2012431_2

Президиум Верховного Суда Российской Федерации, проверив производство по уголовному делу в отношении К., надзорную жалобу в этой части оставил без удовлетворения.

Согласно показаниям осужденных Я. и Б. в присутствии К. оговорили возможность завладеть автомашиной, выбросив из нее водителя. К. согласился принять участие в планируемом преступлении, поскольку, кроме него, никто не умел управлять автомобилем.

Во время поездки в автомашине Я. набросил на шею водителя шнурок и стал его душить, а К. принял меры к остановке автомашины. Когда Б. и Я. догнали водителя и посадили в автомобиль, К. пересел на место водителя и управлял автомобилем, в том числе и в тот период, когда Б. и Я. в салоне автомашины душили потерпевшего.

Суд, оценив все доказательства в их совокупности, признав показания осужденных в данной части достоверными, пришел к обоснованному выводу о виновности К. и правильно квалифицировал его действия по ч. 4 ст. 166 УК РФ.

Таким образом, доводы осужденного о его непричастности к завладению автомобилем с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, и неправильной квалификации его действий являются несостоятельными153.

12. Высказывание потерпевшему угроз убийством в процессе завладения автомобилем охватывается составом ч. 4 ст. 166 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 119 УК РФ как угроза убийством не требует.

Действия виновного переквалифицированы с п. «а» ч. 2 ст. 126 УК РФ на п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ.

153 Постановление Президиума Верховного Суда РФ № 823П06 по делу Кожина и др. //Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за 2007 г.

323

Как указано в приговоре, П., имея намерение совершить разбойные нападения на торговые предприятия с целью завладения имуществом, предложил участвовать в этих преступлениях своим знакомым.

П. и другие осуждённые завладели без цели хищения автомобилем потерпевшей А., который они хотели использовать как транспортное средство во время разбойных нападений. При этом П. направил на потерпевшую пистолет и угрожал ей убийством и применением насилия, опасного для жизни и здоровья. Осуждённые вывели потерпевшую из машины, связали руки, закрыли рот кляпом и лентой «скотч», положили в багажник автомашины и закрыли его на ключ.

Потерпевшая А., находясь в багажнике автомобиля и пытаясь привлечь к себе внимание окружающих, стала стучать по крышке багажника. П., угрожая ей убийством, требовал не кричать и не привлекать к себе внимание.

Неправомерно завладев автомашиной А., осуждённые выехали в город, но были задержаны работниками милиции. При этом их умысел на совершение разбойных нападений на торговые предприятия не был доведён до конца по независящим от них обстоятельствам.

Действия П. квалифицированы судом (с учётом внесённых изменений) по ч. 1 ст. 30 и ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.), п. «а» ч. 2 ст. 126 УК РФ, ч. 4 ст. 166 УК РФ и ст. 119 УК РФ.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил судебные решения в отношении П., переквалифицировал его действия с п. «а» ч. 2 ст. 126 УК РФ на п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ и исключил его осуждение по ст. 119 УК РФ.

В постановлении Президиум мотивировал своё решение следующим. Президиум исключил из судебных решений указание об осуждении П.

по ст. 119 УК РФ.

Как установлено судом, П. и другие осуждённые, угрожая потерпевшей убийством и применением насилия, опасного для жизни и здоровья,

324

завладели автомобилем, поместили потерпевшую в багажник, через некоторое время П. вновь стал высказывать А. угрозы убийством.

Действия осуждённого, связанные с угоном автомобиля, квалифицированы по ч. 4 ст. 166 УК РФ как неправомерное завладение автомобилем без цели хищения, совершённое группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

В данном случае правовая оценка содеянного по ст. 119 УК РФ является излишней, поскольку высказывание угроз убийством в процессе завладения автомобилем охватывается составом ч. 4 ст. 166 УК РФ154.

13. Неправомерное завладение автомобилем без цели хищения, совершенное при разбойном нападении на водителя, обоснованно квалифицировано по совокупности ст. 166 и ст. 162 УК РФ.

Г. совместно с другими осужденными договорился о нападении на водителей автомобиля КамАЗ в целях завладения их имуществом.

31 августа 1998 г. Г. и другие осужденные с применением предметов, используемых в качестве оружия, совершили нападение на водителей автомобиля КамАЗ - В. и Ш., в ходе которого, угрожая применить опасное для здоровья насилие, завладели автомобилем КамАЗ без цели его хищения. Осужденные привезли на нем потерпевших в карьер, где избили и завладели деньгами в сумме 38 тыс. руб. После этого, оставив потерпевших в кузове автомобиля и повредив шины, Г. и другие осужденные с места преступления скрылись, а похищенные деньги разделили между собой.

Аналогичным образом в ночь на 18 сентября 1998 г. Г. и другие осужденные, используя газовый револьвер и нож, совершили нападение на водителя автомобиля КамАЗ Т.

154 Постановление Президиума Верховного Суда РФ № 304-П07 //Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за IV квартал 2007 г.

325

Без цели хищения осужденные перегнали автомобиль потерпевшего на расстояние нескольких километров, после чего похитили у потерпевшего Т. золотую печатку, деньги в сумме 4 700 руб. и другие вещи, причинив ему ущерб в размере 6 750 руб.

По приговору суда (с учетом последующих изменений) Г. осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.) и ч. 4 ст. 166 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор в отношении Г. оставила без изменения.

В надзорной жалобе осужденный Г. просил о пересмотре судебных решений, полагая, что осуждение его по ч. 4 ст. 166 УК РФ является излишним.

Президиум Верховного Суда РФ, рассмотрев надзорную жалобу осужденного, в этой части оставил ее без удовлетворения.

Довод осужденного о том, что его действия, в том числе связанные с неправомерным завладением транспортными средствами, охватываются ч. 2 ст. 162 УК РФ, противоречит закону и установленным в суде обстоятельствам.

Как видно из дела, автомобили КамАЗ при нападении на водителей были угнаны с автотрассы в другое место (в одном случае - в карьер, в другом - в лесопосадку) не с целью их хищения, а чтобы скрыть совершение разбойных нападений и следы этих преступлений.

Поэтому действия Г., помимо разбоя, содержат также состав преступления, предусмотренный ст. 166 УК РФ, то есть неправомерное завладение транспортным средством без цели его хищения155.

Статья 167. Умышленные уничтожение или повреждение имущества

1. Умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, -

155 Постановление Президиума Верховного Суда РФ № 240-П05 по делу Газина //Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за 2005 г.

326

наказываются штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок от ста до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Те же деяния, совершенные из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, -

наказываются лишением свободы на срок до пяти лет.

Выполните следующие задания

1.Проанализируйте нижеследующие судебные решения.

2.Дайте развернутый ответ, правильно ли, на ваш взгляд, проведена квалификация преступлений в имеющихся судебных решениях. Мотивируйте свой ответ существующими разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации по данной категории дел.

3.Дайте квалификацию в соответствии с действующим уголовным законодательством.

1.Значительный ущерб, являясь обязательным признаком объективной стороны основного состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК РФ, подлежит установлению и при осуждении лица по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

По приговору Кемеровского областного суда Б. осуждён за убийство общеопасным способом и умышленное повреждение чужого имущества путем поджога.

В кассационном представлении указывалось, что суд, необоснованно исключив из обвинения признак «причинение значительного ущерба» при повреждении чужого имущества, тем не менее оставил квалификацию

327

содеянного Б. по ч. 2 ст. 167 УК РФ без изменения, хотя при умышленном повреждении чужого имущества путем поджога причинение значительного ущерба является обязательным признаком объективной стороны.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ согласилась с доводами кассационного представления о необоснованности осуждения Б. по ч. 2 ст. 167 УК РФ и отменила приговор, указав в определении следующее.

Суд пришёл к выводу, что от действий осуждённого в результате поджога дома было повреждено чужое имущество на сумму 701 117 руб., и посчитал, что причинённый комитету по управлению муниципальным имуществом г. Новокузнецка, на балансе которого находится дом, ущерб не является значительным.

Доводы же представителя комитета, который утверждал, что причинённый для них ущерб является значительным, так как в муниципалитете нет достаточного количества жилых домов для того, чтобы решить проблему предоставления жилья нуждающимся гражданам, что для ремонта жилого дома требуются значительные затраты, суд оставил без внимания, приведя при этом в приговоре произвольные суждения, носящие противоречивый характер.

Кроме того, Судебная коллегия Верховного Суда РФ отметила, что, отрицая наличие значительного ущерба и исключив его «... из обвинения Б. по ч. 2 ст. 167 УК РФ как квалифицирующий признак», в то же время суд признал Б. виновным по ч. 2 ст. 167 УК РФ, но не учёл, что значительный ущерб, являясь обязательным признаком объективной стороны основного состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК РФ, подлежит установлению и при осуждении лица по ч. 2 ст. 167 УК РФ156.

2. Если при умышленном поджоге чужого имущества предусмотренные законом последствия не наступили по причинам, не

156 Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за первое полугодие 2009 г.

328

зависящим от воли виновного, то содеянное не может быть квалифицировано как оконченное преступление. Надзорная инстанция переквалифицировала действия осужденного с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 3

ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Областным судом Ш. осужден по пп. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

По делу осуждены также А. и С.

Ш. признан виновным в убийстве группой лиц, сопряженном с разбоем, в разбойном нападении при отягчающих обстоятельствах и умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества путем поджога.

Преступления, как указано в приговоре, совершены при следующих обстоятельствах.

19 мая Ш., А. и С. с целью кражи ценностей приехали к дому Ю. С. остался на улице следить за обстановкой, а Ш. и А. договорились между собой о завладении ценностями с применением насилия. Обманным путем проникнув в дом, Ш. и А. совершили убийство Д. и Ю. С целью сокрытия следов преступления, уничтожения и повреждения чужого имущества Ш. разбросал перед газовым камином в зале дома тряпки и бумагу, облил их спиртными напитками и поджег. Похитив 800 руб., все трое скрылись. Через некоторое время огонь в доме погас. Огнем было уничтожено и повреждено имущество Ю. на сумму 440 руб.

Осужденный Ш. в надзорной жалобе просил о пересмотре приговора по ч. 2 ст. 167 УК РФ, поскольку, по его мнению, вина его в умышленном повреждении имущества путем поджога не доказана, потерпевшему значительного ущерба не причинено.

Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил надзорную жалобу осужденного частично, указав следующее.

Доводы Ш. о недоказанности его вины в поджоге опровергнуты материалами дела.

329

Так, согласно протоколу осмотра места происшествия в зале дома Ю. перед газовым камином обнаружены следы поджога. На полу имелся участок выгоревшего линолеума (50 на 55 см), лежали обгоревшие тряпки и бумага, были повреждены огнем настенные часы и телевизор, также в зале имелись и следы копоти.

На предварительном следствии Ш. признал факт поджога в доме Ю. с целью уничтожения следов преступления. Эти обстоятельства подтвердил и осужденный А.

Вместе с тем в части квалификации действий осужденного, связанных с поджогом, судебные решения изменены по следующим основаниям.

Судом установлено, что Ш. с целью сокрытия следов преступления, имея умысел на уничтожение и повреждение имущества потерпевшего, поджег в его доме тряпки и бумагу и скрылся, но огонь через некоторое время погас.

В результате указанных действий осужденного огнем было уничтожено и повреждено имущество Ю. на сумму 440 руб. Суд пришел к выводу, что деяние осужденного не повлекло причинения значительного ущерба, однако «умысел Ш. был направлен на уничтожение следов преступления в доме потерпевшего, для чего он и поджег тряпки и бумаги, и лишь по случайности огонь погас, и весь дом и находившееся в нем имущество не сгорели».

По смыслу закона умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенные путем поджога, влекут уголовную ответственность по ч. 2 ст. 167 УК РФ только в случае реального причинения потерпевшему значительного ущерба.

Если в результате указанных действий, непосредственно направленных на поджог чужого имущества, предусмотренные законом последствия не наступили по причинам, не зависящим от воли виновного, то содеянное при наличии у него умысла на причинение значительного ущерба

330

должно рассматриваться как покушение на уничтожение или повреждение чужого имущества путем поджога.

Президиум переквалифицировал действия Ш. с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ157.

3. Действия осуждённого переквалифицированы с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 3 ст. 30 и ч. 2 ст. 167 УК РФ, поскольку в результате совершённого поджога реального ущерба не последовало.

Судом установлено, что после совершённого убийства потерпевших П. с целью сокрытия следов и орудий преступления, имея умысел на уничтожение и повреждение имущества потерпевшей, поджёг в доме блузку, бросил на трупы и скрылся.

В результате указанных действий осуждённого огнём было повреждено имущество на сумму 4 104 руб. 60 коп.

Действия П. в этой части квалифицированы судом по ч. 2 ст.167 УК

РФ.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации переквалифицировал указанные действия П. с ч. 2 ст.167 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ, мотивировав своё решение следующим.

Суд пришёл к выводу о том, что указанное деяние осуждённого не повлекло причинения значительного ущерба, однако умысел осуждённого был направлен на уничтожение орудий и следов преступления, для чего он и совершил поджог, и лишь благодаря пожарным очаг возгорания был ликвидирован.

По смыслу закона умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, совершённые путём поджога, влекут уголовную ответственность по ч. 2 ст. 167 УК РФ только в случае реального причинения потерпевшему значительного ущерба. Если в результате указанных действий,

157 Постановление Президиума Верховного Суда РФ № 845п05 от 21 декабря 2005 г. //БВС РФ. 2006. № 5. С 3.

331

непосредственно направленных на поджог чужого имущества, предусмотренные законом последствия не наступили по причинам, не зависящим от воли виновного, то содеянное при наличии у него умысла на причинение значительного ущерба, должно рассматриваться как покушение на уничтожение или повреждение чужого имущества путём поджога158.

4. Статья 167 УК РФ предусматривает ответственность за умышленное уничтожение или повреждение только чужого имущества, те же действия в отношении собственного имущества состава преступления не содержат.

Районным судом Р. осужден по ч. 1 ст. 167 УК РФ, а по ч. 4 ст. 208 УК РСФСР оправдан.

Он признан виновным в умышленном уничтожении чужого имущества, повлекшем причинение значительного ущерба.

Вконце марта - начале апреля Р. купил у Б. автомашину ВАЗ-2106 стоимостью 32 497 тыс. руб. (неденоминированных), заплатив задаток в сумме 2 млн. руб. и договорившись оформить сделку купли-продажи через неделю.

Не дождавшись Б., Р. через месяц разукомплектовал автомашину. При этом четыре двери, капот и крышку от багажника он продал по 150 тыс. руб. за каждую вещь.

Вапреле Р. приобрел документы от сгоревшей автомашины марки ВАЗ-2107, купил новый кузов, блок двигателя и поставил их на автомашину марки ВАЗ-2106, а кузов, блок двигателя и государственный номер этой автомашины вывез к р. Прорва, выбил номер с кузова и оставил там. Затем Р. оформил автомобиль, купленный у Б., по документам автомашины марки ВАЗ-2107 на свое имя и использовал в личных целях.

Вкассационном порядке дело не рассматривалось.

158 Постановление Президиума Верховного Суда РФ № 211п07 по делу Пигалова //Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 2007 г.

332