Циммерлинг. Исландские саги

Посошники сорвали крышу и забросали тех, кто был в покоях, камнями. Потом они взяли бересту, подожгли ее и сбросили через оконце, так что в покоях стало светло. Некоторые были при этом ранены, а многие погибли. Там пал Стюркар, и всего семнадцать человек. Сёрквир был ранен. Девятерым они даровали пощаду.

20.Про кузнеца и Одина

Вту самую зиму перед летним примирением в Несьяр76 проживал один кузнец. Было это после рождества: однажды вечером туда явился всадник и просил бонда о ночлеге, а еще — снарядить в дорогу коня. Бонд сказал, что это вполне посильно. Они встали задолго до рассвета и пошли в кузню.

Бонд спросил:

— Где ты был прошлой ночью?

— В Медальдале,— сказал гость. Это далеко на севере в Теламёрке. Кузнец сказал:

— Быть того не может: ты, верно, отъявленный лжец. Потом он начал ковать, и получалось как-то не так.

— Никогда прежде не знал я подобной ковки,— сказал он. Гость сказал:

— Куй как придется,— и получилось больше подков, чем бонд хотел сделать, но когда подковы вынесли наружу, оказалось, что коню, вроде бы, ровно столько и нужно77. Затем они подковали коня.

Тогда гость сказал:

— Неученый ты человек,— говорит он,— и неумный. Почему ни о чем не спрашиваешь?

Кузнец сказал:

— Что ты за человек, откуда прибыл и куда держишь путь? Тот отвечал:

— Я прибыл с севера страны и долго пробыл в Норвегии, а теперь собираюсь на восток в Швецию; долго был я на кораблях, но теперь придется привыкать к лошадям.

Кузнец сказал:

— Где думаешь быть вечером?

— На востоке в Спармёрке,— говорит тот.

— Это уж точно неправда,— говорит бонд,— туда ведь не доскачешь

иза семь дней.

Тут гость вскочил на коня. Бонд сказал:

— Кто ты? Тот ответил:

Комментарии к текстам саг

Сага о Курином Торире

«Сага о Курином Торире» принадлежит к циклу саг Боргарфьорда. Наиболее древняя ее рукопись — фрагмент пергамента AM 162 G — относится к XV в. Полный текст саги известен лишь по бумажным спискам XVI—XVIII вв.: расхождения между ними сравнительно невелики и носят частный характер. Большинство списков сделаны с ныне утраченного кодекса, известного под именем Vatnshyrna, именно с той части компиляции, которая попала в руки Педера Ресена и сгорела в Королевской Библиотеке в Копенгагене во время пожара 1728 г. Лучшими являются списки, сделанные рукой Аусгейра Йоунссона — AM 501 4to, 175 F fol; они относятся к XVII в. Вторая группа списков восходит к другой редакции саги, текст которой был ближе к фрагменту AM 162 G, нежели к редакции саги Vatnshyrna; наиболее важные из списков этой группы — 165, 486 — датируются XVII в.

Центральное событие саги — сожжение Кетиля Сони произошло, согласно анналам, в 962 г., лишь анналы с Плоского Острова датируют его 963 г. Тородд сын Одда уезжает из страны в следующем, 963 г., а Одд из Междуречья умирает в 965 г. Тяжба Куриного Торира повлекла за собой правовую реформу — после обсуждения тяжбы на альтинге в 963 г. было принято решение об учреждении судов четвертей — т. н. «законы Торда Ревуна» (Gellislög), о чем сообщает историк Ари Мудрый в пятой главе «Книги об Исландцах». Однако в отличие от историков, упоминающих Куриного Торира ради изменений в законодательстве, которые вызвала его тяжба, рассказчика саги интересовал прежде всего сам ход распри: поэтому он избрал в качестве главного героя не поджигателей и не жертву, а предводителя всего Боргарфьорда Одда из Междуречья.

Датировка саги представляет собой интересную филологическую проблему, многократно обсуждавшуюся в научной литературе: при этом реконструкция протографа и устной саги не всегда разграничивались в должной мере. Лучшие работы о саге принадлежат Конраду Мауреру, Бьёртну Магнусу Ольсену и Андреасу Хойслеру.— [K. Maurer. Über die Hœnsa-Þóris saga. München, 1871; B. M. Ólsen. Landnáma og Hœnsa-Þóris saga / Aarbøger for norsk oldkundighed, 1905, 63—80]. Еще в XIX в. были обнаружены текстуальные совпадения между сагой и «Книгой об Исландцах», а также между сагой и различными редакциями «Книги о Заселении Земли». Маурер и Ольсен подробно разобрали расхождения версий «Книги о Заселении Земли» — Melabók, Sturlubók, Hauksbók с текстом саги. Им удалось установить, что лагман Стурла Тордарсон (умер 1284 г.), автор редакции Sturlubók, правил более раннюю редакцию Melabók под влиянием текста «Саги о Курином Торире», которым располагал к моменту записи собственной версии Книги. При этом Стурла опирался также на аббата Стюрмира Карасона (умер 1245 г.), соста-

вившего свою редакцию Книги: версия Стюрмира должна была учитывать историю Куриного Торира. Тем временем, юридический казус, описываемый в саге, стал актуальным в связи с реформой законодательства в 1281 г.: принятие нового закона об изъятии излишков сена вызвало серьезные волнения среди исландских бондов. Симпатии рассказчика саги целиком на стороне нового закона: герой саги Кетиль Соня оказывается жертвой несовершенного законодательства, позволявшего его злому соседу Ториру добиваться его изгнания. Высказывалось мнение, что данный прецедент, запечатленный в родовой саге, послужил дополнительным доводом в пользу правовой реформы, тем более что инициатор новшества, лагман Йон Эйнарссон, был хорошо знаком со Стурлой и вполне мог слышать сагу от него.

Так или иначе, практически несомненно, что по крайней мере в период с 1250 по 1270 гг. «Сага о Курином Торире» уже существовала в письменной форме. Этот вывод в настоящее время никем не оспаривается. Гораздо сложнее решить вопрос об истоках саги и о преемственности традиции. Дело в том. что сага содержит массу неточностей и неправдоподобных деталей. Конфликт Торира с Кетилем описан необъективно: Торир представлен преувеличенно мерзким, а Кетиль сусально добрым. Рассказчик стремится показать, что по отношению к людям вроде Торира продразверстка вполне оправдана; тем самым сага вступает в противоречие с традиционным правосознанием исландцев, осуждавшим Кетиля в качестве грабителя и агрессора. Непонятна и неправдоподобна жестокость поджигателей, не позволившим выйти никому из домочадцев Кетиля.

По сей день твердо не установлено и имя главной жертвы: все источники утверждают, что сожгли Кетиля Соню, но Ари Мудрый (ум. около 1135 г.) называет жертву Торкелем сыном Кетиля Сони. Ари пользовался у современников и потомков непререкаемым авторитетом, поэтому полезно выяснить, что заставило их отклониться от его версии. Большинство комментаторов полагает, что сага опирается на устную традицию, а Стурла Тордарсон — на сагу. Маурер и Ольсен пришли к выводу, что автор саги плохо знал генеалогии и спутал двух тезок — потомка Скаллагрима Кетиля Соню сына Гейра Богатого с Озера Сони (именно так строится генеалогия персонажа в саге) и Кетиля Соню из Эрнольвовой Долины (там стоял хутор персонажа). Сожгли Кетиля из Эрнольвовой Долины; вероятно, именно этим объясняется тот факт, что жители Болот (Эгиль Скаллагримссон и его сын Торстейн) стояли от тяжбы в стороне, чего они не могли бы себе позволить, если бы погибший был их родичем. С другой стороны, ученые исландцы — в XII в. Ари Мудрый, в XIII в. Стурла Тордарсон — якобы видели нестыковку в устной традиции и стремились преодолеть ее путем различных конъектур — замены имен собственных и изменения генеалогий, что внесло дополнительную путаницу.

Все первые комментаторы объясняли расхождения между текстом саги и ученой традицией, воплощенной в книге Ари и в редакциях «Книги о Заселении Земли» тем, что рассказчик следует преданиям Боргарфьорда. Правда, Финнюр Йоунссон, требовавший от родовой саги полной исторической достоверности, допускал, что бытовые погрешности в доступном нам тексте объясняются тем, что он был переработан писцом из другой округи. Андреас Хойслер считал сагу яр-

drengr в гл. XVI) и заступников обиженных, обнаруживают свою полную несостоятельность, а их стремление вмешиваться в дела округи и поступать по справедливости (ср. подначку Куриного Торира в гл. VI) приводит к самым печальным последствиям. В свете данного контраста слова Одда, обращенные к его сыну Тородду — «и дурно же мы тебя воспитали!», звучат в последней главе как суровый приговор и воплощают драму всего семейства: наследники оказались негодными, власть над округой ускользает из рода, старый хёвдинг ощущает свою обреченность.

Если исходить из того, что сага записана в Боргарфьорде, то наиболее вероятным местом записи следует признать его культурный центр хутор Рейкхольт (Reykholt), когда-то принадлежавший Одду, а впоследствии — Снорри Стурлусону: именно там Снорри погиб от рук своих врагов в 1241 г.

Первое критическое издание текста саги было осуществлено Йоуном Сигюрдссоном: Jón Sigurðsson. Íslendinga sögur II, København, 1847. Авторитетным является также издание Хойслера: Heusler A. Zwei Isländer-geschichten. Berlin, 1897 (2. Aufl. 1913). Сага переводилась на датский, немецкий, английский и новонорвежский языки. На русский язык переводится впервые. Перевод сделан с издания: Íslensk Fornrit, III, 1938.

Примечания

1Одд сын Энунда Широкобородого, сына Ульвара; в редакции Melabók Энунд Широкобородый, отец Одда из Междуречья, назван сыном Одда из Крамы, первопоселенца.

2У Одда и Йорунн было две дочери. И это неточно: «Книга о Заселении Земли» сообщает о третьей дочери — Халльгерд, причем подробно рассказывает об обстоятельствах ее смерти (S 152 = H 122; 190—196).

3Йофрид — согласно редакции Melabók дочерей Одда звали Оддфрид и Турид; имя Йофрид носила дочь другого персонажа сага — Гуннара сына Хлив, видимо, поэтому рассказчик спутал их.

4Торви сын Вальбранда упоминается во многих родовых сагах; он был побратимом Одда и был женат на его сестре (а не дочери) Тородде, а Турид, дочь Одда, была замужем за Свартхёвди сыном Бьёрна Золотоноши, братом годи Гримкеля, отца Хёрда, главного героя «Саги о Хёрде». Нынешний хутор с названием Широкое Жилье принадлежал Торви, а место, где стоял хутор Одда было впоследствии известно под названием Древнее Широкое Жилье.

5Эрнольв — первопоселенец. Эрнольвова долина расположена далеко в горах в верхнем течении реки Хвитау. Указание, будто в Эрнольвовой Долине было много дворов неправдоподобно; согласно «Саге о Битве на Пустоши» летние хижины бондов, живших к северу от реки Хвитау, стояли в другой долине — Кустарниковой.

6Торкель Бахрома — хёвдинг, известный своей хитростью и коварством; «Сага о людях из Лососьей Долины», (гл. X, XVIII). Его отец Бьёрн Рыжий (или Ржавый) назван так потому, что «первым из исландцев стал добывать железо из болотной

15В доме сгорели все до единого…Жестокость поджигателей ничем не мотивирована; даже в эпоху Стурлунгов в Исландии было принято выпускать женщин и детей из дома врага.

16Фраза Торбьёрн — человек не простой, и может находиться во многих местах сразу

указывает, что у воспитателя Херстейна была репутация колдуна — это впечатление поддерживается прозвищем Торбьёрна — Stígandi, букв. «быстро рыщущий»: исландцы верили, что человек, успевающий по хозяйству больше своих соседей, заключил союз с альвами или лешими: подобные рассказы широко распространены и в других областях Скандинавии вплоть до нашего времени.

17Они добираются до Широкого Жилья — Расстояние между Эрнольвовой Долиной и хутором Одда слишком велико, чтобы поездка в оба конца могла уложиться

водно утро, если не принимать в расчет связь Торбьёрна с нечистой силой.

18Затем он объезжает дом по ходу солнца с пылающей головней — Одд воспроизводит ритуал первопоселенца, устанавливающего свое право на землю; движение по ходу солнца было прерогативой богов и связывалось с магическим действом; в быту было принято обходить святилище против солнца — ср. «Сагу о сыновьях Дроплауг».

19Заставляя Торбьёрна Рысака с Херстейном появиться у Торкеля Бахромы тем же утром, рассказчик саги забывает, что расстояние между Кривым Ущельем, где жил Торкель Бахрома и Эрнольвовой Долиной составляет 22 километра.

20Херстейн нуждается в твоих мудрых советах — комментаторы установили, что обращение за помощью к Торкелю Бахроме вызвано не только мудростью этого хёвдинга, но и его родственными связями. Гудрид дочь Торстейна Черного, жена Торкеля Бахромы, и Торунн дочь Гуннара сына Хлив были правнучками хёвдинга Торстейна Рыжего; внуком и потомком последнего по прямой линии был также глава рода Торд Ревун сын Олава Фейлана: Херстейну и его воспитателю помощь Торкеля Бахромы нужна для того, чтобы привлечь Торда Ревуна на свою сторону. По-видимому, рассказчик саги нетвердо знал генеалогии персонажей, в связи с чем он выдумал историю о внезапном сватовстве к дочери Гуннара — из всей ситуации естественно сделать вывод, что к моменту сожжения Кетиля Сони его сын Херстейн уже был женат (либо помолвлен) на дочери Гуннара.

21Гуннар сын Хлив упоминается во многих сагах. Генеалогия Гуннара неизвестна, но его родство с хёвдингами из Широкого Фьорда показывает, что он должен был быть знатным человеком. Обозначение по матери (Хлив — женское имя) обычно означало, что отец человека рано умер.

22Дочь Гуннара, к которой сватается Херстейн, на самом деле звали Торунн.

23Торкель сказал, что не хочет принимать ночлег от рабов — знатные гости были вправе рассчитывать, что хозяин выйдет им навстречу.

24Они сидят на плаще Гуннара — известный по многим сагам мотив шантажа хозяина; так поступают, например, Халльбьёрн Сильный и Бьярни в «Саге о Ньяле», гл. CXXXVIII; Торкель и Торстейн в «Саге о людях из Лососьей Долины», гл. LXXV.