5.4. Дай Чжэнь

ГЛАВНЫЕ ИДЕИ

Дао-путь – это непрерывное движение, постоянное чередование Инь и Ян.

Природа (син) вещей определяется уникальной комбинацией Инь-Ян и пяти элементов.

Природа человека включает в себя кровь (血xuè), пневму (氣qì) и орган познания.

Принцип-ли совпадает с безошибочностью чувства.

Принцип-ли – это принцип дифференциации, внутренняя идея и образец вещей и дел.

Понимание начинается с «вчувствования» и стремления постичь все путем испытания.

Дай Чжэнь (戴震), именуемый также Дун-юань (東原), родился 19 января 1724 г. в провинции Аньхуй в семье мелкого торговца. По преданию, с очень раннего возраста отличался абсолютной памятью, однако до 9 лет не мог ни говорить, ни писать, но затем стал демонстрировать феноменальные способности. В возрасте 21 года он представил своё первое сочинение, посвящённое неперовым логарифмам. В интеллектуальном климате Китая XVIII в., где доминировала установка на прагматизм и фактографию, а конечной целью познания являлся филологический комментарий, Дай Чжэнь выглядел «белой вороной». В век западных энциклопедистов он демонстрировал тот же всеохватный круг интересов: он оставил многочисленные комментарии к классическим текстам, был знатоком астрономии, математики, фонологии, этимологии, географии, ирригации, ритуала; сознательно отрекался от лавров величайшего экзегета своего времени. Сам он больше всего мечтал о том, чтобы его считали оригинальным мыслителем.

Трижды он пытался сдать экзамен на высшую ученую степень цзинь ши и трижды проваливался, пока наконец в 1775 г. император Цянь-лун (乾隆, правил в 1736 – 1795) особым указом не присвоил ему это звание. Это была награда за беспримерный подвиг: с 1773 г. Дай Чжэнь работал в редакторской коллегии по составлению 《四庫全書》 (sìkù quánshū) – «Полного собрания книг по четырём разделам». Как мы уже говорили, степень контроля за мыслью в период Цин была велика, и в 1773 г. император отдал повеление скомплектовать его личную библиотеку, которая, будучи издана в виде библиотеки-серии, должна была стать единственным собранием разрешённой литературы. Всего было отобрано 3461 сочинение (из них буддийских было всего два и одно богословское сочинение Маттео Риччи). В составлении библиотеки-серии участвовал 361 учёный и 3826 редакторов-переписчиков; в ходе этой работы многие труды подверглись цензуре, тексты антиманьчжурской направленности вообще уничтожались, так же, как и эротическая литература (огромный пласт литературы такого рода сохранился в Японии). Когда в 1782 г. библиотека-серия увидела свет, объём её был беспрецендентен: 44 секции, 36381 том, включающие около 79 тысяч цзюаней, около 2 миллионов 300 тысяч страниц и 800 миллионов иероглифов⁵⁸.

Термин 四庫 является синонимом 四部 (sìbù), обозначающим четыре раздела литературы, выделяемые старой китайской библиографией, а именно:

1. 經 – канон, а точнее «основа» всего собрания. Сюда были включены все конфуцианские каноны в виде Пяти-, Четверо- и Тринадцатиканония. Этот раздел невелик по объёму.

2. 史 – история. В этот раздел включались также труды по юриспруденции, географии, описания путешествий и этнографические описания, а также каталоги и обозрения литературы. Основой данного раздела являются истории царствующих династий и проч.

3. 子 – «учителя», т.е. труды по философии. Сюда же включались труды по религии, науке, искусству и проч. Данный раздел самый дробный, в нём выделяется 14 разрядов, которые мы перечислим: 1) конфуцианство (канон был здесь перепечатан); 2) военное искусство; 3) законы; 4) земледелие; 5) медицина; 6) астрономия и математика; 7) гадания и магия; 8) искусство; 9) практические руководства; 10) «смешанные произведения» (например, трактаты Мо-цзы и Сюнь-цзы); 11) собрания сочинений отдельных мыслителей; 12) эмпирические сочинения; 13) даосизм; 14) буддизм.

4. 集 (jí) – дословно «сборники», но имеется в виду изящная словестность: поэзия, бессюжетная проза и литературная критика.

* * *

Многие труды Дай Чжэня посвящены Мэн-цзы, но в учении классика его привлекала мысль о том, что сущность вещей неотделима от самих вещей – невозможно отделить событие или ситуацию от ее принципа. Сам Дай Чжэнь утверждал, что ли-принцип совпадает с безошибочностью чувства, считая, что именно таков смысл концепции морального принципа у Мэн-цзы. 

Не менее резко критиковал он братьев Чэн и Чжу Си. Неоконфуцианцы, согласно его мнению, все время пытаются разделить мир на две составляющие: неизменное и подверженное переменам, совершенное и преходящее, в результате чего противопоставляются категории ли и ци, принципа и желаний, морального сознания и рассудка. Даже природу человека они стремились поделить пополам, вычленяя изначальную природу и физическую, благие побуждения, дарованные Небом, и физические желания. Дай Чжэнь утверждал, что природа человека едина, она представляет собой нераздельное единство крови, пневмы и органа познания (сердце-синь). Уникальность каждого существа определяется характером комбинации сил Инь-Ян и пяти элементов. Нет двух одинаковых людей, нельзя также говорить (как это делали Чэн И и Чжу Си) о том, что в природе человека заложен единый принцип, дарованный ему Небом. Однако все люди способны к добру, но не потому, что наделены совершенным небесным принципом, а благодаря самопознанию, самоанализу, постоянному самоотчету в своих поступках. Человек наделен желанием стать добрым, и он может развить гуманность, сопереживая окружающим, стремясь найти самое правильное с этической точки зрения решение в каждой ситуации. 

Дай Чжэнь искренне верил, что желание добра не менее сильно, чем стремление к наслаждению прекрасными зрелищами и пищей. Однако Мэн-цзы полагал, что стремление к добру обусловлено чувствами человека, тогда как Дай Чжэнь утверждал, что оно возникает в результате рассудочной деятельности.

Этика Дай Чжэня тесно связана с его личностью. Он сам любил науку, особенно её сложнейшие области, считая, что только научная деятельность позволяет в полной мере развить свой интеллектуальный потенциал. Он сравнивал развитие рассудка с развитием тела: познание расширяет способности рассудка так же, как пища укрепляет и взращивает плоть. В конце концов, развивая таким образом рассудок, можно достичь совершенномудрия – видеть вещи такими, каковы они есть, проникать взглядом в самую суть вещей.