Запись беседы главы советской военной миссии к.Е.Ворошилова с главой французской военной миссии ж.Думенком

22 Августа 1939 г. (Извлечение)

Ворошилов. Я прошу г-на генерала Думенка ознакомить меня с документом, который Вы получили от своего правительства и о чем меня известили письмом, а также я хотел бы узнать, имеется ли ответ у английской миссии по тому же вопросу.

Ген. Думенк. Я не имею этого документа, но я получил сообщение правительства, что ответ на основной, кардинальный вопрос положительный. Иначе говоря, правительство дало мне право подписать военную конвенцию, где будет сказано относительно разрешения на пропуск советских войск в тех точках, которые Вы сами определите, т. е. через Виленский коридор, а если понадобится в соответствии с конкретными условиями, то и пропуск через Галицию и Румынию.

Ворошилов. Это сообщение от французского правительства?

Ген. Думенк. Да, это от французского правительства, которое дало мне эти инструкции.

Ворошилов. А как английское правительство?

Ген. Думенк. Я не знаю, получил ли адмирал Дракс подобный ответ от правительства Англии, но я знаю, что адмирал согласен с тем, что конференция может продолжаться.

Ворошилов. Вы не дали ответа относительно того, какую позицию во всем этом деле занимают польское и румынское правительства, в курсе ли они дел, или Вы получили ответ лишь французского правительства, данный без ведома Польши и Румынии.

Ген. Думенк. Я не знаю, какие были переговоры между правительствами, я могу сказать только то, что сказало мне мое правительство. Я хочу, пользуясь нашим разговором, задать один вопрос: есть ли у Вас желание быстро продвинуть это дело и подписать военную конвенцию, потому что я пришел как раз для этой цели и я вижу, что время идет...

Ворошилов. Но вот прошло одиннадцать дней, и вся наша работа за это время сводилась к топтанию на месте. Поэтому я лишен возможности согласиться на участие в дальнейшей работе совещания до тех пор, пока не будут получены все официальные ответы. Я не сомневаюсь, что генерал получил положительный ответ от своего правительства. Но позиция Польши, Румынии, Англии неизвестна. Поэтому наша дальнейшая работа может свестись к одним разговорам, которые в политике могут принести только вред...

Год кризиса. Т.2. С.307-311.

Из высттупления а.Гитлера на секретном совещании командующих войсками вермахта в оберзальцберге

22 Августа 1939 г.

...Мне было ясно, что раньше или позже дело должно дойти до столкновения с Польшей. Я принял решение еще весной, но думал, что сначала через несколько лет выступлю против Запада, а уже потом против Востока. Однако последовательность во времени не поддается определению заранее. К тому же нельзя закрывать глаза на угрожающее положение. Первоначально я хотел установить с Польшей приемлемые отношения, чтобы потом начать борьбу против Запада. Однако этот импонирующий мне план оказался неосуществим, поскольку изменились существенные обстоятельства. Мне стало ясно: при столкновении с Западом Польша нападет на нас. Польша стремится получить выход к морю. После занятия Мемельской области дальнейший ход событий показал это, и мне сделалось ясно, что при известных условиях Польша сможет напасть на нас в неблагоприятный для нас момент...

... Благоприятно для нас [сейчас] и политическое положение. В бассейне Средиземного моря – соперничество между Италией, Францией и Англией, в Восточной Азии – напряженность в отношениях между Японией н Англией. На Ближнем Востоке – напряженность вызывающая тревогу мусульманского мира.

Английская империи уже из последней войны вышла не усиленной. Господства на морях она не добилась. Конфликт Англия – Ирландия. Независимость Южно-Африканского Союза возросла. Приходится делать уступки и Индии. Англия находится в крайне угрожаемом положении. Нездоровая индустриализация. Любой британский государственный деятель может глядеть в будущее только с тревогой.

Положение Франции тоже стало хуже, особенно в Средиземном море. В качестве благоприятных для нас факторов следует назвать такие. На Балканах со времени захвата Албании установилось равновесие сил. Югославия ввиду своих внутренних условий несет в себе смертельный зародыш разложения. Румыния сильнее не стала. Она подвержена агрессии и уязвима. Ей угрожают Венгрия и Болгария. После смерти Кемаль[-паши] Турцией правят мелкие душонки, бесхребетные, слабые люди.

Всех этих счастливых обстоятельств через 2-3 года уже не будет. Никто не знает, как долго я еще проживу. Поэтому пусть лучше столкновение произойдет сегодня...

Меня укрепляют в моей решимости следующие особые причины. Англия и Франция приняли на себя обязательство, но ни та, ни другая выполнить его не в состоянии. В Англии никакого фактического вооружения нет, одна пропаганда. Очень большой вред причинило то, что многие немцы отнеслись отрицательно (к Мюнхенскому соглашению.– Пер.) и после решения чехословацкого вопроса говорили и писали англичанам: фюрер оказался прав потому, что у вас не выдержали нервы, потому, что вы слишком рано капитулировали. Вот чем объясняется теперешняя пропагандистская война. Англичане говорят о войне нервов. Одним из элементов этой войны является изображение роста вооружений. Но каково британское вооружение на самом деле? Программа строительства военно-морского флота на 1938 г. еще не выполнена. Только мобилизация резервного флота. Закупка рыболовных судов. Существенного усиления английского флота раньше 1941 или 1942 г. ожидать не приходится.

С сухопутными войсками там тоже мало что изменилось. Англия будет в состоянии послать на континент максимум три дивизии. Кое-что, правда, произошло в области авиации, но это еще только начало. ПВО находится в начальной стадии. В настоящее время Англия имеет всего немногим больше 150 зениток. Новые зенитные орудия еще только заказаны. Пройдет немало времени пока они будут изготовлены. Отсутствуют приборы управления артиллерийским огнем. Англия еще уязвима. Авиация Англии насчитывает в настоящее время всего 130 000 человек, Франции – 72 000, Польши – 15 000. В Англии желают, чтобы конфликт произошел не раньше чем через 2–3 года...

Во Франции – нехватка людей (падение рождаемости). В области вооружения сделано мало. Артиллерия устарела. Франция не хочет влезать в эту авантюру...

Противник еще надеялся, что Россия после завоевания нами Польши выступит как [наш] враг. Но противники не учли моей огромной особенности принимать решения. Наши противники – мелкие черви. Я видел их в Мюнхене.

Я был убежден, что Сталин никогда не пойдет на английское предложение. Россия не заинтересована в сохранении Польши, а потом Сталин знает, что режиму его конец, все равно, выйдут ли его солдаты из войны победителями или же потерпевшими поражение. Решающее значение имела замена Литвинова. Поворот в отношении России я провел постепенно. В связи с торговым договором мы вступили в политический разговор. Предложение пакта о ненападении. Затем от России поступило универсальное предложение. Четыре дня назад я предпринял особый шаг, который привел к тому, что вчера Россия ответила, что готова на заключение пакта. Установлена личная связь со Сталиным. Фон Риббентроп послезавтра заключит договор. Итак, Польша находится в том состоянии, в каком я хотел ее видеть.

Нам нечего бояться блокады. Восток поставляет нам пшеницу, скот, уголь, цинк. Это огромная цель, которая требует огромных сил. Боюсь только одного: как бы в последний момент какая-нибудь паршивая свинья не подсунула мне свой план посредничества.

Вторая мировая война: два взгляда. С.89-94.