3. Мировой валютно-финансовый кризис
К концу 90-х годов мировое финансовое сообщество вплотную подошло к осознанию концептуальных основ новой валютной системы, базирующейся на представлении о плодотворности идеи либерализации мировых финансовых рынков. Отчетливо выявились следующие основные тенденции, характерные для кристаллизации этой модели:
Отказ от первоначальных планов превратить СДР в стержень мирового валютного устройства, образование нескольких мировых валютных полюсов при сохранении за американским долларом доминирующей роли среди резервных валют.
Отход от ориентации на свободное неограниченное валютное плавание в качестве универсального механизма автоматического уравновешивания платежных балансов. Плавающим валютным курсам присущи резкие непредсказуемые колебания, которые во многих случаях обусловлены разными конъюнктурными обстоятельствами, а также целенаправленными действиями властей, вызванными стремлением к приобретению конкурентных преимуществ, и потому не могут считаться экономически обоснованными. Поэтому с середины 80-х гг. правительства и центральные банки развитых стран предпринимают меры по усилению взаимного воздействия на валютные курсы. Серия важнейших совещаний стран «семерки» в 1985-87 гг. определили необходимость совместных интервенций для поддержания допустимых колебаний обменных курсов.
Перенос тяжести в области межгосударственного валютного регулирования с чисто кредитно-денежных рычагов на полномасштабные макроэкономические меры координации экономических политик. В частности, на совещании «семерки» в 1987 г. в Венеции координация макроэкономической политики, направленной на регулирование объемов спроса, была названа одним из важнейших путей решения задачи достижения более стабильных соотношений валютных курсов стран Запада. Эти решения предусматривают, что странам, чьи торговые и платежные балансы сводятся с превышением поступлений над платежами (Япония, ФРГ) следует проводить политику, направленную на стимулирование экономического роста и совокупного спроса, чтобы активизировать импорт как компонент последнего. Таким образом, среди мер совместного регулирования валютных отношений стран Запада вновь стал применяться, отвергавшийся ранее кейнсианский метод дифференцированного по странам воздействия на объем совокупного спроса.
Принятие установки на снятие всех валютных ограничений, т.е. на введение тотальной конвертируемости валют. Следовательно, ещё одна тенденция трансформации международного валютного механизма состоит в либерализации валютных отношений, которая стала одним из важных аспектов неолиберальной системы ценностей. Этот процесс имеет как бы две ступени. Одна из них – усиление с начала 1993 г. нажима МВФ на страны-члены, имеющие целью принять обязательства по статье 8 устава МВФ. Эта статья запрещает вводить ограничения на осуществление платежей и переводов по текущим международным операциям, участвовать в дискриминационных валютных соглашениях и прибегать к практике множественности валютных курсов без одобрения со стороны МВФ. К концу 1996 г. к статье 8 официально присоединилось 134 страны из 181 членов МВФ. Вторая ступень – отмена ограничений, помимо текущих операций, также и на международное движение капиталов, т.е. установление свободной конвертируемости валют в полном объеме.
Высокие темпы роста американской экономики в 90- годы при президенте Б.Клинтоне, а также возобновление устойчивого роста после незначительного спада 2001 г. казалось бы свидетельствовали о эффективности новой модели мировой валютной системы. Однако кризисные события на американском фондовом рынке в 2007-08 гг., сползание американской экономики в рецессию в первой половине 2008 г. заставили пересмотреть прежние оптимистические оценки и придти к пониманию неадекватности либеральной модели мировой финансовой системы реалиям сегодняшнего дня. Не секрет, что финансовый кризис мировой экономики, возобновившийся в 2007 г. связан с бурным ростом т.н. финансовых деривативов, производных ценных бумаг, бездумное расширение которых в 90-х гг. способствовало раздуванию «мыльного пузыря» необеспеченных обязательств.
Динамику роста деривативов иллюстрирует следующий рисунок.
Рисунок 1. Динамика мирового рынка деривативов.
Источник: М. Ершов. Кризис 2008 года: «момент истины» для глобальной экономики и новые возможности для России. Вопросы экономики. 2008, № 12.
Американский фондовый рынок уже продолжительное время находится в зоне высокой волатильности. Еще летом 2008 г. котировки акций американских ипотечных агентств Fannie Mae и Freddy Mac, которые являются основой ипотечного рынка США, только за несколько дней снизились более чем на 30%. Так как на эти структуры (а они поддерживаются государством) приходится около 5 трлн долл. ипотечных кредитов, то есть почти 50% всего ипотечного рынка США, сразу же был поставлен вопрос об оказании им чрезвычайной помощи. Поскольку падение продолжилось и дальше, в сентябре Минфин и ФРС США выступили с программой мер по установлению госконтроля над этими агентствами. В результате их бумаги упали более чем на 80%.
Вслед за американским инвестиционным банком Bear Stearns, который не смог выйти из кризисного положения и был куплен банком JPMorgan Chase при содействии ФРС США, начались серьезные проблемы у другого крупного американского банка — Lehman Brothers, чьи акции за один день снизились почти на 50%. Он был вынужден объявить себя банкротом. Именно банкротство 15 сентября 2008 г. этого колоссального банка с полуторавековой историей, одного из столпов американской финансовой системы, принято считать началом глобального мирового финансового кризиса, который затем очень быстро перерос в спад производства в реальном секторе экономики.
В настоящее время общеизвестно, что глобальный финансовый кризис разразился благодаря краху системы ипотечного кредитования в США, фактически отстроенной по принципу финансовой пирамиды, т.е. предполагавшей бесконечный приток капиталов в данную сферу с бесконечным ростом цен на недвижимость, за счет которого должны были окупаться ипотечные кредиты и производные от них долговые обязательства.
Нынешняя сложная ситуация во многом вызвана последствиями ликвидации Бреттонвудской финансовой системы и кризисом того мирового финансового порядка, который сложился после этого. И с тех пор вот уже четвертое десятилетие ФРС США накачивает мировой финансовый рынок своими деньгами. В отличие от России, которая боится применять в своей финансовой политике механизмы кредитной эмиссии, 85% выпущенных в США долларов прошли через федеральный бюджет. Применяемая система весьма проста. Наиболее распространенным способом покрытия бюджетного дефицита в США является эмиссия казначейских обязательств. Для этого комиссия по ценным бумагам ежегодно определяет, сколько денег можно занять на рынке для закрытия бюджетной дыры, а ФРС печатает нужное количество бумаг под названием доллары. Таким образом, американские инвесторы получают денег на такую сумму, какая им необходима для приобретения государственных бумаг. Таким образом, вырисовывается весьма странная, но живучая схема: США покрывают нехватку бюджетных поступлений с помощью печатного станка, на продукцию которого местные и иностранные инвесторы приобретают по сути дела ничем не обеспеченные казначейские обязательства. Достаточно сказать, что золотой запас США покрывает лишь 5% находящихся в обращении долларов.
Сегодня позиции доллара почти исключительно зависят от доверия к нему со стороны мирового сообщества. А ему некуда деваться, ведь более 60% американских купюр, выпущенных после 1971 г., обращаются за пределами американской территории. В настоящий момент практически на всех сырьевых рынках расчеты осуществляются в американской валюте. Во многом именно благодаря этому самому устойчивому и стабильному сегменту доллару удается до сих пор сохранять свои позиции. Но это не исключает, а скорее подтверждает тот факт, что сегодня долларовая эмиссия – это не что иное, как финансовая пирамида в гигантских масштабах. А любая финансовая пирамида рано или поздно рухнет.
Было бы неправильно говорить о том, что правительства ведущих стран мира лишь безучастно взирают на то, как раскручивается спираль кризиса. Никто не заинтересован в нем. Европейцы понимают, что падение доллара подорвет и позиции евро. Тем более, что надежного прикрытия у единой европейской валюты нет. В свое время под нажимом США центральные банки стран Европы избавились от значительной части своих золотых запасов. Теперь становится понятным, что это было большой ошибкой. А золото благополучно пересекло океан и осело в хранилищах Штатов. Поэтому евро вынужден резервировать себя долларами. Сходная ситуация с иеной. Европа и Япония, хотят они того или нет, вынуждены поддерживать устойчивость американской валюты.
В самой сложной ситуации оказались развивающиеся страны, привыкшие доверять доллару как самим себе. Сейчас им нелегко принять правильное решение, однако они проявляют все большее желание выйти из долларовой зоны.