Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Скачиваний:
108
Добавлен:
18.05.2015
Размер:
6.8 Mб
Скачать

3. Женский костюм 13 в.

3.1. Нижняя одежда.

Изображений женщин в нижней одежде на Руси очень мало, и ни одной целой женской рубашки до XVI в. археологами пока не найдено. Можно лишь предположить несколько вариантов покроя женской сорочки, основываясь на археологических находках фрагментов рубах на территории Руси и соседних стран.

Показательно, что по данным этнографии в России сосуществовали в одно и то же время несколько вариантов женских рубах – в разных регионах были свои отличия. Вероятно, в Древней Руси такие отличия тоже наблюдались, но из-за недостатка данных в полной мере невозможно их восстановить.

Исследователь костюма Древней Руси домонгольского периода Ю. В. Степанова отмечает на материале погребальных памятников Верхневолжья, что с конца XI – начала XII вв. возрастает число женских рубах с асимметричным (или по центру) разрезом по горловине. С этого времени прослеживается наличие воротников с застежкой на 1-5 пуговиц (Степанова Ю. В. Детали покроя древнерусской одежды по материалам погребальных памятников Верхневолжья // Интеграция археологических и этнографических исследований. Материалы IX Международного научного семинара. - Омск-Нальчик, Омск. ун-т, 2001.С.236-239.). Та же датировка (XI-XII вв.) у воротничков из женских и мужских погребений в суздальских курганах. Вероятно, в это время происходило формирование и распространение традиционной рубахи с вертикальным разрезом от горловины и воротником, застегивающимся на пуговицы, в том числе и рубахи-«косоворотки».

Из возможных покроев женской сорочки наиболее вероятными представляются два варианта. 1. Покрой, реконструированный на основе сопоставления археологических фрагментов женских

рубах X в. из погребений в Пскове и Гнездове (Орфинская О. В., Зубкова Е. С. Предварительные итоги исследования текстиля из погребения № 3 Старовознесенского IV раскопа в Пскове // Археология и история Пскова и Псковской земли. – Псков, 2008. С. 56-75; Орфинская О.В. Текстиль из камерного женского погребения Ц-301 в Гнездове. Стендовый доклад на семинаре "Археология и история Пскова и Псковской земли", 18-20 апреля 2011 г.).

Длительность существования данного покроя подтверждается находками аналогичных женских рубах XVII в. и данными русской этнографии. Практически полное совпадение археологических находок с этнографическим покроем бесполиковых женских рубах позволяет предполагать, что данный вид рубах существовал на протяжении всего Средневековья, а затем, с небольшими изменениями, продолжал бытовать до XIX в. Этнографы относят данный крой к наиболее архаичным. В ряде областей так кроили «покосницы» - ритуальные рубахи, которые носили женщины во время сенокоса. При таком крое рукава рубахи вместе с основными полотнищами (передним и задним) образуют широкую горловину, которую потом собирают в мелкие складки и обшивают полосой ткани. Эта полоса образует и завязки спереди. Рукава суживались к запястью, боковины рубахи были прямые или скошенные.

Рис. 2. Схема покроя бесполиковой женской рубахи.

Ворот женской рубашки мог застегиваться на пуговицу, а мог завязываться. Археологи определяют, застегивалась рубашка или нет по расположению в захоронении в районе шеи погребенной пуговицы или одиночной бусины. В тех случаях, когда таких находок нет, можно достаточно уверенно

предполагать, что ворот одежды (рубашки) завязывался, как у псковской находки.

Рис. Фрагмент ворота с завязками от женской рубахи. (Орфинская О. В., Зубкова Е. С. Предварительные итоги исследования текстиля из погребения № 3 Старовознесенского IV раскопа в Пскове // Археология и история Пскова и Псковской земли. – Псков, 2008. С. 64.)

2. Покрой рубахи с прямой становиной, перегнутой на плечах и со скошенными боковинами. Данный вид женской рубахи зафиксирован в русской этнографии как архаичный, встречается на Русском Севере и среди старообрядцев Сибири. Любопытно, что в XIII-XIV вв. такой крой был широко распространен в Западной Европе. Не исключено его использование и на территории Руси.

Рис. 3. Схема покроя женской рубахи со скошенными боковинами.

В период кормления ребенка, вероятно, носили рубашки с удлиненным центральным разрезом спереди. В Средние века дети-погодки в семьях - обычное дело. То есть, женщина одного ребенка еще выкармливает грудью, а второго уже вынашивает. Поэтому крой женской рубахи должен быть свободным, не стесняющим живот во время беременности. Такая широкая рубаха XVII в. с удлиненным разрезом на груди была найдена археологами в Вознесенском монастыре Московского кремля.

Кроме «повседневных» сорочек, мы можем представить себе один вид древнерусских ритуальных рубах. Известно, что во время языческих игрищ – «русалий» женщины надевали рубахи с длинными рукавами, которые спускались до полу. Наиболее раннее изображение женщины, одетой в рубашку с длинными, как бы льющимися до полу рукавами, есть на русальском створчатом браслете XIII в. из Рязани. Вероятно, сам обряд, в котором участвовали женщины, одетые в столь своеобразные одежды, был связан с культом плодородия земли. Более позднее изображение девушки, танцующей в рубахе с длинными рукавами, находим в Радзивилловской летописи. Миниатюра, изображающая русальские танцы, нарисована очень подробно, со знанием дела. Языческие в своей основе игрища продолжали сохраняться в православной Руси до XVII в., а ритуальные долгорукавные рубахи сохранялись на Руси до XX в., когда уже были забыты многие обряды русалий, но своеобразный наряд сохранился, что говорит о важности ритуала, связанного с плодородием земли. Особо отметим, что популярные в XVI-XVII вв. среди знатных женщин на Руси рубахи-долгорукавки кроились несколько иначе, чем «русальские». Судя по изображениями XIII-XV вв. рукава ритуальных рубах были прямые, а не зауженные к низу, как у рубах XVI-XVII вв.

Рис. 4. Фрагмент русальского браслета из рязанского клада XIII в.

Рис. 5. Миниатюр с изображением языческих игрищ. Радзивилловская летопись, XV в.

Анализ всех доступных источников позволяет сделать вывод, что никакого иного белья, кроме сорочки, женщины в Средние века на Руси не носили. Согласно данным этнографии, в холодное время года женщины надевали под низ две-три рубахи для тепла. Рубахи подпоясывались по талии, создавая своеобразный «колокол», в котором тепло сохранялось до колен, а ниже колен ноги защищали вязаные

чулки. Женские чулки на Руси были известны с давних пор. Так, белые женские чулки упоминаются в русских былинах. Офимья, купеческая дочь, в былине о Хотене Блудовиче, ходит по терему «а в одной тонкой рубашке без пояса, а в одних тонких чулочках без чоботов». В холодное время года женщины, по всей видимости, носили длинные теплые чулки, вязанные иглой из шерстяных ниток. Упоминание о таких чулках находим в книге А.В. Арциховского «Курганы вятичей» Найденные остатки чулок позволили установить их длину – до колена. Они были связаны иглой из толстых и грубых шерстяных ниток, окрашены в красный цвет. Так что не только в белых чулках разгуливали женщины в Древней Руси!

3.2. Верхняя одежда горожанки среднего достатка (жена или дочь ремесленника).

Клады и богатые погребения XII-XIII вв. сообщают нам довольно много данных по костюму высших слоев городского общества Древней Руси. Одежда простых горожан поддается восстановлению с большим трудом. Поэтому кроме археологических находок из древнерусских городов и исследованию были привлечены данные археологических раскопок сельских захоронений. Для реконструкции женского костюма большое значение имеют находки текстиля и украшений из курганов на территории расселения вятичей, особенно находки в Московской области.

Спорный вопрос – носили ли горожанке в XIII в. поневу или этот вид поясной женской одежды в это время уже становится принадлежностью исключительно сельского костюма? Упоминание поневы («понявицы») есть в Суздальской летописи под 1237 г.: «Женщина взяв тело Василька (убитого татарами), и понявицею обвив, как саваном».

Изображение женщин в поневах на русальских браслетах XII-XIII вв. свидетельствуют о том, что этот вид одежды был широко известен в тот период и даже включался в парадный (ритуальный?) женский костюм.

Рис. 6. Изображение женщины в поневе на русальском браслете. Рязань, XIII в.

Фрагменты поневы находят в вятических погребениях XII-XIII вв. в Московской и Тверской областях. В связи с общей скудостью данных по русскому городскому женскому костюму XIII в. нельзя полностью исключить возможность ношения в исследуемый период горожанками поясной одежды, аналогичной этнографической поневе.

Рис. 7. Схема кроя поневы. По этнографическим данным (Пармон Ф. М. Русский народный костюм как художественно-конструкторский источники творчества. – М., 1994. Рис. 73.)

В Московской обл. в вятическом могильнике Новоселки 2 в одном из женских погребений в районе тазовых костей находился фрагмент клетчатой ткани из синих и красных шерстяных нитей. Скорее всего, это остатки поневы. Возраст погребенной женщины определяют в пределах 20-29 лет (Зоц Е. П., Зоц С. А. Реконструкция женского погребального костюма по материалам курганного могильника Новоселки 2 // Археология Подмосковья. Вып. 8. - М., 2012. С. 1161).

Рис. Реконструкция погребального убора. (Зоц Е. П., Зоц С. А. Реконструкция женского погребального костюма по материалам курганного могильника Новоселки 2 // Археология

Подмосковья. Вып. 8. - М., 2012. Рис. 7.1).

Понева – древнейший вид женской набедренной одежды по крою – два или три не сшитых куска ткани (шерстяной или смешанной – из шерсти и ниток растительного происхождения). Орнаменты, украшающие обычно поневу, - ромб и квадрат с точкой, свастика, то есть, символы плодородия. Поневы шились из тканей двух типов: одноосновных и двухосновных. Ткани, имеющие две основы разных цветов, являются наиболее сложными по способам выработки; рисунок образуется переходом нитей одной основы в другую. Переплетение нитей из нижнего слоя с нитями верхнего происходит в виде рисунка геометризированного характера, крупными ромбами, свастическими орнаментами.

К «паневным» можно отнести некоторые фрагменты тканей – «рядинок», названных так из-за редкого переплетения нитей. Ажурные ткани являются обычной находкой в курганах Московской, Владимирской, Смоленской и Калужской области, в финских могильниках Рязанской, Пензенской, Тамбовской областей. Это остатки двухосновных тканей, где одна основа была шерстяная, вторая - растительная. Отверстия в ткани образовались в результате распада растительного слоя ткани.

Русальские браслеты из Галицкого княжества (XII-XIII вв.) предоставляют нам изображение еще одного вида женской одежды – юбки, собранной в частые складки (или полосатой юбки).

Рис. 8. Изображения женщин на русальских браслетах. Галицкое княжество, XII-XIII вв.

В связи с данными изображениями большой интерес вызывает находка фрагментов текстиля XIIнач. XIII вв. из Суздаля (Сабурова М. А. Ткани ХII - начала ХШ в. из Суздаля // Культура Славян и Руси. – М., 1999. С. 290-296.). Из всех находок для нас наибольший интерес представляют фрагменты тонкой ткани полотняного переплетения со следами сборки. Самый большой кусок сшит из трех полотнищ. Максимальная длина сохранившихся частей — 22 см, а ширина полотнищ – 8 см. Все швы, сохранившиеся на фрагментах ткани – запошивочные, что характерно для кроеной одежды. Больший кусок описываемой ткани подогнут на 2 см, затем собран в мелкую сборку и прошит в месте сгиба несколькими параллельными швами в технике "назад иглой". Именно таким образом прошивались сборки на рубахах, сарафанах и поневах в русском традиционном костюме вплоть до XX в., что говорит о непрерываемой традиции шитья.

Собранная в мелкую сборку ткань была обшита лентой из той же ткани шириной около 4 см. Лента была сложена и перекрывала край одежды с двух сторон. Она была подвернута и пришита как снизу, так и частично по середине.

Рис. 9. Фрагмент текстильной находки из Суздаля. Прорисовка швов: а – запошивочный (бельевой), б – шов, собирающий ткань в мелкие сборки, в – схема обшивки верхнего края ткани

лентой.

Исследовавшая находку М. А. Сабурова предположила, что данный образец со сборками, швами и обшивкой мог принадлежать лямочному сарафану. В этнографии такие сарафаны называются «прямыми» или «круглыми». Основным признаком их являются прямые полотнища, собранные в сборку у верхнего края, обшитого лентой, и удерживаемые на корпусе с помощью брителей (лент). Аналоги лямочной одежды можно найти как в женском костюме Скандинавии, так и среди балтских и финно-угорских народов. Однако в случае с суздальской находкой настораживает ширина полотнищ – 8 см. Сложно себе представить, зачем шить сарафан из таких узких полос. Если предположить, что владелица данной одежды была вынуждена в свое врем шить из узких полос, более вероятным представляется пошив именно юбки. Многочисленные складки скрывают швы, и эти швы никак не мешают при носке. Таким образом, нельзя исключить, что суздальская находка – это фрагменты поясной одежды – складчатой юбки на лямках. К сожалению, анализ ткани не был произведен, поэтому мы не знаем, были ли все полотнища одного цвета или разного.

Другой вид женской одежды, широко известный из этнографии, - «глухой» сарафан – так же имеет глубокие корни и появляется в русском костюме в Средние века. Считалось, что в женском городском костюме сарафан, как вид безрукавной одежды, надеваемой на рубаху, широко распространился только в XVI в. Однако по последним данным можно предполагать его наличие в женском костюме уже в XIII в. Если паневные комплексы характерны для территории расселения вятичей, то у кривичей и словен, судя по археологическим находкам, существовала какая-то другая одежда, надеваемая поверх рубахи. По археологическим данным, на территории Владимирского края наиболее часто встречающиеся в погребениях ткани – шерстяные, причем чаще всего – простого саржевого переплетения 2 х 2. Вероятно, именно из таких тканей и шили безрукавную одежду, аналогичную более позднему «глухому» сарафану.

Вероятно, сарафан появился в русском костюме под влиянием одежды финно-угорских народов, а возможно, и под западноевропейским влиянием. В Западной Европе в XIII-XIV вв. бытовала безрукавная одежда, которая шилась точно так же, как известные нам из этнографии глухие сарафаны.

Рис. Схема кроя глухого косоклинного сарафана.

Ю. В. Степанова, проанализировав женские погребения Верхневолжья X-XIII вв., сделала вывод, что в ряде погребений могла иметь место одежда типа туникообразного сарафана «глухого» покроя.

Рис. 10. Варианты женских костюмов с «сарафанами». (Степанова Ю.В. Древнерусский погребальный костюм Верхневолжья. – Тверь, 2009. Рис. 23,5; 77).

Одежду женщина непременно подпоясывала плетеным или тканым узким поясом из шерстяных ниток. Красивая женщина в то время, не должна была быть очень полной. Эффектный пояс подчеркивал женскую талию и привлекал внимание мужчин. Пояс считался одним из наиболее сильных и универсальных защитных средств. Женщина снимала пояс лишь при совершении колдовских или ритуальных действий. Отсутствие на женщине пояса в средневековом «языке одежды» имело эротическое значение. На миниатюре Радзивилловской летописи в распоясанных платьях изображены женщины-язычницы в сцене свидания с мужчинами. В былинах в одной «тоненькой рубашечке без пояса» встречают девушки своих возлюбленных. Во время некоторых языческих обрядов, связанных с культом плодородия, девушки и женщины распоясывали рубахи, как бы демонстрируя готовность к зачатию новой жизни. В нарядных рубахах или платьях без поясов изображены женщины на тверском русальском браслете XII-XIII вв. Какой именно обряд изображен на браслете – сложно сказать, но, скорее всего, данные сцены связаны с культом плодородия. Такие праздники справлялись по всей Руси, не смотря на запреты церкви.

Техника ткачества поясов на дощечках была известна в Древней Руси повсеместно. Наибольшая коллекция тканых на дощечках фрагментов поясов собрана новгородскими археологами. При ткачестве использовали дощечки с двумя или четырьмя отверстиями, переплетение полотняное или саржевое. Узоры новгородских поясов довольно простые – это продольные, поперечные и диагональные полосы, ломаная диагональ, шахматный узор. Нитки обычно натуральных цветов овечьей шерсти. Реже встречаются фрагменты поясов с нитями, окрашенными в красный, синий, желтый и зеленый цвета. Именно такими простыми поясами, вероятно, подпоясывали повседневную одежду.

Нарядные узорчатые тканые пояса с кистями являлись украшением наряда. Таков, к примеру, был пояс, фрагмент которого был найден в одном из погребений Мякининских курганов (Московская обл).

Рис. Фрагмент тканого пояса. Мякининский курганный комплекс. Курган 5, погребение 1. Фото и прорисовка О. В. Орфинской (Захарова Е.П. Женский костюм и его детали по материалам Мякининского курганного могильника // Археология Подмосковья. Вып. 5. - М., 2009. Цветная вклейка)

Фрагменты тесьмы археологи находят в Московской, Тверской, Новгородской, Ленинградской и др. областях. Ширина этих лент обычно не превышает 2 см. Нахождение лент в погребениях - как правило, в зонах, соответствующих вороту, рукавам, поясу. Таким образом, тесьму применяли не только для подпоясывания одежды, но и для ее украшения.

Сложным является вопрос о плащевидной женской одежде. На иконах женщины обычно изображаются в накидке, закрывающей голову и плечи (мафорий - древнеиудейское женское покрывало). Однако данная иконописная традиция не отражает реалий русского быта исследуемого периода.

По фрагментам тканей, обнаруженных в могильниках, а так же по аналогии с женскими накидками финно-угров, можно предположить, что женщины носили прямоугольные накидки из шерстяной ткани.

3.3. Верхняя одежда зажиточной горожанки (жена или дочь дружинника или купца).

Богатство человека, его высокий социальный статус в древнерусском костюме демонстрировались весьма наглядно. В первую очередь, более дорогими тканями, яркостью расцветки, украшениями. В нарядных с отделкой рубахах изображены женщины на тверском русальском браслете

XII-XIII вв.