5. Концепция и типология прессы начала XIX века.

В первые годы XIX в. представления о журналистике формировались преимущественно в самой прессе под влиянием суждений Н. И. Новикова, А. Н. Радищева, Н. М. Карамзина.

Вводя отдел политики в состав журнала, Карамзин желал предоставить занимательное и полезное чтение широкому кругу читателей и в особенности тем, кто не имел возможности самостоятельно следить за иностранной периодикой. Карамзин полагал, что предпочтительнее воспитывать писателей на примерах и одновременно доставлять удовольствие читателям, публикуя лучшие образцы словесности в журнале.

Выход в 1803 г. книги А. С. Шишкова «Рассуждение о старом и новом слоге российского языка» послужил началом борьбы между «карамзинистами» и «шишковистами». Ориентацию Шишкова на церковнославянский язык и его неприязнь к иностранным заимствованиям некоторые журналисты расценили как реакционную общественную тенденцию.

В связи с дискуссией о роли критики в периодическом издании В. А. Жуковский писал в 1808 г. в «Вестнике Европы»: «В русском журнале критика не может занимать почетного места». Он поддерживал традиционную идею о пользе и увеселении как главном назначении прессы.

Не без влияния этой полемики критика укрепила свои позиции в литературных журналах и сама способствовала становлению журналистики.

Утверждение в частном издании отдела политики — нововведения «Вестника Европы» Карамзина — зависело от состояния общественного движения и колебаний правительственного курса между либерализмом и реакцией. Показательна в этом отношении точка зрения самого журнала, который после ухода Карамзина то открывал отдел политики, то отказывался от него. Новый редактор М. Каченовский одобрял политический курс правительства и его действия в области печати. Жуковский с осторожностью определял роль политики в журнале: «Политика в такой земле, где общее мнение покорно деятельной власти правительства, не может иметь особенной привлекательности для умов беззаботных и миролюбивых; она питает одно любопытство».

Связь словесности и журналистики с общественной жизнью, отчетливо проявившаяся в полемике о критике, политике и языке, получила реальное подтверждение и продолжение в создании литературных обществ с более или менее ясно выраженными политическими позициями, для изложения и защиты которых они использовали периодические издания. Вольное общество любителей словесности, наук и художеств (1801-1812), объединявшее в основном разночинную интеллигенцию, либерально и демократически настроенную, издавало «Свиток муз» (1802-1803) и «Периодическое издание Вольного общества любителей словесности, наук и художеств» (1804). Печатным органом Беседы любителей русского слова были «Чтения в Беседе любителей русского слова» (1811-1816), где объединились «шишковисты». Члены обществ, сотрудничая в периодических изданиях, оказывали влияние на содержание и харак­тер последних.

Из признания связи журналистики с общественной жизнью, сделанного на заседаниях литературных объединений и на страни­цах прессы, следовал вывод о том, что периодическая печать изме­няется сообразно политическому развитию страны.

В проекте журнала 1817 г. П. А. Вяземский охарактеризовал тради­ции отечественной прессы и деятельность ее виднейших представите­лей: «Мы можем считать у себя двух только журналистов: Новикова и Карамзина... Нам остается сочетать в журнале примеры двух наших журналистов и разделить издание на три разряда: Нравы, Словесность и Политика». Попытка Вяземского соединить карамзинскую и нови-ковскую тенденции на практике не осуществилась.

В «Проекте устава для Арзамасского общества безвестных людей», в составлении которого деятельное участие принимал декаб­ист М. Ф. Орлов, определялось назначение прессы и подчеркивалось стремление следовать ее лучшим традициям. Вместе с типологическим развитием прессы изменялась ее жанровая палитра, становившаяся предметом осмысления прежде всего на страницах самой периодики.

Из жанров литературной критики толкование в печати получили рецензия, библиографическая заметка, литературное обозрение.

Жанр библиографической заметки Н. И. Греч определял в послесловии (1814 г.) к «Письму к издателям „Сына Отечества"» как «замечание» и указал на его отличительные особенности: «Сочинитель замечания изъявляет в нем общее мнение свое о каком-нибудь литературном произведении, не входя в его рассмотрение».

Новым жанром русской прессы стало обозрение — политическое и литературное. Разнообразные факты, системно изложенные, представляли в политическом обозрении картину современной действи­тельности. Связывающая их авторская мысль, анализ и открытая оцен­ка происходящего составляла его отличительные признаки.

Намереваясь воздействовать на общественное мнение, декабристы стремились расширить сферу распространения своих идей с по­мощью печати. В их понимании словесность была неотделима от политики, а ее история самым непосредственным образом связана с историей народа. К середине 1820-х годов сформировался новый тип издания — литературный альманах декабристов. Политической направленностью и публицистическим звучанием литературной критики и словесности, тяготением к журнальному разнообразию материалов он существенно отличался от первых альманахов Карамзина с их чисто литературным содержанием и ориентацией на круг любителей, а больше любительниц изящной словесности.

По замыслу декабристов, периодическая печать должна была под­готовить общественное мнение к переменам и тем самым обеспечить их понимание и поддержку. Изложенные языком романтической эстетики, недоговоренные из-за опасений перед цензурой, не всегда единодушно одобренные участниками тайных обществ политические лозунги декабристов не могли глубоко проникнуть в общество. Их слово было доступно образованному, преимущественно дворянскому читателю, пропаганда среди солдат имела ограниченный характер, попытки наладить нелегальную печать не увенчались успехом.

Разработка концепций печати и осмысление ее типологического развития были неразрывно связаны со становлением специальной терминологии, которая на первых норах формировалась в текущей периодике, а затем получала закрепление в словарях. Ключевыми терминами в ЭТОТ период стали: газета, журналист, журналистика.

По отношению к газетам, отличавшимся частой периодичностью (не реже одного раза в неделю), преобладанием информационных жанров и традиционным оформлением (формат в 4-ю долю листа, страница разделена на две колонки), употреблялись в качестве синонимов термины: газета, журнал, листки, а применительно к официальным — еще и ведомости. Термин газета словарь Н. Яновского «Новый словотолкователь, расположенный но алфавиту» толковал как равнозначный понятию «ведомости»: «Под сим словом разумеются ведомости; листы печатные, выходящие но известным дням и содержащие в себе любопытные известия, действия военные, происшествия, политические и проч. в разных областях случившиеся».

Одинаковое использование терминов журнал и газета применительно к одному печатному органу обусловливалось характером са­мих изданий — сочетанием у некоторых из них в равной степени как газетных, так и журнальных признаков. Иные официальные и частные газеты выходили в виде тетрадок (от 4 до 20 страниц в 4-ю долю печатного листа) с продолжавшейся нумерацией страниц, так что через год или полгода они представляли собой сборники-комплекты. Это подчеркивали сами издатели, рассылая подписчикам в конце года или полугодия листки с общим оглавлением.

Некоторые журналы, наоборот, имели характерные газетные признаки. Они издавались листками (на 4-8 полосах) раз пли два раза в неделю и содержали оперативную информацию. Внешний вид их (формат в 8-ю долю листа, отсутствие разделения текста на колонки) оставался журнальным, но частая периодичность, небольшой объем и преобладание информационных жанров существенно сближали их С газетами.

Словари в определении терминов отставали от журнальной практики. Примером может служить толкование термина журналист, данное словарем «Новый словотолкователь, расположенный по алфавиту»: «Тот, кто ведет ежедневные записи, издает журналы; издатель журналов». Однако в периодической печати журналистом именовали участника, сотрудника издания. В 1825 г. редактор журнала «Московский телеграф» Н. А. Полевой впервые употребил на страницах своего издания термин журналистика, понимая под этим всю совокупность периодических изданий.

В первой четверти XIX в. закрепился приоритет журнала перед другими видами периодики — газетами и альманахами, утвердился общественный и профессиональный статус журналиста. Журналистика стала выделяться из словесности как объект самостоятельного историко-теоретического осмысления.