Уголовное право. Заведомо ложный донос. Учебное пособие для СПО

в возбуждении уголовного дела. Сам же Б. привлечен к уголовной ответственности и осужден по ч. 1 ст. 306 УК РФ72.

Впрочем, следует согласиться с М. Хабибуллиным, который отмечает, что состав заведомо ложного доноса имеет место независимо от того, какую цель преследовало лицо, заведомо ложно сообщая о совершении преступления. Действия доносчика не станут менее опасными в зависимости от цели, какую он преследовал. В любом случае виновный посягает на правильную деятельность органов правосудия73.

Итак, заведомо ложный донос о преступлении может совершаться не только с целью возбуждения уголовного дела, но и в иных целях. Однако сказанное касается лишь заведомо ложного доноса без указания на конкретное лицо, как совершившее преступление.

Донос, связанный с обвинением невиновного лица в совершении преступления, посягает не только на основной объект преступления — интересы правосудия, но и на интересы личности, которые выступают в данном случае в качестве дополнительного непосредственного объекта. Такой донос имеет более высокую общественную опасность по сравнению с заведомо ложным доносом о вымышленном преступлении. И это обстоятельство требует более строгого наказания в рамках санкции части первой ст. 306 УК РФ либо правовой оценки по ч. 2 или 3 этой статьи. Соответственно, необходимым основанием ужесточения ответственности должно являться наличие у субъекта доноса цели привлечения оговоренного к уголовной ответственности.

То, что такой донос определяет необходимость установления у субъекта преступления цели привлечения невиновного к уголовной ответственности, подтверждается и судебной практикой. Например, еще в 1959 г. в одном из решений Верховного Суда РСФСР было отмечено, что «Ложный донос состоит в сообщении заведомо ложных сведений с целью добиться осуждения или привлечения к уголовной ответственности заведомо невиновного лица»74.

Позиция судов по этому вопросу остается неизменной и в наши дни. Так, например, в одном своем определении Верховный Суд РФ указал, что субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ, характери-

72См.: Приговор Шебекинского районного суда Белгородской области от 24.11.2014 // ЭПС «Система ГАРАНТ».

73См.: Хабибуллин М. Вина, мотив и цель заведомо ложного доноса // Социалистическая законность. 1974. № 7. С. 59.

74См.: Определение СК ВС РСФСР по делу Т. // Советская юстиция. 1959. № 7. С. 89.

41

зуется прямым умыслом, а также целью — привлечения невиновного лица к уголовной ответственности75.

Вместе с тем А.В. Бриллиантов правильно отмечает, что даже с учетом фактора обязательности цели привлечения к уголовной ответственности, для наличия состава заведомо ложного доноса необходимо учитывать, что целевое назначение действий виновного может быть различным в зависимости от ситуации и наличия ближайшей (промежуточной) цели и конечной цели. К примеру, обвиняемый осуществляет заведомо ложный донос, суть которого состоит в том, что к нему применялись недозволенные средства, под воздействием которых он оговорил себя. Цель таких действий состоит в том, чтобы, опорочив сотрудников правоохранительных органов, избежать уголовной ответственности. При этом виновному безразлично, привлекут ли реально к уголовной ответственности обвиненных им лиц или нет. Главное — добиться необходимого итога, средством достижения которого является заведомо ложный донос76.

По этому поводу отметим, что действительно, в приведенном примере цель привлечения сотрудников правоохранительных органов можно рассматривать как промежуточную, посредством достижения которой обвиняемый стремился к конечной цели — уклониться от уголовной ответственности. Однако не достигнув промежуточной цели, он не мог достигнуть и своей конечной цели. Поэтому в рассмотренном казусе нет оснований не констатировать у субъекта ложного доноса цели привлечения сотрудников к уголовной ответственности.

Мотивы, с которыми совершаются заведомо ложные доносы, на квалификацию содеянного не влияют и могут быть различным.

С процессуальной стороны препятствием к вынесению приговора по ст. 306 УК РФ может являться неотмененное решение официального органа по тем или иным обстоятельствам, составляющим предмет доказывания. Так, например, гр. М. была осуждена по ч. 1 ст. 306 УК РФ. Суд апелляционной инстанции установил, что уголовное дело в отношении М. было возбуждено 30.12.2015. Однако на тот момент по тем же обстоятельствам имелось неотмененное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 11.06.2015 в связи с отсутствием состава преступления в действиях М. Таким образом, были нарушены положения пункта 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Процедура судопроизводства не соблюдена.

75 См.: Определение Верховного Суда РФ от 07.06.2010 № 83-Д10-2 // СПС «Консультант-

Плюс».

76 См.: Бриллиантов А. Указ. соч. С. 17.

42

Приговор суда первой инстанции в отношении М. отменен, уголовное дело возвращено Черемушкинскому межрайонному прокурору г. Москвы на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ77.

Препятствием к осуждению по ст. 306 УК РФ может являться и непринятое решение по уголовному делу, возбужденному в виду поступившего ложного доноса о совершенном преступлении. Так, гр-ка С. была осуждена о ч. 1 ст. 306 УК за то, что 05.09.2017, с целью ввести в заблуждение правоохранительные органы и вернуть принадлежащий ей автомобиль, который ранее, 03.05.2017, передала по договору аренды неустановленному лицу, написала заявление о совершении хищения ее автомобиля неизвестным.

Апелляционный суд установил, что 28.07.2018 следователем Отдела МВД по Бабушкинскому району г. Москвы было возбуждено уголовное дело по факту хищения у С. ее автомобиля путем мошенничества. Она же признана потерпевшей по делу. Постановлением следователя того же правоохранительного органа от 28.09.2018 уголовное дело было приостановлено производством на основании а. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора по ч. 1 ст. 306 УК РФ.

Приговор в отношении С. был отменен и уголовное дело возвращено Бабушкинскому межрайонному прокурору г. Москвы для устранения препятствий в его рассмотрении судом78.

77 См.: Апелляционное постановление Московского городского суда от 23.08.2017 по делу № 10-12345/2017. URL: http://судебныерешения.рф (дата обращения: 10.09.2024).

78 Апелляционное постановление Московского городского суда от 05.03.2019 по делу № 10-1077/2019. URL: http://судебныерешения.рф (дата обращения: 08.11.2024).

43

2. КВАЛИФИКАЦИЯ И СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ЗАВЕДОМО ЛОЖНОГО ДОНОСА В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ

2.1. КВАЛИФИЦИРУЮЩИЕ ПРИЗНАКИ ЗАВЕДОМО ЛОЖНОГО ДОНОСА: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ

В ч. 2 ст. 306 УК РФ предусмотрен квалифицированный состав рассматриваемого преступления — заведомо ложный донос, сопряженный с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. (Понятие указанных категорий преступления дается в ч. 4 и 5 ст. 15 УК РФ).

Основанием для его применения является наличие ложного обвинения индивидуально-определенного лица в совершении конкретного тяжкого либо особо тяжкого преступления. Обвинение лица в совершении преступления небольшой либо средней тяжести квалифицируется по ч. 1 ст. 306 УК РФ. Так, гр. Г. осужден по указанной статье за то, что сделал в органы внутренних дел заведомо ложный донос о том, что его знакомый якобы открыто похитил 15 000 тыс. руб., то есть совершил преступление средней тяжести, предусмотренное ч. 1 ст. 161 УК РФ79.

Нередко в правоохранительные органы поступают доносы с обвинением неизвестных лиц, якобы совершивших в отношении заявителя тяжкое или особо тяжкое преступление. Такие действия могут быть квалифицированы только по ч. 1 ст. 306 УК РФ, поскольку в подобных случаях умыслом виновного не охватывается обвинение конкретного лица в совершении преступления. Соответственно, не нарушаются права и свободы какого-либо человека, а объектом преступления является только нормальная деятельность правоохранительных органов.

В виду того, что состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 306 УК РФ, двухобъектный, это обстоятельство может существенным образом повлиять на принятие решения об освобождении от уголовной ответственности и наказания лица, совершившего такое преступление. Так, постановлением Ленинского районного суда г. Тюмени от 23.03.2017 уголовное дело гр-ки Б., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ, было прекращено за примирением сторон на основании ст. 76 УК РФ.

79 См.: Апелляционное постановление Ленинского районного суда г. Кирова Кировской области от 03.09.2019 по делу № 22-1680/2019. URL: http://судебныерешения.рф (дата обращения:

13.08.2024).

44

Государственный обвинитель не согласился с принятым решением и в своем апелляционном представлении обратил внимание на то, что преступление, предусмотренное ст. 306 УК РФ, имеет два объекта преступного посягательства. Основной объект — правоотношения, устанавливаемые в органах, уполномоченных возбуждать и расследовать уголовные дела, и дополнительный объект — общественные отношения, обеспечивающие защиту чести, достоинства и законных интересов граждан. В случае примирения лжедоносителя с потерпевшим преступление не утрачивает свою общественную опасность, поскольку актом примирения не устраняется вред, нанесенный основному объекту преступного посягательства. При прекращении дела в связи с примирением сторон не было учтено, что уголовное дело о преступлении, предусмотренном ст. 306 УК РФ — это дело публичного обвинения в силу ст. 20 и 21 УПК РФ.

Апелляционная судебная инстанция приговор оставила в силе. По смыслу закона, при разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, необходимо учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет. Вместе с тем, уголовный закон не содержит запрета на прекращение уголовного дела по обвинению лица в преступлениях, имеющих два объекта преступного посягательства, к каким относится и преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 306 УК РФ80.

В ч. 3 ст. 306 УК РФ предусмотрена ответственность за совершение деяний, предусмотренных частями 1 и 2 указанной статьи, соединенных с созданием искусственных создание доказательств обвинения.

Этот особо квалифицирующий признак заведомо ложного доноса предполагает следующее:

-во-первых, дополнительное (помимо заведомо ложного заявления или иного сообщения о совершении преступления) представление не соответствующих действительности сведений как о виновности (причастности) конкретного лица, так и о событии преступления;

-во-вторых, сведения должны быть представлены в целях их использования в процессе доказывания;

-в-третьих, установление этого признака следует осуществлять во взаимосвязи с положениями УПК РФ, в том числе устанавливающими, что в каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные данным Кодексом меры

80 См.: Апелляционное постановление Тюменского областного суда от 02.05.2017. Дело № 22985/2017. URL: http://судебныерешения.рф (дата обращения: 03.07.2024).

45

по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21); при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию в числе прочего событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления) (п. 1 ч. 1 ст. 73)81.

При выявлении рассматриваемого квалифицирующего признака следует исходить из разъяснений уголовно-процессуального закона, согласно которым доказательствами по уголовному делу могут являться любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в уголовно-процес- суальном порядке устанавливает наличие (отсутствие) обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. В качестве доказательств допускаются: показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, эксперта и специалиста; заключение эксперта; вещественные доказательства; протоколы следственных и судебных действий; иные документы82.

Наиболее распространенными путями искусственного создания доказательств обвинения являются: формирование обстановки или места якобы совершенного преступления путем перемещения предметов, изменения их целостности; подкидывание улик совершения преступления невиновным; изготовления подложных документов; оставление следов на теле человека, в том числе путем причинения ему телесных повреждений (С.В. Смолин). Так, например, гр. Д. был осужден по ч. 3 ст. 306 УК РФ за то, что совершил ложный донос о совершении гражданами К. и Т. особо тяжкого преступления. При этом с целью искусственного создания доказательств обвинения для придания убедительности своего ложного сообщения подложил пистолет с патронами на территорию садового участка потерпевших83.

Таким образом, под искусственным созданием доказательств обвинения следует понимать активные действия, направленные на искажение доказательственной информации, запечатленной на материальных носителях, для подтверждения содержащихся в доносе заведомо ложных сведений.

Искусственное создание доказательств обвинения может выражаться и в самонанесении доносчиком телесных повреждений. Так между Ц. и его родителями произошел конфликт, после которого родители из квартиры ушли. Испытывая неприязнь к отцу и желая ему отомстить, у Ц. возник умысел на по-

81См.: Определение Конституционного Суда РФ от 29.05.2019 № 1254-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина М.Д. А. на нарушение его конституционных прав частью 3 ст. 306 УК РФ» // СПС «КонсультантПлюс».

82Статья 74 УПК РФ.

83См.: Постановление Президиума Санкт-Петербургского городского суда от 22.01.2014 по делу № 44у-12/14 // ЭПС «Система ГАРАНТ».

46

дачу в полицию заведомо ложного доноса о якобы поступивших в его адрес от отца угроз убийством. Воспользовавшись тем, что родители ушли из дома, Ц. зашел в ванную комнату квартиры и лезвием нанес себе рану на ладони и запястье левой руки, искусственно создав доказательства обвинения. Затем он сообщил в дежурную часть отдела полиции о том, что его отец угрожал ему убийством и пытался нанести удар ножом в грудь, в результате чего он получил телесные повреждения в виде пореза руки. Прибывшими в квартиру сотрудниками полиции Ц. был предупрежден об ответственности по ст. 306 УК РФ, после чего составили протокол принятия устного заявления о преступлении. За совершенный заведомо ложный донос Цветков осужден по ч. 3 ст. 306 УК РФ84.

Требуется установление того обстоятельства, что нанесение лицом себе телесных повреждений осуществлялось именно с намерением подтвердить свой заведомо ложный донос, который был уже подан либо подать который лицо планировало в будущем. Так, гр-ка К., находясь в камере административно задержанных в здании ОВД за совершение административного правонарушения, осколком стекла причинила себе телесные повреждения в виде резаной раны левого предплечья, а затем подала заявление на имя прокурора о привлечении к ответственности сотрудников полиции дежурной части за якобы причиненный ей вред здоровью в виде указанной раны. Действия К. органами предварительного расследования квалифицированы по ч. 2 ст. 306 УК РФ, поскольку отсутствовали достоверные доказательства о том, что К. в момент нанесения самоповреждений планировала подать заведомо ложный донос, а причиняемые себе повреждения использовать для придания убедительности изложенных в доносе сведений. Суд подтвердил данную квалификацию85. В ином случае действия К. следовало бы квалифицировать по ч. 3 ст. 309 УК РФ.

Суды констатируют рассматриваемый квалифицирующий признак и в случае инсценировки лжедоносчиком своего похищения. Так, по ч. 3 ст. 306 УК РФ осужден гр. Г., который имитировал свое похищение. Для этого привлек неустановленных лиц, арендовал транспортные средства, самостоятельно переместился в определенное место, где связал себя, после чего вызвал сотрудников полиции, а затем написал заявление о якобы совершенном в отношении него неизвестными лицами похищении86.

84См.: Приговор Городецкого городского суда Нижегородской области от 27.02.2012 // ЭПС «Система ГАРАНТ».

85См.: Постановление Нижегородского районного суда г. Н. Новгорода о прекращении уголовное дела по обвинению Капустиной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ в связи с деятельным раскаянием. Дело № 1-323/2012. URL: http://судебныерешения.рф (дата обращения: 03.07.2024).

86См.: Апелляционное определение СК по уголовным делам Московского городского суда от 05.06.2018 по делу № 10-8243/2018. URL: http://судебныерешения.рф (дата обращения: 11.07.2024).

47

Дискуссионным является вопрос об отнесении к рассматриваемому квалифицирующему признаку действий, направленных на подготовку фиктивных свидетелей со стороны обвинения.

Одни авторы предлагают рассматривать такое поведение лжедоносчика в качестве организаторской деятельности или подстрекательства свидетеля к даче заведомо ложных показаний, требующих квалификации по ст. 33 и ст. 307 УК РФ87 .

Другие предлагают рассматривать такие действия в качестве разновидности искусственного создания доказательств обвинения при заведомо ложном доносе88.

Эта позиция находит отражения в судебных решениях последних лет. Приведем пример. 06.06.2012 г.р. Д. подала заведомо ложный донос в форме заявления в отдел полиции по Новокубанскому району Краснодарского края о том, что накануне гр. Р. и двое неизвестных открыто похитили у нее из сумки деньги, ювелирные украшения и документы, тем самым обвинила Р. и неустановленных граждан в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ст. 161 ч. 2 п. «а» УК РФ.

В тот же день, с целью искусственного создания доказательств обвинения, путем уговоров убедила своего знакомого К. подтвердить сотрудникам ОВД правдивость сообщенных ею сведений, то есть дать свидетельские показания в правоохранительном органе о том, что грабеж был совершен гр-ном Р. с двумя неустановленными лицами. К. исполнил требуемое.

По результатам проведенной по заявлению Добрыниной проверки было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления.

За заведомо ложный донос, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения Д. была привлечена к уголовной ответственности и осуждена по ч. 3 ст. 306 УК РФ89.

Возникает вопрос, с какого момента считать созданными искусственные доказательства, в подговоре какого-либо лица к даче ложных уличающих показаний, чтобы подтвердить правдивость заведомо ложного доноса о преступлении?

87См., например: Преступления против правосудия: толкование уголовного закона: коммент. ст. УК РФ: материалы судеб. практики: статистика / А.Н. Александров, Ю.И. Антонов, А.В. Галахова

идр.; под ред. А.В. Галаховой; Рос. акад. правосудия. С. 248.

88См.: Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть / под ред. Г.Н. Борзенкова. М., 1997. С. 611.

89См.: Приговор Новокубанского районного суда Краснодарского края от 20.08.2012. Дело № 1-233/12. Аналогичное решение отражено в Приговоре Курагинского районного суда Красноярского края от 29.10.2012 по делу Романюк. URL: http://судебныерешения.рф (дата обращения:

04.08.2024).

48

В литературе приводится апелляционное определение Северного флотского военного суда г. Североморска от 21.12.2015 по делу № 2275/2015. Из этого решения суда следует, что Ж, проходивший срочную службу в армии, испытывая личную неприязнь к своему начальнику — сержанту И., сообщил заведомо ложные сведения о якобы совершенном И. тяжком преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ. При этом подговорил сослуживца К. дать в будущем показания в пользу своей ложной версии. Ж. был разоблачен и осужден по ч. 3 ст. 306 УК РФ.

Апелляционная инстанция исключила из обвинения квалифицирующий признак части 3 ст. 306 УК РФ, переквалифицировав содеянное осужденным на часть 2 ст. 306 УК РФ. По мнению апелляционного суда, по части 3 ст. 306 УК РФ должен квалифицироваться лжедонос, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения — в этом случае ложный донос должен подкрепляться искусственно созданными доказательствами обвинения. В соответствии со ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются показания подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, заключение эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы. Тогда как данное во время прокурорской проверки по просьбе осужденного Ж. его сослуживцем К. объяснение, содержащее ложные сведения о нанесении ударов Ж. потерпевшим, таковым признано быть не может.

Ю.С. Белик полагает, что действия Ж. следует квалифицировать по ч. 4 ст. 33, части 2 ст. 307 и части 1 ст. 30, части 3 ст. 306 УК РФ, так как Ж. подстрекал сослуживца к совершению преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 307 УК РФ, и одновременно осуществлял приготовительные действия к заведомо ложному доносу, соединенному с искусственным созданием доказательств обвинения90.

Полагаем, что суд первой инстанции правильно квалифицировал деяния Ж. и К. по ч. 3 ст. 306 УК РФ. В этой части статьи речь идет не о результате — созданных искусственных доказательствах, а о действиях, направленных на создание фальшивых доказательств, что и было осуществлено соучастниками.

По смыслу анализируемой части ст. 306 УК РФ, действия, направленные на искусственное создание доказательств, должно находиться в непосредственной объективной и субъективной связи с действиями, выразившимися в подаче заведомо ложного доноса. Если же доказательства фальсифицировались вне рамок умысла на заведомо ложный донос, то не имеется оснований применять

90 См: Белик Ю.С. Уголовная ответственность за заведомо ложный донос // Законодательство.

2018. № 2. С. 50–53.

49

рассматриваемый квалифицирующий признак. Так, в 2008 г. гр. Г. с сообщницей, используя чистые листы с выполненной на них подписью Д., изготовила комплект подложных документов, о том, что якобы Д. должен был ей крупную сумму денег. В последующем Г. обратилась с иском в суд о взыскании с Д. денежных средств, используя в качестве доказательств поддельные документы. Выиграв дело и имея вступившее в силу решение суда Г. оформила право собственности на имущество Д.

В связи с заявлением Д. в правоохранительные органы по данным фактам, было возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Зная об этом, Гофман подала в орган внутренних дел заявление о том, что Д. якобы еще в 2006 г. путем обмана завладел ее денежными средствами, и просила привлечь его к уголовной ответственности. По ее сообщению было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ (преступление средней тяжести), совершенного неустановленным лицом в отношении Г. При расследовании этого дела Г. предъявила следствию заведомо подложные документы (договор займа от между Г. и Д., а также расписку о получении последним от нее крупной суммы денег), которые ранее предоставлялись в качестве доказательств в судебное производство по гражданскому делу в связи с ее имущественным иском к Д.

Г. была изобличена в совершении заведомо ложного доноса и 06.08.2010 в Ногинском городским судом осуждена по ч. 4 ст. 159 и ч. 3 ст. 306 УК РФ.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 11.08.2011, Постановлением Президиума Московского областного суда 16.01.2012, надзорным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25.04.2013 приговор Гофман в части осуждения ее по ч. 3 ст. 306 УК РФ оставлен без изменения.

Рассмотрев надзорную жалобу защитника осужденной, Верховный Суд РФ переквалифицировал действия Гофман с ч. 3 ст. 306 УК РФ на ч. 1 ст. 306 УК РФ. При этом отметил, что факт заведомо ложного доноса со стороны Гофман о совершении преступления установлен. Однако ее действия не могут рассматриваться как соединенные с искусственным созданием доказательств обвинения, поскольку передача следственным органам заведомо подложного договора займа с Д. не относится к предмету доказывания по возбужденному делу по факту мошенничества, которое якобы Д. совершил. В данном случае передача подложного документа не доказывала то, что Д. совершил мошенничество, а

50