Богословие красоты

Лосев считал, что основной категорией эстетики является как раз эстетическое7, т.е. то, что относится к сфере выражения, симво­ла. К нему относятся не только «красота» или «прекрасное» и «гра­ция» (когда имеет место гармония идеи и ее выражения, внешней и внутренней стороны вещи), но и «безобразное», «низменное» (когда образ выражает нечто большее, чем это предполагает идея, напр., образ червя преувеличенно подчеркивает ничтожность, не­значительность), «возвышенное», «пафос» (когда, в свою очередь, выражение не передает величия идеи, например образ звездного неба не отражает великолепия вселенной), «комизм» (который является реализацией категории низменного – в том случае, когда выражение, результат неадекватны ожидаемой цели, например бег клоуна без реальной необходимости) или «трагизм» (производная категории возвышенного, когда мы сожалеем, что такая величавая идея не была должным образом осуществлена, например благо­родный Эдип оказался отцеубийцей), а также «мера», «гармония» (указывающие на идеал, целостность вещи), «ирония» (такое вы­ражение, которое искажает смысл идеи: «да», означающее «нет», и наоборот), «гротеск» (выражание фантастического характера), «игра» и т.п. Разнообразные категории составляют всевозможные аспекты «эстетического». В то же время они имеют онтологиче­ский характер, поскольку являются различными вариантами связи идеи-эйдоса и его выражения (т.е. явления) – либо их равновесия, либо той или иной дисгармонии этого отношения.