Со мною вот что происходит...

Эта книжка для детей ч взрослых, для совместного чтения и чтения на­едине с собой. В ней автор говорит с читателями о кризисных возрастных периодах, которые есть в жизни каждого человека. Текст книги представля­ет собой письма детей и взрослых друг другу и их письма самому себе. Главная задача автора - способствовать развитию понимания между людьми разных возрастов, между взросльши и детьми.

От автора - читателям, детям и взрослым

«Дорогие читатели, спешу сообщить вам о том, что все в жизни меняется. Эту старую новую истину мы все прожили и переживем еще не однажды. Все меняется быстро или медленно, иногда очень быстро, а иногда очень медленно. Психологи, изучая человеческую жизнь, обна­ружили существование в ней кризисных периодов, когда изменения в самом человеке происходят очень-очень быстро. Иногда так быстро и в неожиданном направлении, что это даже пугает окружающих, дай у самого человека вызывает много неприятных переживании.

В детстве такие кризисные периоды обычно связывают с периодом новорожденности, с возрастом одного года или чуть более, с тремя годами, а также с шестью-семью годами, затем следует знаменитый своей известностью кризис подросткового возраста, а потом, примерно через семь лет, человек, уже взрослый, переживает кризисы.

Все эти отрезки жизни, так непохожие внешне (сравните пове­дение трехлетнего и взрослого!), очень похожи по тем изменениям, которые они вызывают. Что же меняется в человеке, в его внутрен­нем мире? Можно ответить одним предложением, очень кратко -человек узнает свои новые качества, свои новые свойства, как бы узнает о себе новое. Меняется сам, а значит, приходится изменяться всему, всем, что и кто его окружает.

Человек узнает свои новые физические возможности - знако­мится со своим телом, учится жить с ним - растущим, а потом естественно стареющим.

Но самое главное - человек открывает в себе свой внутренний мир как только ему принадлежащие мысли, чувства, желания, возможно­сти, он обобщает их в представлении о себе, а своем Я и своем НЕ-Я, так он учится жить в ладу с самим собой и с другими людьми.

Научиться этому совсем не просто - каждый человек в чем-то противоречит другим людям, в чем-то не согласен с самим собой. Эти противоречия обостряются в кризисные периоды, делая отношения человека к себе и к другим людям особенно сложными. Именно в этой противоречивости и сложности рождаются новые качества самого человека, его новые знания о других людях - он учится жить.

Хотелось заглянуть в переживания людей во время кризисов, по­смотреть на мир их глазами, а также увидеть то, что происходит с точки зрения других людей. Показалось, что жанр письма был бы здесь более уместен, чем какой-либо другой. Вот эти письма...

Глава 1. Ненаписанные письма (Из хроники жизни младенца)

Письмо 1. (Всем)

«Мне уже два месяца, сегодня я увидел, что кроме меня в этом мире есть вы - другие люди. Я очень обрадовался, я смотрел вам в глаза, пытался поговорить, тянулся к вам руками и даже ногами. Я очень хотел вас любить. Я уже люблю вас.

Любовь такое сложное чувство, никогда не знаешь, как его вы­разить. Это от избытка чувств я укусил мамину грудь. Она ведь меня простила? Я не хотел, я не знал, что делал больно, я думал, что это тоже любовь.

Когда я закрываю глаза, вы исчезаете, и мне некого любить. Я должен тут же открыть глаза, чтобы вы были. Без вас я могу любить только себя - вот мои пальцы, пятки, а это что такое во рту? Соска! Придется выбросить. Вот это уже интереснее, видимо, это мои волосы, почему-то больно... Что это упало мне на глаза? Это же мои руки!

Если попробовать убрать, то сразу видно маму, а если еще раз закрыть рукой глаза... О, да это замечательная затея. Игра в «ку-ку» - это то что надо, для того чтобы обнаружить не только для себя вас, но себя для себя. Не держите мои руки, не закрывайте мои глаза надолго, а то мне страшно - вдруг я больше не найдусь... Нашелся, я нашелся, да и вы тут.

Что это вы от меня хотите? Я уже показывал зайца, я уже прино­сил мишку. Еще раз? Ладно, принесу! Еще? Ну нет, не буду, не буду вас слушаться!

Я сам себя буду слушаться, я ручки спрячу и не буду, не буду, не буду...

Вы недовольны? Вы думаете, что я не слушаюсь. Правильно, пра­вильно, я вас не слушаюсь, а себя я слушаюсь. Я уже знаю, что я есть, что у меня есть не только руки-ноги-голова, но и в голове что-то...

Точно не знаю, как это называется, но оно говорит мне: «Не слушайся других, а слушайся себя»...

Не боитесь, я только недолго не слушался. Вот я уже снова с ва­ми и я снова ваш, а вы мои. Я только хотел вам показать, что я -часть вас, я сам, я отдельный, у меня могут быть и есть свои жела­ния, просто я не всегда могу их выразить.

Что с вами происходит? Вы всегда все знаете, все можете уга­дать. Поразительно... Я наблюдал за этим, сначала радует то, что вы все знаете, но очень быстро вы становитесь грустными, скучными. Если происходит уже известное для вас, то вы редко смеетесь. А я так люблю смеяться!

Что если попробовать вас рассмешить? Например, так:

- Ава-мяу!

Почему вы не смеетесь, ведь так не бывает. Собаки не мяукают. Поняли, заулыбались, и мне стало веселее, да и сил прибавилось. Теперь не только я делаю то, что вы хотите, но и вы делаете то, что я придумал для вас. Мы стали понимать друг друга, мы стали изме­нять друг друга.

Но как это трудно, управляться с такими большими, как вы, - не выразить то, что я от вас хочу. С языком у меня еще плоховато, вот после двух лет, говорят, будет проще.

А пока приходится иногда и пореветь, и даже на пол упасть, что­бы вы - другие люди - поняли, что я от вас хочу.

Хочу немного - любви и радости.

Письмо 2. (Ответ единственному)

«Как мы тебя ждали и уже любили. Я думала, что все мои чувст­ва и мысли изменятся - так и произошло. Но сколько хлопот свали­лось на меня, нет ни сил, ни времени прислушаться к себе, да, порой, и к тебе - стирка, уборка, бессонные ночи... Устаю очень...

Я себя не оправдываю, это очень трудно сразу привыкнуть к те­бе. Ты какой-то незнакомый и родной одновременно, то улыбаешься даже во сне, то кричишь неизвестно почему и так трудно тебя успо­коить. Вчера вот вздумал кусаться... С чего бы это? Я даже испуга­лась и никому об этом не сказала.

Нашел себе занятие: рассматриваешь свои ручки, ножки, за во­лосы тянул себя и кряхтел смешно при этом. В прятки со мной игра­ешь и уже не слушаешься. Скажу тебе, что в этом мало для меня приятного, ведь я должна тебя всему научить. Как же я это сделаю, если ты уже меня не слышишь, да еще и смеешься при этом.

А упрямый! Ни за что не сделаешь то, что не хочешь. Даже во­пить начинаешь и ногами раз топал. Умные люди уже советовали шлепать тебя, да не могу - жалко. Но ведь недаром говорят, что детей надо учить, пока поперек лавки лежат... А ты уже вон какой большой - скоро полтора года будет, уже шутить научился. Не любишь, когда я грустная, да я не грустная, не бойся, я просто устала... Что ты еще от меня хочешь? Да, этот разговорчик только я могу понять. Вот бы записать все эти твои: «ти, ту... ав...» Нужен был бы переводчик с детского на взрослый, но ничего, справляем­ся пока сами...

А ты хотел, чтобы я взяла твою собачку и одела ее. Я так и сделаю...»

358