Глава II. Взаимосвязь государства и права как фактор становления и

Саморазвития правового государства.

В Конституции Российской Федерации сказано, что в России “есть

демократическое федеративное правовое государство”, что основные права и

свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Здесь же

подчеркивается гуманистическая направленность закона, ибо права и свободы

человека “определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность

законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и

обеспечиваются правосудием” [1, с. 4].

Безусловно, реализация этих конституционных основ, соблюдение прав и свобод

человека явились бы серьезной подвижкой в установлении гражданского общества

и правового государства. Однако в действительности существует разрыв между

положениями Конституции и реалиями правовой практики, т.е. различие между

“должным” и “сущим”. В литературе отмечаются различные причины этого:

незрелость нашего общества (т.е. неподготовленность общества к

функционированию в условиях перехода к рынку); тенденция к коммерциализации

законодательства и перевод законодательной защиты прав человека на второй

план; эрозия власти, ее неспособность предотвратить разрушительные процессы в

обществе; гипертрофия “указного законодательства” и др. [2]. Наша цель -

рассмотреть проблемы формирования правовой системы и правового государства не

только с точки зрения фактологической, но и теоретико-методологической.

Россия в 1991 г. стояла перед выбором: или модель общественного развития, в

основе которой лежит реформирование социалистической системы с сохранением

накопленного социального и исторического опыта, или модель развитых

капиталистических стран, в которой, конечно же, должна была учитываться

российская специфика. Однако российские политические лидеры выбрали иную модель

социального развития - либеральное государство и соответствующая ему

правовая система и правовые институты. Этот аспект в нашей литературе слабо

изучен, но именно он позволяет вскрыть основную генетическую связь между тем,

что прописано в Конституции, и тем, что получилось в жизни. Рассмотрим данный

аспект более подробно.

Известно, что классическая форма либеральной модели правового государства -

государство эпохи Просвещения - бесспорно, в свое время оно было прогрессивно,

ибо с его помощью была разрушена феодально-абсолютистская государственность.

Эпоха Просвещения выдвинула целую плеяду мыслителей, каждый из которых внес

выдающийся вклад в новое видение правового государства и теории права в целом,

среди них Монтескье, Вольтер, Юм, Локк, Руссо, Кант, Гельвеций, Гольбах,

Радищев и др. Они не только подвергли сокрушительной критике

феодально-абсолютистскую модель государства и права, но и разработали модель

правового государства, в которой человек и его формальная свобода приобрели

приоритетное значение и место. Ими была поистине совершена интеллектуальная и

правовая революция. Новое философско-правовое видение базировалось на идеях

естественного права, народного суверенитета, общественного договора, разделения

власти на исполнительную, законодательную, судебную, на строгом разграничении

прав между государством и индивидом. Все это так, но история распорядилась

иначе. Уже в XIX в. правовое государство столкнулось с кризисными процессами.

Кризис правосознания эпохи Просвещения показал, что признанная и воспетая

модель государства и права с точки зрения исторической перспективы

несостоятельна. В конце XIX - начале XX вв. этот кризис стал настолько

глубоким, что возник вопрос о правомерности правового государства вообще. Иначе

говоря, встал вопрос о правомерности самого фундамента теории правового

государства. Весьма показательны для нашего времени причины, вызвавшие этот

кризис, которые коренились в недрах самой модели государства и его отношении к

личности. Модель правового государства эпохи Просвещения базировалась на идеях

жесткой противоположности между государством и естественным правом. Главным

признаком этой модели было невмешательство государства в экономические

свободы и иные естественные права человека. В результате государство и закон

были отстранены от регуляции экономических и социальных отношений и выполняли

роль лишь “ночного сторожа”. Основной формой функционирования государства

явились идеи индивидуализма и индивидуальной свободы. Все это привело к

отчуждению свободы от равенства, что послужило оправданием подавления слабых

более сильными конкурентами. Оказалось, что свободная игра рыночных сил, не

ограниченных равенством, не может обеспечить социальную гармонию и

справедливость.

Думается, что нет необходимости доказывать, что в своей основе именно такая

обстановка сложилась в сегодняшней России. Государство самоустранилось от

своих функций: регуляции экономических процессов и социальной защиты

человека. Эти обстоятельства, как и во время кризиса правосознания прошлого

века, вызвали (и не могли не вызвать) сомнения в самой идее построения

правового государства и его институтов.

Весьма актуальным звучит вывод, сделанный в свое время П.И.Новгородцевым по

поводу кризиса правовой модели либерализма: возникший кризис в области идей

правового государства “может означать одно из двух: или полное крушение

каких-либо прежних понятий, или их готовящееся преобразование. В том и другом

случае кризис обозначает период сомнений и неопределенности, которые должны

смениться или безнадежной утратой старых верований, или напряженностью новых

исканий и нового творчества” [3, с. 18].

Напряженность новых исканий и нового творчества - вот что сегодня требуется

от политиков, ученых, юристов, политологов, философов. Однако осуществление

таких поисков блокируется рядом причин. Неразработанность стратегии

реформирования общества, а, следовательно, и стратегия построения правового

государства приводит к тому, что теоретический, концептуальный подход

подменяется эмпиризмом; прагматизм мышления действия приобретает приоритетное

значение. В результате остаются невостребованными теоретические знания, в

должной мере не используется методологический арсенал научного анализа и

конструирования социальных и правовых институтов, не получает развития

научная основа изменения и построения новой правовой системы. “С грустью и

болью,” - замечает по этому поводу Д.А.Керимов, - “наблюдаю, как практически

разрушается у нас теория закона, созданная сообществом выдающихся

отечественных и зарубежных юристов”[4, с. 46]. Словом, вместо развития

интереса к теории и методологии права прослеживается тенденция к забвению

этих отраслей знания.

Итак, мы подошли к центральному пункту нашего анализа - исследованию проблем,

разрешение которых может позволить преодолеть кризисные явления в правовом

сознании и вывести нас на реальную, а не декларативную модель построения

правового государства. Реальный процесс построения такой модели

государственности связан с преодолением дефектов ее либеральной модели.. Какие

же принципиально новые свойства и черты предполагает новое видение правового

государства? Прежде всего это новое видение соотношения, способа связи

между государством и личностью, естественным и позитивным правом. Роль и

значение такого соотношения и взаимосвязи состоит в снятии жесткого

разграничения свободы и равенства, которое, как мы показали, стало одной из

причин кризиса правосознания. Между свободой конкуренции и равенством

устанавливается не внешняя, а внутренняя связь и взаимообусловленность,

благодаря которой создаются условия для устранения социального неравенства,

восстанавливается справедливость как важнейшее свойство права. При

таком подходе правовое государство рассматривает социальную и экономическую

функцию не как чуждые и внешние для него сферы деятельности, а как необходимые

условия для своего развития и функционирования. Реализация этих функций

государства позволяет разрешать острые проблемы, вызванные социальным

неравенством, ущемлением естественных прав и свобод человека.

В данном случае правовое государство в границах своей сущности одновременно

полагает себя в виде силы принуждения и в виде необходимых условий для защиты и

развития естественных прав и свобод индивида. Словом, правовое государство в

качестве содержания своего действия предполагает естественно-правовые ценности,

а в качестве способа их реализации - традиционно присущую ему силу принуждения.

Так, в Конституции страны провозглашается правовое государство, политика

которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и

свободное развитие человека. Достаточно ли этого конституционного акта для

формирования правового государства? Нет. Для создания правового государства

одновременно с законом необходимо формирование системы условий и

предпосылок, обеспечивающих защиту прав и свобод человека. Если государство не

реализует эту обязательную для него функцию, то, как следствие, нарушаются

права и свободы (право на труд, отдых, образование, развитие национальных

культур и др.). В данной ситуации говорить о правовом государстве не

приходится. В лучшем случае мы имеем дело с государством формальной свободы.

Что же касается права, то оно имеет диалектический характер. Право, для того

чтобы осуществить свои принципы - равноправие, справедливость, всеобщность и

другие, должно сначала предстать в своем отчужденном виде, т.е. в виде

закона, правовой нормы; в то же время сам факт такого отчуждения является

всего лишь средством, формой реального существования и развития как

естественного права. Здесь в роли права выступает правовой закон, который

воплотил в себе бессознательный, естественный закон свободы человека. Эта

ступень правового государства и свойственного ей права предполагает реализацию

идеи подчинения политических решений основополагающим правовым актам, прежде

всего Конституции государства. Ибо, если происходит возвышение политики над

правом, то право автоматически превращается в инструмент политической борьбы и

политических амбиций. В результате и идея правового государства теряет основу и

способ существования.

Изменение способа взаимосвязи между государством и правом вовсе не означает

возвращения к исходным позициям, когда правовыми считаются лишь те нормы,

которые изданы или санкционированы государством и когда ставится знак тождества

между законом и правом. Здесь неприменима и теория самообязывания государства.

Обе стороны взаимодействия - государство и естественное право, хотя и имеют

тенденцию к обособлению, не могут друг без друга существовать, так как они

внутренне связаны правовыми ценностями.. Этот факт имеет чрезвычайно

важное значение: он позволяет понять, почему в рамках единой правовой системы

взаимодействия государство и право все же остаются в известном смысле

противоположностями, почему внутренняя напряженность между ними при

определенных обстоятельствах может перерасти в борьбу.

Известно, что необходимым условием функционирования правового государства

является разделение властей. Однако новое видение правового государства

предполагает не только сам факт разделения властей на законодательную,

исполнительную и судебную, но и определение качественных характеристик

этого разделения. Если на этапе правового государства эпохи Просвещения сам акт

разделения властей был достаточным условием для создания системы “сдержек и

противовесов”, которая противостояла деспотизму и тоталитаризму

феодально-абсолютистской государственности, то с точки зрения анализируемой

содержательной формы правового государства этого недостаточно. Исторический

опыт и современная действительность убедительно доказывают, что сам факт

разделения властей не может предотвратить опасности превращения государства в

авторитарное, утрачивающее признаки правового государства. Факт разделения

властей — необходимое, но еще не достаточное условие для функционирования

правового государства, это всего лишь предпосылка, ограждающая от чрезмерного

возвышения какой-либо из ветвей власти (особенно неоправданно усиление

исполнительной власти).

Какова же природа качественной основы, которая позволяет создать прочную

правовую систему взаимодействия ветвей власти? Этот подход предполагает

внутреннюю согласованность относительно независимых друг от друга ветвей

власти. В качестве стержневого момента согласованности должны выступать

системообразующие факторы и ценности: соблюдение и защита прав и свобод

человека; содержательное определение права, т.е. определение, включающее в себя

общие для всех ветвей власти требования и обязательства, — приверженность

естественному правопониманию; строжайшее соблюдение правовой политики; создание

правотворческой практики, которая базируется не на произвольном формировании

законов, а на основе объективных закономерностей развития правовых ценностей;

установление сфер правоприменения, которое исключает декларативность

законов и видит смысл права в его действии, механизме практической реализации

правовых норм и установок. Системообразующие факторы и требования

детерминируют характер и способ действия каждой ветви власти, любая из которых

- законодательная, исполнительная, судебная (можно добавить информационную) —

становится составляющей правового государства лишь в силу ее двойственного

характера. А это означает, что, скажем, исполнительная власть должна

одновременно выполнять присущую ей специфическую функцию и вместе с тем должна

содержать в себе качественные характеристики, необходимые для функционирования

правового государства. Ибо ее действие в качестве специфической исполнительной,

законодательной или судебной является всего лишь средством, которое правовое

государство использует в целях своего развития и “воспроизводства”.

Итак, гарантия предотвращения смешения властей или возвышения одной из ветвей

власти за счет других появляется лишь в том случае, когда основу ее

деятельности составляет процесс формирования и развития системообразующих

правовых ценностей, а не собственные амбиции и специфические для нее

предметы ведения и полномочия. Данный подход к разделению властей позволяет

создать достаточно надежный базис для эффективного решения и такой

прагматической задачи, как отбор профессионалов для государственного аппарата.

Вопрос № 64. Правовой статус личности. Понятия и виды.

Правовой статус – это совокупность прав, свобод, обязанностей и законных интересов личности, признаваемых и гарантируемых государством. В основе правового статуса лежит фактический социальный статус, т.е. реальное положение человека в данной системе общественных отношений. Право лишь закрепляет это положение, вводит его в законодательные рамки. Социальный и правовой статусы соотносятся как содержание и форма.

Правовой статус личности определяется всей совокупностью прав человека и гражданина, отраженных в нормах всех отраслей действующего права.

Основы правового статуса личности охватывают конституционно закрепленные права и свободы человека. Понятие же основных прав и свобод человека и гражданина можно сформулировать следующим образом: ”Конституционные (основные) права и свободы, принадлежащие ему от рождения (в надлежащих случаях в силу его гражданства), защищаемые государством, составляют ядро правового статуса личности”¹.

Юридическое оформление фактического положения индивида осуществляется различными путями и способами, с помощью ряда специфических средств. Оно начинается уже с признания человека субъектом действующего в обществе права и наделения его при этом особым качеством – праводееспособностью, после чего он может вступать в соответствующие правоотношения, нести ответственность за свои поступки.

Понятия «правовой статус» и «правовое положение» личности равнозначны². Основу правового статуса личности составляют ее права, свободы и обязанности, закрепленные в Конституции и других важнейших законодательных актах, провозглашенных в Декларации прав человека и гражданина. Это главным образом и определяет правовое положение личности в обществе, ее роль, возможности, участие в государственных делах.

Правовой статус объективно отражает как достоинства, так и недостатки реально действующей политико-юридической системы, принципов демократии, государственных основ данного общества. Потому его нельзя правильно понять и раскрыть, не обращаясь к сущности того уклада, в условиях которого он складывается и функционирует Правовой статус – это часть, элемент общества.

В разные исторические эпохи правовой статус граждан был неодинаков. Достаточно сравнить рабовладение, феодализм и буржуазный период, чтобы убедиться в этом. Существенно зависит он и от типа политического режима в рамках одной и той же формации. Причинная обусловленность его сложная и богатая.

Для современного юридического статуса личности в Российской Федерации характерны такие особенности, как крайняя его неустойчивость, слабая социально-правовая защищенность, отсутствие надежных гарантирующих механизмов, неспособность государственных властных структур эффективно обеспечить интересы гражданина, его права, свободы, жизнь, честь, достоинство, безопасность.

Правовой статус личности несет на себе печать того глубокого кризиса (социально-экономического, политического, духовного), который переживает Россия сегодня, подвержен всем его катаклизмам. Изменилась материальная основа статуса (многообразие форм собственности, включая частную, имущественное расслоение, появление рынка труда, безработицы, падение жизненного уровня).

Единство и стабильность правового статуса подорваны процессами суверенизации, межнациональными и региональными конфликтами.

Появились значительные группы людей (беженцы, мигранты, перемещенные лица) вообще без четкого правового статуса. 25 миллионов российских граждан внезапно, помимо своей воли, превратились в «иностранцев». Их положение резко ухудшилось. В свою очередь, огромная масса людей из ближнего зарубежья оказалась на территории России. Иным стал статус самого государства.

Правовой статус индивида существенно дестабилизируется в результате тех неурядиц, которые происходят сегодня в обществе: социальная напряженность, политическое противостояние, сложная криминогенная обстановка, рост преступности, экологические и технологические катастрофы, шоковые методы проведения реформ и т.д.

На правовое состояние личности оказывают свое воздействие и нравственно-психологические факторы – потеря личностью социальных ориентиров и приоритетов, духовной опоры, неадаптированность к новым условиям. Личность испытывает глубокий социальный дискомфорт и неуверенность в завтрашнем дне.

Экстремальность ситуации, противоречия, переоценка ценностей, ломка сложившихся за 75 лет устоев, изменение морально-политического климата, образа жизни- все это не могло не сказаться на общем положении отдельного индивида и на условиях его существования.

Но кроме перечисленных негативных тенденций, есть и позитивные.

Под правовой статус личности подводится современная законодательная база (новая российская Конституция, Декларация прав и свобод человека, Закон о гражданстве и другие важнейшие акты). При этом нормативная основа создается с учетом международных критериев в данной области.

Закладывается новая концепция взаимоотношений личности и государства с приоритетом личности как высшей социальной и моральной ценности, патерналистские начала этих отношений уступают место свободному партнерству и сотрудничеству в соответствии с принципами гражданского общества.

Правовой статус, как и многие другие юридические институты, очищается от идеологического и классового догматизма, апологетики, тоталитарного сознания и мышления индивида как носителя этого статуса; он стал более адекватно отражать современные реалии.

Осуществляется переход от командно-запретительных методов регламентации правового положения личности к дозволительно-разрешительным, от сковывающего любую инициативу и предприимчивость бюрократического централизма к разумной автономии и самостоятельности.

Меняется соотношение и роль структурных элементов правового статуса: на первый план в нем выходят такие приоритеты, как права человека, достоинство личности, гуманизм, свобода, демократизм, справедливость. Сняты многие ограничения личной свободы индивида, провозглашен принцип «не запрещенное, законом дозволено», усилена судебная защита прав граждан, действует презумпция невиновности.

Практическое значение проблемы правового статуса состоит в том, что она непосредственно затрагивает интересы людей, отражается на их судьбах, особенно в переломные периоды, когда общество формируется, рушатся старые и нарождаются новые связи, структуры, отношения.

Правовой статус – это комплексная, интеграционная категория, отражающая взаимоотношения личности и общества, гражданина и государства, индивида и коллектива, другие социальные связи. Поэтому важно, чтобы человек правильно представлял свое положение, свои права и обязанности, место в той или иной структуре, ибо, как справедливо отмечается в литературе, «в жизни нередко встречаются примеры ложно понятого или присвоенного статуса

В зависимости от определенной принадлежности правовой статус личности имеет несколько видов³:

1. общий, или институционный, статус гражданина;

2. специальный, или родовой, статус определенных категорий граждан;

3. индивидуальный статус;

4. статус физических и юридических лиц;

5. статус иностранцев, лиц без гражданства или с двойным гражданством, беженцев;

6. статус российских граждан, находящихся за рубежом;

7. отраслевые статусы: гражданско-правовой, административно-правовой, уголовно-правовой и т.д.

8. профессиональные и должностные статусы (статус депутата, министра, судьи, прокурора);

9. статус лиц, работающих в различных экстремальных условиях или особых районах страны (Крайнего Севера, Дальнего Востока, оборонных объектов, секретных производств).

Набор правовых статусов очень велик, но в теоретическом плане наиболее существенное значение имеют общий, или институционный, статус гражданина, специальный, или родовой, статус определенных категорий граждан и индивидуальный статус личности.

Общий, или институционный, статус гражданина – это статус лица как гражданина государства или члена общества. Он определяется, прежде всего, Конституцией и не зависит от различных текущих обстоятельств (перемещений по службе, семейного положения, должности, выполняемых функций), является единым и одинаковым для всех, характеризуется относительной статичностью и обобщенностью.

Содержание этого статуса составляют те права и обязанности, которые предоставлены и гарантированы все и каждому Основным законом страны. Изменение этого содержания зависят от воли законодателя, а не от каждого отдельного лица.

Общий правовой статус не в состоянии учесть всего многообразия субъектов права, их особенностей, отличий, специфики. Поэтому в него не входят многочисленные субъективные права и обязанности граждан, которые постоянно возникают и прекращаются у субъектов в зависимости от их трудовой деятельности, характера правоотношений, в которые они вступают, других ситуаций.

Если бы указанные права и обязанности были включены в понятие общего статуса гражданина, то получился бы различный, крайне нестабильный и неопределенный статус. Он уже не был бы единым.

Общий правовой статус является базовым, исходным для всех остальных. По нему можно судить о характере, социальной природе, степени демократичности данного общества.

Специальный, или родовой статус определенных категорий граждан отражает особенности положения отдельных категорий граждан (например, пенсионеров, школьников, студентов, военнослужащих, вузовских работников, учителей, рабочих, крестьян, инвалидов, участников войны и т.д.)⁴.

Указанные слои, группы, базируясь на общем конституционном статусе гражданина могут иметь свою специфику, дополнительные права и обязанности, льготы, предусмотренные текущим законодательством. совершение этих статусов – одна из задач юридической науки.

Индивидуальный статус личности фиксирует конкретику отдельного лица (пол, возраст, семейное положение, выполняемая работа, иные характеристики). Он представляет собой совокупность персонифицированных прав и обязанностей гражданина. Твердое знание каждым своего личного статуса, своих прав, обязанностей, ответственности, возможностей – признак правовой культуры, юридической грамотности.

Индивидуальный правовой статус личности подвижен, динамичен, он меняется вместе с теми изменениями, которые происходят в жизни человека.

Рассмотренные три вида статуса соотносятся между собой как общее, особенное и единичное. Они тесно взаимосвязаны и взаимозависимы, наслаиваются друг на друга и на практике неразделимы.

Каждый индивид выступает одновременно во всех указанных качествах – гражданина своего государства (общий статус), он принадлежит к определенному слою (группе) и, следовательно, обладает родовым статусом, и он же представляет собой отдельную, неповторимую личность, т.е. имеет индивидуальный статус⁵.

Общий правовой статус у всех один, специальных статусов - множество, а индивидуальных ровно столько, сколько граждан.

Само собой разумеется, что специальные, индивидуальные и все прочие статусы не могут противоречить общему (конституционному) статусу. Напротив, они должны соответствовать ему как базовому, первичному, исходному.

Вопрос № 65. Гарантии прав и свобод человека и гражданина.

Российская Федерация, претендуя на звание демократического и правового государства стремится к осуществлению всех возможных гарантий по осуществлению прав и свобод. Воплощение их не укладывается только в рамки права.

В юридической литературе принята классификация гарантий:

Юридические гарантии  рассматриваются как гарантии специальные;

Экономические, социальные политические, духовные, социально –психологические – как общие гарантии.

Рассмотрим их специфику:

¨ Социально-экономические  – в Конституции 1993 года нет специального раздела об экономической основе государства и общества, не установлена какая-либо форма собственности в качестве основной или ведущей, как равно и не предусмотрено ограничений для других, в частности  собственности. Более того, частная собственность признается и защищается (ст. 35 КРФ). Действующая конституция обязывает государство обеспечивать свободу экономической деятельности и поддерживать конкуренцию, запрещая лишь монополизацию этой деятельности и недобросовестную конкуренцию, и провозглашает равенство всех форм собственности и равную их защиту (ст. 8, ст. 34 КРФ). В современных условиях, когда экономическое пространство России находится в состоянии  формирования, роль Конституции как основного закона и иных  нормативных актов регулирующих развитие экономики страны получает особое значение.  Вместе с тем, развитие экономики предполагает создание инфраструктуры для  осуществления социальных потребностей общества.

¨ Политические – направленность политики государства и создание условий для осуществления этих гарантий.  Думается, правильным будет рассмотреть как в соответствии с Конституцией «государственная защита прав и свобод человека  в российской Федерации гарантируется»[16] [16].   

Представительная ветвь власти  - Федеральное Собрание, будучи законодательным органом, претворяет в жизнь инициативу по принятию законов, соответствующих конституционным принципам, создает юридические механизмы обеспечения реального осуществления прав и свобод. Государственная Дума назначает на должность и освобождает от должности Уполномоченного по правам человека Российской Федерации в соответствии  с федеральным конституционным законом «Об уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» от 25 декабря 1996 года.  «Должность Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации учреждается в соответствии с Конституцией Российской Федерации в целях обеспечения  гарантий государственной защиты прав и свобод граждан, их соблюдения и уважения государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами»[17] [17]. Важным моментом функционирования данного закона является то, что Уполномоченный в своих действиях независим и неподотчетен государственным  органам и должностным лицам,  руководствуется Конституцией РФ, федеральным конституционным законом «Об уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», общепризнанными нормами и принципами международного права, международными договорами РФ. Деятельность его дополняет существующие средства защиты прав и свобод граждан

Вопрос № 66. Обязанности граждан

Если правам и свободам личности в действующей ныне Конституции и в литературе уделяется большое внимание, то этого нельзя сказать об основных обязанностях. В Конституции содержатся лишь

пять статей, посвященных обязанностям. В литературе же имеются лишь отдельные статьи, в которых они анализируются. Отсутствие в литературе полновесного анализа понятия обязанностей вовсе не означает недооценки их роли в правовом регулировании поведения членов нашего общества. Напротив, все авторы, в

той или иной мере затрагивающие проблему обязанностей, довольно единодушно подчеркивают их важное значение в укреплении общественной дисциплины и правопорядка. Видимо, причина недостаточной

разработки понятия юридической обязанности заключается в другом - в кажущейся простоте . "В Уголовном кодексе, в законах, регулирующих финансовую деятельность государства, административную деятельность государства и т.д., всюду мы найдем указания на известного рода обязанности и повинности гражданина ". Конституционные обязанности личности - лишь небольшая часть

всех тех обязанностей, которые закон возлагает на нее. Они отличаются от прочих обязанностей граждан рядом особенностей, и все же можно говорить о едином понятии юридической обязанности независимо от того, в каком нормативном акте она записана. Как известно, правовая норма, закрепляя должное поведение

людей, регулирует их деятельность посредством установления либо прав, либо обязанностей. Категория "должное поведение", т.е. поведение, обеспечиваемое принудительной силой государства и соответствующей санкцией в юридической норме, отражает специфику права в целом, отличие правовых от всех других социальных норм. Однако она не дает достаточного представления о правах и обязанностях как таковых, не делает между ними каких-либо различий. Они в рамках должного существуют в степени долженствования, хотя эту степень категория "должного" не в состоянии выразить. Она не может быть с надлежащей полнотой отражена в категориях "возможности" и "необходимости". Правовая необходимость полнее всего раскрывает существо юридической обязанности. Она, с одной стороны, указывает, что эта

обязанность существует и развивается в рамках должного, установленного законом и обеспечиваемого государством поведения. С другой же стороны, она выражает содержание обязанности и присущую ей

специфику. "Необходимость" для раскрытия обязанности играет такую же роль, какую в понятии прав и свобод личности выполняет "возможность".

В данном случае необходимость указывает то направление, в котором должен идти научный поиск при определении понятия юридической обязанности. Очевидно, юридическая обязанность есть не

просто должное (правомерное) поведение, а это также и характеризуемое определенным качеством (вид) и находящееся в определенных границах (мера) поведение. Здесь налицо переход от сущности первом порядка к сущности втором порядка. Вторая выражает специфику правовой обязанности полнее и глубже, чем первая, и потому она является содержательнее ее.

Н.С. Братусь и С.Ф. Кечекьян определяют обязанность не через "должное", а через "долженствование". По мнению С.Н. Братуся, "обязанность, будучи мерой поведения, означает "долженствование",

необходимость этого поведения со стороны обязанного лица...". "Долженствование", как и "необходимость", в отличие от "должного" выражает внутреннюю сторону обязанности. Оно позволяет взглянуть на обязанность как бы изнутри ее, со стороны обязанного субъекта, а не государства, установившего должное поведение и озабоченного тем, чтобы оно было исполнено. С.Ф. Кечекьян, раскрывая понятие обязанности через "долженствование", трактует его как "необходимость" и в своем определении предпочитает использовать термин "необходимость", хотя и оговаривается, что употребление этом термина связано с некоторыми неудобствами. С.Ф. Кечекьян считает, что "правовая обязанность есть обусловленная ... необходимость определенного поведения". Поскольку необходимость чаще всего употребляется в философском значении и здесь не связана с действующими в природе и обществе закономерностями, то он поясняет: необходимость употребляется не только в философском, но и в других смыслах.

Термин "необходимость" в данном случае используется в смысле "социальной связанности" поведения обязанного субъекта. По мнению С.Ф. Кечекьяна, здесь речь идет о связанности, создаваемой право-

порядком, о необходимости, диктуемой нормами права и всей системой поведения людей".-Иначе говоря, содержащаяся в правовой обязанности необходимость в первую очередь вытекает не из объективных законов общественного развития, а из правовых норм. Но с точки зрения установленного государством правопорядка обязанность -это то же общественно необходимое поведение. Как видно, в данном случае идет речь о правовой необходимости, обусловленной природой существующего в стране общественного и государственного строя, т.е. конституционного строя. Как юридическая возможность, так и правовая необходимость особенно отчетливо проявляются в конституционных правах, свободах

и обязанностях людей. В литературе предпринята не лишенная интереса попытка раскрыть понятие обязанности через категорию возможности. Так, Г.В. Мальцев полагает, что "юридическая обязанность есть не только должное, но и возможное в человеческом поведении". Однако содержащееся в обязанности возможное поведение в отличие от возможности, заключенной в субъективном праве, является одновременно и государственно необходимым. "Обязанность, - утверждает он, - есть

возможность поведения, имеющая необходимый характер, т.е, возможное в поведении одновременно является и необходимым" . Как видно, здесь правильно подмечена связь правовой возможности и правовой необходимости. В праве эти категории не только взаимосвязаны, но и взаимно проникают. И, видимо, обоснованно будет характеризовать юридические права и свободы и юридические обязанности качествами возможного и необходимого поведения. Это особенно отчетливо можно проследить на примере конституционных прав и свобод и обязанностей. Как известно, право на основное общее образование является обязательным (ч. 4 ст. 43 Конституции РФ). В этом предписании Конституции заключаются и возможность (право) и необходимость (обязанность). В органическом соединении возможность и необходимость находятся также и в политических правах и свободах. Не следует из этого делать вывод, что как юридические права и свободы, так и юридические обязанности целесообразно раскрывать

через категорию возможности. Мне представляется, что это делать

нецелесообразно. Во-первых, потому, что при этом смазываются различия между правами и обязанностями, поскольку и права и обязанности в равной мере определяются как правовая возможность.

Во-вторых, характеризуя как права и свободы, так и обязанности в виде правовой возможности, нужно оговориться, что в последнем случае речь идет о необходимой по закону возможности. Но необходимая по закону возможность и есть правовая необходимость. Методологически правильнее будет раскрывать понятие прав и свобод через категорию правовой возможности, а юридических обязанностей - через категорию правовой необходимости. Такой подход позволяет установить существующие различия между правами, свободами и обязанностями, вскрыть содержание каждого из этих правовых явлений.

К этому же выводу в итоге приходит сам Г.В. Мальцев. "Государственное признание необходимости поведения, - пишет он, - такова основная специфическая черта обязанностей в отличие от субьективных прав". Хотя понятие обязанностей следует раскрывать через правовую необходимость, вместе с тем нужно помнить, что между необходимостью и возможностью нет барьера, "китайской стены", что необходимость, имея строгие рамки, содержит в себе известные возможности. Носитель конституционных обязанностей, например, должен строго следовать предписанным законом виду и мере поведения, но в границах этого правового требования он может проявлять свою самостоятельность и активность как в постановке цели, так и в ее реализации. В условиях демократического общества обязанное лицо является не пассивным объектом государственного властвования, а активной личностью, для которой практическое воплощение в жизнь

обязанностей есть свободный творческий процесс, полный инициативы и созидания. Конституционные права, свободы и обязанности прежде всего опосредуют отношения и связи между государством и его гражданами. Возлагая на граждан основные обязанности, государство сохраняет за собой возможность в лице соответствующих органов устанавливать содержание и объем этих обязанностей путем издания конкретизирующих актов, определять условия их исполнения, принимать меры воздействия к тем, кто злостно уклоняется от их несения. Подобно тому как конституционным правам и свободам соответствуют обязанности государства, выражающиеся в гарантиях этих прав, так и конституционные обязанности сопряжены с полномочиями государства и его органов создавать, руководствуясь принципами законности, такие условия, предпринимать такие меры, которые должны обеспечить неуклонное исполнение содержащихся в обязанностях предписаний. Иначе говоря, предоставляя гражданам права и свободы и возлагая на них обязанности, государство берет на себя бремя гарантировать эти права и сохраняет за собой возможность в пределах правопорядка прибегнуть к широкому диапазону мер от убеждения до принуждения - с тем, чтобы установленные обязанности были исполнены. В научной литературе имеются другие подходы в области интерпретации природы и содержания основных обязанностей. Их обычно истолковывают либо в связи с правами и свободами, пределами их осуществления, либо с принципами, прежде всего, с идеями равноправия. По словам немецкого исследователя Х. Хофмана, "основные обязанности в сочетании с принципом равенства так сильно выросли с момента своего возникновения, что могут пониматься даже как основное право на равное распределение обязанностей...". В отличие от прав (свобод) основные обязанности имеют широкомасштабное содержание. В Конституции они проявляются прежде всем в форме правового требования исполнять установленные законом вид и меру поведения либо воздерживаться от этого. Вследствие широкой формы обобщения обязанность нередко опирается не только на правовые нормы, но и нормы морали. "Иными словами, основные обязанности граждан сочетают в себе качества юридического веления с качествами морально-идеологического императива, а их нормативность обеспечивается действием своих элементов их содержания, т.е. нравственным долженствованием и юридической обязанностью" . Российская Конституция устанавливает прямое действие своих предписаний (ч. 1 ст. 15). "Права и свободы человека и гражданина, - согласно ст. 18, - являются непосредственно действующими". Если закрепленные конституцией права и свободы в отдельных случаях могут применяться непосредственно, то записанные в ней обязанности по общему правилу лишены такой возможности. В самом деле, ст. 57 предписывает каждому обязанность платить установленные законом налоги и сборы. Как видно из содержания указанной статьи, тут провозглашается общий принцип - "платить установленные законом налоги и сборы". Однако для осуществления этого принципа недостаточно выполнения лишь этого правила. Для претворения в жизнь этом требования необходим специальный закон или даже несколько,

которые определяли бы субъектов налогообложения, размер и виды налога и пр.". Поэтому прямое действие норм, закрепляющих конституционные обязанности, без подкрепления их специальным законодательством крайне затруднительно или вообще невозможно. Обязанности в основе правового статуса человека и гражданина в реальной действительности выполняют разнообразные многоцелевые функции и социальные роли. В литературе они характеризуются следующим образом: одно из составляющих правового статуса личности; вид и мера должного поведения; гарантия и необходимое условие осуществления прав и свобод граждан; фактор укрепления законности и правопорядка, выполнения функций государства".

Если юридические права характеризуются содержащейся в них личной свободой, то наиболее существенное в обязанностях заключается в ответственности за исполнение предписаний закона. Ответственность - социально-правовой фактор, который, с одной стороны, связывает обязанного субъекта существующим правопорядком, а с другой - стимулирует его активность, обеспечивает строгое и неук-

лонное исполнение обязанности". Конституционные обязанности устанавливаются как в целях осуществления интересов всего общества, государства, так и в интересах каждого отдельного гражданина. Обязанности, подобно конституционным правам и свободам, не следует отрывать от целей, выражением которых являются интересы. Весь проделанный анализ позволяет определить понятие конституционных (основных) обязанностей. Конституционная "основная" обязанность - это установленная государством в интересах всех членов общества и закрепленная в его Конституции необходимость, предписывающая каждому гражданину определенные вид и меру поведения и ответственность за ненадлежащее его исполнение.

Вопрос № 67. Правомерное поведение. Понятие и виды.

Субъекты права ежедневно вступают в различные по своему характеру и содержанию правоотношения, реализуют субъективные права и обязанности. Общество и государство заинтересованы в нормальном функционировании правовых отношений, которое возможно в случаях соблюдения, исполнения и использования норм права. Норма права выступает эталоном для оценки поведения как правомерного или как противоправного. Отражая важность тех или иных вариантов поведения, в норме права одни поступки запрещаются, другие, наоборот поощряются, а третьи – ограничиваются. Такие разновидности поведения носят название правового поведения, которое может быть правомерным и неправомерным (противоправным). Поведение, находящееся вне сферы правого регулирования, не может оцениваться как правомерное или противоправное и не является правовым, оно безразлично для права и компетентных органов. Например, налоговым органам безразлично сколько раз налогоплательщик изучал предписания налогового законодательства, их интересует только полнота и своевременность уплаты налога.

Правомерное поведение субъектов права можно определить как их «деятельность в сфере социально-правого регулирования, основанную на сознательном выполнении требований норм права, которое выражается в их соблюдении и использовании»

Так же можно дать ещё определение правомерного поведения.

Правомерное поведение - это массовое по масштабам социально полезное поведение людей и организаций, соответствующее правовым нормам и гарантируемое государством.

Правомерному поведению присущи следующие признаки.

Во-первых, правомерное поведение соответствует требованиям правовых норм. Человек действует правомерно, если он точно соблюдает правовые предписания. Это формально-юридический критерий поведения. Нередко правомерное поведение трактуется как поведение, не нарушающее норм права. Однако такая трактовка не вполне точно отражает содержание данного явления, ибо поведение, не противоречащее правовым предписаниям, может осуществляться вне сферы правого регулирования, не быть правовым.

Во-вторых, правомерное поведение обычно. Это действия, адекватные образу жизни, полезные (желательные), а порой необходимые для нормального функционирования общества. Положительную роль оно играет и для личности, ибо благодаря ему обеспечивается свобода, защищаются законные интересы.

В-третьих, правомерному поведению присущ признак, характеризующий его субъективную сторону, которую, как и у любого другого действия, составляют мотивы и цели, степень осознания возможных последствий поступка и внутреннее отношение к ним индивида. При этом мотивы отражают не только направленность (нарушает или нет нормы права), но и характер, степень активности, самостоятельность и интенсивность поведения в ходе реализации. Субъективная сторона свидетельствует об уровне правовой культуры личности, степени ответственности лица, о его отношении к социальным и правовым ценностям.

Классифицировать правомерное поведение на виды можно по различным основаниям. В качестве критериев классификации можно назвать: степень социальной значимости; мотивы поведения и степень активности субъекта; формы реализации права; отраслевую принадлежность; субъективный состав.

Правомерное поведение по степени социальной значимости подразделяется на: необходимое; желательное; допустимое. Если взять за основу мотивы поведения, характеристику волевых и сознательных процессов и степень социальной активности, то правомерное поведение классифицируется на: социально-активное; привычное; конформистское; маргинальное. В зависимости от формы реализации норм права правомерное поведение может выразиться в виде соблюдения, исполнения и использования. По субъектному составу оно классифицируется на индивидуальное и коллективное. Отраслевая принадлежность (урегулированность той или иной отраслью права) позволяет выделить следующие виды правомерного поведения: конституционное; уголовно-правовое; трудовое; гражданско-правовое и т. д. В зависимости от активности субъекта правомерное поведение может выражаться в форме действия или бездействия. На основе критерия социальной значимости оно может быть необходимым, желаемым и допустимым.

Причём такие классификации являются весьма условными. Так, социально-активное поведение может быть одновременно и уголовно-правовым, и характеризоваться использованием предоставленных правомочий. Например, если субъект реализует право на необходимую оборону или право на задержание лица, совершившего преступление, то его правомерное поведение одновременно является уголовно-правовым, социально-активным и характеризуется использованием предоставленных ему субъективных прав.

Рассмотрим характеристики необходимого, желательного и допустимого правомерного поведения.

Некоторые виды правомерного поведения объективно необходимы для нормального функционирования общества и государства. Так, государство не сможет реализовать функцию обороны без исполнения гражданами обязанности по защите Родины, а социальная функция государства не сможет эффективно осуществляться без исполнения обязанности по уплате налогов, так как реализация многочисленных социальных программ зависит от их обеспеченности соответствующими налоговыми поступлениями в государственный бюджет. Необходимым будет являться и поведение, обеспечивающее реализацию прав и свобод человека, а субъекты, являясь включенными в сферу правого регулирования, должны уважать и соблюдать права других членов общества и при реализации своих прав и свобод не злоупотреблять ими. Варианты необходимого поведения закрепляются в императивных нормах в виде обязанностей, а их соблюдение обеспечивается угрозой государственного принуждения.

Другие виды правомерного поведения, не будучи столь необходимыми, являются желательными для общества (занятие предпринимательской деятельностью, обжалование неправомерных действий финансовых органов, научное творчество, направленное на совершенствование финансовой системы государства и т. п.). Желательные варианты поведения формулируются не в виде обязанностей , а как право субъекта, реализация которого во многом зависит от воли и сознания самого управомоченного лица. Стимулируя желательное поведение, государство за его совершение может устанавливать поощрительные санкции.

Возможно, правомерное социально допустимое поведение. Таковы, например, минимизация налогообложения, совершение действий, направленных на переход к упрощенной схеме налогообложения, добровольная ликвидация юридического лица, развод, частые смены работы и т. д. Государство не заинтересовано в их распространении, но это действия правомерные, дозволенные законом, а потому возможность их совершения обеспечивается государством.

Рассмотрим характеристики маргинального, конформистского, привычного социально- активного правомерного поведения.