Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Национальные, региональные и общемировые аспекты борьбы с коррупцией. Монография.pdf
государственном секторе.
Согласно рейтингу, одной из самых
коррумпированных стран была признана Сомали, где
борьба с коррупцией не ведется, рейдерские захваты и
взяточничество стали обычной практикой. Долгое время
в Сомали не существовало правительства, страна
распалась на несколько территорий, контролируемых
различными кланами. Экономическая и политическая
ситуация в Сомали превратилась из временного кризиса
в выстроенную систему, борьба с которой требует
кардинальных реформ.
Сейчас Сомали встала на путь преобразований,
однако коррупция и её последствия проникли во все
сферы общественной жизни: от бизнеса до политики, от
судебной системы до органов безопасности, что
подрывает усилия, направленные на проведение
реформы, ограничивает доверие сомалийцев к своим
лидерам и институтам.
Судан также считается одной из самых
коррумпированных стран в мире, где, несмотря на
высокий бизнес-потенциал, коррумпированность
системы является препятствием для
предпринимательской деятельности, большим, чем
терроризм. К общей коррумпированности власти
добавляется высокий уровень бюрократии, мешающий
развитию любого бизнеса и вынуждающий давать
чиновникам взятки.
Южный Судан, признанный суверенным 2011 году,
также страдает от коррупции. Будучи молодым
государством без налаженных механизмов управления,
Южный Судан с 2013 года фактически находится в
состоянии гражданской войны. Гуманитарная ситуация
в стране ухудшается, уровень грамотности чрезвычайно
низок, криминалитет и преступность процветают, в то
211
время как полиция считается одной из самых
коррумпированных в мире, вымогательство со стороны
стражей правопорядка – естественное дело, а
законодательство в коммерческой сфере имеет
множество пробелов, поэтому решить какие-либо
вопросы или оформить документы без дачи взятки
чрезвычайно сложно.
Коррупция в Сирии имеет многовековую историю, ее
уровень был высок и до кризиса в стране. Первые
волнения, переросшие в гражданскую войну, проходили
с требованием проведения реформ, избавления народа
от взяточничества и кумовства. Но за последние годы
коррупция все больше распространяется, затрагивая все
сферы общественной жизни.
Главной питающей силой терроризма и экстремизма
в Афганистане также является коррупция. Именно
поэтому борьба с коррупцией в этом государстве
рассматривается и как антитеррористическая мера. В
2018 году на конференции Совета улемов была принята
Декларация, обязывающая правительство назначать
государственных служащих на государственные посты,
основываясь не на коррупции и кумовстве, а за их
заслуги. Министерство внутренних дел Афганистана,
являясь одним из самых коррумпированных в стране, в
начале 2018 года утвердило четырехлетний план
реформ, первостепенной задачей которого стала борьба
с коррупционными нарушениями, в первую очередь в
отделах аудита, разведки и борьбы с тяжкими
преступлениями.
В конечном итоге, после ухода из страны
оккупационных войск США власть захватила
радикальная мусульманская фундаменталистская
организация экстремистского толка – Талибан.
Выступления против коррупции стали спусковым
212
крючком и для волнений в Йемене. В стране
неоднократно предпринимались попытки выстроить
систему антикоррупционных мер, но они не приводят к
успеху, а только усугубляют ситуацию.
Демократические процессы в Йемене сдерживаются
коррупцией в правоохранительных органах, а
вследствие нерационального потребления
общенародного богатства, природных и трудовых
ресурсов растет преступность и безработица, снижается
заработная плата. По корыстным мотивам совершаются
убийства, похищения, ведется контрабандистская
деятельность, кражи, при этом авторитет власти снижен.
Продолжаются и волнения, начавшиеся после
свержения Каддафи в 2011 году в Ливии. Власть в
стране не функционирует в полную силу, ВВП
снижается, не ограничен оборот оружия, пропаганда в
СМИ направлена на разжигание гражданской войны –
на фоне всех этих обстоятельств коррупция приобрела
общегосударственные масштабы.
Противодействие коррупции в странах исламского
мира не является приоритетным направлением внешней
или внутренней политики. Во многом это обусловлено
умеренным отношением традиционного ислама к
коррупции, воспринимающейся как элемент восточного
типа правления с подарками и корыстолюбием властей.
Еще несколько десятилетий назад коррупция в
Северной Корее практически отсутствовала. В период
строгого коммунистического режима, действовавшего
при Ким Ир Сене (до 1994 г.), деньги не имели особого
значения, так как чиновнику фактически некуда было их
потратить. Автомобили не продавались частным лицам,
для этого требовалось получение специального
разрешения на высоком государственном уровне, а
распределение квартир осуществлялось властями,
213
основываясь на положении гражданина в официальной
иерархии. Одновременно с этим, чиновники,
дослужившись до определенного уровня, получали
автомобиль с водителем и квартиру в центре Пхеньяна.
С середины 1990-х в Северной Корее за деньги стали
возможны покупки машин, квартир, предметов быта, и
уже к началу 2000-х страна погрязла в коррупции.
На сегодняшний день в КНДР фактически действует
система «восходящих денежных потоков», когда деньги
из карманов предпринимателей поступают в
распоряжение чиновников низшего или среднего звена,
которые, в свою очередь, делятся с вышестоящим
начальством – и именно это позволяет функционировать
группировкам чиновников, чья роль в политике
Северной Кореи сейчас всё заметнее.
Экономический рост, начавшийся в КНДР в
последние годы, как это ни парадоксально, во многом
случился благодаря коррупции: основную роль в этом
скачке сыграли частные предприниматели, нарушающие
закон и имеющие возможность заниматься своей
деятельностью только благодаря чиновникам, берущим
взятки. За последние четверть века в Северной Корее
сложилась культура коррупции, когда любой житель
страны не видит ничего зазорного в том, что чиновники
берут взятки – это поведение считается нормальным.
Среди стран Южной Америки одной из самых
коррумпированных считается Венесуэла. Придя к
власти в 1999 году, Уго Чавес назвал три основные цели
нового правительства: «созыв учредительного собрания
для написания новой конституции, устранение
коррупции в правительстве и борьба с социальной
изоляцией и бедностью». Однако за время его
правления коррупция в стране набрала самые высокие
обороты, благодаря безнаказанности по отношению к
214
членам правительства, взяткам и отсутствию
прозрачности.
Действующий президент Венесуэлы Николас Мадуро
неоднократно обвинялся в коррупции и в кумовстве,
например, когда его родственники получили места в
парламенте Венесуэлы – Национальной Ассамблее.
В августе 2018 года, уже после переизбрания на
второй срок, «Верховный суд Венесуэлы в изгнании» –
самопровозглашенный орган, не признаваемый
официальными властями Венесуэлы – приговорил
Николаса Мадуро к 18 годам тюремного заключения по
обвинению в коррупции. Самопровозглашенные судьи
постановили, что Мадуро также должен будет
компенсировать 35 миллионов долларов правительству
Венесуэлы.
В Венесуэле большинство потерпевших
предпочитают не обращаться в полицию, считая, что
такое обращение приведёт к ещё большим проблемам,
ведь полиция в сговоре с преступностью, чему
способствуют недофинансирование, низкая оплата
труда сотрудников правоохранительных органов,
отсутствие надзора и контроля.
Среди стран бывшего СССР выделяется уровнем
коррупции Туркменистан, где практически отсутствует
частный сектор и развивающийся средний класс,
создающий рабочие места. Коррупция зародилась здесь
ещё на заре независимости: чтобы устроить ребенка в
школу, получить паспорт, водительские права и
бесплатные лекарства, трудоустроиться в
госучреждение или поступить в вуз в Туркменистане,
необходимо было «дать на лапу» ещё при Сапармурате
Ниязове – первом президенте Туркменистана. При этом
туркмены никогда не считали это взяткой.
В 2017 году в Туркмении развернулась масштабная
215
кампания по борьбе с коррупцией, однако многие
высказывают мнение, что сделано это для того, чтобы
отвлечь внимание населения от задержек зарплат на
государственных предприятиях.
Узбекистан также считается одной из самых
коррумпированных стран на территории бывшего
СССР. Ситуация усугубляется ещё и тем
обстоятельством, что коррупция здесь тесно связана с
терроризмом и экстремизмом: в стране прогремело
несколько коррупционных скандалов, связанных с
продажей чиновниками выездных виз боевикам и
вербовщикам «Исламского государства».
Коррупция на всех уровнях в Узбекистане
воспринимается как должное, регулярные поборы не
возмущают население, удивление скорее вызовет
отсутствие необходимости в «хабаре», то есть взятке.
В Узбекистане тысячелетиями формировался и
развивался азиатский способ производства с
соответствующей политической надстройкой и
социальной структурой. В итоге Узбекистан можно
характеризовать как государство, в котором сильны
влияния общины и, тем более, родоплеменные
отношения являются вполне традиционными и
естественными в системе государственного управления.
Несмотря на то, что Узбекистан демонстрирует
устойчивый прогресс в снижении коррупции, говорить о
победе над ней пока рано.
Самый высокий уровень коррупции среди
европейских стран – в Турции, ситуация здесь
настолько не соответствует европейским стандартам,
что Европейским союзом было принято решение о
необходимости реализации программы по борьбе с
коррупцией с целью прививания чиновникам
европейских норм этики, а также разработки проектов
216
для внесения изменений в законодательство.
История коррупции в Турции уходит своими корнями
в эпоху Османской империи, где даже существовал
налог на взятки, составляющий значительную часть
бюджета империи, а в XVII веке была создана
«бухгалтерия взяток», где учитывались взятки,
полученные государственными чиновниками различных
уровней. Коррупция сыграла не последнюю роль в
разрушении Великой Османской империи: за деньги
продавалась любая должность, а подарки принимались
не только от сограждан, но и от послов других
государств. Подкупив османских должностных лиц,
иностранцы получали доступ к секретным
дипломатическим документам, добивались выполнения
договоров.
Уровень системной коррупции в Турции – средний,
при этом бытовая коррупция распространена
повсеместно и зачастую приобретает традиционную
форму дорогостоящего подарка, а не денег. При этом
даже раскрытые случаи коррупции в Турции стараются
не афишировать, а факты, становящиеся достоянием
общественности, в том числе благодаря СМИ не всегда
влекут за собой негативные последствия, включая
расследования. Непрозрачность государственных
закупок, в том числе для военно-промышленного
комплекса, также становится фактором для развития
коррупции в Турции в целом и лоббизма, в частности.
Весьма распространена коррупция и на Кипре, где в
рамках одного из социологических исследований 100%
опрошенных предпринимателей назвали свою страну
коррумпированной, а большинство уверено в тесной
связи политики и бизнеса, признавая при этом
коррупцию неотъемлемой частью бизнескультуры.
Группа государств по борьбе с коррупцией (ГРЕКО)
217
предлагала Кипру шестнадцать рекомендаций по борьбе
с коррупцией, которые были приняты государством,
однако большинство рекомендаций выполнено не было.
Были приняты кодекс этики для работников
прокуратуры, разработаны программы обучения и
повышения квалификации для работников прокуратуры
по вопросам этики и противодействия коррупции.
Однако для иных ведомств, а также судебных органов,
кодексы профессиональной этики не разработаны.
Предпринимаются попытки повысить прозрачность
системы назначения судей (была открыта школа судей,
на которую планируется возложить проведение
обучающих курсов по этике поведения). С недавнего
времени кипрских депутатов обязали размещать
доходные декларации на официальном веб-сайте, при
этом обязательство по раскрытию доходов изначально
противоречило закону о сохранении конфиденциальной
информации, действовавшему на Кипре.
В настоящее время на Кипре отсутствует единый акт,
направленный на борьбу с коррупцией. В том или ином
виде антикоррупционные меры закреплены в 24
законах. Правительство пытается сформировать единый
пакет законов, однако складывается впечатление, что
Кипр в деле борьбы с коррупцией слишком
осторожничает, не решаясь на радикальные меры.
Коррупцию, наравне с прочими, называют и одной из
причин кризиса в Греции: греческая культурная среда
принимает коррупцию в обществе как
сформировавшийся обычай избегать налоговых
платежей, воспринимаемый в качестве сознательной
подтасовки финансовой отчетности на государственном
уровне
В последнее десятилетие Греция развернула жёсткую
борьбу с коррупцией, но сложность заключается в том,
218
что победить данное явление возможно только с
изменённым мышлением конкретных людей, в то время
как большинство греков считает нормой давать и брать
взятки. Сейчас в стране идёт активная работа,
направленная на формирование антикоррупционного
правосознания и понимания наказуемости
коррупционных деяний. По телевидению
транслируются ролики, инструктирующие относительно
ситуаций, когда чиновник напрямую требует взятки. В
стране работает «горячая линия», принимающая
сообщения о фактах коррупции. Как и во многих других
странах, борьба с коррупцией в Греции идёт успешно,
но медленно, и страна по-прежнему занимает высокое
место в рейтинге коррумпированности.
219
СПИСОК ОСНОВНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
1. Борьба с коррупцией в правоохранительных
органах за рубежом : монография / В.Ю. Артемов, И.С.
Власов, Н.А. Голованова [и др.] ; отв. ред. И.С. Власов,
С.П. Кубанцев. — Москва : ИНФРА-М : Институт
законодательства и сравнительного правоведения при
Правительстве Российской Федерации, 2022. — 320 с.
— ISBN 978-5-16-013731-5.
2. Василевич Г.А. Актуальные направления
противодействия коррупции в Республике Беларусь на
современном этапе : монография / Г.А. Василевич. —
Минск : Беларуская навука, 2018. — 203 с.
3. Долгова А.И. Криминологические оценки
организованной преступности и коррупции, правовые
баталии и национальная безопасность : Монография /
Долгова А.И. — Москва : Юр.норма, НИЦ ИНФРА-М,
2017. — 668 с.
4. Организационно-правовые механизмы
противодействия коррупции в субъектах Российской
Федерации : монография / Т.Я. Хабриева, Л.В.
Андриченко, А.М. Цирин [и др.]. — Москва : Институт
законодательства и сравнительного правоведения при
Правительстве Российской Федерации : ИНФРА-М,
2021. — 224 с. — ISBN 978-5-16-109839-4.
5. Противодействие коррупции: новые вызовы :
монография / С.Б. Иванов, Т.Я. Хабриева, Ю.А.
Чиханчин [и др.] ; отв. ред. Т.Я. Хабриева. — Москва :
Институт законодательства и сравнительного
правоведения при Правительстве Российской
Федерации : ИНФРА-М, 2021. — 384 с. — ISBN 978-5-
16-012463-6.
6. Савченко И.А. Измерительные методики в
системе предупреждения коррупционного поведения :
220