Уголовное право России институт необходимой обороны. Учебное пособие

Кони А. Ф. уделял внимание ещё и вопросу о состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, т.е. аффекта. «Нельзя не видеть и не сознаться в том, что необходимая оборона совершается по большей части под влиянием аффектов – страха, испуга, сильного раздражения и т.п. Нельзя предполагать в человеке в это время полную способность владеть собою и не превысить невольно пределов необходимой обороны. Требование безусловного равенства защиты с нападением может быть выставляемо только на бумаге, когда законодатель не испытывает нападения, а только представляет его себе, и, сидя спокойно и в безопасности, рядом строгих силлогизмов доказывает необходимость безусловного равенства защиты с нападением. Но если бы поставить лицом к лицу с опасностью, едва ли бы он придерживался на практике строгого теоретического принципа. И вот почему ни один судья не должен упускать из виду ненормального состояния духа, которое проявляется у человека, когда ему грозит опасность, неминуемая и действительная. Вот почему судья должен разбирать каждый случай отдельно, со всеми его индивидуальными свойствами и особенностями. Вот почему судья сам должен представить в положении лица, обвиняемого в превышении необходимой обороны, а не довольствоваться одним абстрактным определением закона. Надо принимать во внимание все обстоятельства и индивидуальность обороняющегося лица»75.

И действительно, сколько таких дел, относительно которых вынесены приговоры обвинительные. Люди, защищая свои права, интересы, собственность и другие конституционные положения, сами становятся заложниками уголовного закона, который якобы «защищает их». Почему при вынесении приговора суд руководствуется только «сухим законом»?

По мнению Г. Н. Мацокиной, исключение из законодательства о необходимой обороне оценочного признака – превышение пределов необходимой обороны, позволит судам избежать необоснованного осуждения граждан, защищающихся посредством необходимой обороны, а лицам, которым адресован институт необходимой обороны, получить возможность в полном объёме реализовать своё конституционное право на неприкосновенность76.

75Кони, А. Ф. О праве необходимой обороны / А. Ф. Кони. – М., 1866. – С. 36.

76Мацокина, Г. Н. Уголовно-правовая характеристика необходимой обороны / Г. Н. Мацокина. – Ставрополь, 2002. – 153 с.

41

Действительно, в законодательной формулировке даже правомерная самозащита в виде необходимой обороны – это преступное поведение. И этому способствует законодательная формулировка «не является преступлением...», психологически приводящая к тому, что мы доказываем обратное – « является преступлением», в результате лицу, реализовавшему право на самозащиту, приходится защищаться дважды: сначала от нападения, а затем от предъявленного ему государством обвинения77.

Принятые Пленумом ВС РФ меры по конкретизации, формализации и актуализации толкований оценочных понятий, несомненно, производят положительный эффект, отчасти решив проблему стабилизации правоприменительной практики. Однако гарантией правильного применения оценочных понятий института необходимой обороны является формирование адекватных стандартов оценки, с которыми сопоставляются конкретные обстоятельства каждого дела. Эта задача должна круглогодично решаться принятием Президиумом ВС РФ обзора практики по делам рассматриваемой категории.

В конечном итоге, только на основе всестороннего изучения и комплексного анализа всех обстоятельств дела, обстановки общественно-опасного посягательства, личностей посягающего и обороняющегося, их субъективного отношения к содеянному, а главное степени и характера общественной опасности посягательства можно определить, имело ли место превышение пределов необходимой обороны и осуществить правильную квалификацию действий обороняющегося78.

77 Алишаева, П. К. Проблемы расширения прав обороняющихся на защиту от общественно опасных посягательств / П. К. Алишаев // Пробелы в российском уголовном праве. – 2011. – № 3. – С. 172.

78 Афендиков, В. С. Актуализация превышения пределов необходимой обороны в новом Постановлении Пленума Верховного Суда РФ / В. С. Афендиков // ТЕRRА ECONOMICUS. – 2012. – № 4. – С. 167 – 170.

42

3.АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЫ

ВУГОЛОВНОМ ПРАВЕ

3.1. ПОЛОЖЕНИЯ О НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЕ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ВРоссийской Федерации право на необходимую оборону является одним из прав, которое закреплено и охраняется Конституцией. В части 2 статьи 45 Конституции РФ сказано: «Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещёнными законом»79.

Одна из главных функций государства – обеспечение защиты личности и общества от различного вида посягательств. Для того чтобы знать, какие деяния признаются преступлением, законодатель закрепил их в ст. 14 УК РФ.

Всоответствии сост. 37 УК РФ: «Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемым законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия».

Институт необходимой обороны как обстоятельство, исключающее преступность деяния, призван обеспечивать, с одной стороны, задачи уголовного права по охране социальных ценностей, а с другой, с возможностью правомерного причинения им вреда. Поэтому в УК РФ, а именно в ст. 37, определены условия, при наличии которых какие-либо действия не образуют состав преступления.

Международное сообщество, признавая вынужденный характер такого вреда, также стремится минимизировать его. В соответствии со ст. 2 Конвенции

озащите прав человека и основных свобод 1950 года допускает лишение жизни только тогда, когда это обусловлено защитой лица от противоправного насилия80.

Проблемы правомерности и преступности необходимой обороны носят острый и актуальный характер. Общеизвестный случай, произошедший в Бел-

79Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020 г.) // Российская газета. – 2020. – № 144. – 4 июля.

80Конвенция о защите прав человека и основных свобод ETS № 005 (Рим, 04.11.1950 г.) (с изм. и доп.) [Электронный ресурс] // ИПП «Гарант». – URL : http://base.garant.ru/2540800

43

городской области, когда к фермеру пришли два человека, избили его и потребовали отдать всю сельскохозяйственную технику, которая имелась у первого. В результате, фермер был доставлен в больницу, а в отношении него возбуждено уголовное дело по факту превышения пределов необходимой обороны, ведь он выстрелил в нападавших из ружья, и они скончались. Этот факт лишь подтверждает неоднозначность понятия «превышения пределов необходимой обороны».

В последнее время значительное внимание уделяется проблеме необходимой обороны на законодательном уровне. Депутатами Государственной Думы был подготовлен законопроект «О самообороне», в котором представлена иная точка зрения о праве на необходимую оборону в РФ. В соответствии с этим законом из Уголовного кодекса должны были исчезнуть такие понятия, как «необходимая оборона» и «пределы превышения».

«Право на самооборону – одно из фундаментальных гражданских прав. Граждане должны иметь право на любую степень обороны от любого насилия. Термины «необходимая оборона» и «пределы необходимой обороны» трактуются в судах очень размыто. В результате фактически у граждан вообще не оказывается права ни на какую оборону от преступного насилия. Эти термины следует изъять из практики»81.

Законопроектом планировалось ввести изменения в ст. 37 и 39 УК РФ. Статья 37 в проекте гласит: «Оборона от физического насилия» и смысл её будет в том, что любая степень обороны от физического насилия – допустима. «Таким образом, – поясняет Лебедев, – гражданину не придётся доказывать в суде, что он не превысил некие размытые, неопределённые «пределы необходимой обороны». Гражданину просто достаточно будет доказать, что он именно оборонялся». «Доктрина крепости» вводится изменённым п. 2 ст. 39 УК РФ – «Крайняя необходимость». Как отметил Лебедев, «Крайняя необходимость» по умолчанию включает в себя оборону от злоумышленников, проникших в жилище, т.е. ту самую «Доктрину крепости». Но эту доктрину следует подчеркнуть, распространив её действие не только на жильё, но также на рабочие и иные нежилые помещения. Например, офис, склад или личный сарай, куда проникли грабители или воры82.

Ранее такое предложение исходило и от депутата Государственной Думы (ГД) партии «Единая Россия» Алексея Журавлёва. Он говорил о том, что Россию необходимо приблизить к европейским нормам, и принцип «Мой дом –

81Лебедев И. Право на самооборону – одно из фундаментальных гражданских прав [Электронный ресурс] / И. Лебедев. – URL : http://newskitchen.eu/2014/10/06/ игорь-лебедев-право-на-самооборону-о/

82Там же.

44

моя крепость» можно применить и у нас. «По действующему законодательству, если у человека, который залез ко мне в дом, есть в руках пистолет, то я ещё должен подумать, угрожает ли это моей безопасности, как мне его можно ударить, чтобы не повредить. В текущий момент в России нет никакой защиты частной собственности, поэтому если джентльмен залез в дом, надо разрешить использовать любые виды оружия, и это будет считаться самозащитой»83. Но предложения Журавлёва и Лебедева были подвержены серьёзной критике и на данный момент не стали нормой закона. Многие считали, что законопроекты должны быть доработаны, в них чётко не прописаны критерии, определяющие нападение, и не определено, что можно считать доказательной базой. В противном случае, велик риск того, что под защиту жилья или самозащиту подведут всю «бытовуху».

Жёстко, но справедливо высказывался и известный юрист Михаил Барщевский по поводу проекта «Мой дом – моя крепость»: «Лицо в этом проекте я заинтересованное, – отмечал Барщевский, – потому что, когда пару лет назад готовилось Постановление Пленума Верховного Суда, я там, что называется, «глотку сорвал» – в переносном смысле, не в прямом – по поводу концепции «Мой дом – моя крепость». И, к сожалению, как всегда, как очень часто бывает, Верховный Суд чрезвычайно консервативен … надо понимать, что Верховный Суд не пишет законы, он только даёт толкование норм закона, поэтому здесь нельзя на сто процентов претензии к Верховному Суду предъявлять. В постановлении Пленума записали, немножко, как бы расширили понятие самообороны, записали возможность установки дома ловушек разного рода, но законных, т.е. нельзя гранату-растяжку или мину – это понятно. Так вот, концепция «Мой дом – моя крепость» не прошла, хотя могла бы пройти в принципе. Поэтому сейчас пытаются через закон это поменять. Я считаю, что это абсолютно необходимо, потому что здесь дело не в том, что мы даём право, будем говорить, отстреливаться тому, кто у себя дома, а мы намекаем тому, кто хочет войти в чужой дом, что он может получить пулю сразу, с ходу. Я всё время привожу один пример. 25 лет назад, когда обсуждался вопрос о «гладкостволе» не только охотникам, но и как гражданское оружие гладкоствольный «длинноствол»: карабины всякие, помповые ружья и т.д. Разговоров была «куча», что это приведёт к росту преступности, что преступники получат легальный доступ к оружию и т.д. много раз приводил эту цифру: за 25 лет при том, что рост преступности перевалил сильно за 200%, рост преступлений с использованием этого

83 Поддубская, Т. Закон о самообороне: мой дом – моя крепость [Электронный ресурс] / Т. Поддубс-

кая. – URL : http://mir24.tv/news/society/7820559

45

оружия составляет 0,1% за 25 лет, т.е. ноль. Но зато вообще из судебной статистики исчезло ограбление дальнобойщиков. Помните, тогда останавливали дальнобойщиков в лёгкую? А сегодня к нему даже близко не подходят. А почему? А, потому что у него, может быть, лежит карабин. Практически отсутствует ограбление загородных коттеджей. Почему? А потому что, может быть, у хозяина дома есть карабин. Кражи остались, а ограбления – нет. Так вот, концепция «Мой дом – моя крепость» – это превентивная мера для преступников, которые побояться войти в квартиру не только грабить, но и красть. Правоприменители работают «из рук вон» плохо. Они всегда возбуждают уголовное дело – для человека это уже стресс, мало того, что он пережил стресс от нападения, они возбуждают уголовное дело, иногда даже берут под стражу, если там труп образовался, и потом, может быть, прекращают. Но люблю приводить иронический такой пример. В законе сказано о том, что средство самообороны не может превышать средство от нападения. Вопрос, что можно сделать, если вы видите, как кто-то насилует девушку? По закону вы имеете право только изнасиловать его. Вот наше правоприменение идёт приблизительно по этому пути. В дом входят три человека с ножами. А хозяин дома стреляет в них из двухстволки – превышение пределов: у них не было огнестрельного оружия. Сейчас нужно отдать должное Пленуму – он сделал большой шаг вперёд. Там появилась такая хитрая формулировка, что, если с учётом обстоятельств нападения человек не мог адекватно оценить степень угрозы, то тогда превышение пределов не имеет места быть. Следовательно, если ночью вламываются, я не обязан разбираться, что у него: шокер, дубинка или нож. Я могу стрелять, в принципе могу стрелять. Потом рассказывать, что у него был пистолет. Ну, ночью спросонок не разобрался, т.е. такую лазеечку открыли. Но я не понимаю этого лукавства. Почему прямо в законе не записать о том, что в дом входить нельзя. Если я, случайно перепутавши, застрелил почтальона, МЧС-ка – ну того, кто имеет право войти в дом, то человек идёт по статье по полной программе. Переложите на него – он пускай решает, рисковать или не рисковать. Говорят: «Нет – мы не государство, мы о Вас заботимся, баранчики Вы наши любимые. Мы сами решим, когда Вам можно защищаться, когда нельзя»84.

Обоснованно полагаем, что такая доктрина должна быть распространена и на транспортные средства. В таком случае правом на оборону будет обладать – владелец транспортного средства, а также лицо, которое в момент проникновения управляло транспортным средством на законных основаниях.

84 Корзун, С. Особое мнение [Электронный ресурс] / С. Корзун. – URL : http://www.echo.msk.ru/programs/ personalno/1447428-echo/

46

В Федеральном законе «Об оружии» указано: «Граждане Российской Федерации могут применять имеющееся у них на законных основаниях оружие для защиты жизни, здоровья и собственности в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости. Применению оружия должно предшествовать чётко выраженное предупреждение об этом лица, против которого применяется оружие, за исключением случаев, когда промедление в применении оружия создаёт непосредственную опасность для жизни людей или может повлечь иные тяжкие последствия. При этом применение оружия в состоянии необходимой обороны не должно причинить вред третьим лицам»85.

Закон обращает внимание на то, что при нападении важно думать о жизни нападающего и стрелять только в последний момент, а до этого момента, применять иные меры, не причиняющие вред посягающему лицу.

Много недостатков и в системе правосудия, поэтому случаев, когда применение оружия в целях самозащиты было признано правомерным, примерно столько же, сколько и случаев, когда доказывать свою правоту приходилось лицу, которое защищалось при помощи отписок, следственных экспериментов и иных действий. Примером применения оружия в качестве самообороны может служить случай, произошедший в Москве, когда мужчина из охотничьего ружья убил грабителей, которые залезли к нему в квартиру. Он был привлечён к уголовной ответственности за превышение пределов допустимой обороны и осуждён к двум годам лишения свободы.

Зачастую не только у граждан возникает вопрос, а есть ли вообще это право на самооборону? Нормативы, которые определяют пределы необходимой самообороны в российских законах прописаны так, что допускают весьма широкие толкования, поэтому часто обвиняемым может стать человек, который применил оружие, чтобы отстоять себя и свою квартиру. В других странах вор знает, что если он вошёл в чужой дом, то будь готов к смерти. В России же, наш анализ приговоров на сайте Судебных актов Российской Федерации показал, что почти 90% дел заканчивается вынесением обвинительного приговора тому, кто оборонялся, т.е. человеку, который защищал свои права и законные интересы. Не отрицая во многом недостаточные доказательства такой обороны, тем не менее, считаем, что лицо, которое защищается – всегда жертва, и как бы он не превысил пределы необходимой обороны, он всё равно остаётся ею. Однако во многих уголовных делах, в силу не понятных для общественности причин, такая грань, которая проходит между социумом и законом, слабо прослеживается.

85Об оружии : федер. закон от 13.12.1996 г. № 150-ФЗ // Собрание законодательства РФ. – 1996. –

№51. – Ст. 5681.

47

Как бы нелепо это не выглядело, но ФЗ «Об оружии» в РФ и право на самооборону можно скорректировать в двух аспектах:

1)если Вас бьёт толпа невооружённых людей, то вы обязаны лечь на землю и укрыть голову руками, чтобы случайно не повредить здоровье нападающих;

2)когда Вас убьют, вы имеете право выстрелить в нападавших резиновой пулей, но только после двух предупредительных выстрелов в воздух.

Одно из предложений внести изменения в законодательство о необходимой обороне – передать на рассмотрение дела о самообороне судам присяжных, исходило, опять же, от депутата ГД Алексея Журавлёва. По его мнению, профессиональные судьи более жёстки в своих решениях и чаще всего их приговоры носят обвинительный характер, даже если человек защищал себя и своих близких. Поэтому суды присяжных могут оказаться более гибкими в рассмотрении таких дел.

Такой законопроект предлагал внести поправки в ст. 31 УПК РФ и передать подсудность дел о самообороне на уровень судов субъектов федерации.

Впояснительной записке к законопроекту упоминалось о том, что Конституцией предусмотрено право каждого гражданина РФ защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещёнными законом. При этом в ст. 37 УК РФ пределы возможной самообороны разъясняются очень расплывчато. Прописано, что они должны основываться «на соразмерности действий обороняющегося лица от действий преступника».

Норма, по которой человек освобождается от уголовной ответственности, если его действия признают необходимой обороной, была введена ещё в 2003 году. В ней говорится и о том, что человека не следует привлекать, если его ответные действия были вызваны неожиданностью посягательства, и он не мог оценить степень опасности. Правда, доказать, что нападение было именно внезапным, до сих пор очень сложно. Никуда не исчез, по сей день, и главный вопрос, что можно, а что нельзя в отношении нападающих? Крайне редко можно адекватно оценить степень опасности действий нападающего. Этому мешают фактор внезапности совершения преступления, недостаточная моральнопсихологическая подготовка для отражения нападения, зачастую состояние аффекта, отсутствие эффективных средств самообороны. Именно поэтому отражение нападения, как правило, происходит без оглядки на существующие требования соразмерности самообороны по чисто психологическим причинам. «Люди, защищаясь, даже не вспоминают о том, что существуют какие-то правила соразмерности самообороны, и с чисто человеческой точки зрения, их трудно за это винить. И всё же, закон не на их стороне»86.

86 Петров, И. Защищайтесь до последнего. Дела о самообороне предлагают передать судам присяжных

[Электронный ресурс] / И. Петров. – URL : http://www.aferizm.ru/novost/2014/10/1410 09-2-samooborona.htm

48

Директор фонда «Общественный вердикт», специализирующегося на правовой поддержке пострадавших от преступлений, Наталья Таубина поддерживала законопроект. По её словам, дела о самообороне должны подвергаться очень детальному рассмотрению, поэтому стоило бы передать их в ведение судов присяжных. «Эта тема очень важная, и чувствуется, что, реагируя на сигналы граждан, депутатский корпус ищет баланс между необходимостью самообороны и границами её применения».

Лидер правозащитного движения «Сопротивление», член Общественной палаты Ольга Костина прокомментировала этот законопроект так: «Мы понимаем, что где-то люди вообще не могут обороняться без риска уголовной ответственности. Но одновременно не стоит забывать и про спекуляции – люди сами нападают, а впоследствии пытаются выдать это за самооборону. Но я не готова сейчас сказать, насколько передача таких дел присяжным поможет гражданам. Я бы в первую очередь посоветовала озадачиться более качественной экспертизой, от которой во многом зависит то решение, которое выносит суд. Состояние человека в момент нападения, степень силы удара, который человек нанёс нападающему и другие данные, которые фиксируются в материалах уголовных дел, – все упирается в них. И если мы хотим повысить качество расследования по делам о самообороне, нужно бороться за усиление и профессиональное совершенствование имеющихся экспертных институтов»87.

ВРоссии дела о самообороне и, правда, зачастую плачевно заканчиваются для тех, кто осмелился её применить. Так, например, в 2009 году Невский суд в Санкт-Петербурге приговорил мужчину к восьми месяцам колониипоселения. Обвинение не отрицало того факта, что подсудимый ударил палкой человека за то, что тот шёл на него с ножом. Однако нападавший умер, и суд решил, что обороняющийся мужчина действовал несоразмерно угрозе.

В2012 году Тверской районный суд Москвы приговорил к трём годам колонии студентку Плехановского института Л. Девушка пыталась доказать, что она защищала своего друга, на которого напали на станции метро «Цветной бульвар», однако суд счёл её действия «антисоциальными, дерзкими и агрессивными». Л. была осуждена даже не по статье о превышении необходимой обороны, а за умышленное причинение вреда здоровью.

Но, пожалуй, самое громкое дело, которое вскрыло всю российскую правоприменительную практику в подобных процессах, а также возможности для давления общественности на суд и следствие – процесс над И. 08.12.2003 года.

87 Петров, И. Защищайтесь до последнего. Дела о самообороне предлагают передать судам присяжных

[Электронный ресурс] / И. Петров. – URL : http://www.aferizm.ru/novost/2014/10/1410 09-2-samooborona.htm

49

И., сопротивляясь попытке изнасилования, ранила в ногу подвозившего её водителя, когда тот привёз её в тёмный двор и заблокировал двери. Девушка задела бедренную артерию, и неудавшийся насильник, студент-юрист одного из столичных вузов, от ранения скончался. Дело сразу стало громким, в том числе благодаря националистам, которые подключились к кампании в защиту И. Следствие изначально квалифицировало действия И. как причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего. Однако затем статья была изменена на более мягкую – убийство, совершённое в состоянии аффекта. В итоге Люблинский суд столицы признал И. виновной, а также постановил заплатить родственникам убитого 400 тысяч рублей в качестве компенсации морального и материального вреда. Московский городской суд, впрочем, приговор отменил и направил дело на новое рассмотрение. В районном суде прокурор официально отказался от предъявленных обвинений. Обвинение, фактически, солидаризировалось с группой поддержки И. в том, что её действия полностью находились в рамках необходимой обороны.

3.2.ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЫ

ВУГОЛОВНОМ ПРАВЕ ЗАРУБЕЖНЫХ ГОСУДАРСТВ

Изучение уголовного законодательства зарубежных стран, выявление его достоинств и недостатков создают основу для лучших правовых решений в части усиления правовой защищённости личности для дальнейшего совершенствования и обновления национального законодательства. Кроме того, как отмечал французский учёный М. Ансель, оно позволяет лучше узнать право своей страны, способно вооружить юриста идеями и аргументами, которые нельзя получить даже при очень хорошем знании только собственного права88.

Поэтому для того, чтобы правильно и объективно оценить законодательство о необходимой обороне нашей страны, необходимо провести аналогию с другими странами мира. Освоение уголовного законодательства зарубежных стран, а в частности, выявление положительных и отрицательных качеств, создаёт «фундамент» для дальнейшего совершенствования и обновления национального законодательства. Вследствие изучения зарубежного законодательства и практики его применения возникло значительное количество предложений по усовершенствованию норм уголовного законодательства РФ, в том числе и обстоятельств, исключающих преступность деяния, которые нашли своё отражение в правовых актах нашей страны. Наличие права на необходимую оборо-

88 Ансель, М. Методологические проблемы сравнительного права. Очерки сравнительного права /

М. Ансель. – М., 1991. – С. 38.

50