Глава 19 Психофизиологические механизмы аддиктивного поведения

Термин аддикция (addiction — англ., склонность, пагубная привычка, зави­симость) первоначально применялся к описанию поведения людей, зависи­мых от химических веществ, таких, как никотин, алкоголь, наркотики. Бо­лее глубокое исследование этого феномена определило и более широкий взгляд на аддикцию как специфическое поведение людей, в формировании которого участвуют социальные условия раннего развития, воздействующие на соответствующие физиологические механизмы.

Общей чертой аддиктивного поведения является стремление уйти от ре­альности, искусственно изменяя свое психическое состояние, ограничивая его каким-то одним видом деятельности. В соответствии с тем, какой будет эта деятельность, выделяют зависимость от наркотиков, курения, алкоголя, еды (часто сладкого); в последнее время описаны сексуальная аддикция, ра-ботоголия, кибераддикция (потребность проводить время за компьютером). Люди с аддиктивным поведением характеризуются пониженной стрессоус-тойчивостью, страхом перед жизненными трудностями, отсутствием способ­ности ждать и терпеть, жаждой немедленного осуществления желания (Ко­роленко, 1991; 1994;1999).

Любая аддикция формируется на последовательном чередовании специ­фических психологических состояний, когда переживание напряжения, эмоциональной боли, чувства одиночества сменяется сильным положитель­ным ощущением и запоминается путь приобретения этого опыта устране­ния неприятностей. Аддиктивное поведение развивается как субъективная фиксация на том, что человек считает для себя безопасным и успокаиваю­щим. Мучительные события жизни у лица, не имеющего ни сил, ни умения преодолевать трудности, порождают нестерпимую жажду мгновенного их устранения или немедленного счастья (Короленко, 1994).

Если удается осуществить желаемое каким-то искусственным способом, то формируется связь между этим состоянием и действием, приведшим к нему. Каждое последующее подобное отрицательное переживание будет ус­корять появление указанного действия. В результате человек попадает в ло­вушку, стремясь достичь сиюминутного удовольствия, даже зная об отдален­ных негативных последствиях. По этому механизму наркоман тянется к игле, курильщик— к сигарете, алкоголик— к стакану (рис. 19.1). Каждое

423

Рис. 19.1. Д. Веласкес. Триумф Вакха. Пьяницы.

очередное действие аддикта усиливает вероятность своего повторения че-рез все более короткие промежутки времени.

В возникновении зависимого поведения участвуют не только генетичес­кие факторы, но и специфические условия, способствующие проявлению или непроявлению этих факторов. Существуют способы воспитания, кото­рые благоприятствуют проявлению личностных качеств, повышающих риск аддиктивного поведения.

Одним из таких методов является гиперопека. Родители в этом случае, не доверяя ребенку, предпочитают сами многое делать за него и не развивают в нем необходимых навыков. Позднее, сталкиваясь с реалиями жизни, че­ловек из такой семьи, не обладая умениями преодолевать трудности и до­биваться поставленной цели, не сможет справиться со стрессовыми ситуа­циями и предпочтет уйти от их разрешения, а не совершенствовать свои воз­можности в преодолении фрустрирующих обстоятельств.

Другим вариантом воспитания, облегчающего возникновение аддикции, является авторитарное общение с ребенком. К нему предъявляют повышен­ные требования, лишая права на ошибку. Ему внушают, что любая работа с самого начала должна быть выполнена с высоким качеством, а ошибки вос­принимаются им как указание не на отсутствие умения, а как несовершен­ство его личности. В ребенке воспитывается глубокое чувство вины и зави­симости от людей, которые умеют делать все и отвечают за все. Очевидно,

что нет людей, все делающих только хорошо, как нет и таких, кто способен отвечать за все. Более того, процесс обучения основан на последовательном исправлении ошибочных действий. Выросшие в авторитарной семье легко _идут на поводу у тех, кто может предложить быстрый и “легкий” уход из трудных обстоятельств в другую, не столь удручающую реальность.

Образно говоря, для психологически зрелой личности мир представляется ареной, на которой можно творить и воплощать свои желания, тогда как для аддикта мир выглядит тюрьмой, вырваться из которой позволяет не поступок, а уход из реальности любым доступным способом (Peele, Brodsky, 1975). Со­гласно этому представлению, аддикция — это в той или иной мере уклонение от взрослой ответственности, свойственной психологически зрелой личности. Прежде чем перейти к рассмотрению отдельных вариантов аддиктивного по­ведения, опишем психофизиологические основы его формирования.

Участие системы подкрепления в формировании аддикции

Аддиктивное поведение формируется по механизму оперантного обуслов­ливания (см. главу 15) и зиждется на наличии у человека системы подкреп­ления, активация которой увеличивает вероятность повторения действия, предшествующего ее активации. Начало изучения этой системы связано со случайным открытием центра удовольствия.

В 1954 г. Д. Олдс занимался исследованием влияний электрического раз­дражения ретикулярной формации среднего мозга на процесс обучения. Для этой цели был разработан эксперимент, в котором крысы, забегавшие в оп­ределенный угол клетки, испытывали электрическое раздражение ретику­лярной формации. Оказалось, что после каждого пребывания в этой части клетки (то есть после каждой стимуляции) крысы все реже и реже попада­ли в нее вновь. Это свидетельствовало о том, что электрическое раздраже­ние ретикулярной формации было неприятно, и животное предпочитало его избегать.

Однако, одна из крыс вела себя отличным от других образом и с каждой стимуляцией оставалась в этой части клетки все дольше, попадая туда все чаще. Возникло предположение, что введенный электрод был фиксирован не в ретикулярной формации среднего мозга, а где-то в области гипотала­муса, что и привело к изменению реакции животного. К сожалению, мозг этой крысы был позднее утерян, и точного ответа о причинах ее изменен­ного поведения получить не удалось.

Позднее Д. Олдс, стремясь найти те структуры, раздражение которых вле­ чет повторную стимуляцию, продолжил исследование. Группе крыс имплан­ тировали электроды, соединив их с педалью таким образом, что, случайно нажимая на педаль, животное замыкало электрическую цепь, раздражаю­ щую ее мозг. Подобная экспериментальная ситуация стала называться са­ мостимуляцией. Электроды вживлялись в разные участки мозга, и выявля­ лись те, раздражение которых вело ко все более частым и длительным на­ жатиям на педаль. " _t „.. к

424

425

Рис. 19.2. Сечение мозга крысы, демонстрирующее расположение прилежащего ядра и чер­ной субстанции (Carlson, 1994).

Отдельные животные, случайно нажав на педаль, в дальнейшем делали это сотни раз в течение часа. Возникло предположение, что самораздраже­ние в этом случае имело подкрепляющее значение, то есть усиливало пове­дение, предшествующее раздражению (нажатие на педаль) (см. главу 15). Это было подтверждено дальнейшими экспериментами, в которых выявле­ны случаи, когда число самостимуляций превышало 1000 раз в час.

Сейчас выявлен целый ряд структур, имеющих подобное подкрепляющее значение. К ним относятся обонятельные луковицы, префронтальная кора, nucleus accumbens (прилежащее ядро), хвостатое ядро, скорлупа, некоторые та-ламические ядра, ретикулярная формация среднего мозга, черная субстанция, голубое пятно (Olds, Fobes, 1981). Однако наибольший подкрепляющий эффект отмечен при помещении электродов в медиальный переднемозговой пучок. Его волокна идут от среднего мозга через латеральный гипоталамус в направлении базального переднего мозга. Среди его аксонов есть дофаминергические, но-радренергические и серотонинергические, причем доказано особое участие до-фаминергических нейронов в процессе подкрепления (рис. 19.2).