Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Сильный искусственный интеллект и объектно-ориентированное программирование синтез парадигм

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
УДК [004.8+004.045]:141 ББК 32.973.2 С42
Рекомендовано к изданию Ученым советом ГНУ «Институт
философии НАН Беларуси» (протокол № 11 от 11.12.2024)
Р е ц е н з е н т ы:
доктор философских наук, профессор В. К. Лукашевич,
кандидат философских наук, доцент А. В. Колесников,
Скиба, И. Р.
С42
Сильный искусственный интеллект и объектно-ориен­тированное программирование: синтез парадигм / И. Р. Ски­ба ; Нац. акад. наук Беларуси, Ин-т философии. – Минск : Беларуская навука, 2025. – 279 с.
ISBN 978-985-08-3323-5.
В монографии представлена авторская концепция технотропного подхода к созданию сильного искусственного интеллекта, психо-ма­шин, как альтернатива антропному подходу, порождающему лишь сла ­бый ИИ, лого-машины. Раскрываются ключевые понятия: технотроп­ная психика, сознание и бессознательное. Обоснована принципиаль­ная разница между лого- и психо-машинами, вводится демаркация видов самоорганизации. В качестве основания концепции рассматри­вается переосмысленная парадигма объектно-ориентированного про­граммирования.
Адресована философам, программистам и специалистам в обла­сти ИИ, преподавателям и студентам.
ISBN 978-985-08-3323-5
УДК [004.8+004.045]:141
ББК 32.973.2
© Институт философии НАН Беларуси, 2025 © Оформление. РУП «Издательский дом «Беларуская навука», 2025
ВВЕДЕНИЕ
Проблематика сильного искусственного интеллекта (ИИ) за­хватывает человечество еще с середины прошлого века. Было осуществлено большое количество попыток непосредственного формирования подобной системы. Однако все, что удалось со­здать на данный момент – слабый ИИ. Отчасти это происходит по причине отсутствия единого мнения на тему того, что имен­но должен представлять собой сильный ИИ, как он должен себя вести, как относиться к человеку и прочее.
К примеру, в работах С. Рассела и П. Норвига ИИ определя­ется как наука об агентах, получающих из своей среды результаты актов восприятия и выполняющих соответствующие действия [1]. Д. Хокинс считает, что системы ИИ могут не вполне соответ­ствовать человеку по некоторым критериям [2]. По мнению Р. Пенроуза, разум, наделенный сознанием, просто не может ра­ботать подобно компьютеру, несмотря на алгоритмическую природу многих составляющих нашей умственной деятельно­сти [3]. Согласно оптимистичному мнению И. Белда, именно сейчас настало время разработать и создать системы памяти, построенные по принципу функционирования коры головного мозга, потому что это очень многообещающая сфера как в научном, так и в коммерческом плане [4]. С. Хокинг считает, что «наш ра­зум – это программа, в то время как мозг – аналог компьютера» [5].
Также существует пессимистичный подход к ИИ. К примеру, Д. Баррат считает и пытается доказать, что ИИ, как и деление ядер – технология двойного назначения [6]. И. Маск заявляет, что ИИ «обладает потенциалом для уничтожения цивилизации» [7]. Один из ключевых экспертов в области перспектив ИИ
3
Э. Юдковский считает, что «ключевая опасность – перспектива создания не такого интеллекта, который будет конкурировать с человеческим, а такого, который будет превосходить человече­ский» [8]. О значимости машинного обучения в контексте разра­ботки систем ИИ говорит один из ведущих специалистов в этой области П. Домингос [9]. Сравнение искусственного и естествен­ного интеллекта, живых тканей, клеток и вычислительной архи­тектуры – основная линия труда А. М. Эндрю [10]. Д. Хокинс и С. Блейкли осуществляют критический анализ современного понимания ИИ и моделей нейросетей и на основе этого представ­ляют гипотезы о «нахождении сознания» [11]. М. Каку в своих работах обобщает футуристические прогнозы ученых относи­тельно искусственного разума [12], а Д. Дойч исследует саму возможность моделирования разума [13].
Таким образом, можно заметить, что тематика ИИ всесто­ронне прорабатывается специалистами в различных областях и нельзя сказать, что сильный ИИ до сих пор не сформирован ввиду недостаточности усилий исследователей и разработчиков. Также прослеживаются порой диаметрально противоположные взгляды на перспективы развития сферы ИИ – от весьма опти­мистичных до крайне пессимистичных. Сильный ИИ, вышед­ший из-под непосредственного контроля человека, является од­ной из излюбленных тематик для формирования различных постапокалиптических сюжетов как в литературе, так и в кинема­тографе. С другой стороны, системы слабого ИИ, при их исполь­зовании в сугубо утилитарном ключе, могут принести и уже приносят человечеству немалую пользу в том плане, что позво­ляют переложить на них многие человеческие функции. Опять же, является практически тривиальным утверждение о том, что обладание сильным ИИ позволит какому-либо государству, кор­порации, группе исследователей-разработчиков войти в миро­вую элиту и что сама по себе разработка сильного ИИ станет большим шагом для человечества. Об этом заявил также прези­дент РФ В. Путин, определив, что «тот, кто станет лидером в этой сфере, будет властелином мира» [14].
4
Из вышесказанного прослеживается, что ситуация с силь­ным ИИ является крайне дискуссионной и мы не можем одно­значно ответить на вопрос о том, «хорошо» ли ИИ или «плохо». Однако в любом случае сильный ИИ на данный момент не сфор­мирован. Наличествуют примеры, пытавшиеся претендовать на эту роль. К примеру, искусственная нейронная сеть компании Google стала лучшим в мире шахматистом, обыграв за четыре часа наиболее эффективные программы по игре в шахматы, сеги и го, а также нашла биологические аналоги лекарств от рака и старения [15]. Тест Тьюринга вообще проходило уже множе­ство программных систем [16, 17]. Выглядит довольно впечатля­юще, однако ни о каком сильном ИИ здесь речь не идет. Любые примеры подобного рода есть всего лишь результат вычисли­тельной мощности современной техники, и детерминированы они количественной трансформацией интеллектуальных си­стем – качественных скачков не происходит [18]. А именно подобные скачки, как правило, обуславливают возникновение чего-то ранее не существовавшего.
К разработке систем ИИ в целом применяют, как правило, парадигму объектно-ориентированного программирования (ООП) [19]. Однако еще никогда данная парадигма не была применена прямо и намеренно к разработке именно сильного ИИ. Еще ни­когда и никем не осуществлялось философско-методологиче­ское исследование ООП с целью адаптации ключевых особенно­стей и возможностей этой парадигмы к потребностям парадигмы сильного ИИ. Мы считаем актуальным сделать краеугольным камнем подобного мероприятия паттерны ООП, а также иссле­довать специфику контекста их реализации, т. е. наиболее фун­даментальные особенности ООП в целом. Нами предполагается, что реализация подобного исследования поможет существенно «обновить» обе парадигмы: и ООП, и сильного ИИ. Также это поможет заложить основу для инновационных методов форми­рования систем сильного ИИ и, возможно, существенно ускорит его непосредственную разработку.
В некотором роде может показаться, что если в основе ООП в целом и паттернов проектирования (ПП) ООП в частности ле-
5
жат некие фундаментальные закономерности функционирова­ния бытия, то не вполне актуально отдельно исследовать сами паттерны, а достаточно просто сразу и непосредственно опреде­лить в качестве оснований разработки сильного ИИ эти самые закономерности, так как они, как правило, общеизвестны в на­учном сообществе. Подобная точка зрения не вполне корректно отражает суть нашего исследования. Мы говорим не об абсо­лютном абстрагировании всякого аспекта исследуемого предме­та, а только об абстрагировании до достижения необходимого и достаточного уровня для формирования возможности изъятия образа действия ПП ООП из области промышленного и коммер­ческого программирования и экстраполяции изъятого образа в контекст разработки системы программных компонентов (ПК), которая нами понимается как основа для формирования сильного ИИ. Т. е. мы подразумеваем не чистую абстракцию, а именно абстракцию, адаптированную для парадигмы сильного ИИ и не ­посредственно изъятую из контекста, проверенного в области формирования «сущностей». К тому же, как станет видно позд­нее, не всякую фундаментальную закономерность стоит слепо использовать в контексте разработки сильного ИИ.
Также исследование именно абстракций ПП и вообще ООП, а не в целом всякого фундаментального аспекта бытия нами по­лагается значимым по той причине, что ПП уже и так реализу­ются в контексте разработки ИИ, только слабой его версии. Нам представляется целесообразным осмыслить в первую очередь уже применяемое, а не безосновательно вводить нечто иное. Также мы считаем, что необходимо осуществлять исследование именно с позиции ПК в общем смысле слова, специфицируя их характеристики только там, где это непосредственно значимо для контекста.
Глава 1
СИЛЬНЫЙ И СЛАБЫЙ ИИ
КАК ДИВЕРГЕНТНЫЕ ВЕТВИ РАЗВИТИЯ
ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ СИСТЕМ
Некоторая размытость и разобщенность проблематики ИИ, как одна из ключевых особенностей сферы разработки интел­лектуальных технологий, отражается как на практических раз­работках, так и на концептуальных положениях данной области. Отсутствие общепринятых определений в рамках теории ИИ также, в свою очередь, влияет как на непосредственный процесс разработки интеллектуальных систем, так и на интерпретацию результатов деятельности разработчиков. Разрыв между теорией и практикой интеллектуальных технологий порождает явление параллелизма в развитии данной области в целом, что негативно сказывается на прогрессивных тенденциях и перспективах. От­сутствие в рамках науки общепринятых критериев ИИ в общем смысле и сильного ИИ в особенности грозит данной области подъемом паранаучных исследований, а также приводит к тому, что рамки разработок ИИ ставятся на государственный контроль, за неимением иной возможности регулирования. Вследствие этого необходимо осмыслить понятие ИИ, как он воспринима­ется со стороны теоретиков и практиков в сфере интеллектуаль­ных технологий.
Немаловажно также понимание масштабов влияния ИИ на социальное сознание и массовую культуру, в том числе и на со­циальное сознание научного сообщества. По мнению некоторых исследователей, главенствующая роль в разработке ИИ позво­лит той или иной стране, корпорации, группе ученых войти в мировую историю в качестве совершивших колоссальный про­рыв. Стивен Хокинг высказал мнение по этому поводу: «Я ду­маю, что наш разум – это программа, в то время как мозг – аналог компьютера. Теоретически возможно скопировать содержимое
7
мозга на компьютер и таким образом создать форму вечной жиз­ни» [20]. Эти слова буквально воспроизвели и образно проде­монстрировали в художественном фильме Нила Бломкампа «Ро­бот по имени Чаппи», в котором сознание сохраняли в виде информации на цифровом носителе. Тематика ИИ и внедрение его в самые разнообразные сферы нашей жизни уже давно пере­стали находиться под юрисдикцией творческой сферы деятель­ности. Ученые всего мира используют все имеющиеся ресурсы, дабы приблизиться к созданию ИИ, который сможет превзойти интеллект человеческий в исконно человеческих направлениях деятельности.
Данная проблема настолько актуальна, что лидеры мировых держав всерьез обеспокоены завоеванием лидерства в этой сфере. К примеру, президент РФ В. В. Путин 1 сентября 2017 г. в ходе открытого урока в Ярославле заявил: «ИИ – это будущее не только России, это будущее всего человечества. Здесь колос­сальные возможности и трудно прогнозируемые сегодня угро­зы. Тот, кто станет лидером в этой сфере, будет властелином мира… Если мы будем лидерами в этой сфере, также будем де­литься этими технологиями со всем миром, как мы сегодня де­лимся атомными технологиями, ядерными технологиями» [21]. Также в Госдуме РФ началась подготовка законопроекта, на­правленного на регулирование и упорядочивание взаимоотно­шений социума и ИИ. В США вопрос стоит еще более остро. Дональд Трамп в свое время поручил законодательно контроли­ровать сферу ИИ и ученых, работающих в этой области, издав регламент, в соответствии с которым было обозначено, чем мож­но и чем нельзя считать ИИ, где можно, а где нельзя его приме­нять. В Индии, напротив, общество весьма встревожено тем, что системы ИИ могут оставить без рабочих мест большую часть населения. Северная Корея и КНР пытаются обойти США и РФ по уровню развития интеллектуальных технологий. В Рес­публике Беларусь Президент объявил о необходимости скорей­шего формирования цифровой экономики [22]. Некоторые слу­чаи увлеченности интеллектуальными технологиями становятся основой для создания культов: бывший инженер Google Энтони
8
Левандовски создал некоммерческую квазирелигиозную орга­низацию «Путь в будущее», в основе которой лежит идея заме­щения Бога ИИ [23]. Логично предположить, что в начале XXI в. гонка вооружений вышла на качественно новый уровень, в про­тивовес «количественному» состязательному аспекту, господ­ствовавшему ранее [24]. Детерминанты данной смены парадигм бы ли заложены еще в середине ХХ в. на состоявшейся в 1956 г. конференции Dartmouth Summer Research Projecton Articial Intel ligence [25]. Выступление на ней Джона Маккарти и темати­ка его доклада позволили проблемам, связанным с ИИ, выйти на трансдисциплинарный уровень.
Истоки и предпосылки к возникновению самой сферы по­добных исследований можно обнаружить еще в XVII в. в рабо­тах Рене Декарта «Рассуждение о методе» 1673 г. и Томаса Гоббса «Человеческая природа» 1640 г., в которых были заложены осно­вы механистического восприятия человеческой сущности [26, 27]. В 1623 г. Вильгельмом Шикардом была сконструирована первая механическая вычислительная машина, за которой последовали машины Блеза Паскаля в 1643 г. и Готфрида Лейбница в 1671 г. [28–30]. В 1832 г. С. Н. Корсаков выдвинул принцип разработки научных методов и устройств для усиления возможностей чело­веческого разума и впервые озвучил понятие «интеллек­туальная машина» [31, 32]. В XIX в. Чарльз Бэббидж и Ада Лав­лейс уже работали над программируемой механической вычис­лительной машиной [33, 34]. Даже несколько ранее, в начале XIX в., французский изобретатель Жозеф Мари Жаккар представил пер­вую в истории программируемую машину в виде ткацкого станка, работающего на перфокартах. Характерной особенностью стан­ка была способность автономно реализовывать программные задания, и в то время это было настоящим прорывом. В 1910– 1913 гг. Б. Рассел и А. Н. Уайтхэд работали над трудом «Принципы математики», который произвел революцию в формальной логи­ке [35]. Далее в 1936 г. А. Чёрч делает достоянием научной обще­ственности теорию лямбда-исчисления, которая используется для формализации алгоритмов, а вскоре после него А. Тьюрин­гом была предложена машина Тьюринга, представляющая со-
9
бой абстрактную модель, осуществляющую определенные вы­числения [36, 37]. На основе работ Чёрча и Тьюринга С. Клини, бывший учеником Чёрча, вывел эквивалентность лямбда-исчис­ления и машины Тьюринга, которое можно в простейшем виде формализовать следующим образом: всякая функция, при ее принципиальной вычислимости, может быть определена и реа­лизована как при помощи лямбда-исчисления, так и при помощи машины Тьюринга. Данное утверждение было названо «тезис Чёрча – Тьюринга» и оказало существенное влияние не только на развитие математики и информатики, но и на науку в целом [35]. В 1941 г. Конрад Цузе построил первый работающий про­граммно управляемый компьютер [39, 40]. В 1943 Д. Хебб в ра­боте «Организация поведения» описал основные принципы обу­чения нейронов [41]. В том же 1943 г. в своей статье «Логическое исчисление идей, относящихся к нервной активности» Уоррен Мак-Каллок и Уолтер Питтс опубликовали доклад, который за­ложил теоретические основы для дальнейшего практического воплощения нейронных сетей [42]. Тогда впервые было употре­блено понятие искусственной нейронной сети. В частности, ими была предложена модель искусственного нейрона. Также нема­ловажное значение для формирования концептуальной основы ИИ имеет кибернетика Н. Винера, которая нуждалась в ЭВМ для решения своих задач и эволюционировала в прямой зависи­мости от технического прогресса в области электронной вычис­лительной техники [43]. В рамках кибернетики исследовались основные закономерности поведения сложных систем и выявля­лись ключевые аспекты системного управления, вследствие чего данное направление оказало влияние на дальнейшее развитие таких дисциплин, как компьютерное зрение, робототехника, циф­ровая философия и многие другие. Цифровая философия же, в свою очередь, возникла на основе исследования механизмов функционирования клеточных автоматов, пионерами введения которых в научное познание были С. Улам и Дж. Ф. Нейман в 1940-х гг. [44, 45].
Среди советских ученых интеллектуальные технологии
были главной областью научной деятельности Д. А. Поспелова.
10
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]