Экономические киберпреступления уголовно-правовая и криминологическая характеристика. Учебное пособие

2.3. Киберпреступления в сфере экономической деятельности

Совершение незаконного предпринимательства с использованием ин- формационно-телекоммуникационных сетей не повышает степень общественной опасности данного преступления и не указывается в качестве квалифицирующего признака. Однако на практике незаконное предпринимательство, например, в сети «Интернет», достаточно распространено.

Например, при совершении незаконной фармацевтической деятельности (сбыте лекарств без лицензии в сети «Интернет») содеянное может быть квалифицировано либо по ст. 235 УК РФ в случае причинения вреда здоровью или жизни человека, либо по ст. 171 УК РФ при причинении крупного ущерба или при извлечении дохода в крупном размере.

Так же, как незаконное предпринимательство, на практике квалифицируется деятельность по обмену криптовалюты на денежные средства либо иностранную валюту. При этом иногда содеянное при различных обстоятельствах совершения преступления подпадает под ст. 172 УК РФ «Незаконная банковская деятельность».

Судебная практика. Приговор Свердловского районного суда города Костромы от 16.07.2018 по делу № 1-9/2018 (1-416/17) и Апелляционное определение Костромского областного суда от 18.10.2018 по делу № 22-827/2018.

«ФИО1 и ФИО2 обвинялись в совершении преступлений, предусмотренных ст. 172 УК РФ „Незаконная банковская деятельность“.

ФИО1 и ФИО2 без регистрации и без лицензии осуществляли подлежащую обязательному лицензированию, сопряженную с извлечением дохода в крупном размере предпринимательскую деятельность по предоставлению посредствам информационно-коммуникационной сети „Интернет“ неопределенному кругу лиц возмездных услуг по переводу с использованием платежного сервиса „Visa QIWI Wallet“ электронных денежных средств и купле-продаже так называемых „титульных знаков“ (криптовалюты) электронных платежных систем расчетов и бирж: „Perfect Money“, „WebMoney“, „Payeer“, „BTC-E“. За оказание услуг ФИО1 и ФИО2 брали комиссию в размере не менее 0,5 % от суммы поступивших денежных средств.

Следствием незаконного предпринимательства ФИО1 и ФИО2 по перечислению денежных средств в сумме 537 146 030 рублей 81 копейки стало получение дохода в сумме 2 685 730 рублей 15 копеек, что является крупным размером.

Свердловский районный суд города Костромы переквалифицировал действия ФИО1 и ФИО2 со ст. 172 УК РФ на ст. 171 УК РФ, признав, что ФИО1 совершил не незаконную банковскую деятельность, а именно незаконное предпринимательство.

41

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика экономических киберпреступлений

ФИО1 было назначено наказание в виде лишения свободы на срок два года условно с испытательным сроком полтора года; ФИО2 — полтора года лишения свободы с испытательным сроком полтора года. На основании ст. 104.1 УК РФ средства совершения преступления (компьютерная техника) и денежные средства, полученные преступным путём, были конфискованы в пользу государства. Апелляционная инстанция (Костромской областной суд) признала переквалификацию деяний со ст. 172 УК РФ на ст. 171 УК РФ верной. Наказание оставлено без изменений».

Представляется, что переквалификация со ст. 172 УК РФ на ст. 171 УК РФ обосновывается тем, что: во первых, в перечень банковских операций, согласно ст. 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 (ред. от 29.12.2022) «О банках и банковской деятельности», не входят операции с криптовалютой, а только операции с наличными, безналичными и электронными денежными средствами, иностранной валютой и т. д.; во вторых, по своей природе незаконная банковская деятельность является разновидностью незаконного предпринимательства; в третьих, ст. 171 УК РФ предусматривает более мягкую уголовную ответственность, чем ст. 172 УК РФ. При этом следует отметить, что если виновный, помимо обмена криптовалюты, объективно совершал и иную незаконную банковскую деятельность (например, на постоянной основе под комиссию также обменивал иностранную валюту), то содеянное квалифицируется по ст. 172 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 171 УК РФ не требует.

Незаконные организация и проведение азартных игр

Объективная сторона указанного преступления.

Незаконные организация и проведение азартных игр — организация и (или) проведение азартных игр с использованием игрового оборудования вне игорной зоны, либо без полученной в установленном порядке лицензии на осуществление деятельности по организации и проведению азартных игр в букмекерских конторах и тотализаторах вне игорной зоны, либо без полученного в установленном порядке разрешения на осуществление деятельности по организации и проведению азартных игр в игорной зоне, либо с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», или средств связи, в том числе подвижной связи, за исключением случаев приема интерактивных ставок организаторами азартных игр в букмекерских конторах и (или) тотализаторах, а равно систематическое предоставление помещений для незаконных организации и (или) проведения азартных игр (более двух раз) (ч. 1 ст. 171.2 УК РФ).

42

2.3. Киберпреступления в сфере экономической деятельности

Состав преступления формальный и не предполагает причинения какого либо ущерба.

Таким образом, незаконные организация и проведение азартных игр считаются оконченными с момента совершения общественно опасных деяний, независимо от наступления общественно опасных последствий.

При этом если виновные получат незаконный доход в размере свыше полутора миллионов рублей, то содеянное следует квалифицировать по ч. 2 ст. 172 УК РФ, а при получении дохода свыше шести миллионов рублей — по ч. 3 ст. 171.2 УК РФ.

Субъективная сторона указанного преступления учитывает только умышленную форму вины.

Субъект преступления. Минимальный возраст уголовной ответственности за данное преступление составляет 16 лет.

Помимо дифференциации по размеру полученного дохода, ст. 171.2 УК РФ предусматривает такие квалифицирующие признаки, как: группой лиц по предварительному сговору (ч. 2); организованной группой (ч. 3); с использованием своего служебного положения (ч. 3).

Незаконные организация и проведение азартных игр признаются преступлениями небольшой тяжести (ч.1), средней тяжести (ч. 2) и тяжким преступлением (ч. 3).

Состав незаконных организации и проведения азартных игр не предусматривает такой квалифицирующий признак, как «совершение преступления с использованием информационно-телекоммуникационных сетей». Вместо этого данный признак учитывает в основном составе преступления (ч. 1 ст. 171.2 УК РФ).

В силу ч. 3 ст. 5 Федерального закона от 29.12.2006 № 244 ФЗ ФЗ (ред. от 02.07.2021) «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр» деятельность по организации и проведению азартных игр с использованием информационнотелекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», а также средств связи, в том числе подвижной связи, запрещена.

Данный запрет является абсолютным и не зависит от игорных зон.

Согласно п. 31 ст. 12 ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»: деятельность по организации и проведению азартных игр в букмекерских конторах или тотализаторах требует наличия лицензии.

Таким образом, незаконные организация и проведение азартных игр по своей природе также являются разновидностью незаконного предпринимательства.

43

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика экономических киберпреступлений

Азартная игра — основанное на риске соглашение о выигрыше, заключенное двумя или несколькими участниками такого соглашения между собой либо с организатором азартной игры по правилам, установленным организатором азартной игры (ст. 4 ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации»).

Вматериальном мире такой игрой может быть признана, например, рулетка, так как выигрыш в данной игре полностью зависит от случайности (риска). При этом игра в шахматы на деньги не является азартной, так как выигрыш зависит не от случайности, а от тактических и стратегических навыков игроков.

Всети «Интернет» азартная игра обладает определённой спецификой, так как она должна быть основана на случайности. Для реализации данного требования игра на программном уровне должна быть основана на генераторе случайных чисел либо на ином программном средстве, обеспечивающем случайный исход игры. Данное обстоятельство необходимо устанавливать судебной экспертизой. В случае, если под видом азартной игры организатор предлагает поучаствовать в игре, основанной на математическом алгоритме, согласно которому организатор выигрывает с большим шансом, чем игрок, то содеянное следует квалифицировать как мошенничество (ст. 159 УК РФ).

Как правило, с использованием информационно-телекоммуника- ционных сетей организовываются «онлайн-казино» либо их аналоги, направленные на систематическое извлечение прибыли.

Судебная практика. Приговор Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 24.07.2020 по делу № 1-4/2020.

«Не позднее 04.03.2017 г. у ранее длительное время знакомых ФИО1, ФИО2 и ФИО3, из корыстных побуждений, возник преступный умысел на незаконную организацию азартных игр с использованием игрового оборудования и информационнотелекоммуникационных сетей.

Для конспирации своей преступной деятельности ФИО1, ФИО2 и ФИО3, во избежание привлечения внимания со стороны правоохранительных органов и пресечения их деятельности, было решено законспирировать свою преступную деятельность под деятельность, не запрещенную действующим законодательством — предоставление населению услуг общественного питания, а также предоставление населению доступа к ресурсам, содержащимся в информационнотелекоммуникационной сети „Интернет“, от имени подконтрольных им ООО.

44

2.3. Киберпреступления в сфере экономической деятельности

Продолжая преступные действия, в подысканных в период до 04.03.2017 г., для совершения преступления помещениях, расположенных в г. Сарапуле Удмуртской Республики ФИО1, ФИО2 и ФИО3 разместили компьютерную технику в качестве игрового оборудования для незаконного проведения азартных игр, обеспечили доступ компьютерной техники из незаконных игорных заведений к информационнотелекоммуникационной сети „Интернет“ для соединения к интернетресурсами, предоставляющим возможность незаконного проведения азартных игр с денежным выигрышем, оборудовали мебелью для создания комфортных условий игрокам, средствами связи для взаимодействия между игорными заведениями в процессе совершения преступления, а также установили и настроили системы безопасности в игорных заведениях — камеры видеонаблюдения.

Действуя с этой целью, в период с 04.03.2017 по 29.03.2018 г. ФИО1, ФИО2 и ФИО3 стали незаконно проводить азартные игры. Деньги, которые посетители вносили в кассу, переводились в виртуальную валюту (баллы). На эти баллы посетитель мог играть. Выигрыш посетители получали на кассе в виде денежных средств. В результате организации

ипроведения азартных игр ФИО1, ФИО2 и ФИО3 получили незаконных доход в размере более одного миллиона рублей.

ФИО1, ФИО2 и ФИО3 были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п. „а“ ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, им было назначено наказание в виде лишения свободы на срок от одного года до двух лет условно, денежные средства, полученные преступным путём

иигровое оборудование было конфисковано в пользу государства».

Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем

Объективная сторона этого преступления.

Легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, — придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления (ст. 3 Федерального закона от 07.08.2001 № 115 ФЗ (ред. от 18.03.2023) «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»).

Уголовный кодекс РФ предусматривает два основных состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем.

45

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика экономических киберпреступлений

Часть 1 ст. 174 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными другими лицами преступным путем, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.

В ч. 1 ст. 174.1 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за совершение аналогичных действий, но в отношении имущества, приобретенного самим преступником незаконно (а не другими лицами).

Состав преступления является формальным и не предполагает минимального предела ущерба. Следовательно, отмывание хотя бы одного рубля формально подпадает под признаки преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ.

Согласно п. 8 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 № 32 (ред. от 26.02.2019) «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» преступление считается оконченным в момента совершения с момента, когда лицо, действуя с указанной в данных статьях целью, непосредственно использовало преступно полученные денежные средства для расчетов за товары или размена либо предъявило (передало) банку распоряжение о переводе денежных средств и т. п. В тех случаях, когда названные преступления совершались путем сделки, их следует считать оконченными с момента фактического исполнения виновным лицом хотя бы части обязанностей или реализации хотя бы части прав, которые возникли у него по совершенной сделке (например, с момента передачи виновным лицом полученных им в результате совершения преступления денежных средств или иного имущества другой стороне договора вне зависимости от того, получено ли им встречное исполнение по сделке).

Также следует учитывать, что если в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем (в результате совершения преступления), создается лишь видимость заключения сделки с имуществом, тогда как в действительности фактическая передача имущества по ней не предполагается, то преступления, предусмотренные ст. 174 и 174.1 УК РФ, следует считать оконченными с момента оформления договора между виновным и иным лицом (например, с момента подписания договора об оплате услуг, которым маскируется преступное приобретение соответствующих денежных средств).

46

2.3. Киберпреступления в сфере экономической деятельности

Субъективная сторона указанного преступления учитывает только умышленную форму вины со специальной целью — придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.

Субъект преступления — лицо, достигшее 16 летнего возраста уголовной ответственности за данное преступление.

Квалифицирующие признаки — совершение деяния: в крупном размере свыше 1,5 млн руб. (ч. 2 ст. 174 и 174.1 УК РФ); группой лиц по предварительному сговору (ч. 3 ст. 174 и 174.1 УК РФ); лицом с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 174 и 174.1 УК РФ); организованной группой (ч. 4 ст. 174 и 174.1 УК РФ); в особо крупном размере свыше 6 млн руб. (ч. 4 ст. 174 и 174.1 УК РФ).

Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем (ст. 174 и 174.1 УК РФ), признаются преступлениями небольшой тяжести (ч. 1 и 2), средней тяжести (ч. 3)

итяжкими преступлениями (ч. 4).

Вст. 174 и 174.1 УК РФ нет таких квалифицирующих признаков, как «с банковского счёта, а равно в отношении электронных денежных средств», а также «с использованием информационно-телекоммуника- ционных сетей». Совершение легализации в отношении безналичных или электронных денежных средств охватывается основным составом преступления. Если легализация будет совершена с использованием информационнотелекоммуникационных сетей, то это не повышает степень общественной опасности указанного преступления и дополнительно никак не квалифицируется.

На практике легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем с использованием ин- формационно-телекоммуникационных сетей, осуществляется, например, при осуществлении финансовых операций и иных сделок в он- лайн-магазинах, на сайтах букмекерских контор, на сайтах объявлений либо интернет-биржах криптовалют.

Судебная практика. Приговор Троицкого районного суда города Москвы от 27.10.2021 г. по делу № 1-198/2021.

«ФИО1 в процессе производства и сбыта наркотических средств, 13 сентября 2020 г. получил доход от сбыта наркотического средства в размере 2 х млн рублей. В период времени с мая по сентябрь 2020 г. ФИО1предложил ФИО2. осуществлять деятельность по легализации (отмыванию) денежных средств, приобретенных незаконным путём, сообщив Петрову П. П. основные сведения о своей преступной  деятельности.

47

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика экономических киберпреступлений

ФИО2 совместно с ФИО3, с целью сокрытия источников происхождения доходов и придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами, полученными от совершения тяжких и особо тяжких преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков, оформили подконтрольный им виртуальный счет на интер- нет-бирже „Binance“, используя персональные данные ФИО3.

В период с 6 по 13 сентября 2022 г. ФИО2 совместно с ФИО3 на денежные средства, полученные преступным путём, приобрели криптовалюту Биткоин, эквивалентную сумме не менее 2 х млн рублей. Затем на интернет-бирже „Binance“ за данную криптовалюту приобрели доллары США, а затем на полученные доллары США вновь приобрели криптовалюту Биткоин, в целях придания ей правомерного вида владения. Далее, с целью дальнейшей легализации (отмывания) денежных средств, полученных преступным путем, ФИО2 вновь приобрели за криптовалюту Биткоин, эквивалентную сумме не менее 2 х млн рублей, на интернет-бирже „Binance“ доллары США, которые в последующем перевели на счет ТОО „Стройсистема“ с целью покупки отдельных услуг по строительству.

Затем, ФИО3. связался с представителем ТОО „Стройсистема“, ФИО4, после чего на другой счет, ФИО3 на интернет-бирже „Binance“ поступила криптовалюта Биткоин, эквивалентная сумме не менее 2 х млн рублей.

После чего, ФИО2 перевел криптовалюту Биткоин, эквивалентную сумме не менее 2 х млн рублей на счет неустановленных следствием лиц, представляющих свои услуги по обмену криптовалюты Биткоин на наличные рубли на интернет-сайте bestchange.ru и договорился о встрече с курьером данной организации для получения наличных денежных средств в сумме сумма.

ФИО2 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. „а“ ч. 3 ст. 174 УК РФ. Ему было назначено наказание в виде лишения свободы на срок два года и три месяца условно с испытательным сроком два года и дополнительное наказание в виде штрафа».

Незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну

Объективная сторона названного преступления.

Незаконное получение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, — собирание их путем похищения документов, обмана, шантажа, принуждения, подкупа или угроз, а равно иным незаконным способом (ч. 1 ст. 183 УК РФ).

48

2.3. Киберпреступления в сфере экономической деятельности

Незаконное распространение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, — незаконное разглашение или использование сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, без согласия их владельца лицом, которому она была доверена или стала известна по службе или работе (ч. 2 ст. 183 УК РФ).

Оба состава преступления являются основными и формальными. Они считаются оконченными с момента совершения указанных деяний, независимо от наступления общественно опасных последствий.

Коммерческая тайна — режим конфиденциальности информации, позволяющей ее обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду, а информация, составляющая коммерческую тайну, — сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны (ст. 3 Федерального закона от 29.07.2004 № 98 ФЗ (ред. от 14.07.2022) «О коммерческой тайне»).

Режим налоговой тайны установлен ст. 102 НК РФ.

Налоговая тайна — любые полученные налоговым органом, органами внутренних дел, следственными органами, органом государственного внебюджетного фонда и таможенным органом сведения о налогоплательщике, плательщике страховых взносов.

Исключением являются сведения, указанные в ч. 1 ст. 102 НК РФ, например, общедоступные сведения либо сведения об идентификационном номере налогоплательщика.

Режим банковской тайны установлен ст. 26 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 (ред. от 29.12.2022) «О банках и банковской деятельности». К банковской тайне, например, относится информация об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов.

Субъективная сторона указанного преступления учитывает только умышленную форму вины.

Субъект преступления. Вменяемое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности за данное преступление, — 16 лет.

49

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика экономических киберпреступлений

Вкачестве квалифицирующих признаков законодатель указывает: совершение указанных действий группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (ч. 3); совершение указанных действий из корыстной заинтересованности (ч. 3); с причинением крупного ущерба на сумму свыше 2 млн 250 тыс. руб. (ч. 3); с причинением тяжких последствий, например, банкротство компании либо самоубийство потерпевшего (ч. 4).

Незаконное собирание сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, является преступлением небольшой тяжести (ч. 1 ст. 183 УК РФ), а их распространение — преступлением средней тяжести (ч. 2 ст. 183 УК РФ). При этом если указанные преступления будут обладать квалифицирующими признаками, то они могут быть признаны как преступлениями средней тяжести (ч. 3), так и тяжкими преступлениями (ч. 4).

Вст. 183 УК РФ нет такого квалифицирующего признака, как «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей». В случае незаконного собирания или распространения сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, указанным образом содеянное квалифицируется по общим основаниям. При этом если при собирании сведений виновный параллельно совершил неправомерный доступ к компьютерной информации либо использовал вредоносные компьютерные программы, то содеянное квалифицируется по совокупности со ст. 272 и 273 УК РФ.

На практике незаконное собирание и распространение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну с использованием информационно-телекоммуникационных сетей весьма распространено. Как правило, происходят «массовые сливы» (распространение) баз данных клиентов банковских или иных коммерческих организаций из корыстных побуждений.

Судебная практика. Приговор Красногорского городского суда Московской области от 08.09.2020 № 1-222/2020.

«ФИО, являлся сотрудником ПАО Сбербанк. В связи с выполнением им должностных обязанностей, Иванов И. И. имел доступ к сетевому каталогу закрытого сетевого сегмента „Alpha“ ПАО Сбербанк, в котором содержатся сведения, составляющие банковскую тайну, в части сведений о счетах, реквизитах платежных средств, номерах телефонов и учетных записях клиентов Банка, а также иные сведения, установленные кредитной организацией. ФИО скопировал себе на внешний носитель информации каталог в архив и взял домой.

Находясь по месту своего жительства и используя личный ноутбук, на теневой торговой площадке сети „Интернет“ „HYDRA“

50