Современное общество. Общество риска, информационное общество, общество знаний

В последнее время провозглашается необходимость перехода от научно-технической и хозяйственной (социально-экономической) по­литики общества и государства, а также отдельных социальных ин­ститутов (предприятий) к политике в области знаний (Wissenspolitik – Knowledge Policy). Поэтому от рассмотрения информационного общества Г. Бехманн переходит к анализу общества знания, в котором, в частности, изменяется соотношение науки и политики. Раньше наука была связана только с внутренними проблемами построения теории, разработки собственных методов или фундаментального исследования. «В противоположность этому современная наука выступает как деятель, как Кассандра, принимающая меры». Что же представляют собой эти «новые проблемные темы», заставляющие науку переориентировать­ся? «В сущности “новое” здесь в том, что не просматривается ника­кой единой перспективы втиснуть такого рода тему в определенные, всеми принимаемые рамки. …С развитием современных технологий возникают новые виды рисков и опасностей, которые ставят перед госу­дарством задачи не столько компенсаторные, связанные с устранением уже нанесенного ущерба, сколько превентивные. Становится необхо- димым долгосрочное планирование, которое должно относиться как к предвосхищению новых технических возможностей, так и к расчету и устранению рисков. Чтобы правильно решить эти задачи, государ-

Готтхард Бехманн – главный научный сотрудник Института оценки последствий техники и системного анализа Исследовательского цен­тра г. Карлсруэ. Он является членом правления Международной акаде­мии устойчивого развития и технологий при Университете г. Карлсруэ. Поддерживает тесные творческие контакты с российскими философа­ми. Член Российского философского общества. Как заместитель ди­ректора Международного центра исследований научно-технического развития и инновационной политики философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова совместно с российскими коллегами ведет ак­тивную исследовательскую и преподавательскую работу. Результаты совместных исследований нашли отражение в 18 публикациях Г. Бехманна, увидевших свет на русском языке.

В мастерских теоретиков общества снова наметилось стремление к единению. После десятилетий, прошедших под знаком или освобож­дения от классических понятий, или, напротив, возвращения к старому покосившемуся зданию догматической истории, они, наконец, открыли для себя проблематику риска как базу теории общества. Теория обще­ства – особый вид построения теории. Она основывает свою рефлексию на определенных структурных признаках существующего общества, которые детерминируют формы его движения, самоинтерпретацию (идеологию) и конфликты. Теория общества конституирует себя одно­временно как анализ настоящего. Ставит вопросы о современных усло­виях деятельности, эволюционных или революционных возможностях и самоинтерпретациях, а также о видении будущего членами этого об­щества, которые выражаются ими в коммуникативных отношениях. Ее двойственное отношение к рефлексии функциональных структур и воз­можных условий общественного развития заставляет искать представ­ление об общем в особенном и сближает ее тем самым с метафизикой, представляясь как противникам, так и защитникам этого мнения (конеч­но же, исходящих из разных предпосылок и использующих различные средства) как ее наследие учные конструкты, они одновременно выражают фактические пробле­мы сознания в обществе и самого общества. Будучи рефлексивными

В концептуальной паре «безопасность – риск» последний обозначает лишь масштаб для сносной ненадежности или же разумно достижи­мой безопасности. Таким образом, понятие риска, основанное на пред­ставлении неопределенности, несет на себе печать предупредительной функции. Оно сигнализирует, что для преодоления опасности всегда можно сделать больше того, что уже сделано: собрать больше инфор­мации, инвестировать больше денег, издать больше законов. На основе строгих расчетов понятие риска открывает ворота для социальных, по­литических, юридических претензий. Но на вопрос о том, «как сделать

ния также и в ситуации неопределенности»

. При таком разграничении, прежде всего, приходит на ум, как тесно понятие риска может быть связано с принятием решений. Риск предполагает ситуацию принятия решения. Из одной возможности природной катастрофы еще не следу­ет никакого риска, в лучшем случае лишь угроза. И только после того как принято решение, следует ли что-либо против этого предпринять, в игру вступает риск.