§ 2. Психолог и юридическая практика

В юридической практике существует несколько видов деятельности, где непосредственно используются параметры психологической информации, - следственная и адвокатская практика.

Для следователя естественно восстановление логики собы­тий, основанных на вероятностной модели поведения че­ловека, чем точнее будет обобщенная модель поведения чело­века, которой он владеет, тем более точно будет построено профессиональное действие по воссозданию конкретных об­стоятельств и конкретной логики изучаемого человека или группы людей.

Естественно, что адвокат в своей практике тоже ориенти­рован на конкретизацию обобщенной модели поведения че­ловека в конкретных обстоятельствах. Думается, что одно из существенных различий в этих видах юридической практики связано с критериями правильности (с точки зрения про­фессионала) процесса профессионального мышления. Пред­ставляется возможным увидеть эти различия в том, что для следователя важна объективная достоверность, подтверждае­мая реальными фактами, тогда как в практике адвоката большое значение имеет субъективная обоснованность для человека логики его действий.

236

Если грубо провести линию различий, то она выглядела бы примерно так: следователя интересует, что было на самом деле, адвоката интересует, почему произошло то, что было.

Отсюда и различие в использовании психологической ин­формации: для следователя актуальнее вопрос о том, что де­лал человек, для адвоката - почему он это делал.

Формулируя запрос к психологу, представители юридиче­ских специальностей ориентируются на обобщенную модель человеческого поведения, которую необходимо применять как средство мышления о конкретных обстоятельствах инди­видуального действия человека.

Перед психологом возникает совершенно специфическая задача - задача воссоздания субъективной логики поведения 'Человека в исследуемых обстоятельствах. Думается, что есть смысл выделить специфику предмета взаимодействия пред­ставителей юридических специальностей и психолога и, соот­ветственно, ее отличие от других возможных вариантов со­трудничества представителей смежных профессий.

Видится эта специфика в том, что и юристы и психолог, ра­ботающий с ними, конкретизируют модель поведения человека. Хотелось бы выделить все эти слова, чтобы подчеркнуть, что в совместной деятельности психолог и юрист непосредственно обращаются к сущности человека и формам ее конкретизации.

Категория ответственности, ее обязательная включенность в модель человеческого поведения, отличают поведение чело­века от поведения животных. Именно через эту категорию проходит линия конкретизации (в мышлении профессионала) о логике индивидуального поведения.

Психолог может и должен дать юристам сведения об ин-'дивидуальных вариантах использования категории ответст­венности в модели поведения человека.

Это будет исходная категория, определяющая использова­ние психологической информации об участниках профессио­нальной деятельности юриста. Представим это в виде схемы.

Таким образом, предметом взаимодействия представите­лей юридической практики, лиц, заинтересованных в ней, и психолога являются нормы ответственности.

Психолог, через получение психологической информации может и должен решить следующие проблемы:

- проблему адекватного использования юристом катего­рии ответственности в модели человеческого поведения;

- проблему индивидуального видения категорий ответст­венности лиц, участвующих в профессиональной деятельно­сти юриста;

237

- проблему адекватного отражения юристом степени владения другими участниками его профессиональной дея­тельности категорий ответственности;

- проблему адекватного отражения лицами, участвую­щими в профессиональной деятельности юриста, его уровня владения категорией ответственности;

- проблему соответствия юридической нормы ответст­венности и индивидуального содержания категорий ответ­ственности.

Через решение этих общих проблем психолог может ока­зывать конкретную психологическую помощь всем участни­кам юридической практики с целью достижения ими взаи­модействия, адекватного предмету профессиональной дея­тельности юриста, определяя содержание психологической информации, соответствующее категории ответственности в модели человеческого поведения в каждом конкретном случае.

С сожалением приходится констатировать, что в наше время в нашей стране очень мало работ по психологическому обоснованию законодательной деятельности, но буду наде­яться, что времена изменятся и современные психологи ска­жут свое слово и о законах социальной жизни.