежавшая Лермонтову: «Выхожу один я на дорогу/ ... / И звезда с звездою говорит». Как могут звезды говорить друг с другом?! Видимо, это удивление и стало началом, той искрой, которую мне Бог подарил...» [20].

Изначально знакомство с искусством слова, с литературой произошло на русском языке. Возможно, это в немалой степени обусловило русскоязычие творчества Яричева. «Я всегда писал на русском языке, но не потому, что не люблю свой родной чеченский язык. Он у меня в крови. Я им живу и дышу. Но русский язык для меня

– второй родной язык. Я им живу, мыслю и пишу. У меня есть стихи, написанные на чеченском, но в творчестве мне более близок русский язык: за последние десять-пятнадцать лет я написал десяток стихотворений на родном языке, а вот на русском – семьсотвосемьсот» [20]. Однако поэт никогда не отделял себя от чеченской литературы, от родного языка: «Я считаю, что писатели и поэты должны быть всегда выше узких национальных рамок. Разумеется, это не означает, что мы должны забыть свой язык, культуру, менталитет. Я был чеченцем и останусь им. Я сторонник принципа: люби свое и уважай чужое» [20].

Поэзия Яричева формировалась под влиянием творчества А. Пушкина, С. Есенина, О. Мандельштама, М. Волошина, М. Цветаевой, У. Шекспира, Д. Алигьери, Ш. Бодлера, А. Рембо, О. Хайяма, А. Рудаки, Р. Гамзатова, Д. Яндиева. Особое значение для поэта имело творчествоА.Блока,которогоЯричевсчитаетсвоимидеаломвпоэзии.

Творчество чеченского поэта представляет собой некое особое художественное пространство, сложившееся в ситуации перманентного культурного диалога русской, мировой и национальной чеченской литератур. Поэзия для Яричева становится

6

формой и способом его общения с миром, социумом, позволяет ощутить свою причастность к истории, культуре, бытию и быту современников. Его лирика средствами русского языка, понятного далеко за пределами северокавказского локуса, открывает миру национальную чеченскую поэзию.

Лирика Яричева отличается особым соотношением личного и общечеловеческого. В творчестве поэта эти категории всегда очень тесно сопряжены, взаимопроницаемы. Автор не жаждет счастья, любви, мира, справедливости только для себя. Ему важно ощущать общее гармоничное бытие, при котором возможна внутренняя гармония и свобода. Подобные мотивы придают многим стихам Яричева исповедальный характер и колорит.

Творчество Умара Яричева характеризуется широким спектром тем и мотивов. Автор обращается к традиционным проблемам, к так называемым вечным темам литературы, неисчерпаемым и актуальным в любые времена и в любом обществе, предлагает свою поэтическую интерпретацию константных вопросов в новых национальных, исторических условиях, культурных и морально-этических координатах.

Яричев апеллирует к онтологическим (Космос, свет, тьма) и антропологическим (жизнь и смерть, война и мир, любовь, дружба, семья, власть) категориям, к общечеловеческим проблемам (поиски смысла жизни, понимание добра и зла, нравственность человека и общества, духовные поиски). Автор обращается к истории и современности чеченского народа, к проблеме человека и мира, человека и общества, поднимает нравственно-этические и эстетические вопросы.

7

Глава 1. Военно-историческая поэзия Умара Яричева: мотивы, образы, конфликты

Я чувствую, что во всех людях сидит грех Каина, убившего своего брата. Боюсь, нас не скоро покинет этот грех.

У. Яричев

Одной из константных тем творчества Яричева становится тема войны. Война и мир – вечная антропологическая тема мировой литературы, художественно отобразившей войны разных эпох и народов. Война – как величайшая трагедия человечества – всегда становилась неким катализатором для творчества. Поэты, музыканты, художники – люди с оголенными нервами, тонкой душевной организацией – не могли пройти мимо этой извечной темы. Зачастую именно война пробуждала их к активному и плодотворному творчеству, ибо существование «в войне», в постоянном балансировании на грани жизни и смерти рождает в человеке глубочайшие переживания и философские открытия.

Тема войны до боли понятна чеченскому поэту и его читателям. Яричев увидел войну не чужими глазами, не из сводок новостей, не через объектив камеры. Война предстала перед ним во всем своем ужасе, несправедливости. Эта трагедия постигла чеченский народ и стала величайшей трагедией в жизни Яричева, унеся жизнь близких людей (в 1999 году при авианалёте погибла супруга поэта; в 2000 году приобстреледомапогиблаегомать;втом же году сам Яричев получил ранение). Так что, рассказывая о войне, художественно ее осмысливая, поэт говорит о том, что увидел и пережил лично, пропустил через свое сердце, принял как свой страшный жизненный опыт. Видимо, оттого военная лирика Яричева отличается особой эмоциональностью, глубиной погружения в художественный материал, трагическим ощущением бессмысленности и жестокости войны, бесстрастно требующей стольких жертв.

Яричев ставит перед собой сложнейшую задачу – попытаться

8

художественно осознать, проанализировать чеченскую войну 1990-х. Сделать это тем сложнее, что поэт находится внутри конфликта. Тем не менее, автор находит в себе силы подняться над проблемой, как бы взглянуть на нее со стороны, оценить объективно, без ложного патриотизма и истерии, – очевидно, благодаря особому таланту поэтафилософа «увидеть большое на расстоянье». Задача Яричева осложняется еще и тем, что слишком свежи раны, слишком много белых пятен в этой кровавой истории чеченской войны. Взять на себя ответственность облечь в поэтическую форму боль, обиды, надежды и чаяния целого народа– непростая, апорой, и неблагодарнаязадача. Но предназначение поэта не позволяет Умару Яричеву молчать.

Трагические ноты и настроения свойственны любой послевоенной поэзии. Подобные мотивы характерны и для творчества Яричева. Воображение поэта преследует синдром, которым массово страдали люди после Великой Отечественной Войны и после войн в горячих точках. В его поэзии часто возникают образы былой войны. Так сложно поверить в мир,кажущийсяхрупким изыбким.Эталирика словно пронизана осторожной надеждой. Не лозунгами и пустыми уверениями в светлом будущем, но робкой, тонкой надеждой, что радость и покой возможны в этом мире:

Город весь в строительных лесах. Что ни день – дома, мосты, дороги…

Идуша – в улыбке, не в слезах… Только в сердце вот – игла тревоги.

Инапоминает свет зари

Всполохи замедленного взрыва… И надежда шепчет мне, замри!

Улыбнулось солнышко счастливо [1:56].

Это чувство тревоги не раз возвращается в стихи Яричева: Покой и тишь… Но в некий миг Взгляну тревожно в небо снова… А вдруг оттуда с грозным ревом

К земле рванется штурмовик [1: 109].

9

«Послевоенная кома» – так точно характеризует поэт свое состояние. А ведь это и состояние всего народа, пережившего войну. Не злоба, не месть, а недоумение в горьких строках автора:

Пэ Вэ Эр… Деревянный домик… По сущности самой – барак… Живу в послевоенной коме Я здесь – не умный, не дурак.

А жертва мирового зла Химер библейского исхода…

Ибыл кому-то кем-то продан…

Ипотому война была… [1: 108].

Во имя дней и горя, и смятений И ужасом наполненных ночей,

Не становись, мой дорогой чеченец, Разменной картой хитрых палачей,

Которым не указ ни Бог, ни совесть, Ни серый мрак надгробий и крестов… Чья жизнь и счастье зиждется на крови

И тайных кодах банковских счетов [1: 62-63].

Яричев не берется расшифровать происхождение этого мирового зла. Но отчетливо понимает, что во все эпохи, при самых разных цивилизациях жертвой этого зла становится простой, ни в чем не повинный народ. И это персонифицированное зло не имеет ни национальности, ни временной привязки:

Стезя их – в никуда из ниоткуда, А ум циничен, совесть – нечиста… Они из клана вечного Иуды,

За звон монет продавшего Христа [1: 63].

Во второй половине ХХ века военная тема становится одной из актуальных тем русской поэзии. Авторы обращаются к событиям 1941–1945 года, к годам Великой Отечественной войны. Появляются

10