Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

П.И. Чайковский и Русское музыкальное общество. Учебное пособие по курсу истории русской музыки для студентов историко-теоретических отделений музыкал

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 23 / 63 4 5 6 > Следующая >>>

ный период композитора – наиболее личностно обусловленный: возрастание или убывание количества концертов, связанных с исполнением его музыки, находится в непосредственной зависимости от гастрольных поездок Чайковского-дирижера, и смерть композитора не позволила исполнению его произведений в первой половине 1890-х превратиться в тенденцию. Так или иначе, к году смерти Петра Ильича ситуацию исполнения его музыки в концертах различных организаций, в том числе и в первую очередь ИРМО, следует расценивать как весьма благоприятную.

В собраниях РМО были исполнены сочинения практически всех жанров, в которых работал Чайковский, включая сценические произведения, прозвучавшие в концертах Общества во фрагментах, и переработки сочинений других авторов.

Некоторые сочинения были специально заказаны композитору РМО. Так, по заказу Московской дирекции для концерта в пользу Общества Красного Креста Чайковским был написан Славянский марш1; по просьбе С.-Петербургской дирекции – сюита из балета «Щелкунчик»; предположительно, по ее же заказу композитор написал Хор к юбилею О.А. Петрова. Для исполнения в концертах Московского отделения РМО заказы исходили и от Н.Г. Рубинштейна как директора Московского отделения РМО, главного дирижера и солиста московских концертов Общества. Так, первым произведением, которым открывается история исполнения сочинений Чайковского в концертах РМО, была увертюра F-dur, написанная им в период учебы в консерватории и по совету Н.Г. Рубинштейна переделанная специально для исполнения в симфоническом концерте Московского отделения РМО. Рубинштейном, как главой музыкального отдела Всероссийской художественно-промышленной выставки, было инициировано создание Чайковским такого крупного сочинения как «Увертюра 1812 год»; от Рубинштейна исходили также предложения по переработкам произведений разных авторов, которые он планировал исполнять в концертах РМО. Специально по просьбе Рубинштейна композитор написал «Русское скерцо», ор. 1, для фортепиано, исполненное Рубинштейном в собрании Общества. Среди других знаменитых заказчиков сочинений следует назвать М.А. Балакирева. По его пред-

Опусы, годы создания, первые исполнения, исполнители перечисля-

емых произведений Чайковского указаны в табл. 3.

ложениям Чайковским были созданы и исполнены в концертах Общества увертюра «Ромео и Джульетта» и симфония «Манфред».

В отношении взаимодействия Чайковского с РМО значимы не только заказы, но и посвящения композитором своих сочинений. Прежде всего, это посвящение Московскому отделению РМО Второй симфонии, посвящение Главному дирижеру симфонических собраний Московского отделения ИРМО М. Эрдмансдёрферу Третьей сюиты и, разумеется, посвящение Н.Г. Рубинштейну Первой симфонии, Второго фортепианного концерта, «Русского скерцо» и Трио «Памяти великого художника»1, которые следует рассматривать не только как знак уважения к другу и дань его памяти (Трио), но и как обратную связь между композитором и ведущим исполнителем его сочинений.

Приоритет Н.Г. Рубинштейна в исполнении симфонических произведений Чайковского в концертах РМО безусловен: только на долю концертных премьер сочинений Петра Ильича в симфонических собраниях РМО в Москве под управлением Н.Г. Рубинштейна, не считая повторных исполнений, приходится почти их половина (48%) (табл. 4). На втором месте находится сам Чайковский: симфонические премьеры под его управлением сосредоточены во 2-й половине 80-х – до 1893, когда композитор занимался интенсивной дирижерской деятельностью (см. раздел «Чайковский-дирижер и РМО»).

Весьма показательны для демонстрации значимости РМО в творческой жизни Чайковского сочинения, честь первого исполнения которых принадлежит концертам РМО (табл. 3). В их списке:

– фрагменты опер «Воевода», «Опричник», «Кузнец Вакула», «Чародейка», исполненные до сценических премьер этих произведений;

– симфонии, в том числе «Манфред», за исключением Пятой;

– оркестровые сюиты, включая Сюиту из балета «Щелкунчик»;

– симфонические программные сочинения2, за исключением симфонической баллады «Воевода»1;

Перечислены посвящения Н.Г. Рубинштейну, непосредственно связанные с его деятельностью в РМО. Кроме этих сочинений Чайковский посвятил Рубинштейну Серенаду для оркестра, написанную к его именинам (1872), романс «Так что же?» (ор. 16, № 5).

Кроме увертюр «Гроза» и с-moll периода учебы Чайковского в кон-

серватории, которые при жизни композитора не исполнялись.

– Первый концерт для фортепиано с оркестром, Концерт для скрипки с оркестром и концертные пьесы для солирующих инструментов и оркестра;

– хоровой цикл «Литургия св. Иоанна Златоуста»;

– камерно-инструментальные сочинения, в том числе Квартет № 2, Трио «Памяти великого художника», Большая соната для фортепиано;

– камерно-вокальные сочинения, среди которых романсы на стихи А.К. Толстого «Горними тихо летела душа небесами» и «Благословляю вас, леса»;

– переработки сочинений других авторов, в числе которых инструментовка баллады для чтеца и фортепиано Р. Шумана «Вещий сон» и редакция Чаконы и Гавота из оперы «Идоменей» В.А. Моцарта.

Сочинения Чайковского, премьеры которых состоялись не в собраниях РМО, тоже становились репертуарными в концертной практике Общества. Так, Пятая симфония, исполненная впервые 5 ноября 1888 г. в концерте Петербургского филармонического общества под управлением автора, уже через неделю – 12 ноября – прозвучала в третьем симфоническом собрании ИРМО в С.-Петербурге под управлением Чайковского, а практически через месяц – 10 декабря – была повторена в общедоступном концерте Общества в Москве. В этом же концерте впервые в ИРМО был исполнен полностью2 Второй фортепианный концерт (солист В.Л. Сапельников), первое исполнение которого состоялось 21 мая 1882 г. в 1-м симфоническом концерте на Промышленно-художественной выставке в Москве (солист С.И. Танеев, дирижер А.Г. Рубинштейн). Квартет № 1, прозвучавший впервые в самом первом авторском концерте Чайковского 16 марта 1871 г. в Москве3, через полтора года – 24 октября 1872 г. – «произвел в Петербурге фурор» [31, № 275], будучи исполнен в третьем квартетном

Первое исполнение «Воеводы» в концерте А.И. Зилоти под управлением автора состоялось 6 ноября 1891 г. На следующий день после концерта композитор уничтожил партитуру [40, № 4539, 4545].

До этого исполнения, 14 февраля 1885 г., тоже в концерте Московского отделения ИРМО прозвучала I-я часть Второго концерта в исполнении ученицы консерватории Н.М. Мазуриной.

По некоторым данным, авторский концерт Чайковского, состоявшийся 16 марта 1871 г., был организован РМО [23].

собрании РМО, и стал одним из наиболее часто исполняемых сочинений Чайковского в концертах Общества. Квартет № 3, первое публичное исполнение которого состоялось 18 марта 1876 г. в концерте И. Гржимали, впервые в собрании Московского отделения ИРМО был исполнен 22 мая 1876 г. Таким образом, все симфонии, все сюиты, все программные симфонические сочинения, все концерты1 и все квартеты Чайковского при жизни композитора были исполнены в концертах РМО. Прибавленные к этому списку многочисленные исполнения в концертах Общества инструментальных пьес, романсов, вокальных, хоровых и симфонических фрагментов из опер Чайковского дописывают целостную картину активнейшего взаимодействия Петра Ильича с РМО – alma mater его композиторского творчества.

Чайковский-дирижер и РМО

Интенсивной дирижерской практикой Чайковский начал заниматься в период своего директорства в Московском отделении ИРМО2. Помимо профессиональных и личностных причин, обращение Чайковского к дирижерской деятельности в ее непосредственной связи с концертной деятельностью Общества следует рассматривать в том же аспекте, что и собственно директорство Петра Ильича: как способ поддержания своими действиями и именем высокого профессионального уровня концертов Общества с целью сохранения его жизнеспособности. Эта же причина побуждала Чайковского к дирижерской деятельности и в последующие годы.

Первое выступление Чайковского как дирижера состоялось во Втором симфоническом собрании Московского отделения ИРМО 14 ноября 1887 г., последнее – в Первом симфоническом собрании С.-Петербургского отделения Общества 16 октября 1893. Всего с 1887 по 1893 г. композитор продирижировал концертами ИРМО двадцать раз (табл. 5). На период директорской деятельности Чайковского в Московском отделении ИРМО приходится семь выступлений Чайковского-дирижера в Москве в 1887 – начале 1890 г. За этот же

Третий концерт для фортепиано с оркестром, Es-dur, ор. 75, посв.

Л. Дьемеру, при жизни Чайковского не исполнялся.

До этого времени дирижерская деятельность Чайковского была

нерегулярной.

период в С.-Петербургских концертах Общества композитор в качестве капельмейстера выступил четыре раза. Отказ от систематических выступлений Петра Ильича как дирижера в Московском отделении ИРМО в 1890 г., связанный с выходом его из состава дирекции, на интенсивности его капельмейстерской деятельности в дальнейшем практически не отразился. Только резко изменилась география дирижирования Чайковского концертами Общества: лишь однажды, 14 февраля 1893 г., композитор выступил в Московском отделении ИРМО, прочие же концерты Чайковскогодирижера в 1890-х прошли по одному разу в Тифлисском, Киевском, Харьковском отделениях ИРМО, трижды – в Одесском и два раза в С.-Петербургском.

Концерты под управлением Чайковского делятся на авторские, в которых исполнялись только произведения композитора (их большинство), на концерты из чужих произведений и смешанные, в которых программа концерта включала в себя как произведения Чайковского, так и других авторов, и Петр Ильич дирижировал либо частью программы, либо целым концертом.

Репертуар авторских концертов Общества под управлением Чайковского во многом совпадает с концертами, которыми он дирижировал за рубежом в тот же самый период – с 1887 по 1893 г. И в тех, и в других концертах исполнялись: Пятая симфония, Первая сюита, Третья сюита, «Ромео и Джульетта», Торжественная увертюра «1812 год», «Буря», «Франческа да Римини», Andante cantabile из Первого квартета (в авторской инструментовке), Первый и Второй фортепианные концерты, Концерт для скрипки с оркестром. Судя по репертуару, при выборе произведений для ИРМО и гастролей Чайковский ориентировался на сочинения с ярко выраженным эмоционально-образным воздействием на слушателя.

В симфонических концертах ИРМО под управлением Петра Ильича прошли первые исполнения сочинений композитора, созданных в 1887–1893 гг.: сюита «Моцартиана», увертюра-фантазия «Гамлет», сюита из балета «Щелкунчик» и Шестая симфония. В смешанном концерте Чайковского-дирижера впервые прозвучала увертюра к оп. С.И. Танеева «Орестея». В партитуре увертюры, по которой дирижировал Чайковский [44], оставлены многочисленные пометы исполнительского характера, свидетельствующие о

стремлении дирижера к точному воплощению замысла автора, например: «(Спр[осить] С. И. про это место??)» [44, л. 15 об.] или обращение к Танееву: «Пожалуйста выпиши мне в виде переложения на ф-п.» [44, л. 20 об.].

Исполнение Чайковским таких произведений, как Девятая симфония Бетховена или Пятая симфония А. Рубинштейна1, требующих от капельмейстера высочайшего дирижерского мастерства, являются, наряду с исполнением авторских симфонических партитур, подтверждением мнения о выдающихся качествах Чайковского-дирижера [см.: 17].

Немаловажен и процесс влияния дирижерской деятельности Чайковского на его композиторское творчество. Так, в оркестровых партитурах сочинений, созданных Чайковским в период интенсивной дирижерской деятельности, наблюдаются изменения «манеры нотной записи <…>. Обращает на себя внимание поразительная детализация темповых отклонений, скрупулезно зафиксированная автором <…>. Меняется в сторону усложнения и оркестровка <…>. Я это связываю с тем, – писал дирижер К. Кондрашин, – что в последний период своей жизни Чайковский начал выступать в качестве дирижера и стал относиться к партитуре как исполнитель» [8, 4–5]. Таким образом, во многом инициированная ИРМО, дирижерская деятельность Чайковского не только оказывала внешнее влияние на концертную жизнь России конца 1880-х – начала 1990-х, но и имела внутреннее предназначение, проявляющееся в воздействии Чайковского-дирижера на мышление Чайковского-композитора.

Чайковский – музыкальный критик и РМО

Как обозреватель музыкальной жизни Москвы Чайковский начал выступать на страницах печати в декабре 1867 г. С концертнотеатрального сезона 1872/73 до середины сезона 1875/76 публицистическая деятельность композитора носит систематический характер, а в 1876 г. пятью письмами из Байрёйта, посвященными творче-

На других концертных площадках композитор дирижировал также ораторией «Вавилонское столпотворение» А. Рубинштейна, «Испанской серенадой» А. Глазунова, Концертом для фортепиано с оркестром Э. Грига. Кроме того, его капельмейстерский талант проявился и в управлении оперными постановками, как своими, так и других авторов: «Демон» А. Рубинштейна, «Фауст» Ш. Гуно.

ству Р. Вагнера, заканчивается. Из 59 статей, написанных Петром Ильичом за весь период его музыкально-критической деятельности, 37 (более двух третей) посвящено концертам РМО, упоминаний же о РМО значительно больше. Если учесть, что в одну статью Чайковский вкладывал обзор не только одного, но и двух-трех собраний Общества, то полнота ознакомления публики с деятельностью РМО по его статьям становится очевидной.

С 1867 по 1871 г. Чайковский как музыкальный критик сотрудничает с «Современной летописью», воскресным прибавлением к газете «Московские ведомости». За этот период им написаны четыре статьи, связанные с концертной деятельностью РМО. Три из них – обзоры симфонических собраний Московского отделения РМО, а четвертая (от 4 марта 1869 г.) – отклик на «отставку» М.А. Балакирева с поста Главного дирижера симфонических собраний С.-Петербургского отделения РМО. Эта публикация – «Голос из московского музыкального мира», – как моральная поддержка Балакирева, была заметным явлением в среде музыкантов обеих столиц [30, 28–30, 385–386].

С декабря 1872 г. Чайковский становится постоянным музыкальным обозревателем газеты «Русские ведомости». Его приглашению во многом способствовало проявившееся уже в первых работах литературно-критическое дарование Чайковского, безупречная профессиональная компетентность, независимость взглядов и беспристрастность толкования художественных явлений. По Отчетам Московского отделения РМО видно, насколько полно описывает композитор концертную жизнь Общества в это время. Так, например, из десяти состоявшихся симфонических собраний сезона 1872/73 им описано девять, из девяти квартетных – семь, из двух симфонических экстренных – одно [12-1872/73, 4]. В сезон 1874/75 Чайковский дал в обзорах все десять симфонических собраний.

Если учесть, что журнальные и газетные публикации в XIX веке являлись главным «средством массовой информации», то становится очевидной значимость музыкально-критической деятельности Чайковского. Вследствие своих личностных качеств1, не говоря о профессиональных, Чайковский-критик оказался в нужное время в нужном месте. Действуя в уставных рамках РМО, Чайковский старательно «заботи[л]ся о распространении полезных музыкальных сочинений и

«Врожденная добросовестность и честность по отношению к долгу»

[25, 96].

сведений» [16, 4, ст. 6]. Однако, в силу качеств гениальности, то есть дара интуиции, предвидения, вневременного осмысления событий, музыкально-критическая деятельность Чайковского выходит далеко за пределы жанра концертного обозрения и приближается к исследовательским работам историко-эстетического характера. Так, последовательно описывая программы концертов РМО, снабжая описания историческими экскурсами, сравнительными характеристиками и элементами технического анализа, Чайковский формирует представление читателя-современника о симфонической и камерной музыке России и Европы, а будущего музыковеда-исследователя оставляет всего на шаг от обобщений на уровне понятий русский симфонизм, европейский романтический симфонизм или романтизм в целом [см.: 42]1.

Прямая связь публицистической деятельности Чайковского с РМО заключается в том, что в обзорах композитора Общество присутствует как постоянный объект внимания. Не раз Чайковский дает высокую оценку его деятельности [30, 31, 77, 161, 207], причем не только как концертной организации, но и как общественному ин- ституту с целями государственной важности: «В последнее десятилетие музыкальное дело в России совершило такие смелые, такие решительные шаги вперед, уровень музыкального развития общества повысился настолько, что <…> время, переживаемое нами, займет одну из блестящих страниц истории русского искусства. В обеих столицах и некоторых губернских городах учреждаются музыкальные общества, преследующие высшие художественные цели и ознакомляющие публику с величайшими произведениями европейского искусства; эти же общества в Петербурге и Москве основывают консерватории, дающие возможность учиться музыкальным дарованиям и в то же время, через своих учеников, распространяющие здравые музыкальные принципы в массах. Композиторы, поощренные возможностью исполнения своих произведений наряду с лучшими творениями западноевропейских симфонистов, получают благодетельный

В обзорах Чайковского присутствуют также и признаки эссе, которые проявляются в сопутствующих размышлениях по поводу. Таковы размышления о типах ученых и художников [30, 88–89], типах композиторов [30, 133], характеристика меценатов [30, 205], размышления о гении [30, 98], об отношении автора к своему творению и творческой плодовитости [30, 249], многочисленные наблюдения над публикой и т.д.

стимул для своей деятельности; появляются стоящие на высоте современных успехов музыки рецензенты; публика, заинтересованная оживлением музыкального дела, начинает живо сочувствовать и поддерживать это движение, – словом, закипает жизнь, и из сонного прозябания музыка переходит в область кипучей общественной деятельности […]» [30, 113].

Значительное место в обзорах Чайковского занимают исполни- тели концертов РМО. Центральной фигурой среди них является Н.Г. Рубинштейн как дирижер, чье управление оркестром композитор называет «огненным»1 [30, 34]. «<…> в лице Н.Г. Рубинштейна, Музыкальное общество обладает не только превосходным, но, что всего важнее, к тому же и опытным капельмейстером» [30, 80], – эту мысль в разных вариантах Чайковский повторяет неоднократно. Имя братьев Рубинштейнов как пианистов тоже не раз встречается на страницах обзоров Петра Ильича [30, 86, 181–182]. Они стоят здесь в ряду выдающихся исполнителей–солистов, которые принимали участие в концертах Общества в 1870-е. Среди них А. Бродский, И. Гржимали, А. Есипова, Е. Кадмина, Е. Лавровская, Ф. Лауб, С. Танеев, В. Фитценхаген и многие др.

В обзорах Чайковского фигурируют и два исполнительских коллектива концертов РМО – это оркестр и хор Общества. Характеризуя их исполнение, Чайковский устойчив во мнении, что и хор, и оркестр, как бы ни были они несовершенны по составу, практически всегда производят впечатление высокопрофессиональных коллективов: «Отрывки из оратории «Столпотворение Вавилонское» А. Рубинштейна <…> были прекрасно исполнены хором Русского музыкального общества и очень понравились публике» [30, 39]; «Исполнение «Реквиема» было настолько хорошо, насколько можно его требовать от ограниченных хоровых масс Музыкального общества» [30, 143]; «Про оркестровое исполнение следует сказать, что оно было превосходное, особенно, если принять в соображение недостаточность времени и невозможность устроить большее число репетиций при <…> трудностях, с которыми сопряжено участие в оркестре театральных музыкантов» [30, 79].

Высказывание относится к исполнению Восьмой симфонии Бетхове-

на.

В обзоры Чайковский вводит еще один важнейший персонаж – публику, проводя через множество публикаций идею о необходимости ее воспитания концертами. Воспитание публики, по мнению композитора, заключается не в том, что исполнитель «должен спускаться до ее [публики] непонимания, – но публика, в конце концов, должна возвыситься до справедливой оценки его таланта и умелости» [30, 93]. РМО, единственное «крепкое, сильное, полное будущности» [30, 31], в начале 1870-х имело все шансы стать таким воспитателем. «Да, у нас еще нет публики, создающей общественное мнение, всеми уважаемое, а есть разнохарактерная толпа», – констатирует факт Чайковский в ноябре 1871 г. [30, 31]. Однако ровно через год он фиксирует заметные изменения: «<…> наша публика, volens-nolens, начинает быть чуткой к тонким музыкальным красотам, обильно расточаемым германской симфонической музыкой» [30, 85]. Постепенно в статьях Чайковского формируется понятие публика Музыкального обще- ства как публика «наиболее цивилизованных слоев общества» [30, 276], для которой «музыка сделалась теперь необходимою потребностью» [30, 276], более образованная, избалованная «постоянным слушанием лишь одних хороших сочинений» [см.: 30, 93], противопоставляющая себя «клубной московской публике» «музыкальных вечеров и забав Славянского базара» [см.: 30, 136].

Взаимодействие Чайковского-критика и Московского отделения РМО представляло собой обоюдный процесс: публицистическая деятельность Чайковского, пришедшаяся на первую половину 1870-х, немало способствовала уверенному восхождению РМО к своему расцвету в 1880-х, а концерты Общества, со своей стороны, стали богатейшим материалом, на основе которого раскрылось литературнокритическое дарование композитора.

<<< < Предыдущая 1 23 / 63 4 5 6 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]