3. Семь нравственных «миров»

Нравственные структуры в ходе истории меняются. Но не в меньшей степени они рознятся друг от друга в зависимости от того культурно-исторического мира, той цивилизации, в которой существуют. В разных культурах и даже социальных группах создаются разные образцы поведения, вокруг которых вырастают самостоятельные этические системы. Эксперты Русской доктрины сводят установки человеческого поведения к нескольким основным типам, которые могут быть описаны следующим образом.

1) Коллективистская установка: «Как другие поступают со мной, так и я должен поступать с другими». В упрощенном виде она звучит: «Будь как все». Эта установка характерна для примитивных обществ Африки и Океании, некоторых древних культур Евразии и Америки. В социально-классовом отношении такая этическая установка характерна для рабочих сословий, для которых профессиональный успех строится на подражании «норме», вписывании в коллектив, приобретении навыков по созданию стереотипной продукции.

2) Установка запрета или табу: «Не поступай с другими так, как они не поступают с тобой», вариант: «Не делай другим того, него ты не хочешь себе». Философы назвали эту установку «золотым правилом этики». Такая моральная система может быть охарактеризована как классический консерватизм. Она была распространена в большинстве культур Востока (наиболее известный случай — «десять заповедей» Ветхого Завета), в Эллинской, Римской и средневековой Западной цивилизациях, а также обществах типа Японии. Консервативная этика воспринимает новации как угрозу нравственному порядку. В социально-классовом отношении этический консерватизм свойствен крестьянам (пахарям, скотоводам), ремесленникам, которые руководствуются не подражанием коллективу, а запретами на определенные модели поведения как неправильные, «греховные».

3) Установка индивидуализма: «Другие должны поступать по отношению ко мне так, как я поступаю по отношению к ним» или в упрощенном виде: «Пусть все будут как я». К ней сводится и категорический императив Канта. К этой же установке восходит и либеральный этический стереотип, который можно определить как взаимное ограничение эгоизмов: «Каждый может поступать как хочет, если он не мешает поступать другим так, как они хотят».

Данная этическая система сформировалась в цивилизации Нового времени — западноевропейских и американских обществах последних нескольких столетий. Ее выразителем является торговое и предпринимательское сословие, которое рассматривает высшие духовные ценности как проекцию мирского строя, нравственность выводят из ее зависимости от физического и материального уклада жизни.

4) Асоциальная установка: «Никто ничего никому не должен». Вариант: «Каждый должен поступать так, как ему удобней и выгодней». Асоциальное поведение не может стать фундаментом для создания цивилизации,

832

но может стать основой «этики» (вернее, системы отсутствия какой-либо сдерживающей этики) для паразитических групп, не производящих каких-либо ценностей. Аморальность и ориентация на сиюминутную пользу, свойственная паразитам, проявляется в двух основных вариантах: пассивном, связанном с собирательством (каста «неприкасаемых» в Индии, бомжи), и активном, «побирушничестве», иногда переходящем в форму кражи или присвоения того, что осталось без присмотра. Пример «асоциальных сообществ» — таборы некоторых кочевников.

5) Антисоциальная установка работает по принципу обратного знака: «Я не буду делать другим того, что они делают мне, я буду делать другим то, чего они не делают мне». Антисоциальное поведение предполагает отрицание окружающего мира, нигилизм, нарочитое хулиганство, насилие или грабеж. Эта своеобразная «этика» противостоит цивилизации как таковой, она свойственна варварству и криминалу, пиратским бандам, агрессивным племенам, промышляющим разбоем и войной, некоторым тайным обществам.

При этом существуют и усложненные формы криминала, которые предполагают не просто разрушение и ограбление цивилизации, но и ее использование, то есть изощренные формы паразитизма. Таковы, например, торговля наркотиками, преступления, связанные с мошенничеством, обманом, азартными играми и т.п. В современном теневом бизнесе происходит сращение криминальных и легальных структур, их взаимопроникновение. Такой вид антисоциальных систем — самый опасный, поскольку он маскирует паразитизм под видом внешне нормальной цивилизации, создает «химерические образования» (даже целые государства), выстроенные на перевернутой этике преступного мира.

6) Евангельская установка: «Не делай людям того зла, что делают они тебе, делай им добро, даже если они тебе его не делают». Существование этого типа поведения не привязано к одной конкретной цивилизации, но фактически поддерживает духовные основания любой из них, их ценностную вертикаль. Представления о «святости», «праведности» даже в рамках одной культуры могут быть весьма разнообразными. Тем не менее, отражаясь в идеалах духовного сословия разных обществ, данная «этическая система» отражает и особенности каждой конкретной цивилизации. В части 1 Доктрины (гл. 8) мы писали о том, что в государственной политике России, особенно международной, нередко проявлялись чрезвычайно странные черты: помощи слабым и обижаемым вопреки здравому смыслу и политическому расчету. Однако, как мы увидим дальше, это не означает, что России и русским в повседневности свойственна шестая этическая установка, поскольку, хотя указанное политическое «бескорыстие» близко подходит к этическому идеалу «праведности», но все же ему не тождественно.

7) Этическая система России, еще не вполне сложившаяся, скорее может соответствовать другой центральной установке, пожалуй, самой сложной и загадочной из рассматриваемых здесь: «Не позволяй другим того, чего ты себе не позволяешь». Вариант: «Не позволяй ни себе, ни другим делать

833

то, что ты ненавидишь». Упрощенная формула этой максимы звучит так: «Пусть все, но не я». Данный этический тип ведет себя правильно (с его собственной точки зрения) несмотря на других, и очень часто вопреки другим. Это нравственный мир воина, не наемника, а скорее рыцаря, воина — защитника идеала. Очевидно, что к этой установке приближается аристократия, благородное воинское сословие в разных культурах. Такая моральная система может быть охарактеризована как динамический консерватизм в морали.