Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Физический тип древнего населения Беларуси
.pdf
3.3. Следы патологических процессов на останках костей
посткраниального скелета людей из погребений второй
половины ХII в. в г. Друцке Витебской области
Восстановление физического типа населения, проживающего
на территории Беларуси в разные исторические периоды – важная составляющая комплексного подхода к изучению биологии
древних популяций человека. Хотя посткраниальный скелет не
часто использовался в палеоантропологических реконструкциях,
именно он представляет наибольший интерес для эколого-популяционного и конституционального анализа. Результаты изучения морфотипов в современных популяциях показали, что одним
из наиболее перспективных направлений в исследованиях подобного рода может оказаться восстановление картины географической изменчивости древнего населения, прежде всего, по
признакам, характеризующим тотальные размеры тела, их соотношения, пропорции и компоненты состава тела. Как известно,
у современного человека выявлены экологические градиенты
в распределении весоростовых индексов [160, 161]. К сожалению,
имеющиеся в нашем распоряжении палеоантропологические материалы пока недостаточны для анализа внутри- и межпопуляционной изменчивости телосложения древнего населения, проживающего на территории Беларуси в разные исторические периоды. Материалы постепенно накапливаются.
В данной работе представлены результаты исследования пост-
краниальных скелетов из могильника на территории г. Друцка
Толочинского района Витебской области, полученных во время
археологических раскопок 2008–2010 гг., под руководством профессора О. Н. Левко и А. В. Войтехович. Антропологами проведен остеометрический и палеопатологический анализ. Было обследовано 5 мужских скелетов и один женский.
Кости посткраниального скелета из погребения № 1 нахо-
дятся в удовлетворительном состоянии и представлены парными
правыми и левыми ключицами, фрагментами двух лопаток, ребрами, костями позвоночного столба и фрагментами тазовых костей. Сохранились длинные трубчатые кости верхних конечностей – парные правые и левые плечевые, локтевые и лучевые ко-
61
сти, а также мелкие кости кистей и нижних конечностей – парные
правые и левые бедренные, большеберцовые и малоберцовые
кости и мелкие кости стоп.
Наиболее точно определить пол позволило исследование костей таза из погребений № 1 и № 13. Известно, что женский и мужской таз различаются своим функциональным предназначением
и соответственно различиями в строении. Особенность строения
таза из погребения № 13 заключалась в форме большой седалищной вырезки, которая шире, чем у мужчин и образует прямой угол
(рис. 3.11). Исследование фрагментов костей таза из погребения
№ 1 показало, что большая седалищная вырезка образует острый
угол, что характерно для мужского пола.
Особенности костной системы погребенного (массивность
костей, резко выраженный рельеф в местах прикрепления мышц)
также позволили отнести их к мужскому полу. Способом, учитывающим возрастные изменения внешней поверхности отдельных костей (степень изношенности суставных хрящей, изменения наружного слоя трубчатых костей), был определен возраст
как молодой (adultus) – 30–35 лет (ближе к 35 годам).
Рис. 3.11. Половые различия (показаны стрелками) в строении угла большой
седалищной вырезки таза у скелетов из погребений № 1 и № 13: а – у мужского
таза угол большой седалищной вырезки острый, б – у женского таза угол прямой
62
На многих костях мужчины из погребения № 1 отмечаются
различные особенности. На правой ключице больше развит рельеф места прикрепления связки, которая тянет ключицу к первому ребру (рис. 3.12). На левой ключице хорошо развит рельеф
места прикрепления большой грудинной мышцы, которая обеспечивает поворот руки вперед и вверх (рис. 3.13). Судя по местам прикрепления сухожилий на костях скелета, у мужчины из
погребения № 1 можно говорить о сильном развитии мышц поднимающих, опускающих и вращающих плечо. На левой плечевой
кости имеется межмыщелковое округлое отверстие (диаметр 0,4 см)
(рис. 3.14). На теле локтевой кости слева в ее нижней четверти
Рис. 3.12. На правой ключице стрелкой показано сильное развитие рельефа в местах
прикрепления связки
Рис. 3.13. На левой ключице стрелкой показан выраженный рельеф
места прикрепления большой грудинной мышцы (фото с внутрен-
ней стороны ключицы)
Рис. 3.14. На левой плечевой кости
межмыщелковое округлое отвер-
стие (диаметр 0,4 см)
Рис. 3.15. На теле локтевой кости слева
стрелкой показано утолщение
63
утолщение, которое могло возникнуть вследствие сильного ушиба или зажима (рис. 3.15). В нижней трети правой малоберцовой
кости фиксируется костная мозоль, образовавшаяся после заживления перелома или трещины (рис. 3.16). На латеральной поверхности, на границе нижней трети левой большеберцовой кости имеются следы сильного ушиба, осложненного воспалительным процессом (рис. 3.17). Наблюдаются следы периостита
(воспалительного процесса) на границе верхней трети медиальной поверхности большеберцовой кости (рис. 3.18). Такое воспаление надкостницы может возникать после открытых переломов
или ран. Выше середины малоберцовой левой кости (в районе
заднего края) имеются следы ушиба с периоститом (рис. 3.19).
В поясничном отделе позвоночника между 4–5 и 3–4 позвонками отчетливые признаки остеохондроза, т. е. комплекса дистрофических нарушений на суставных поверхностях позвонков, что
сопровождалось уменьшением их высоты, расслоением и дефор-
мацией (рис. 3.20).
По костям конечностей осуществлено индивидуальное определение длины тела, являющейся одним из важнейших показателей физического развития. Иногда в сочетании с другими приз-
Рис 3.16. На правой малоберцовой кости стрелкой показана костная мозоль
Рис. 3.18. На левой большеберцовой
кости стрелкой показаны следы пери-
остита
64
Рис. 3.17. На левой большеберцовой
кости стрелкой показаны следы силь-
ного ушиба
Рис. 3.19. На левой малоберцовой кости стрелкой показаны следы ушиба
с периоститом
Рис. 3.20. В поясничном отделе позвоночника между позвонками у мужчины
из погребения № 1 отчетливые признаки остеохондроза (краевые разрастания
тела позвонков)
наками возможно определение расовой принадлежности индивида. Поэтому определение длины тела на палеоантропологическом
материале имеет как теоретическое, так и практическое значение для суждения о физическом развитии и расовом типе древних народов. В практическом аспекте актуально сопоставление
данных по длине тела древнего населения с материалами современных исследований. На их основании возможно выявление
динамики длины тела во времени. Исследователи уделяют серьезное внимание разработке наиболее объективных методов вычисления длины тела по размерам костей скелета, в первую очередь по продольным размерам длинных костей конечностей. Поэтому в научной литературе по остеологии имеются различные
таблицы и формулы для определения длины тела.
При восстановлении прижизненной длины тела были исполь-
зованы формулы К. Пирсона и А. Ли, М. Троттер и Г. Глезер,
В. В. Бунака [3]. Особенностями различных методов является то,
что каждый из них имеет как преимущества, так и свои недостатки.
Способ К. Пирсона и А. Ли основывается на разработке
и интерпретации материалов по населению Франции (серия
100 скелетов в возрасте от 24 до 99 лет), т. е. способ не учитывает
возрастных изменений костей. Средний рост мужчин в этой серии
составлял 166 см, средний рост женщин – 154 см. Авторы исполь-
65
зовали остеометрические данные по четырем костям – плечевой,
лучевой, бедренной и большой берцовой и для них же предложили формулы определения длины тела. Преимуществом данного
способа является то, что он был разработан для групп населения,
имеющих средний рост, а также то, что, если в распоряжении
исследователя имеется только одна трубчатая кость конечностей,
можно приблизительно установить длину тела индивида.
Таблицы М. Троттер и Г. Глезер были составлены для европеоидных и негроидных групп населения Америки, отличающихся не только высокорослостью, но и долихоморфностью, т. е.
удлиненными пропорциями верхних и нижних конечностей. Недостатком способа является то, что для мезоморфных и брахиморфных популяций расчеты по этим таблицам несколько завышают показатели длины тела. Для таких групп более подходящей
является формула, предназначенная для среднего типа, предложенная В. В. Бунаком. Однако при определении длины тела по
этой формуле обязательно наличие всех длинных трубчатых костей конечностей, что встречается довольно редко среди палеоматериалов.
Прижизненная длина тела мужчины из погребения № 1, рассчитанная по формулам К. Пирсона и А. Ли составила примерно
165,2 см, по таблицам М. Троттер и Г. Глезер – 168,6 см, В. В. Бунака – 166,0 см. В целом, можно говорить о средней длине тела
мужчины из погребения № 1.
Кости посткраниального скелета из погребения № 3 неудовлетворительной сохранности и представлены только сохранившимися фрагментами длинных трубчатых костей нижних конечностей – парными правыми и левыми бедренными, большеберцовыми костями. Аномалий не выявлено. Отсутствие эпифизов не
позволило определить длину кости и длину тела, были осуществлены только некоторые измерения трубчатых костей.
Массивность костей нижних конечностей характерна для мужского пола. Головки бедренных и большеберцовых костей отломаны, что позволяет увидеть внутреннюю структуру кости с истонченным вследствие возрастных изменений губчатым веществом. На внешней поверхности костей также видны старческие
66
возрастные изменения в виде разрыхления компактного слоя
(рис. 3.21). Возрастные изменения структуры наружного слоя кости и ее губчатого вещества вследствие остеопороза и остеосклероза позволили определить возраст как старческий (senilis), старше
60 лет. Плохая сохранность костного материала не позволила обнаружить аномалий костной системы и определить прижизненную
длину тела у мужчины из погребения № 3.
Кости посткраниального скелета из погребения № 13 удов-
летворительной сохранности. Скелет верхних конечностей представлен длинными трубчатыми костями – парными правыми
и левыми плечевыми, локтевыми и лучевыми костями, а нижних
конечностей – парными правыми и левыми бедренными, большеберцовыми костями. Сохранились фрагменты тазовых костей.
Рельеф костей из погребения № 13 в местах прикрепления
мышц сглажен, что тоже может свидетельствовать о том, что скелет принадлежал женщине (рис 3.22). По степени изношенности
суставных поверхностей костей был определен возраст как мо-
Рис. 3.21. Возрастные особенности костного материала: а – трубчатые кости
мужчины старческого возраста из погребения № 3 (старше 60 лет), б – моло-
дого возраста из погребения № 1 (30–35 лет)
67
Рис. 3.22. Различия в размерах и массивности строения бедренных костей из
погребений № 1 и № 13: а – женщины, б – мужчины
лодой (adultus) – 30–35 лет. Особенностей костной системы не
выявлено. Скелет в целом довольно грацильный.
Прижизненная длина тела женщины из погребения № 13,
рассчитанная по формулам К. Пирсона и А. Ли составила примерно 154,2 см, способом М. Троттер и Г. Глезер – 158,2 см,
В. В. Бунака – 156,6 см. Таким образом, женщина характеризуется
средней по тем временам длиной тела.
Кости посткраниального скелета из погребения № 28 плохой
сохранности. Скелет верхней конечности представлен только фрагментами плечевых и локтевых костей. Скелет нижних конечностей представлен парными правыми и левыми бедренными и большеберцовыми костями. Имеются отдельные позвонки.
Скелет принадлежал мужчине зрелого (maturus) возраста –
старше 35–40 лет.
Судя по степени выраженности бугристости на большеберцовой кости и малом вертеле, можно полагать, что у мужчины
из погребения № 28 очень хорошо была развита мускулатура нижних конечностей.
На медиальной стороне правой большеберцовой кости фиксируется след травмы – сильного ушиба в нижней части кости
(приблизительный размер травмы – высота 27 мм, ширина 19 мм).
Имеются разрастания на позвонках, которые свидетельствуют
о постоянном ношении тяжести (возможно, тяжелой амуниции).
Прижизненная длина тела мужчины из погребения № 28, рассчитанная по формулам К. Пирсона и А. Ли составила примерно
68
175,4 см, способом М. Троттер и Г. Глезер – 180,0 см, В. В. Бунака – 176,6 см. Таким образом, длина тела мужчины из погребения № 28 был выше среднего даже по современным меркам.
Кости посткраниального скелета из погребения № 31 плохой
сохранности и представлены фрагментами двух лопаток, ребрами, костями позвоночного столба. От скелета верхних конечностей остались фрагменты плечевых, локтевых и лучевых костей.
От нижних конечностей остались парные правые и левые бедренные и большеберцовые кости. Сохранились фрагменты тазовых костей.
Судя по массивности костей они принадлежли мужчине.
Возраст его зрелый (maturus) – от 45-ти до 50-ти лет. Стертость
ушковидной поверхности вертлужной впадины позволяет определить возраст индивида ближе к 50-ти годам.
На левой большеберцовой кости отмечены последствия травмы
в нижнем отделе, над нижним эпифизом. Следы заживления и сращения большой и малой берцовой костей, как следствие травмы,
осложненной воспалительным процессом. Можно предположить,
что травма была нанесена рубящим оружием по левой лодыжке
мужчине, сидящему на лошади (рис. 3.23).
Хорошее развитие трубчатых костей верхних и нижних ко-
нечностей в местах прикрепления мышц соответствует хорошему
развитию мышечного каркаса у мужчины из погребения № 31.
Рис. 3.23. Следы травм на костных останках мужчины из погребения № 31:
стрелка 1 указывает на след заживления рубленой раны на большой берцовой
кости, стрелки 2 и 3 указывают на ее сращение в дистальном отделе с малой
берцовой костью
69
Отмечается сильное развитие рельефа линии в месте прикрепления камбаловидной мышцы, сокращение которой сгибает и разгибает пятку. Это дает основание предположить, что мужчина
много времени проводил в седле (рис. 3.24).
Отчетливо видно также искривление правой большеберцовой
кости. Возможно, у исследованного погребенного были О-образные ноги (передний край повернут латерально), что может
быть следствием перенесенного в детстве рахита, или, возможно,
мужчина был всадником.
На многих костях из погребения № 31 отмечаются различные аномалии: на уровне прикрепления камбаловидной мышцы
к кости находится дополнительный гребень. На верхнем крае
локтевой кости зафиксирована выраженная бугристость. Отмечается гиперостоз (разрастание костной ткани) обеих головок бедренных костей, что может являться ответной реакцией костной
ткани на большую нагрузку. В ямке вертлужной впадины выявлен пороз, т. е. уменьшение плотности костной ткани за счет
«вымывания» из нее кальция. На позвонках имеются краевые
разрастания. Наблюдается артроз межпозвоночных суставов в поясничном отделе, а также артроз позвоночно-реберных суставов
как следствие поражения суставных поверхностей, возникающих
в результате изнашивания хрящевой ткани.
Прижизненная длина тела мужчины из погребения № 31, рассчитанная по формулам К. Пирсона и А. Ли, составила примерно
Рис. 3.24. Стрелкой показано искривление правой большеберцовой кости,
сильное развитие рельефа линии и дополнительный гребень в месте прикре-
пления камбаловидной мышцы у мужчины из погребения № 31
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]