Уголовное право России институт необходимой обороны. Учебное пособие

Приложение 1

Дело № 1-191/2020

«П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации 27 ноября 2020 года г. В.

В. районный суд Пермского края в составе председательствующего при секретаре судебного заседания с участием государственного обвинителя, законного представителя подсудимого, защитника, потерпевшего, рассмотрев

воткрытом судебном заседании уголовное дело в отношении обвиняемого Е.

всовершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

у с т а н о в и л :

Е. совершил причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности при следующих обстоятельствах. «__» ________ 20 ___ г. в адрес. ______________,

после совместного распития спиртных напитков, между Е. и Г. произошёл конфликт, в ходе которого из личных неприязненных отношений, Г. нанёс Е. не менее двух ударов кулаком левой руки в область лица Е., после чего ушёл в другую комнату. Затем Г. с супругой Ш. вышел в прихожую (сени) указанной квартиры. Через непродолжительное время Е., находящийся в состоянии алкогольного опьянения, из личных неприязненных отношений к Г., взял со стола на кухне кухонный нож. Держа кухонный нож в правой руке, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий, хотя должен был и мог при необходимой внимательности и предусмотрительности их предвидеть, и не желая наступления таких последствий, У. подошёл к двери в прихожую и стал её закрывать левой рукой. Ш., поняв, что У. пытается закрыть дверь в квартиру изнутри, подошла к двери и стала тянуть на себя, так же к двери подошёл Г. и с силой дёрнул дверь на себя, открыв её, в результате чего У., державшегося за ручку двери, потянуло вперёд, и он вышел в прихожую, и по неосторожности, находящимся в его руке кухонным ножом, причинил Г. колоторезаное ранение передней брюшной стенки слева. Согласно заключению эксперта № м/д от «__» ________ 20 ___ г. имелось проникающее колото-резаное ранение передней брюшной стенки слева без повреждения внутренних органов. Данное ранение квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. После чего Г., увидев в руке Е. нож, рукой схватившись за клинок ножа, выхватив его и выбросил, затем толкнул Е. в прихожую на ступени, от чего последний упал и получил телесные повреждения.

Изложенные показания подсудимого, потерпевшего и свидетелей являются подробными, последовательными, взаимно дополняют друг друга, согла-

71

суются между собой и иными объективными доказательствами по делу, свидетели и потерпевший предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем, не доверять их показаниям у суда оснований не имеется, причин для оговора подсудимого со стороны указанных лиц не установлено. Органами предварительного расследования действия подсудимого Е. квалифицированы по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ как причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое с применением предмета, используемого в качестве оружия. Однако данное обвинение в судебном заседании своего подтверждение не нашло. Совокупность исследованных по делу доказательств, объективно свидетельствует о том, что умысел подсудимого Е. был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью Г. по неосторожности. Подсудимый не предвидел возможности наступления последствий в виде тяжкого вреда здоровья потерпевшего Г., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, так как находился в непосредственной близости от потерпевшего в ограниченном пространстве, держа в руке кухонный нож. Несмотря на оказанное ему противодействие в закрытии двери, продолжал держаться за ручку двери, в результате чего, при её открывании, подсудимого потянуло вперёд, и он вышел в помещение прихожей, где находился потерпевший, выдвинув при этом руку с ножом вперед. Таким, образом, подсудимый мог предположить, что потерпевший может получить телесные повреждения от ножа, находящегося у него в руке, и потерпевшему может быть причинен тяжкий вред его здоровью.

Доводы защиты о совершении подсудимым действий в состоянии необходимой обороны опровергаются совокупностью исследованных по делу доказательств. Согласно статье 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (ч. 1). Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, т.е. умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства (ч. 2). Как установлено в судебном заседании, посягательство со стороны потерпевшего в отношении подсудимого было окончено. Исходя из обстоятельств: прошло достаточно времени между действиями подсудимого и пред-

72

шествующим посягательством потерпевшего; потерпевший никаких действий в отношении подсудимого не предпринимал, угроз посягательства также не высказывал; потерпевший вышел из помещения, где находился подсудимый. Таким образом, у подсудимого не было оснований полагать о наличии реальной угрозы посягательства в отношении него, необходимость в осуществлении защиты явно отпала. Неожиданного посягательства потерпевшего на подсудимого также судом не установлено, доказательств этому не представлено. Нахождение подсудимого в момент совершения преступления в эмоциональном состоянии, которое могло повлиять на оценку характера опасности нападения, также судом не установлено. С учётом изложенного суд считает, что действия подсудимого Е. подлежат переквалификации с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 118 УК РФ как причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности. Руководствуясь ст. 308, 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

Признать Е. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 30 000 рублей в доход государства»117.

117Судебные и нормативные акты Российской Федерации : «Приговор № 1-191/2020 от 27.11.2020 г. по

делу № 1-191/2020. – URL : https://sudact.ru/regular/doc/ 5dXqnL5x75LJ/

73

Я. областной суд в составе судьи, при секретаре, с участием прокурора отдела прокуратуры, потерпевшей ФИО1, её представителя – адвоката, гражданского истца ФИО2, защитника, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора, апелляционную жалобу потерпевшей ФИО1 на приговор З. районного суда г. Я. от 7 октября 2020 года, которым П. признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, оправдан на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием состава преступления.

у с т а н о в и л:

П. обвинялся в причинении смерти по неосторожности, т.е. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, при следующих обстоятельствах: 21 марта 2020 года в период времени с 13 часов 55 минут до 14 часов 11 минут, находясь в торговом зале магазина АО «_______» по адресу: _______, он встретил ранее незнакомого ему ФИО3, __________ г.р., с которым у него произошёл конфликт на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, в результате чего ФИО3 нанес П. один удар рукой в область головы. После этого П., не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти ФИО3, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, учитывая пожилой возраст ФИО3 и значительное антропометрическое преимущество над потерпевшим, должен был и мог предвидеть эти последствия своих действий, умышленно, с целью причинения физической боли, нанес ФИО3 один удар рукой в область головы, отчего потерпевший потерял равновесие и с полученным от удара ускорением упал и ударился со значительной силой головой об пол. В результате падения и удара головой об пол ФИО3 была причинена открытая тупая черепно-мозговая травма, опасная для жизни, причинившая тяжкий вред его здоровью. Он был госпитализирован, но скончался 1 апреля 2020 года. Наступление смерти состоит в прямой причинно-следственной связи с данной открытой тупой черепномозговой травмой. Кроме того, в результате вышеописанных действий П., связанных с умышленным нанесением им удара рукой в область головы, потерпевшему ФИО3 был причинён кровоподтёк в правой нижнечелюстной (подбо-

74

родочной) области. Этот кровоподтёк не относится к вреду здоровью, опасному для жизни человека, не повлёк бы за собой вред здоровью. Виновным себя П. не признал, и суд пришёл к выводу о его действиях в состоянии необходимой обороны. В апелляционном представлении прокурор предлагает приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей. Процитировав установленные следствием обстоятельства содеянного, выводы суда, а также содержание объективного доказательства – видеозаписи происшедшего прокурор делает вывод о том, что в поведении ФИО3 усматриваются признаки опьянения, однако, он не представлял угрозы для окружающих и о чём-то начал общаться с П. Последний дважды оборачивался в сторону потерпевшего, видел перед собой мужчину явно пожилого возраста, перед обменом ударами они стояли друг напротив друга. Далее последовавший удар со стороны ФИО3 автор представления находит неконцентрированным, иные действия с его стороны не последовали, он опустил руки. П. же, по мнению прокурора, страха не ощутил, не отпрянул, «в оборонительную позицию не встал», не убежал, не пригнулся, не обратил на себя внимание окружающих. Несмотря на возможность выбора любого способа защиты, в момент нанесения ответного удара ФИО3 П. не пребывал в состоянии необходимой обороны, поскольку опасного для его жизни посягательства либо угрозы такового действия ФИО3 не представляли, так как после нанесения удара он ничего не предпринимал. По той же причине неприменимы положения ч. 2 и 2.1 ст. 37 УК РФ, так как посягательства со стороны ФИО3 «уже не существовало», а П. имел реальную возможность оценить характер и степень опасности его действий, исходя из обстановки, оснований для вывода о неожиданности нападения не имеется. Прокурор делает вывод о том, что нанося ответный удар, П. не защищал себя от посягательства, а руководствовался возникшей к ФИО3 неприязнью, обусловленной неправомерными действиями последнего, с целью мести за примененное насилие, демонстрируя физическое превосходство над ним. После удара П. не стал проверять состояние ФИО3, не стал убеждаться в устранении опасности, а направился далее по своим делам. Прокурор обратил внимание и на то, что П. ранее успешно занимался спортом, выполняет работы, связанные с физическим трудом, нанёс ФИО3 резкий поставленный удар в область подбородка, в результате которого потерпевший упал с ускорением, ударившись головой о пол, что свидетельствует о причинении смерти по неосторожности в ходе конфликта, а не с целью защиты, вследствие чего, действия подпадают под признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ.

Проверив доводы представления и жалобы, изучив материалы уголовного дела и выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит

75

приговор законным и обоснованным. Выводы суда об отсутствии в действиях оправданного П. состава преступления основаны на проверенных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре доказательствах, которым в совокупности дана верная оценка. Все доказательства, представленные сторонами, судом исследованы и оценены в соответствии с требованиями закона – ст. 88 УПК РФ.

Вопреки мнению прокурора и представителя потерпевшей, положения ст. 305 УПК РФ о содержании описательно-мотивировочной части оправдательного приговора не нарушены, так как в нём подробно указано об обстоятельствах, установленных судом. Так, исходя из показаний П. в судебном заседании, аналогичных сведениям при обращении с повинной, при проверке показаний на месте, а также исходя из показаний свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, содержания видеозаписи произошедшего, суд счёл доказанным противоправное и аморальное поведение потерпевшего в момент исследуемых событий. Судом установлено, что ФИО3, пребывая в состоянии опьянения, выражался нецензурно в общественных местах, оскорбительно приставал к гражданам, начал свои действия в помещении бара, продолжил в ТЦ «______», после чего – в помещении магазина «__________». Такие обстоятельства не отрицаются и стороной обвинения. Довод потерпевшей и её представителя в настоящее время о том, что инициатором конфликта был оправданный, который неустановленным образом оскорбил ФИО3, ничем не подтверждается и является безосновательным предположением. Достоверно установлено, что потерпевший последовательно подходил вплотную к нескольким посетителям магазина, приставал к ним, последним из которых оказался П., которому ФИО3 первым нанёс удар.

Суд верно принял во внимание подтвержденные видеозаписью показания П. о том, что конфликта у него с ФИО3 не было. Исходя из содержания записи достоверно установлено, что ФИО3 со стороны спины подошёл к П., который был отвлечён выбором товара и разговором по телефону о важных для него событиях. Далее ФИО3 встал справа и сбоку, мог что-то говорить П., но тот на него не смотрел, продолжал телефонный разговор. Попов переводил взгляд на ФИО3, но одновременно производил манипуляции с телефоном, в процессе чего ФИО3 нанёс своей правой рукой удар в левую часть лица П. От удара П. несколько пошатнулся назад и незамедлительно нанёс ответный удар своей левой рукой ФИО3 в голову, отчего тот упал, пропав из кадра. Показаниями свидетелей ФИО5 такие обстоятельства также подтверждаются.

76

В итоге суд установил, что ФИО3 при отсутствии повода и конфликта нанёс П. удар при ранее изложенных в приговоре обстоятельствах, от которого тот испытал физическую боль. Такие действия суд верно счёл посягательством, не сопряжённым с насилием, опасным для жизни, т.е. побоями. Вопреки мнению представителей стороны обвинения, при вынесении оправдательного приговора на основании необходимой обороны, у суда не возникает обязанности дать юридическую квалификацию действиям посягающего лица, однако, они достаточно описаны и оценены с точки зрения опасности для обороняющегося. Несмотря на то, что П. в определённой степени имел возможность оценить возраст и физические характеристики ФИО3, нанесение последним неожиданного удара при явном отсутствии повода для таких действий свидетельствует о неадекватности поведения потерпевшего и невозможности спрогнозировать его дальнейшие действия, определить момент окончания посягательства. Вопреки доводам представления и жалобы, до ответного удара со стороны П. никакие обстоятельства не свидетельствовали о том, что посягательство со стороны ФИО3 окончено, а все суждения о положении его рук, а также действиях оправданного после полученного им удара, об отсутствии признаков испуга, мести с его стороны, поведении после ответного удара представляются ничем не обоснованными домыслами, никак не влияющими на правовую оценку рассматриваемой ситуации. Кроме того, время восприятия индивидуальных особенностей ФИО3 П. исчислялось не более чем несколькими секундами, что осложнялось разговором по телефону и манипуляциями с ним. Никакие достоверные фактические сведения не опровергают показания оправданного о том, что в полной мере оценить возраст и физическое состояние потерпевшего он не успел. Выявленная судом ситуация в полной мере соответствует правовому смыслу ч. 2.1 ст. 37 УК РФ, когда лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения, что безусловно порождало право П. на ответные адекватные и незамедлительные действия по пресечению нападения. Суд верно отметил и то, что с учётом тех же обстоятельств нельзя прийти к выводу о заведомой для П. малозначительности действий ФИО3 и отсутствии опасности с его стороны. Такая опасность совсем не исключена, учитывая агрессивный и неадекватный характер его действий по нанесению неожиданного удара П. именно по голове, что может влечь различные, в том числе тяжкие последствия. Оправданный не обязан был ждать дальнейшего развития событий и воздерживаться от пресечения посягательства инстинктивно избранным способом. Содержание видеозаписи явно свидетельствует о том, что П. действовал на уровне инстинкта, а не из чувства мести, для развития и осмысления которого вовсе не было времени. Доводы о явном несо-

77

ответствии действий П. характеру и опасности посягательства, о значительной разнице в силе ударных воздействий представляются вовсе абсурдными, так как от нанесённого ответного удара у ФИО3 образовался всего лишь кровоподтёк, который не повлёк за собой вреда здоровью, т.е. ответные умышленные действия были именно равнозначными, а ответственность за последствия, указанные в обвинении и наступившие по неосторожности, П. нести не может вследствие прямого указания в ч. 2 ст. 37 УК РФ.

С учётом изложенного, суд пришёл к единственно верному выводу о том, что состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, в действиях П. отсутствует, так как он действовал в рамках необходимой обороны, превышения пределов которой не допустил.

Таким образом, доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы оснований для отмены приговора не содержат, удовлетворению они не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ,

п о с т а н о в и л:

Приговор З. районного суда г. Я. от 7 октября 2020 года в отношении П. оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции»118.

118 Судебные и нормативные акты Российской Федерации : «Апелляционное постановление № 22-

2496/2020 от 8 декабря 2020 г. по делу № 1-247/2020». – URL : https://sudact.ru/regular/doc /FT1SlwwlbGrp/

78

ОГЛАВЛЕНИЕ

79