1.3. Функциональный анализ культур

Когда возник функциональный анализ? В некоторых публикациях утверждается, что авторами функционального метода являются Б.К. Малиновский и А.Р. Рэдклифф-Браун, а посвященные ему рабо- ты появились в конце 30-х – начале 40-х годов XX века. В принципе это так, но сами «отцы» функционализма вряд ли согласились бы с подобным утверждением. По их мнению, функциональный подход является естественным взглядом на культуру, и многие исследова- тели, начиная с Геродота, фактически пользовались им, сами того не осознавая, подобно тому, как герой Мольера господин Журден гово- рил прозой (см. главу 8).

Для достижения каких целей предназначался функциональный анализ? Первоначально функциональный подход использовался, по выражению Малиновского, для понимания сущности «чужих – а следовательно, диких и варварских – культур» [5, 681]. Впоследствии, однако, усилиями Т. Парсонса, Р. Мертона, С. Липсета и других со- циологов он стал использоваться для изучения современных обществ. С точки зрения Б. Малиновского, функциональный подход имел двойное предназначение. Во-первых, он играл роль метатеории, то есть способа организации теоретического знания о какой-либо куль- туре. Во-вторых, функциональный подход должен был служить осно- ванием для методики сбора информации о культурах других народов в ходе полевых исследований.

Поскольку функциональный анализ изначально возник как метод межкультурных исследований, в настоящее время он может найти новое применение. Последние десятилетия отмечены значительным всплеском исследований и публикаций, посвященных практическим аспектам межкультурного взаимодействия. В частности, значитель- ное внимание уделяется формированию межнациональных коллек- тивов и межкультурному деловому общению. Несмотря на богатый эмпирический материал и массу полезных практических советов, содержащихся в этих публикациях, большинство из них страдает одним очевидным недостатком. Культура этноса рассматривается в них как совокупность отдельных своеобразных норм, ценностей, артефактов, правил поведения, отличающих ее от культурных норм

тех людей, для которых написана книга или статья (обычно от севе- роамериканской или английской культуры). Такой подход, однако, представляется недостаточным. Обучение основам функционального анализа может дать инструмент для самостоятельного освоения реа- лий другой культуры и для налаживания эффективных межкуль- турных контактов.

Против каких взглядов на природу культуры и способы ее моде- лирования был направлен функциональный анализ? Как уже отмеча- лось, основатели данного направления ставили себе в заслугу лишь то, что они сформулировали его принципы в явной форме. Предста- вители многих теоретических направлений антропологии и социо- логии использовали основные принципы функционального анализа. Поэтому не вполне корректным является встречающееся иногда уп- рощенное мнение о том, что функциональный анализ был направлен против эволюционизма и диффузионизма в целом. Малиновский и Рэдклифф-Браун были антропологами, обладавшими очень хорошей теоретической подготовкой и богатым опытом полевых исследова- ний. Естественно, что они не могли отрицать роль диффузии в рас- пространении элементов культуры и целостных культурных комп- лексов, так же, как их эволюционное развитие. Однако они считали неправильным абсолютизацию некоторых методологических прин- ципов, использовавшихся отдельными авторами, принадлежавшими к этим направлениям.

В частности, Б. Малиновский критиковал эволюциониста Л. Мор- гана за предложенную последним типологию развития семьи (см. пункты 8.2.1, 8.3.2). Критике подверглась не сама по себе идея разра- ботки исторической последовательности типов семей. Морган крити- ковался за то, что предложенные им типы не согласовывались ни с одной известной культурной системой. Отсутствовала мифология, от- ражавшая подобные системы родства; не были зафиксированы соот- ветствующие ей правила обмена, и так далее. Согласно постулатам функционализма, все институты, составляющие культуру общества, тесно связаны друг с другом. Невозможно понять истинное значение какого-либо института, если не проанализировать его взаимосвязь с другими.

Критика диффузионизма также касалась вполне конкретных по- ложений некоторых теоретиков диффузионизма, прежде всего, не- мецкого исследователя Ф. Гребнера, разработавшего концепцию геог- рафического распространения элементов культуры, получившей из- вестность как концепция «культурных кругов» (8.2.3). Малиновский критиковал Гребнера по двум причинам. Во-первых, Гребнер рас-

48 ₄₉

сматривал каждый культурный комплекс как совокупность от- дельных элементов. Он не стремился выявить глубинную функцио- нальную связь между этими элементами (хотя и не отрицал того, что они составляют устойчивый комплекс). Во-вторых, Гребнер считал форму элемента культуры относительно независимой от его функции в рамках данной культуры. Такое разделение формы и функции не- посредственно вытекало из основных положений концепции Греб- нера. Для него важно было определить, какой именно артефакт отно- сится к тому или иному культурному кругу. Однако, сделать это, исходя из функциональной нагрузки, практически невозможно. На- пример, лук или топор могли возникнуть независимо друг от друга в самых разных регионах ойкумены. Как определить, что именно этот лук или именно этот топор принадлежат к данному «культурному кругу»? По их функциональным характеристикам это сделать невоз- можно, поскольку представители самых разных племен, выбирая оптимальные приемы охоты или рубки деревьев, могли додуматься до одних и тех же технологических характеристик данных артефак- тов. Следовательно, заключает Гребнер, для решения данной задачи необходимо обращаться к тем характеристикам орудия, которые не связаны непосредственно с его функциональной нагрузкой. К таким характеристикам, по мнению автора, относятся некоторые коли- чественные пропорции и элементы формы предмета, не связанные жестко с его основной функцией. К таким чертам он относит, на- пример, элементы орнамента, которым украшаются орудия, соотно- шения длины рукояти и лезвия топора, и так далее.

Б. Малиновский категорически не согласен с этими тезисами. Во- первых, он считал совершенно необоснованной попытку анализа принадлежности того или иного артефакта к культурному комплексу вне его взаимосвязи с основными институтами данного общества. Во- вторых, Малиновский считал форму предмета тесно связанной с его функцией. Так, орнамент может означать, что топор принадлежит члену того или иного клана, или что он относится к разряду престиж- ных ценностей и не может использоваться при рубке деревьев. В то же время функциональный анализ не противоречит ряду других мето- дологических принципов. В частности, это относится к диалекти- ческому подходу, свойственному марксизму.

Сущность и этапы функционального метода. Согласно позиции основателей, функциональный анализ является естественным подхо- дом при изучении социальных явлений и вытекает из самой природы общества. В полном объеме этот метод может использоваться при всестороннем изучении целостных обществ. Однако подобные ис-

следования встречаются достаточно редко. Обычно антрополог (или социолог) изучают отдельную локальность (китайская деревня у Фэй Сяотуна – см. § 3.4) или отдельный институт («Социология религии» М. Вебера).

К сожалению, Б. Малиновский в своей классической статье не выделил основные этапы применения функционального метода. Возьмем на себя смелость «операционализировать» функциональный метод в том виде, как он изложен самим автором:

1. Идентификация института;

2. Выявление потребностей, удовлетворяемых данным инсти- тутом. Определение его функций;

3. Идентификация социальной общности (или социальных общ- ностей), связанных с деятельностью данного института. Здесь необ- ходимо выделить две разновидности общностей. Во-первых, ту общ- ность, представителей которой обслуживает данный институт. Во- вторых, социальную общность (обычно – группу), которая непо- средственно занята деятельностью по выполнению функций данного института (условно назовем ее «профессиональной группой»). Фик- сация интересов, которые преследуются представителями различных общностей, и, в первую очередь, представителями «профессиональ- ной группы»;

4. Выявление и анализ хартии института;

5. Изучение общих ценностей и норм, связанных с деятельнос- тью данного института. Отметим, что реально действующие нормы и ценности, как правило, не полностью совпадают с теми, что зафик- сированы в хартии. Во-первых, они шире по содержанию, посколь- ку регулируют отношения, которые могут игнорироваться хартией. Во-вторых, могут противоречить тем, которые провозглашаются в хартии;

6. Определение и анализ символов, артефактов, навыков и зна- ний, на которые опирается институт. Анализ соотношения «формы» и «содержания»;

7. Изучение соотношения данного института с другими институ- тами общества. Совмещение и пересечение функций. Противоречия между институтами.

Помимо работ самих функционалистов, образцом функциональ- ного анализа в исторической социологии и антропологии могут быть работы М. Вебера («Протестантская этика и дух капитализма», «Со- циология религии», «Город»), труды Школы Анналов (Ж.Ле Гофф

«Средневековая цивилизация»), работы Э. Тайлора по истории рели- гии («Первобытная культура») и многие другие (см. главу 8).

50 ₅₁