Немецкий неоконсерватизм и объединение Германии

Аналогично другим ведущим странам Запада ФРГ в середине 70‑х гг. также столкнулась с серьезными экономическими трудностями, последовавшими за кризисами мировой экономики 1974–1975 гг. Одновременно ФРГ также вступила в фазу перехода к постиндустриальному обществу. Все это потребовало от германского правительства решительных действий.

Сменивший Вили Бранда на посту канцлера Гельмут Шмидт был вынужден объявить о коррекции правительственного курса в связи с принятием антикризисной программы. Правительства установило заметные скидки (до 7,5 %) на налог с корпораций, надеясь на увеличение инвестиций в экономику. А затем приняло решение о значительном сокращении ассигнований на социальную сферу.

Несмотря на проведение ряда непопулярных мер, социал‑демократом все же удалось сохранить свой авторитет. Этому способствовало сохранение в ФРГ одного из самых высоких уровней жизни в Европе.

Однако кризис внес изменения в эту благостную картину. В конце 70‑х годов впервые в послевоенной истории снизился уровень реальной заработной платы. А в самом начале 80‑х гг. был принят закон, разрешавший предпринимателям локауты и вводивший новый порядок заполнения вакантных мест. В 1982 г. была сокращена государственная помощь молодым семьям. Все это не могло не вызвать определенного охлаждения в отношении к социал‑демократам.

Роль возмутителей общественного спокойствия взяло на себя так называемое движение «зеленых», которое заявило о себе в качестве политической силы в начале 80‑х гг., войдя в 1983 г. небольшой фракцией (27 мест) в бундестаг. В основе программы новой партии лежали многочисленные экологические проблемы, а главной идеей было создание экологически чистого общества.

«Зеленые» принесли в политическую жизнь ФРГ немало свежих идей. Их лидеры полагали, что в основе современного общества должна лежать идея прямой демократии. Они критиковали идеи представительной демократии и жестко критиковали западную модель политической системы, называя себя «антипартийной партией». При этом среди «зеленых» было не мало тех, кто наставал на расширении внедрения своих членов во власть и даже вступлении в «коалиционное» сотрудничество с социал‑демократами.

Однако сами социалисты испытывали скептицизм в отношении совместных действий с «зелеными», предпочитая альянс со свободными демократами. Правда, по мере обострения экономической ситуации в «малой коалиции» стали возникать серьезные трения относительно способов разрешения вставших перед правящей коалицией проблем. При этом набиравшая размах на Западе «консервативная волна» стала оказывать все большее влияние на идейные воззрения свободных демократов, которые стали настаивать на возрождении рыночных механизмов экономического развития.

Таким образом, СДПГ попало в сложную ситуацию: сохранение коалиции и основ государственно‑социальной политики. А в руководстве СвДП росло желание союза с ХДС/ХСС, чьи программные установки соответствовали новым программным требованиям свободных демократов.

В ходе выборов 1980 г. создать новую коалицию помешала одиозная для многих свободных демократов личность тогдашнего лидера ХДС/ХСС Ф.Й. Штрауса. Социал‑демократы и свободные демократы сохранили старую коалицию. Но уже осенью того же года страну потрясла очередная экономическая катастрофа – крах крупнейшей в мире электротехнической кампании «АЭГ‑Телефунке». Это стало символом краха прежней экономической политики властей. Министр экономики О. Ламсдорф заявил, что «в нынешних условиях государство уже не может играть ту роль, которую оно выполняло раннее».

Было понятно, что «малая коалиция» обречена, а «консервативная волна», захлестнувшая США и Англию, в скором времени дойдет и до ФРГ. Симптомы этого проявились уже в 1982 г., когда свободные демократы в ультимативной форме потребовали от правительства сокращения социальных расходов на 50 млрд. марок. А затем, не дожидаясь реакции руководства СДПГ, объявили о выходе из правительства и создании коалиции с ХДС.

1 октября 1982 г. бундестаг вынес вотум недоверия Гельмуту Шмидту. Новым канцлером стал председатель ХДС Гельмут Коль . Таким образом, «консервативная волна» докатилась и до ФРГ.

В 1983 г. партия ХДС/ХСС закрепила свой успех, получив совместно с СвДП на выборах в бундестаг почти 57 % голосов.

В политике нового правительства произошли существенные изменения. В центр ее было поставлено максимальное развитие предпринимательской деятельности. Этому способствовала налоговая реформа. Изменения в экономической политике нашли поддержку в немецком бизнесе и стимулировали поток инвестиций в промышленность. Наметилась устойчивая тенденция к росту производительности труда, что благотворно сказалось и на динамике роста заработной платы.

Безусловно, даже в этой в целом благоприятной обстановке у правящей коалиции оставалось достаточно много проблем, в т.ч. действия оппозиции в лице СДПГ и набиравших силу «зеленых», а также масса проблем переходного этапа постиндустриального развития. Однако во второй половине 80‑х гг. «консервативная волна» в ФРГ получила импульс извне. Речь идет об ослаблении позиций СССР в Восточной Европе и возрождении вопроса о воссоединении Германии.

Г. Коль и его окружение с воодушевлением взялись за разработку сценария осуществления этого процесса. При этом советское руководство во главе с М.С. Горбачевым неожиданно для западногерманских политических кругов само пошло на уступки в этом вопросе. После этого судьба ГДР была фактически решена. А Гельмут Коль вошел в историю как человек сумевший разрешить важнейшую проблему послевоенного времени – объединить Германию. Авторитет канцлера в этих условиях поднялся почти на недосягаемую высоту. А это в свою очередь определило и судьбу «консервативной волны» в Германии. Политический курс, изначально взятый г. Колем, по крайне мере на ближайшие 5– 7 лет, рассматривался как единственно верный и продолжал реализовываться с той же последовательностью и твердостью, что и раньше.

Однако немецким консерваторам предстояло столкнуться еще с множеством проблем, которое таило в себе свершившееся объединение. Воссоединение германских земель в октябре 1990 г. после подписания «Договора об объединенной Германии» стало лишь началом трудоемкого процесса объединения двух «немецких наций», двух социально‑экономических систем.