3.2.6. Обжалование определений суда первой инстанции

Определения суда первой инстанции являются наряду с решениями объектами апелляции. При этом, учитывая специфику определений как судебных постановлений суда первой инстанции, которыми дело не разрешается по существу (ч.1 ст. 224 ГПК РФ) и которые выносятся по отдельным процедурным вопросам прохождения дела¹, законодатель установил некоторые ограничения, касающиеся отдельного от решения обжалования определений. В соответствии с ч. 1 ст. 331 ГПК РФ определения суда первой инстанции могут быть обжалованы в суд апелляционной инстанции отдельно от решения суда сторонами и другими лицами, участвующими в деле (частная жалоба), а прокурором может быть принесено представление в случае, если:

1) это предусмотрено ГПК РФ;

2) определение суда исключает возможность дальнейшего движения дела.

На остальные определения суда первой инстанции частные жалобы, представления прокурора не подаются, но возражения относительно них могут быть включены в апелляционные жалобу, представление (ч. 3 ст. 331 ГПК РФ).

Постановление от 19.06.2012 г. № 13 к определениям, которые исключают возможность дальнейшего движения дела, относит, в частности, определение об отказе в принятии заявления о вынесении судебного приказа (ст. 125 ГПК РФ), определение об отказе в разъяснении решения суда (ст. 202 ГПК РФ), определение о прекращении производства по делу (ст. 220 ГПК РФ), определение об оставлении заявления без рассмотрения (ст. 222 ГПК РФ). Подчеркивая, что определения, обжалование которых не предусмотрено ГПК РФ и не исключающие возможность дальнейшего движения дела, не могут быть обжалованы отдельно от решения суда первой инстанции. К таким определениям относятся, в частности, определения о принятии иска (заявления) к производству суда первой инстанции, о подготовке дела к судебному разбирательству, об отказе в удовлетворении ходатайства об отводе судьи, об истребовании доказательств, об объединении дел в одно производство, о выделении требования в отдельное производство, об отложении судебного разбирательства. Вместе с тем возражения относительно указанных определений суда первой инстанции могут быть включены в апелляционные жалобу, представление (п. 43).

Правом на подачу частной жалобы на определение суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 331 ГПК РФ обладают стороны и другие лица, участвующие в деле. Прокурор, участвующий в деле, вправе принести представление на определение суда первой инстанции.

Исходя из содержания норм ч. 1 ст. 331 и ч. 3 ст. 320 ГПК РФ, лица, не привлеченные к участию в деле, также вправе подать частную жалобу на определение суда первой инстанции. В связи с этим суду первой инстанции надлежит проверять, содержится ли в частной жалобе лица, не привлеченного к участию в деле, обоснование нарушения его прав и (или) возложения на него обязанностей обжалуемым определением суда первой инстанции (п. 47 Постановления от 19.06.2012 г. № 13).

Кроме того, в некоторых случаях ГПК РФ предусматривает возможность обжалования определений суда лицами, даже потенциально не относящимися к лицам, участвующим в деле (например, ч. 2 ст. 106 ГПК РФ).

Частная жалоба, представление прокурора могут быть поданы в течение пятнадцати дней со дня вынесения определения судом первой инстанции (ст. 332 ГПКУ РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 333 ГПК РФ частная жалоба, представление прокурора на определение суда первой инстанции, за исключением определений о приостановлении производства по делу, о прекращении производства по делу, об оставлении заявления без рассмотрения, рассматриваются без извещения лиц, участвующих в деле. Этот новый и уникальный для системы российского обжалования и пересмотра судебных постановлений (ранее в ГПК РФ существовала единственная норма ст. 141, предусматривавшая рассмотрение заявления об обеспечении иска в день его поступления в суд без извещения лиц, участвующих в деле) порядок рассмотрения жалоб, воспроизведенный также в ч. 5 ст. 244⁵ ч. 5 ст. 244⁶ ГПК РФ, не был обойден вниманием ученых, комментировавших новеллы апелляционного производства в гражданском процессе и оценивших его однозначно негативно¹. Так, Л.Ф. Лесницкая указывает, что такая новелла существенным образом ущемляет права заинтересованных лиц, не позволяя им надлежащим образом реализовать предоставленное Конституцией Российской Федерации право на судебную защиту². Ю.С. Шкундина утверждает, что данное положение нарушает принцип непосредственности гражданского процесса, подразумевающий, что суд при вынесении судебных актов основывается на доказательствах, проверенных и исследованных в заседании суда, а при рассмотрении жалобы без вызова сторон суд лишается такой возможности³. В данном случае, правда, трудно принять в качестве единственного указанный аргумент автора, не учитывающего, что порядок рассмотрения апелляционных жалоб, представлений, предусмотренный абз. 2 ч. 1 ст. 327¹ ГПК РФ, к которому отсылает ст. 333 ГПК РФ, уже существенно ограничивает действие принципа непосредственности при производстве в суде апелляционной инстанции по правилам неполной апелляции, указывая, что дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными. Анализ нововведений ч. 2 ст. 333 ГПК РФ с различных позиций был дан в работе «Апелляция, кассация, надзор: новеллы ГПК РФ и УПК РФ. Первый опыт критического осмысления». Указанные положения рассматриваются как упрощение, ускорение производства, но «упрощение исключительно в интересах суда» (с целью решить проблему перегруженности судов проверочных инстанций: отсутствие лиц, участвующих в деле, упростит рассмотрение частных жалоб, не потребует строгого соблюдения требований гражданской процессуальной формы, сократит трудозатраты судьи или судебного состава), а не лиц, участвующих в деле. В целом авторы приходят к выводу, что рассмотрение частных жалоб на большинство определений, являющихся самостоятельными объектами апелляционного обжалования, в новом порядке искажает сущность апелляционного производства, нарушает право на доступ в суд и на справедливое судебное разбирательство¹.

Полагаем, что при оценке положений ч. 2 ст. 333, ч. 5 ст. 244⁵ и ч. 5 ст. 244⁶ ГПК РФ должна учитываться вся совокупность факторов, предопределяющих достижение цели гражданского судопроизводства – защиты нарушенных, оспоренных прав, свобод и законных интересов граждан. Несомненный приоритет здесь отдается воплощению в нормах ГПК РФ таких фундаментальных прав, как право на судебную защиту, право на справедливое судебное разбирательство, включающее право на доступ к суду и право быть выслушанным судом. Однако существенное значение имеет и учет таких факторов (и отнюдь не в критическом смысле, как это сделано в последней из упомянутых работ), как: необходимость оптимизации сроков рассмотрения и разрешения гражданских дел, высокая загруженность судей, отдаленность судов апелляционных инстанций. Нетрудно заметить, что факторы первой и второй группы настолько тесно связаны между собой, что представить себе, к примеру, обеспечение права гражданина на справедливое судебное разбирательство в том смысле, в котором его понимает и Конвенция о защите прав человека и основных свобод и национальное законодательство, без обеспечения разумного срока такого производства невозможно. Поэтому вышеупомянутые реалии функционирования российской судебной системы неизбежно должны приниматься во внимание при создании, применении и оценке правовых норм, предусматривающих порядок реализации основных прав граждан, но только в зависимости от вида и значимости конкретного процессуального действия в ходе такой реализации, его потенциальной способности нарушить эти права.

Применительно непосредственно к апелляционному обжалованию определений суда первой инстанции необходимо констатировать существенно различающийся по правовым последствиям, в том числе по потенциальной способности лишить, в частности, права на судебную защиту в целом, характер определений, подлежащих в силу ч. 1 ст. 331 ГПК РФ обжалованию отдельно от решения. С этих позиций такие определения, как, например, определение о восстановлении пропущенного процессуального срока (ст. 112 ГПК РФ), о принятии мер по обеспечению иска (ст. 141 ГПК РФ) значительно менее «деликтогенны», чем, подчеркнем, все определения, преграждающие или исключающие возможность дальнейшего движения дела. К последним, по нашему мнению, должны быть отнесены следующие определения: об отказе в принятии заявления о вынесении судебного приказа (ст. 125 ГПК РФ), об отказе в принятии искового заявления (ст. 134 ГПК РФ), о возвращении искового заявления (ст. 135 ГПК РФ), об оставлении искового заявления без движения (ст. 136 ГПК РФ), о приостановлении производства по делу (ст. 215, 216 ГПК РФ), об оставлении заявления без рассмотрения (ст. 222 ГПК РФ), об отказе в удовлетворении ходатайства об отмене определения об оставлении заявления без рассмотрения по основаниям абз.7 и абз. 8 ст. 222 ГПК РФ (ст. 223 ГПК РФ), о прекращении производства по делу (ст. 220 ГПК РФ), об отказе в удовлетворении заявления, представления о пересмотре судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам (ст. 397 ГПК РФ). Сущность определений данной группы по большому счету заключается в лишении гражданина (по крайней мере, в определенный промежуток времени) права на судебную защиту по конкретному делу. Исходя из этого, апелляционная проверка законности и обоснованности каждого из упомянутых определений имеет принципиальное значение и не позволяет допускать отступления от общего ее порядка, предусматривающего повторное рассмотрение дела по существу, в частности, с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения, как порядка, в наибольшей степени гарантирующего полноту и всесторонность такой проверки. Напротив, очевидная, несравнимо меньшая с точки зрения права на судебную защиту значимость иных определений, подлежащих отдельному от решения апелляционному обжалованию (о передаче дела в другой суд, об отказе в передаче дела в другой суд, о признании третьими лицами, об отказе в признании третьими лицами, о замене правопреемника, об отказе в замене правопреемника, об отказе в обеспечении доказательств, о распоряжении вещественными доказательствами, по вопросам, связанным с судебными расходами, об отказе сложить или уменьшить судебный штраф, о восстановлении пропущенного процессуального срока или об отказе в восстановлении пропущенного процессуального срока, об обеспечении иска, о внесении исправлений в решение суда, об отказе в принятии дополнительного решения, о разъяснении решения, об отсрочке или рассрочке исполнения решения, об изменении способа и порядка его исполнения и некоторые другие), позволяет учесть и иные имеющие уже неприоритетное значение факторы, как то: сокращение сроков рассмотрения гражданских дел, снижение нагрузки на судей апелляционных инстанций, процессуальная экономия. В данном случае исключения из общего порядка рассмотрения жалоб, представлений судом апелляционной инстанции даже потенциально (в случае оставления незаконного и необоснованного определения суда первой инстанции без изменения) не способны лишить заинтересованное лицо права на судебную защиту по данному делу. Процесс будет продолжаться, лица не утрачивают доступа к суду, права быть выслушанными, а в случае с определениями об отказе в признании третьими лицами, отказе в замене правопреемника – у них сохраняется право самостоятельного обращения в суд. Таким образом, на вопрос о принципиальной возможности отступлений от общего порядка апелляционного производства при обжаловании отдельных видов определений суда первой инстанции, исходя из сути этих определений, следует дать положительный ответ.

Далее же оценка соотношения положений ч. 2 ст. 333 ГПК РФ с базовыми вышеобозначенными положениями Конституции РФ лежит также в плоскости соотношения характера таких отступлений (исключений, ограничений) с самой сущностью апелляционного производства.

Из положений главы 39 ГПК РФ можно заключить, что апелляционное производство совмещает в себе черты полной и неполной апелляции. Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ. При этом дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (абз. 2 ч. 1. ст. 327.1 ГПК РФ), в суде апелляционной инстанции не применяется ряд правил производства в суде первой инстанции (ч.6 ст. 327 ГПК РФ). Это - наиболее существенные признаки неполной апелляции.

Заметим, что различного рода ограничения в порядке рассмотрения дел вышестоящими судами весьма распространены и в зарубежном законодательстве. Так, по ГПК ФРГ апелляционная жалоба является допустимой, если цена предмета обжалования превышает 600 евро (п. 1 ч. 2 § 511 ГПК ФРГ). В Австрии ограничения установлены для кассационного обжалования, кассационная жалоба может быть подана только в том случае, если предмет спора, рассмотренный апелляционным судом, в денежном выражении составляет не менее 4000 евро (ч. 2 § 502 ГПК Австрии). Во Франции по искам и иным требованиям, цена которых не превышает 4000 евро, суд, рассматривающий дело по существу, выносит решение в последней инстанции, то есть исключается обжалование в апелляционном порядке (ст. R. 311-2, R. 321-3 Кодекса судебной организации Франции)¹.

Согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека, отраженной в целом ряде его постановлений, прецедентная практика по ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не предусматривает тот же уровень гарантий для суда вышестоящих инстанции, как для суда первой инстанции (Постановление Европейского суда от 19 февраля 1996 г. по делу «Боттен против Норвегии» (Botte№ v. №orway), § 39, Reports of Judgme№ts a№d Decisio№s 1996-I). В частности, если публичное слушание дела было проведено в суде первой инстанции, менее строгий стандарт применяется в вышестоящем суде, в котором отсутствие такого слушания может быть оправданным специфическим характером такого разбирательства, полномочиями суда, обеспечением надлежащей возможности заинтересованному лицу представить свои интересы в суде первой инстанции, характером рассматриваемого вопроса (см., например, Постановление Европейского суда от 29 октября 1991 г. по делу «Хельмерс против Швеции» (Helmers v. Swede№), Постановление Европейского суда от 2 марта 1987 г. по делу «Моннелл и Моррис против Соединенного Королевства» (Mo№№ell a№d Morris v. U№ited Ki№gdom), и Постановление Европейского суда от 23 февраля 1994 г. по делу «Фредин против Швеции» (Fredi№ v. Swede№). Так, п. 62 Постановления Европейского Суда от 30 июля 2009 г. по делу «Евгений Корнев против Российской Федерации» (Kor№ev v. Russia, № 30049/02) гласит, что даже если суд второй инстанции, в соответствии с национальным процессуальным законом, имеет право принять решение в отношении как вопросов факта, так и вопросов права, ст. 6 Конвенции необязательно гарантирует право на открытое разбирательство дела в этом случае и, соответственно, право присутствовать в суде. Чтобы разрешить этот вопрос, необходимо учесть, среди прочего, обстоятельства предыдущего разбирательства и то, каким образом в действительности были представлены и защищались интересы заявителя, особенно в свете существа рассматриваемого в суде дела и его значения для заявителя (Постановление Европейского Суда по делу «Кремцов против Австрии» (Kremzow v. Austria), Постановление Европейского Суда по делу «Камазински против Австрии», Постановление Европейского Суда по делу «Экбатани против Швеции» (Ekbata№i v. Swede№). Также в п. 41 Постановления Европейского Суда по правам человека от 26 июля 2002 г. по делу «Мефтах и другие против Франции» (Meftah v. Fra№ce) находим: «В ряде случаев Европейский суд устанавливал, что, учитывая, что устные слушания проводились в суде первой инстанции, отсутствие «открытых слушаний» в суде второй и третьей инстанций может быть оправданным в связи с особенностями соответствующего судопроизводства. Таким образом, судопроизводство по вопросу разрешения на подачу жалобы или судопроизводство, касающееся рассмотрения только вопросов законности, в противовес вопросам обоснованности, могут соответствовать требованиям ст. 6 Конвенции, даже если заявителю жалобы не предоставили возможность выступить устно перед апелляционным или кассационным судом» (см. также Постановление Европейского суда по делу «Суттер против Швейцарии» (Sutter v. Switzerla№d) от 22 февраля 1984 г., Постановление Европейского суда по делу «Моннелл и Моррис против Соединенного Королевства» (Mo№№ell a№d Morris v. the U№ited Ki№gdom) от 2 марта 1987 г.). При оценке приведенных положений в литературе подчеркивается, что в международном праве признается возможность исключить публичное разбирательство, если оно может нарушить (в силу особых обстоятельств) интересы правосудия¹.

Таким образом, наличие ограничений порядка апелляционного обжалования не противоречит сути апелляционного производства (смешанной модели апелляции – полной и неполной) и признается как российскими, так и зарубежными законодателями и правоприменителями. Однако, помимо объективных оснований введения таких ограничений, как объем и пределы повторного рассмотрения, полномочия суда апелляционной инстанции, обязательному, приоритетному учету подлежат существо рассматриваемого судом вопроса и его значение для заявителя в каждом конкретном случае.

Именно такая трактовка положениям ч. 2 ст. 333 ГПК РФ была дана в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», п. 48 которого устанавливает, что суд апелляционной инстанции, в соответствии с ч. 2 ст. 333 ГПК РФ, рассматривает частную жалобу, представление прокурора на определение суда первой инстанции без извещения лиц, участвующих в деле, в судебном заседании с обязательным ведением протокола по правилам, предусмотренным гл. 21 ГПК РФ. В то же время с учетом характера и сложности разрешаемого процессуального вопроса, а также с учетом доводов частной жалобы, представления прокурора суд апелляционной инстанции вправе по своей инициативе вызвать лиц, участвующих в деле, в судебное заседание. Кроме того, в упомянутом Постановлении подчеркивается необходимость обратить внимание судов на то, что в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения частной жалобы, представления прокурора на определение суда первой инстанции должна размещаться на интернет-сайте суда апелляционной инстанции, а также в занимаемых судом апелляционной инстанции помещениях независимо от того, в каком порядке будут рассматриваться частная жалоба, представление прокурора (с извещением лиц, участвующих в деле, или без их извещения).

Нетрудно заметить, что в данном случае (далеко не единичном) Верховный Суд Российской Федерации в своих разъяснениях фактически формирует новое, принципиально отличающееся от положений нормативного акта правило. Установления ч. 2 ст. 333 ГПК РФ сформулированы в категорической форме, и их буквальное толкование не предполагает по усмотрению суда извещение лиц, участвующих в деле, о рассмотрении частной жалобы, представления на определения (кроме трех указанных в норме определений) с учетом характера и сложности разрешаемого процессуального вопроса, доводов частной жалобы, представления прокурора или с учетом каких - либо иных обстоятельств. Безусловно, такие положения Постановления вызваны необходимостью привести в соответствие на правоприменительном уровне норму ч. 2 ст. 333 ГПК РФ с вышеприведенными принципами и нормами международного и российского права, устанавливающими приоритетность защиты неотъемлемых прав человека. Однако на уровне нормативном это проблему не разрешает, исходя из сущности и значения постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации как правоприменительных актов, не устраняет вопрос о соответствии положений ч. 2 ст. 333 ГПК РФ Конституции, ее статьям 19 (части 1 и 2), 45 (часть 2), 46 (часть 1), 55 (части 2 и 3).

Кроме того, разъяснения, данные в Постановлении от 19.06.2012 г. № 13, порождают и целый ряд новых проблем, также непосредственно связанных с основными конституционными правами граждан. В частности, встает закономерный вопрос о характере извещения посредством размещения на интернет-сайте суда апелляционной инстанции, а также в занимаемых судом апелляционной инстанции помещениях информации о времени и месте рассмотрения частной жалобы, представления прокурора. При этом Постановление предусматривает, что суд по своей инициативе, учитывая характер и сложность разрешаемого процессуального вопроса, а также с учетом доводов частной жалобы, представления прокурора вправе вызвать лиц, участвующих в деле, в судебное заседание. Очевидно, в этом случае уведомление будет происходить «традиционными» способами. Соответственно, размещение информации на сайтах и в помещениях судов как единственный способ получения сведений о времени и месте рассмотрения частной жалобы, представления используется в случаях, когда суд пришел к выводу об отсутствии необходимости извещать лиц, участвующих в деле, и, таким образом, не может рассматриваться как извещение вообще, а как надлежащее извещение– тем более. Принимая во внимание основной критерий надлежащего извещения – обеспечение фиксации судебного извещения и факта его вручения адресату (ч. 1 ст. 113 ГПК РФ), информацию на сайтах и в помещениях судов нельзя признать надлежащим извещением лиц, участвующих в деле. Кроме того, следует учитывать и объективные затруднения ознакомления с такого рода обращениями (с использованием технических средств) в одном случае, а также территориальную доступность и режим работы судов – в другом.

Далее совершенно закономерно следует вопрос о том, вправе ли лицо, своевременно узнавшее из размещенной информации о времени и месте судебного заседания и явившееся в суд, принять в нем участие. Нам представляется, что право лица быть извещенным судом о времени и месте судебного заседания и его право на личное участие в этом заседании, гарантированное ст. 35 ГПК РФ, – тесно связанные, но не идентичные правовые институты. Так, праву на извещение корреспондирует обязанность суда надлежащим образом известить заинтересованное лицо, а праву на участие в судебном заседании – обязанность суда допустить это лицо в зал судебных заседаний. В данном случае ссылка суда на неизвещение лица как на основание недопуска в зал судебных заседаний не будет иметь правовых мотивов и в условиях физического присутствия лица будет выглядеть просто абсурдно. Правовые позиции Европейского Суда по правам человека также различают право на извещение лица и право на личное участие в судебном заседании, критично оценивая действия суда по недопуску в зал заседаний явившихся без соответствующего извещения лиц (Постановление Европейского суда по правам человека от 25.10.2007 по делу Лебедев против Российской Федерации (Lebedev v. Russia). Кроме того, следует обратить внимание на то, что термин «извещение», исходя из его буквального толкования (известить – сообщить кому-нибудь, довести до чьего-нибудь сведения)¹, а также из содержательного значения, вкладываемого в него гл. 10 ГПК РФ, которая различает судебные извещения лиц, участвующих в деле, и вызовы лиц, содействующих правосудию, предполагает уведомительный характер этого действия суда, подразумевающий самостоятельные, на собственное усмотрение последующие действия извещенных лиц. В силу юридической заинтересованности лиц, участвующих в деле, сопровождающейся их самостоятельными, от своего имени и в своих интересах действиями, отсутствия у них обеспеченной административной ответственностью обязанности явиться в суд, наличие или отсутствие извещения, получение лицом информации из иных источников не может повлиять на право этих лиц на участие в судебном заседании в целом и на его реализацию путем самостоятельной явки – в частности.

Ответ же на вопрос о том, нарушает ли допуск лиц, участвующих в деле, получивших информацию о времени и месте судебного разбирательства на сайтах или в помещениях суда, в судебное заседание права тех лиц, которые не явились, будучи неизвещенными, исходя из положения ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, видится нам следующим. Изначально в условиях, созданных ч. 2 ст. 333 ГПК РФ, не предусматривающей уведомления никого из лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения частной жалобы, указанные лица находятся в совершенно равных условиях. Однако одна из сторон, пользуясь своим конституционным правом на защиту всеми способами, не запрещенными законом (ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации), проявляет большую или даже просто надлежащую активность и является в судебное заседание. Другая же сторона, зная (а такое знание, как известно, презюмируется) о содержании ч. 2 ст. 333 ГПК РФ, получив определение, в котором указан порядок и сроки его обжалования (абз. 7 ч. 1 ст. 225 ГПК РФ), такой активности не проявляет. Полагаем, что в данном случае говорить о нарушении начал состязательности и равноправия можно примерно в той же мере, что и считать таким нарушением удовлетворение требований одной из сторон в суде, благодаря более активному отстаиванию своей правовой позиции. Конституция Российской Федерации в ч. 3 ст. 123 гарантирует изначально равные возможности пользования своими процессуальными правами, что в обсуждаемом случае, безусловно, присутствует. Дальнейший же процесс их реализации зависит в большей степени от усмотрения заинтересованных лиц, и, по нашему мнению, неравная активность таких лиц в данном процессе не может рассматриваться как нарушение основ состязательности и равноправия сторон.

Завершая анализ положений ч. 2 ст. 333 ГПК РФ, следует сделать вывод, что введение указанного порядка рассмотрения частных жалоб на определения в суде апелляционной инстанции может рассматриваться как ограничение права на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации) в смысле ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации лишь в той мере, в которой допускает неизвещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания без учета характера и сложности разрешаемого процессуального вопроса, а также значения его для лица, подающего жалобу, представление. В иных случаях введение подобного рода ограничений порядка апелляционного рассмотрения частных жалоб представляется оправданным с точки зрения предмета обжалования, объема проверки и полномочий суда апелляционной инстанции, повышения эффективности работы суда и оптимизации сроков рассмотрения гражданских дел, что в конечном итоге является средством обеспечения конституционного права на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации). Указанная позиция была установлена в Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30.11.2012 N 29-П «По делу о проверке конституционности положений части пятой статьи 244.6 и части второй статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.Г. Круглова, А.В. Маргина, В.А. Мартынова и Ю.С. Шардыко»¹.

В соответствии со ст. 334 ГПК РФ суд апелляционной инстанции, рассмотрев частную жалобу, представление прокурора, вправе:

1) оставить определение суда первой инстанции без изменения, жалобу, представление прокурора - без удовлетворения;

2) отменить определение суда полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

Верховный Суд Российской Федерации разъясняет, что исходя из положений ч.1 ст. 333 ГПК РФ при проверке законности и обоснованности обжалуемого определения суда первой инстанции суд апелляционной инстанции руководствуется ст. 330 ГПК РФ, предусматривающей основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции (п. 49 Постановления от 19.06.2012 г. №13).

Если обжалуемое определение суда исходя из требований ГПК РФ должно было выноситься в суде первой инстанции в судебном заседании с извещением лиц, участвующих в деле (например, определения о принудительном исполнении решения иностранного суда, о разъяснении решения суда, об индексации присужденных денежных сумм и т.п.), то суд апелляционной инстанции в случае перехода на основании ч. 5 ст. 330 ГПК РФ к рассмотрению частной жалобы, представления прокурора по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ, извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения частной жалобы, представления прокурора (п. 50 Постановления от 19.06.2012 г. № 13).

Крайне важным и давно назревшим является разъяснение Верховного Суда по вопросу о действиях суда апелляционной инстанции при отмене определений, которые привели к невозможности рассмотрения дела по существу заявленных требований судом первой инстанции. Так, в соответствии с п. 52 Постановления, в случае, когда по результатам рассмотрения частной жалобы, представления прокурора судом апелляционной инстанции отменяется определение суда первой инстанции полностью или в части по основаниям, предусмотренным ст. 330 ГПК РФ, в соответствии с требованиями п. 2 ст. 334 ГПК РФ передача процессуального вопроса, по поводу которого было вынесено обжалуемое определение, на новое рассмотрение не допускается. В таком случае суд апелляционной инстанции сам разрешает по существу конкретный процессуальный вопрос, по поводу которого было вынесено обжалуемое определение суда (например, вопрос о законности или незаконности восстановления или отказа в восстановлении процессуального срока; возвращения, оставления без движения или отказа в принятии искового заявления; применения обеспечительных мер; прекращения производства по делу и т.п.).

Если судом первой инстанции дело по существу заявленных требований не было разрешено, то в случае отмены обжалуемого определения суда, вынесенного после принятия искового заявления (заявления) к производству суда первой инстанции (например, определение об обеспечении иска, определение о прекращении производства по делу, определение об оставлении заявления без рассмотрения и т.п.), суд апелляционной инстанции разрешает процессуальный вопрос по частной жалобе, представлению прокурора и направляет гражданское дело в суд первой инстанции для его дальнейшего рассмотрения по существу.

Если при рассмотрении частной жалобы, представления прокурора на определение суда первой инстанции будет установлено, что частная жалоба, представление прокурора поданы с пропуском установленного ст. 332 ГПК РФ срока обжалования и не решен вопрос о восстановлении этого срока, суд апелляционной инстанции на основании ч. 4 ст. 1 и п. 4 ст. 328 ГПК РФ выносит определение об оставлении частной жалобы, представления прокурора без рассмотрения по существу.

Определение суда апелляционной инстанции, вынесенное по частной жалобе, представлению прокурора, вступает в законную силу со дня его вынесения (ст. 335 ГПК РФ).