Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Политика

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
ния существующего строя, была сильнее той, которая этого не желает. Помимо всего этого не должно упускать из виду того, на что не обращается внимания в государ­ствах, строй которых отклоняется от правильного, — именно средних граждан: многое из того, что кажется свойственным демократии, ослабляет демократию, и многое из того, что признается свойственным олигар­хии, ослабляет олигархию.
17. Те, кто видит достоинство единственно в своем государственном устройстве, впадают в преувеличение; они упускают из виду, что в данном случае происходит то же, что бывает с носом: если он отклоняется от пря­мой и наиболее красивой формы и приближается либо к кривому, либо к курносому, но все же и при этом про­должает оставаться красивым, то он радует наш взор; если же он еще более уклонится в сторону той или дру­гой крайности, то прежде всего нарушится соразмер­ность отдельных частей лица, и в конце концов дело дойдет до того, что эта соразмерность совершенно утра­тится и нос потеряет свой облик вследствие либо огром­ной, либо слишком малой величины; то же самое можно сказать и об остальных частях тела. То же происходит и с другими видами государственного строя.
18. И демократия и олигархия, несмотря на их откло­нения от наилучшего строя, все-таки могут иметь сносное устройство. Но если кто-либо начнет усиливать тот или другой строй, то прежде всего он его испортит, а в конце концов обратит в ничто. Поэтому законодатель и поли­тический деятель должны хорошо знать, какие демокра­тические установления служат к сохранению демокра­тии, какие ведут к ее гибели и какие из олигархических установлений сохраняют и губят олигархию. Ведь суще­ствование и сохранность той и другой немыслимы без на-
371
личия состоятельных людей и народной массы; но коль скоро в них будет проведено имущественное равенство, из них неизбежно возникнет другой государственный строй. Таким образом, те, кто губит состоятельных лю­дей или народную массу слишком решительными закона­ми, в сущности, разрушают государственный строй.
19. Подобного рода ошибки совершают и в демокра­тиях, и в олигархиях. В демократиях, где народная масса господствует над законами, — демагоги: их борьба с со­стоятельными людьми постоянно разделяет государство на две части. Демагогам, наоборот, следовало бы всегда говорить в пользу состоятельных, а в олигархиях олигар­хи должны были бы радеть об интересах народа. И клят­венное обещание олигархи должны были бы давать про­тивоположное тому, какое они дают теперь. В настоящее время в некоторых олигархиях клянутся так: «И буду я враждебно настроен к простому народу и замышлять против него самое что ни на есть худое»; а следовало бы держаться противоположных взглядов, и, выставляя их напоказ, олигархи должны бы указывать в своих клят­венных обещаниях: «Я не буду обижать простой народ».
20. Но самое важное из всех указанных нами способ­ствующих сохранению государственного строя средств, которым ныне все пренебрегают, — это воспитание в духе соответствующего государственного строя. Ника­кой пользы не принесут самые полезные законы, едино­гласно одобренные всеми причастными к управлению государством, если граждане не будут приучены к госу­дарственному порядку и в духе его воспитаны, а именно если законы государства демократические — в духе демо­кратии, если олигархические — в духе олигархии; ведь если недисциплинирован один, недисциплинированно и все государство.
372
21. Задача воспитания в духе государственного строя состоит не в том, чтобы поступать в угоду олигархам или сторонникам демократии, но чтобы дать возмож­ность первым поддерживать олигархический строй, вто­рым — демократический. Между тем в настоящее время в олигархиях сыновья правящих избалованны, а сыно­вья неимущих становятся выносливыми и закаленными, благодаря чему стремятся к новшествам в государствен­ной жизни и в состоянии осуществить их.
22. В демократиях, по крайней мере в тех, которые признаются по преимуществу демократиями, устано­вились порядки, противоположные тому, что для де­мократий полезно, причина этого в том, что там плохо понимают, что такое свобода. В самом деле, демократия обыкновенно определяется двумя признаками: сосредо­точением верховной власти в руках большинства и свобо­дой. Справедливость, как им представляется, совпадает с равенством; равенство же понимается в том смысле, что решения народной массы должны иметь силу; свобода же толкуется как возможность делать всякому что угодно.
Вот и живет в такого рода демократиях каждый по своему желанию или «по влечению своего сердца», как говорит Еврипид. Но это плохо: ведь следует счи­тать жизнь, согласующуюся с государственным строем, не рабством, но спасением.
Вот в общем те причины, в силу которых государ­ственные устройства изменяются и гибнут, и те сред­ства, при помощи которых они сохраняются и существу­ют в течение продолжительного времени.
373
VIII
1. Остается рассмотреть, какие причины ведут к раз­рушению и какие средства служат к сохранению монар­хического строя. То, что происходит с царской властью и с тиранией, почти что сходно со сказанным по поводу республиканских устройств. Ведь монархия приближает­ся к аристократии, а тирания соединяет в себе крайнюю олигархию и демократию. Поэтому тирания — самый вредный для подданных государственный строй, так как она есть соединение двух зол и заключает в себе все от­клонения и ошибки, какие свойственны тому и другому строю.
2. Каждый из двух видов монархического строя вос­ходит к противоположным и взаимоисключающим на­чалам. Царская власть возникла для защиты порядочных людей от народной массы. Царь ставится из порядочных людей вследствие его превосходства в добродетели или в деяниях, зависящих от добродетели, лично ему прису­щей, либо вследствие превосходства, которым отличает­ся его род. Тиран же ставится из среды народа, именно народной массы, против знатных, чтобы народ не тер­пел от них никакой несправедливости.
3. События ясно показывают это. Ведь большинство тиранов вышли, собственно говоря, из демагогов, кото­рые приобрели доверие народа тем, что чернили знат­ных. Подобным образом возникли тирании, после того как государства уже увеличились. Другие тирании, пред­шествовавшие этим, образовались из власти царей, ко­торые нарушали отеческие заветы и стремились к более деспотической власти. Третьи тирании возникли под на­чалом тех, кто был избран на высшие должности (в древ-
374
ние времена народ назначал должностных лиц, граж­данских и ведавших делами культа, на продолжительное время). Наконец, некоторые тирании вышли из олигар­хий, в которых какое-либо одно лицо избиралось на глав­нейшие должности в качестве верховного правителя.
4. Во всех этих случаях было легко, стоило только захотеть, добиться своего благодаря тому могуществу, какое доставляла одним царская власть, другим — их по­четное положение. Так, Фидон в Аргосе и другие достиг­ли тирании на основе царской власти, а ионийские тира­ны и Фаларид — в силу почетного положения; Панетий в Леонтинах, Кипсел в Коринфе, Писистрат в Афинах, Дионисий в Сиракузах и другие — таким же образом при помощи демагогии.
5. Как мы упомянули, царская власть установлена на тех же основах, что и аристократия: она покоится на достоинстве царя, или на добродетели его личной или его рода, или на его благодеяниях, или на всем этом вместе и на его могуществе. В самом деле, все достигли такого достоинства, оказав благодеяния или будучи в со­стоянии сделать это для государств или племен; одни из них во время войн спасли государство от грозившего ему рабства, как, например, Кодр, другие освободили от ига, как Кир, третьи положили основание государству или приобрели для него территорию, как цари лакеде­монские, македонские, молосские.
6. Царь должен наблюдать за тем, чтобы владеющие собственностью не терпели никаких обид, а народ ни в чем не терпел оскорблений. Тиран же, как неоднократ­но указывалось, не обращает никакого внимания на об­щественные интересы, разве что ради собственной вы­годы. Цель тирана — приятное, цель царя — прекрасное. Поэтому тиран видит свое преимущество в том, чтобы
375
приумножить свои средства; царь же главным образом в приумножении чести. Охрана царя состоит из граж­дан, охрана тирана — из наемников.
7. И ясно, что тирания заключает в себе все то зло, какое присуще и демократии, и олигархии. От олигар­хии — то, что конечной целью является богатство (ведь, естественно, только при этом условии можно и держать при себе охрану, и вести роскошный образ жизни); так­же полное недоверие к народной массе (вот почему ти­раны производят изъятие оружия; а притеснение черни, удаление ее из города и расселение ее по разным ме­стам являются мерами, общими для олигархии и тира­нии). От демократии — борьба со знатными, стремление и тайно и явно губить их, отправлять их в изгнание, как противников, стоящих на пути к их власти. И правда, бывает, что от них идут заговоры, так как одни из них желают сами властвовать, а другие — не быть в рабстве. Этим и объясняется совет, данный Периандром Фраси­булу, — обрывать поднимающиеся над другими колосья, т. е. всегда стараться устранять выдающихся людей.
8. Как уже было сказано, следует признать, что при­чины государственных переворотов в монархиях быва­ют те же, что и в республиках; вследствие испытываемой обиды, страха, презрения многие из подданных ополча­ются против монархии, особенно из-за обиды, проис­ходящей от наглости, а иногда также из-за того, что их лишают принадлежащей им собственности. И цели го­сударственных переворотов тождественны как там, так и здесь, в тираниях и в монархиях: монарху принадлежит и большое богатство, и большой почет, а к тому и друго­му стремятся все.
9. Покушения происходят в одних случаях на лич­ность правителей, в других — на их власть. Те покушения,
376
которые совершаются из-за наглости тиранов, направля­ются на их личность. А так как наглость может проявлять­ся очень разнообразно, то каждое проявление ее бывает причиной раздражения, причем большинство людей, охваченных гневом, совершает покушения с целью ото­мстить, а не из честолюбия. Так, покушение на Писи­стратидов произошло вследствие того, что сестра Гармо­дия была оскорблена, а сам Гармодий обижен (Гармодий мстил за сестру, а Аристогитон — за Гармодия). Против Периандра, тирана в Амбракии, составлен был заговор из-за того, что он во время пирушки со своим любовни­ком спросил его, забеременел ли он уже от него.
10. Филипп Македонский был убит Павсанием за то, что не защитил его от надругательства со стороны Ат­тала и его окружения. Аминта Малый был убит Дердою за то, что хвастался своей любовной связью с ним, когда тот был молодым человеком. И заговор евнуха против Евагора Кипрского был вызван такой же причиной: ев­нух убил его, считая себя оскорбленным, так как сын Ева­гора увлек его жену.
11. Часто покушения совершаются из-за того, что не­которые из монархов опозорили человека плотской свя­зью. Таково покушение Кратея на Архелая. Кратей всегда тяготился этой связью, так что оказалось достаточно ни­чтожного предлога, а именно: тот обещал выдать за него одну из своих дочерей, но обещания своего не сдержал: старшую дочь выдал, теснимый в войне с Сиррою и Ар­рабеем, за элимейского царя, младшую — за своего сына Аминту, рассчитывая таким образом примирить послед­него со своим сыном, рожденным от Клеопатры; однако главной причиной неприязненного отношения Кратея к Архелаю все-таки послужило то, что он тяготился лю­бовной связью с ним.
377
12. К этому заговору по той же причине примкнул и Гелленократ из Ларисы. Архелай пользовался его моло­достью, но не сдержал своего обещания и не вернул его на родину; тогда тот решил, что Архелай состоял с ним в связи не по любовному увлечению, а просто проявляя свою наглость. Пифон и Гераклид, уроженцы Эна, убили Котиса, мстя за своего отца, а Адамант отложился от Коти­са, оскорбленный тем, что был в отрочестве оскоплен им.
13. Многие, занимавшие должности и принадлежав­шие к царским династиям в гневе на то, что им нане­сены были унизительные оскорбления действием, оби­женные этим поруганием, либо расправлялись, либо пытались расправиться с обидчиками. Так, в Митилене Мегакл напал со своими друзьями на Пенфилидов, ко­торые, шатаясь по городу, били встречных дубинами, и перебил их. И впоследствии Смерд, который был избит Пенфилом и оттащен от его жены, убил его. Ру­ководил покушением на Архелая Декамних; он первый настраивал против него заговорщиков; причиной его гнева было то, что Архелай выдал его для бичевания по­эту Еврипиду; Еврипид же сердился на Декамниха за то, что тот сказал нечто вроде того, будто у Еврипида дурно пахнет изо рта.
14. Подобного же рода поводы привели к убий­ствам и к заговорам против многих властителей. Также и страх, потому что и он является одной из причин по­кушений как в республиках, так и в монархиях. Напри­мер, Артапан составил заговор против Ксеркса в страхе из-за того, что на него будет сделан донос, так как он, не­смотря на запрещение Ксеркса, повесил Дария, надеясь получить прощение и рассчитывая на то, что царь забу­дет о своем приказе, который был дан во время обеда. Другие покушения были вызваны чувством презрения.
378
Например, некто увидел, как Сарданапалл прял шерсть вместе с женщинами (если верно то, что об этом рас­сказывают мифологи; но если не с Сарданапаллом, то с кем-нибудь другим это могло приключиться на са­мом деле). На Дионисия-младшего Дион совершил поку­шение также из чувства презрения к нему: он видел, что Дионисия презирают его сограждане, а сам Дионисий всегда пьян.
15. Из чувства презрения делаются покушения и теми или иными друзьями властителя. Из-за доверия, которым они у него пользуются, они презирают его и на­деются, что замыслы их останутся в тайне. Покушения из чувства презрения совершаются и теми, которые рассчитывают, что они в состоянии захватить власть ка­ким-либо способом: полагаясь на свою силу, благодаря ей презирая опасность, они с легкостью совершают по­кушение, например военачальники покушаются на мо­нархов. Так, Кир [выступил] против Астиага, относясь с презрением к его образу жизни и к его военной силе: ведь военная сила была ослаблена, а сам Астиаг погряз в роскоши. Также фракиец Севф против Амадока, будучи его полководцем. Некоторые совершают покушения под влиянием нескольких причин, как то: и из презрения, и ради корысти, например Митридат против Ариобар­зана. Преимущественно по такой причине совершают покушения те, которых природа наградила смелостью и которые занимают у монархов высокие военные долж­ности, ведь храбрость в соединении с силой придает сме­лости, и, кто обладает той и другой, те и устраивают по­кушения в надежде легко одолеть.
16. У людей, совершающих покушения на почве че­столюбия, поводы по своему характеру бывают противо­положны указанным выше. Если некоторые совершают
379
покушения на тиранов, стремясь к большому богатству и высоким почестям (что присуще тиранам), то каждый совершающий покушение из честолюбия предпочитает подвергаться опасности не ради этого; те руководятся указанными выше причинами, эти же — как если бы дело шло о каком-нибудь другом необыкновенном поступке, благодаря которому они получили бы имя и известность у прочих людей, — расправляются с монархами, стремясь приобрести себе не власть монарха, но громкую славу.
17. Однако число тех, кто дерзает по такой причине, очень невелико. Ведь предполагается, что покушающийся должен совершенно не заботиться о своем спасении, если ему не удастся осуществить свое дело. Такого рода люди должны стоять на точке зрения Диона, а стать на такую точку зрения многим нелегко: он пошел войной на Дио­нисия с небольшим отрядом, причем говорил, что, если дело его увенчается хотя бы каким-нибудь успехом, с него достаточно и того, что он принял в нем какое-то участие; а если ему придется пасть, лишь только он высадится на землю, то такая смерть будет для него прекрасной.
18. Тирания, как и всякий иной вид государствен­ного строя, рушится также и вследствие внешних при­чин, если государство с враждебным строем окажется сильнее. В желании осуществить это явно не будет не­достатка ввиду противоположных стремлений: а ведь достичь желаемого стараются все, если имеют такую возможность. Враждебные же друг другу виды государ­ственного строя — демократия и тирания, подобно тому как, по Гесиоду, гончар враждебен гончару (ведь край­няя демократия — та же тирания); с другой стороны, ти­рании враждебны монархия и аристократия вследствие противоположности государственного строя той и дру­гой (вот почему лакедемоняне и сиракузяне упразднили
380
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]