Марксистская социология

Марксистское направление в российской социологии появилось в 70-х годах XIX века вслед за переводом "Капитала" Маркса на русский язык. Примечательно, что правительственные круги первоначально да­же благосклонно отнеслись к марксизму, видя в нем антипод народниче­ству, так как он отрицал терроризм как форму политической борьбы.

Цензура сначала отнеслась к "Капиталу" как к "строго научному, тяжелому и малодоступному" экономическому трактату, выражающе­му идеи западничества с экономическим акцентом. Академическая рос­сийская социология поначалу также положительно восприняла марк­сизм за его критику феодализма.

По существу он стал первой прокапиталистической идеологией среди русской интеллигенции в трактовке "легальных марксистов" -С. Булгакова, П. Струве, М. Туган-Барановского. Им нужен был Маркс, сказавший в "Манифесте", что готов поддержать буржуазию в революционной борьбе с абсолютной монархией, т.е. демократическую половину социальной программы Маркса.

Из социальной доктрины Маркса, отмечающей прогрессивную роль капитализма в историческом развитии, его вклад в преодолении остатков феодализма и абсолютизма и одновременно указывающей на временный характер этого исторического периода и на необходимость замены его социализмом, легальные марксисты с энтузиазмом воспри­няли лишь первую часть - прогрессивное значение капитализма в борь­бе с абсолютной монархией.

Однако с середины 90-х годов, после проникновения марксизма в широкое российское рабочее движение, власти стали категорически запрещать издание произведений. Часто издатели публиковали, на­пример, "Нищету философии" без имени автора, "Манифест" имел семь различных названий типа "Философия истории", "Капитализм и коммунизм".

443

Значительная часть интеллигенции отшатнулась от марксизма в сторону религиозности, мистицизма после революции 1905 г. И в са­мой академической социологии, хотя и присутствовали ученые-маркси­сты, причем такие яркие и незаурядные как, например, К.М. Тахтарев. марксизм достаточно часто и активно подвергался критике.

Анализируя в целом критику марксизма некоторыми представите­лями академической социологии, можно выделить три ее основных на­правления:

признание определенных теоретических заслуг К. Маркса и одно­временно критика практической направленности марксизма на рево­люцию и использование насилия. Такую позицию занимало большинст­во крупных российских академических социологов, в частности, Кова­левский, Кареев, Де Роберти;

схематизация марксизма - изложение его сущности как упрощен­ного экономического материализма и последующая критика подобной неаутентичной версии марксизма. Такими критиками были, в частно­сти, М. Филиппов, А. Исаев, П. Берлин;

нигилистическая критика марксизма, отрицающая какие бы то ни было его аналитические заслуги. В основном ею занимались социоло­ги, тесно связанные с идеологией и практикой народничества - такие. как Ю. Делевский, Л. Слонимский, М. Тареев.

Рассмотрим подробнее, каким же путем шла марксистская социо­логия в России во второй половине XIX века, какими течениями она была представлена в российском обществе.

В конце XIX века широкое распространение среди передовой ин­теллигенции России получило направление, известное под названием легального марксизма. Просуществовало оно недолго - до разгрома революции 1905 г., однако оставило глубокий след как в общественном мнении, так и в российском обществоведении.

Наиболее яркими фигурами в этом течении были П.Б. Струве, С.Н. Булгаков, Н.А. Бердяев, М.И. Туган-Барановский.

Петр Бернгардович Струве (1870-1944) считал своей главной за­слугой внесение в марксизм идей неокантианства и тем самым предвос­хитил "критический поворот" бернштейнианства. В работе "Критиче­ские заметки к вопросу об экономическом развитии России" (1894). считал он, им была сделана первая в литературе марксизма попытка привлечь к развитию и обоснованию марксизма критическую филосо­фию, а также были развиты взгляды, заключавшие в себе отрицание Zusamenbruchstheorie und Vererlendungstheorie [Струве П. На разные те­мы. СПб., 1902. С. 300-301].

Главным способом совершенствования общественных отношений Струве считал реформы. "Социальные реформы, - утверждал он, - со­ставляют звенья, связывающие капитализм с тем строем, который его сменит, и - каков бы ни был политический характер того заключитель­ного звена, которое явится гранью между двумя общественно-истори­ческими формами, - одна форма исторически вырастает из другой" {Струве П.Б. Критические заметки к вопросу об экономическом разви­тии России. СПб., 1894. С. 130-131].

444

Он выступил с рядом теоретических статей в немецкой печати, в которых анализировал перспективы экономического и социального развития России. В статьях, печатавшихся в журнале Sozialpolitisches Centralblatt, он доказывал неизбежность и желательность гибели мел­кого крестьянского хозяйства в интересах развития капитализма, ра­туя за усиление в России крупного крестьянского хозяйства. Касаясь реформаторской роли государства в решении этой задачи, он писал: "Государство стоит перед задачей добиться целым рядом политиче­ских и экономических мероприятий, чтобы процесс экспроприации массы мелких производителей проходил с наименьшими жертвами. Цель этих мероприятий - такая форма землевладения, которая дает рациональное производство" [Struve P. Die wirtschaftlige Entwicklung //Sozialpolitisches Centralblatt. 1893. № 1. S. 3].

Вообще же преобразовать общество, согласно Струве, сможет об­разованный индивид, а не классовая борьба и революции.

Михаил Иванович Туган-Барановский (1865-1919), приняв за мето­дологическую основу материалистическое понимание истории, проана­лизировал ее по трем направлениям:

природу человеческих отношений, их роль в социальном развитии; соотношение экономической деятельности с другими аспектами со­циальной жизни;

классы и классовая борьба.

Он выделил пять основных групп интересов человека, среди кото­рых наиболее важными для социального развития являются психологи­ческие, эгоальтруистические и религиозные.

Согласно концепции Туган-Барановского, классовая борьба дейст­вует лишь в сфере экономических интересов человека и общества, но не применима к тем сторонам человеческой жизни, которые лежат вне экономики. Классовая борьба - это не что иное, как борьба за распре­деление продуктов в обществе.

В работе "Периодические промышленные кризисы" (1894) он дал схемы нормальной реализации продуктов в капиталистическом обще­стве и заявил о том, что нет оснований говорить о неизбежности кризи­сов при капитализме. В другой работе "Русская фабрика в прошлом и настоящем" он делает вывод о том, что капитализм внутренне способен к непрерывному развитию и что будет происходить самокорректирова­ние его пути развития.

Сергей Николаевич Булгаков (1871-1944) подверг критике универ­сальность теории К. Маркса, оперируя примером развития капитали­стических отношений в деревне [Булгаков С.Н. Капитализм и земледе­лие. В 2 т. СПб., 1900]. Впоследствии, совсем отойдя от марксизма, в книге "Философия хозяйства" он попытался дать религиозное обосно­вание отношения человека и мира как деятельности.

Крупнейшим русским социальным мыслителем, оказавшим и про­должающим оказывать значительное влияние на формирование отече­ственного общественного сознания, является Николай Александрович Бердяев (1874-1948), творчество которого было связано с рождением легального марксизма, со "сменой вех" в сознании российской интелли-

445

генции, с яркими страницами российской социальной мысли в условиях эмиграции.

Он учился на естественном и юридическом факультетах Киевского университета, откуда был исключен в 1898 г. за социалистические идеи. Четыре раза сидел в тюрьмах (дважды до и дважды после 1917 г.), в 1922 г. был выслан из Советской России.

В Западной Европе он издавал журнал "Путь" (Париж, 1925-1940), основал в 1922 г. в Берлине Религиозно-философскую академию. Вспоминая в своей духовной автобиографии период увлечения легаль­ным марксизмом, он делает следующие выводы: "То, что я называю ре­волюционным закалом личности в моей молодости, по своим мораль­ным и психологическим последствиям шире и глубже революционности в собственном смысле слова. Именно эта закваска вызывала во мне все­гда отталкивание от либерально-радикального общества литераторов, адвокатов, профессоров и, в заграничный период, от общества парла­ментских политиков. Эта же закваска определила мое непримиримое отношение к властвующему коммунизму... Отвращение к тому, что на­зывается "буржуазностью", не только в социальном, но и в духовном смысле, всегда было моим двигателем. Социализм и коммунизм, хри­стианство и православие также могут быть буржуазными. Я всегда не любил силу в этом мире, не любил торжествующих. И я всегда созна­вал мучительное столкновение между силой и ценностью: большую си­лу ценности низшей, меньшую ценность силы высшей" [Бердяев НА. Самопознание (Опыт философской автобиографии). М.: Междунар. от­ношения, 1990. С. 105-106].

Об организационной стороне дела он вспоминает так: "В конце 90-х годов образовалось марксистское течение, которое стояло на го­раздо более высоком культурном уровне, чем другие течения револю­ционной интеллигенции. Это был тип, мало похожий на тот, из которо­го впоследствии вышел большевизм... Для старых поколений русских революционеров революция была религией. Для меня революция не была религией. Произошла дифференциация разных сфер и освобож­дение сферы духовной культуры. Марксизм того времени этому спо­собствовал. В марксизме меня более всего пленил историософический размах, широта мировых перспектив. По сравнению с марксизмом ста­рый русский социализм мне представлялся явлением провинциальным. Марксизм конца 90-х годов был, несомненно, процессом европеизации русской интеллигенции, приобщением ее к западным течениям, выхо­дом на большой простор. Я был очень антинационалистически настро­ен и очень обращен к Западу. Маркса я считал гениальным человеком и считаю и сейчас. Я вполне принимал марксовскую критику капита­лизма. Марксизм раскрывал возможности победы революции, в то вре­мя как старые революционные направления потерпели поражение. У меня была потребность осуществлять в жизни свои идеи, и я не хотел оставаться отвлеченным мыслителем" [Там же. С. 108].

Он неоднократно называл себя сторонником персоналистического социализма, в котором человек считается высшей социальной ценно­стью.

446

В политике он выступал за многопартийность, высказывался за об­разование новой партии, которая была бы левее кадетов по своей свя­зи с народными массами и социальной программе, включив в нее эле­менты реформаторского социализма, но вместе с тем была бы нацио-нальнее их, теснее связана с историческим прошлым России, с почита­нием ее духовных заветов и основ.

Весьма интересна его оценка противостояния западного капита­лизма и русского коммунизма. "Коммунизм прав в критике капита­лизма. И не защитникам капитализма обличать неправду коммуниз­ма, они лишь делают более рельефной правду коммунизма... Имен­но капиталистическая система, прежде всего, раздавливает личность и дегуманизирует человеческую жизнь, превращает человека в вещь и товар, и не подобает защитникам этой системы обличать коммуни­стов в отрицании личности и в дегуманизации человеческой жизни" [Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990. С. 150].

Последовательным развитием социальных концепций марксизма на российской почве занялись социал-демократы во главе со своим идейным вождем Г.В. Плехановым. В социологическом плане наиболее плодотворными были работы В.И. Ленина, в частности его монография "Развитие капитализма в России", в которой он на эмпирическом мате­риале убедительно доказал, что крестьянство в России к концу XIX ве­ка перестало быть однородной массой, и дал его типологию, основан­ную на использовании социальных индикаторов.

Георгий Валентинович Плеханов (Бельтов) (1856-1918) - круп­нейший русский теоретик и пропагандист марксизма, видный дея­тель российского и международного рабочего и социалистического движения.

Учился с 1874 г. в Петербургском Горном институте, но в 1876 г. вынужден был уйти оттуда в связи с революционной деятельностью. С 1879 г. он является одним из лидеров организации "Черный передел", а с января 1880 г. и до Февральской революции 1917 г. жил в эмиграции в Западной Европе.

Он создал в 1883 г. в Женеве первую российскую марксистскую организацию - группу "Освобождение труда". Ему принадлежит пе­ревод на русский язык ряда программных работ Маркса и Энгельса. В ряде собственных работ: - "Социализм и политическая борьба" (1883); "Русский рабочий в революционном движении" (1895); "К во­просу о развитии монистического взгляда на природу" (1895) и др. он развивал социологическую концепцию политических, экономиче­ских и социальных процессов современного ему общества на социе-тальном уровне. В 20-х годах его работы были изданы в России в 24 томах, и в Петрограде в рамках Государственной библиотеки имени М.Е. Салтыкова-Щедрина был создан исследовательский и библиографический Дом Плеханова.

Наибольший интерес в социологии представляют выводы Плехано­ва относительно роли масс и личности в истории и характера развития социальной революции.

447

Владимир Ильич Ленин (Ульянов) (22 апреля 1970 г. - 21 января 1924 г.) - известен не только как политический деятель, основатель Со­ветского государства, но и как крупный социолог и социальный теоре­тик, которого, в частности, еще до революции в качестве ведущего экс­перта по проблемам социологии и рабочего движения приглашали сот­рудничать такие энциклопедические издания, как Гранат, Брокгауз и Эфрон.

В своих теоретических разработках он широко использовал стати­стические методы. Методологии применения статистических методов, например, посвящена его работа "Социология и статистика".

Фундаментальным трудом, социологически анализирующим соци­альные и экономические тенденции отечественного развития, явилась его монография "Развитие капитализма в России" (1899), в которой он эмпирически доказал, что на рубеже веков русское крестьянство пере­стало быть однородным и стало раскалываться на пролетарские и бур­жуазные слои. Этот процесс был значительно ускорен упразднением помещичьего землевладения. Используя статистические методы, он дал типологию крестьянства в новых условиях, выделив в его среде на основе строгих эмпирических индикаторов группы кулаков, середняков и бедняков.

Этот теоретический анализ имел практические, причем исключи­тельно значимые по своим результатам, приложения. Используя корен­ные интересы крестьянской среды, большевики сначала обеспечили се­бе их поддержку в ходе социалистической революции, выдвинув лозунг национализации земли, затем, учитывая неоднородность крестьянства, нашли опору в бедняках и середняках в осуществлении первого этапа коллективизации, изолировав зажиточное крестьянство, и, наконец, опираясь на бедняков, завершили процесс сплошной коллективизации.

Характеризуя Ленина как социального аналитика, Нью-Йоркская "Международная энциклопедия социальных наук" констатирует: "Сильной стороной Ленина была исключительная способность, встре­чаемая часто в людях типа Бисмарка, анализировать конкретную прак­тическую ситуацию и дать вещам неожиданный толчок в том направле­нии, в котором они хотят, чтобы развивалась ситуация" [International Encyclopedia of the Social Sciences. N.Y.: The Free Press. 1968. V. 9. P. 258].

Серьезный интерес представляют разработка Лениным теории го­сударства, теории революции, сущности и функций различных типов демократии и диктатуры, анализ особенностей Советов как формы го­сударственной власти.

Творческий характер носит разработка им теории строительства социалистического общества и принципов государственного планиро­вания социально-экономического развития общества в новых условиях.

Еще одна группа проблем, ленинское решение которых представ­ляет не только теоретический, но и практический интерес, связана с на­циональным вопросом в условиях многонационального государства. Им, в частности, разработана и начата реализация принципов построе­ния единого многонационального государства как добровольного сою­за суверенных наций.

448

Помимо легального марксизма и ленинизма в российской марксист­ской социологии существовали и другие направления и оттенки.

Наиболее интересными представителями марксистского социоло­гического подхода были К.М. Тахтарев, специализировавшийся в обла­сти генетической социологии, А.А. Богданов-Малиновский, отошед­ший от большевиков в 1909 г. и создавший в 20-х годах концепцию тех­нологии или социологии управления, активно обсуждавшуюся не толь­ко в научных кругах, Н.А. Рожков, ставший в 1922 г. директором Ака­демии коммунистического воспитания и одним из главных создателей "Большой советской энциклопедии" в 1926-1927 гг.

Константин Михайлович Тахтарев (1871-1925) - выдающийся русский социолог. Он явился организатором и первым директором пер­вого в России социологического исследовательского института. На за­щите докторской диссертации П.А. Сорокина он был первым офици­альным оппонентом.

Учась в Военно-медицинской академии, он организовал там мар­ксистский кружок, затем создал марксистскую организацию на заво­де Семенникова за Нарвской заставой в Петербурге (1893 г.). За уча­стие в создании Петербургского Союза борьбы за освобождение ра­бочего класса он был арестован и заключен в тюрьму (1895 г.). В следующем году он эмигрировал за границу - сначала в Женеву, где сотрудничал с группой "Освобождение труда", затем в Брюссель, где стал организатором школы пропагандистов и агитаторов Бельгий­ской рабочей партии.

В 1900 г. он представлял "Петербургскую рабочую организацию" на V Международном социалистическом конгрессе, собравшемся во время открытия Всемирной выставки в Париже, а с 1903 г. читал лек­ции по генетической социологии в Русской Высшей школе обществен­ных наук на этой выставке.

В 1903 г. он издает книгу "Первобытное общество" под псевдони­мом К. Тар, а следующая его монография по социологии, отпечатанная в одной из московских типографий, сгорела в 1905 г. при подавлении полицией московского восстания.

Возвратясь вместе с Ковалевским и коллегами в Россию, он читает лекции по социологии на Петербургских высших курсах Лесгафта и в Психоневрологическом институте.

В 1916 г. он становится одним из организаторов Социологического общества имени М.М. Ковалевского, с 1917 г. преподает в Петроградском университете, в 1919 г. создает исследовательский институт, впоследствии переименованный по его инициативе в Социологический институт.

В 1923-1924 гг. Тахтарев находился в научной командировке в Лон­доне, а вернувшись, становится хранителем одного из кабинетов Инсти­тута Маркса и Энгельса. Умер он от болезни сердца летом 1925 г.

Среди важнейших его работ следует назвать книги: "От представи­тельства к народовластию" (1907); "Очерки по истории первобытной культуры" (1907); "Общество и его механизмы" (1921); двухтомную Сравнительную историю развития человеческого общества и общест­венных форм" (1924).

'■ В.П. Култыгин

449

Александр Александрович Богданов-Малиновский (1873-1928), был крупным российским экономистом, философом, социологом, политиче­ским деятелем, естествоиспытателем, писателем и поэтом. Образование он получил на медицинском факультете Харьковского университета. В моло­дости участвовал в народническом движении, а с 1869 г. стал членом соци­ал-демократической партии. С 1903 г. был большевиком, много сделав для укрепления авторитета Ленина на партийных съездах и в печати. Однако в 1909 г. за ряд научных и общественно-политических трудов он был исклю­чен из большевистской фракции. Во время Первой мировой войны он был военврачом на фронте. После Октябрьской революции ему неоднократно предлагали, в том числе и лично Ленин, вернуться в партию и занять руко­водящие государственные посты, однако Богданов твердо решил оставать­ся вне партий и посвятить жизнь исследовательской и преподавательской работе. Он стал членом Комакадемии, профессором Московского универ­ситета. С 1921 г. он был организатором и директором первого в мире Ин­ститута переливания крови. Умер он 8 апреля 1928 г. в результате экспери­мента по переливанию крови, поставленного на себе. Институту было при­своено его имя, которое затем снималось и снова возвращалось.

В области социологии он разработал концепцию тектологии (от греческого "текто" - строить, конструировать). Тектология была по­пыткой построить марксистскую теорию менеджмента, включив в нее достижения современного мирового обществоведения. Тектологию он определял как науку об общих законах организации. Как отечествен­ная, так и мировая наука признают, что в концепции тектологии пред­восхищены некоторые положения кибернетики, такие, как принцип об­ратной связи, идея моделирования и др. Идеи тектологии очень заинте­ресованно обсуждалась в нашей стране в 20-х годах. Рассматривая мар­ксистскую диалектику в качестве организационной формы, имеющей целью упорядочение знания, он в качестве более совершенной методо­логической формы выдвинул свою "организационную диалектику". В частности, в ее рамках производственные отношения рассматриваются как "группы первично-образующих идеологических комбинаций" [Эм­пириомонизм. Кн. 3. СПб., 1906. С. 54, прим.]. Следовательно, "общест­венное бытие и общественное сознание в точном смысле этих слов то­ждественны" [Из психологии общества. СПб., 1906. С. 57].

В области социального знания Богданов создал теорию социальной адаптации. Он считал что, социальная адаптация не отличается принци­пиально от биологической, и показал, как изменения в естественной среде вызывают изменения социальных форм, большинство из кото­рых не выживает в борьбе за существование. Согласно Богданову су­ществует два типа адаптации: когнитивная, относящаяся к определен­ной области знания, и идеологическая. Адаптация каждого из типов тем социальнее, чем более она пронизана "социальным инстинктом" - той силой, которая заставляет человека находиться среди других людей, по­ступать так же, как они, что особенно наглядно проявляется в процессе имитации. Социальный прогресс основан на развитии обеих форм адап­тивности (См.: Богданов А. Очерки по философии марксизма. СПб., 1908; Он же. Философия живого опыта).

450

Николай Александрович Рожков (1868-1927) - видный русский об­ществовед. В 1890 г. он окончил историко-филологический факультет Московского университета, затем преподавал в МГУ и в других вузах. Он был активным членом Российской социал-демократической рабо­чей партии, и на Пятом ее (Лондонском) съезде избирался членом ЦК. В 1908 г. был арестован и сослан в Сибирь. После Февральской рево­люции возвращается из ссылки, избирается в состав Центрального Ко­митета партии меньшевиков, становится товарищем министра почт и телеграфов во Временном правительстве до июля 1917 г.

С 1922 г. он преподает в Институте красной профессуры, затем ру­ководит Академией коммунистического воспитания, Историческим му­зеем в Москве. В 1926-1927 гг. он был редактором "Большой советской энциклопедии".

Главный его научный труд - 12-томная "Русская история в сравни­тельном историческом освещении". В ней он, в частности, ввел понятия "критических" и "органических" эпох.

Всего же им издано свыше 350 работ по истории, социологии, фи­лософии, экономике, политике, педагогике.

Советская социология

Периодизация советского этапа российской социологии

Необходимо особо отметить, что 1917 год был наиболее благопри­ятным как для содержательного, так и для организационного развития отечественной социологии. Временное правительство, придя к власти, издало декрет о создании социологических факультетов в трех россий­ских университетах (Петрограда, Москвы, Ярославля), однако практи­чески ничего не было сделано для воплощения этого пожелания в жизнь.

В настоящее время в освещении исторического пути, который про­шла Россия после Октябрьской революции, почти безраздельно преоб­ладает однотонная, совершенно явно пропагандистская интерпретация. Все рисуется в абсолютно мрачных тонах и как нечто единое и одно­родное. Однако объективный научный подход требует, как минимум, вычленения этапов, периодов в развитии тех сложных и очень диффе­ренцированных процессов, которые происходили в стране на протяже­нии трех четвертей века.

Первое десятилетие после Октябрьской революции можно назвать ленинским десятилетием. Если говорить о социальной сфере, то в это время в ней закладывались такие принципиальные системы, как систе­ма всеобщего образования - бесплатного и обязательного до опреде­ленного уровня для всех граждан; система всеобщего и бесплатного здравоохранения; развитие культуры и, в частности, развитие издатель­ского дела. Резко росло число студентов во всех учебных заведениях, в том числе и в области общественных наук, следовательно, значительно обогащался интеллектуальный потенциал общества.

¹⁵* 451

В самом обществоведении шла жесткая идеологическая полеми­ка между марксистами и представителями немарксистских направле­ний. Однако в целом ситуация научного теоретического плюрализма в первые 10 лет советской власти сохранялась и, за исключением вы­сылки нескольких видных обществоведов за рубеж за их прямое уча­стие в антиправительственной политической деятельности, дискус­сия носила содержательный, идейный, а не административный ха­рактер.

Совершенно иная ситуация складывается в стране с начала 30-х годов в связи с полным укреплением власти Сталина. Сталин начал брать в свои руки административную власть уже с 1923 г. Од­нако авторитаризм сформировался в стране с начала 30-х годов, по­сле так называемого великого перелома 1929 г. В тот период были подавлены не только все институциональные формы социологии, но, по сути, все формы и течения марксизма, за исключением сталин­ской версии. Такая ситуация длилась до начала 50-х годов, и с прихо­дом к власти Н.С. Хрущева началась знаменитая "оттепель". "Отте­пель" охватывала период с 1954 г. по 1964 г. Это был период искрен­ней попытки воплотить идеалы социализма, социалистического и коммунистического общества в стране. Это честное и искреннее стремление получило огромную поддержку в народе и принесло ре­альные результаты. Результаты эти видны были и в освоении космо­са, и в подъеме сельского хозяйства, и в промышленной сфере, и в области укрепления военного потенциала.

К сожалению, при всей своей честности и добрых намерениях Хру­щев был лишь сыном своего класса. А класс этот к началу 60-х годов почувствовал, что лидер слишком много отдает низам, и слишком ма­ло, по их мнению, оставляет элите. Вступил в действие известный со времен Роберта Михельса "железный закон олигархии". Хрущева сместили, а новый класс стал проводить угодную ему политику, ис­пользуя по-прежнему лозунги социализма и коммунизма, так как то­гда это был единственный способ сохранить легитимность власти в глазах населения.

Однако к началу 80-х годов накопилось слишком много дисфунк­ций в действии этой системы, с одной стороны, а, с другой стороны, - ок-репнув и набрав достаточно рычагов власти, новая элита уже перестала удовлетворяться тем местом и теми рамками, которые оставлял ей со­циализм в структуре власти и социальных отношений. С середины 70-х годов власть захватывают выросшие в недрах партийной верхушки антисоциалистические силы, главная цель которых - переориентиро­вать, заменить социальный строй в стране. Ради осуществления этой цели они готовы пойти на самые жесткие и антинародные меры, а реша­ющим фактором для осуществления их планов становится поддержка правящих кругов Запада.

Таковы вкратце основные этапы отечественной социально-полити­ческой истории нашего века. Конечно же, они наложили свой весомый отпечаток и на развитие социологической науки в стране.

452