Меры принуждения в уголовном процессе. Теоретические и организационно-правовые проблемы. Монография

3)после приостановления дела. По приостановленному делу производство следственных действий не допускается (ч. 3 ст. 209 УПК РФ). Однозначно не решен вопрос о действии других мер принуждения (в частности, о возможности задержания по правилам гл. 12 УПК РФ обвиняемого, объявленного в розыск). По общему правилу, они также не могут применяться по приостановленному делу. Меры, обеспечивающие получение доказательств, не имеют смысла без соответствующих следственных и иных процессуальных действий (привод, получение образцов для сравнительного исследования, помещение в медицинский стационар). Меры пресечения не подлежат применению, поскольку они имеют еще более принудительный характер, чем следственные действия.

По приостановленному делу в отношении скрывшегося обвиняемого избирается мера пресечения (но реально не действует, не применяется). Как только обеспечивается явка обвиняемого и появляется возможность реально исполнить меру пресечения — производство возобновляется. Однако на практике встречаются случаи, когда по приостановленному делу действует подписка о невыезде. Например, скрылся один из обвиняемых, в отношении него дело выделить нельзя, и все производство приостанавливается. Тогда в отношении оставшихся обвиняемых избирается подписка о невыезде, которая сохраняет силу до истечения срока давности (который может достигать 15 лет по тяжким преступлениям). Такую практику следует признать неправомерной.

Для классификации мер принуждения в литературе используются различные основания.

Так, В.А. Михайлов, разделяя позицию И.Л. Петрухина и И.Б. Михайловской, выделяет пять групп мер принуждения1:

1)ìåðû уголовно-процессуального принуждения, направленные на предупреждение и пресечение преступной деятельности обвиняемых (подозреваемых);

2)меры, обеспечивающие процесс собирания, проверки и оценки доказательств, установления истины по уголовному делу;

3)меры, обеспечивающие процесс расследования, судебного разбирательства и участия в нем обвиняемого;

4)меры, способствующие исполнению приговора;

5)меры, направленные на обеспечение возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

А.С. Александров выделяет2:

1)пресекательные меры принуждения — направленные на пресечение незаконных действий;

1 Михайлов В.А. Меры пресечения в российском уголовном процессе. М.: Право и закон, 1996. С. 9, 10.

2 Александров А.С. Меры процессуального принуждения. Гл. 10 / Уголовный процесс России: Учебник / А.С. Александров, Н.Н. Ковтун, М.П. Поляков, С.П. Сереброва; науч. ред. В.Т. Томин. М.: Юрайт-Издат, 2003. С. 236.

11

2)обеспечительные, направленные на обеспечение надлежащего поведения, предупреждения правонарушения или собирания доказательств;

3)превентивные, применяемые с целью превенции нежелательного для нормального хода процесса образа действий того или иного участника.

Также меры принуждения могут быть классифицированы по:

1)содержанию принуждения (меры физического и психического принуждения);

2)субъекту применения;

3)сроку применения;

4)характеру прав, которые они ущемляют. Вид ограничиваемого права и степень его ограничения позволяют разделять меры принуждения по степени строгости.

Содержание принуждения и степень его строгости (интенсивности) определяют процедуру применения. По процедуре применения меры принуждения подразделяются на две группы: применяемые в состязательном или розыскном порядке. По общему правилу, все меры принуждения должны применяться судом по ходатайству заинтересованных лиц (недаром в теории судопроизводства они именуются мерами судебного принуждения). Состязательность подрывается, если одна сторона (следователь, дознаватель) применяет к другой стороне (подозреваемому, обвиняемому) меры принуждения, тем более связанные с ограничением конституционных прав граждан (ст. 101 УПК РФ). Не соответствует состязательности и применение судом по собственной инициативе при возражении сторон мер принуждения (п. 10 ст. 108 УПК). В то же время специфика уголовного процесса состоит в том, что в неотложных ситуациях (при непосредственной угрозе утраты следов преступления, сокрытия виновных или утраты возможности возмещения ущерба) принуждение должно применяться немедленно. Оперативность обеспечивается розыскной процедурой. В этом случае особое значение имеет последующий (ретроспективный) судебный контроль.

Задержание подозреваемого всегда является неотложной мерой, однако подозреваемый в течение 48 часов должен предстать перед судом (ст. 91—94 УПК РФ). Вместе с тем, данный институт на сегодняшний день имеет множество нерешенных проблем (частично

îних будет говориться в гл. 2). Перечислим лишь ряд из них: вопервых, возможность задержания до возбуждения уголовного дела; во-вторых, размежевание оснований задержания подозреваемого и оснований задержания обвиняемого, объявленного в розыск; в-тре- тьих, необходимость предусмотреть процессуальный документ, констатирующий действия должностных лиц и органов по обеспечению реализации права участника судопроизводства на защиту в момент фактического задержания. Нам представляется важным предусмот-

12

реть возможность задержания подозреваемого до возбуждения уголовного дела с установкой сроков принятия решения о возбуждении уголовного дела, либо об отказе в возбуждении такового.

По основанию применения принуждение может быть последующим или предупреждающим (превентивным).

Последующее принуждение является последствием нарушения процессуальных норм — процессуальной ответственностью нарушителя. Основанием для его применения служит уголовно-процессуальное правонарушение. Дополнительно по целям применения последующее принуждение подразделяется на карательное (цель — возложение ответственности на виновного в нарушении) и восстановительное или меры защиты (цель которых не столько возложение ответственности, сколько восстановление нарушенного правопорядка).

Карательное принуждение нехарактерно для процессуальных отраслей права. В уголовном судопроизводстве существуют только две такие меры: а) наложение денежного взыскания в случаях неисполнения участниками судопроизводства процессуальных обязанностей, а также нарушения ими порядка в судебном заседании (ст. 117, 118 УПК РФ); б) обращение в доход государства залога, внесенного в виде меры пресечения (п. 4 ст. 106 УПК РФ).

Восстановительные принудительные меры защищают субъективные права и обеспечивают исполнение обязанностей. К ним относятся: удаление нарушителя из зала суда (ст. 258 УПК РФ), изменение меры пресечения на более строгую (ст. 110 УПК РФ); преодоление сопротивления при освидетельствовании, осмотре, обыске; привод при неявке по вызову и т.д. Иногда законом предусматривается принудительное осуществление права, например, обязательное участие защитника даже тогда, когда обвиняемый от него отказался (ст. 51, ч. 2 ст. 52 УПК РФ). Эта мера обеспечивает восстановление равноправия сторон за счет предоставления стороне защиты дополнительного преимущества — обязательного участия защитника, без которого обвиняемый не сможет противостоять обвинению. Общество особенно заинтересовано в эффективной защите несовершеннолетних; лиц, страдающих психическими и физическими недостатками; обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений.

Предупреждающее принуждение связано с предотвращением возможного в будущем нарушения процессуального порядка. Такое принуждение применяется без вины обязанных лиц и является пре- вентивно-обеспечительным. Основанием для его применения служит обоснованное предположение о возможном в будущем процессуальном нарушении. К этой группе относятся: задержание подозреваемого (гл. 12 УПК РФ), меры пресечения (гл. 13 УПК РФ), наложение ареста на имущество (ст. 115 УПК РФ), временное отстранение от должности (ст. 114 УПК РФ), помещение обвиняемого в медицинский стационар для производства судебной экспертизы

13

(ст. 203 УПК РФ). Обеспечительный характер имеет и «потенциальное» принуждение при производстве следственных действий (однако данный вопрос не будет нами рассмотрен, так как не входит в предмет исследования).

По данному параграфу сделаем следующие выводы:

1.Принуждение в уголовном процессе обладает как общими, характерными и для других отраслей права (государственного, административного, гражданско-процессуального, уголовного и др.) признаками (императивность, способ реализации правовых норм, идентичность ограничиваемых прав и др.), так и специфическими особенностями (способ правового обеспечения, основания, цели, насыщенность, субъекты применения и пр.).

2.Под мерами принуждения мы понимаем предусмотренные законом процессуальные средства принудительного характера, избираемые и применяемые компетентным должностным лицом в пределах его полномочий (органом дознания, дознавателем, следователем или судом) к строго определенному кругу участников уголовного судопроизводства при наличии законных оснований и условий в целях обеспечения надлежащего поведения участников процесса, пресе- чения неправомерных действий со стороны этих лиц и обеспечения назначения уголовного судопроизводства.

3.Дискуссионными остаются вопросы возможности избрания и применения мер принуждения до возбуждения уголовного дела, а также по приостановленному производству, в связи с чем мы предлагаем внести ряд изменений в законодательство: во-первых, допустить задержание в порядке п. 1 ч. 1 ст. 91 УПК РФ до возбуждения уголовного дела; во-вторых, предусмотреть процедуру задержания обвиняемого, объявленного в розыск, по приостановленному производству по делу, определив четкие основания и условия такого задержания.

4.Меры принуждения могут быть классифицированы по многим основаниям, исходя из: целей, содержания принуждения (меры физического и психического принуждения); субъекту применения; сроку применения; характеру прав, которые они ущемляют; последовательности избрания и условий, при наличии которых допустимо применение мер принуждения.

1.2. Исторические аспекты нормативного регулирования

мер уголовно-процессуального принуждения

Исходя из того, что в законодательстве Российской Федерации долгое время единственной мерой пресечения, связанной с изоляцией от общества, было содержание под стражей, при этом условия содержания задержанных одинаковы, то, на наш взгляд, целесообраз-

14

но начать данный параграф с регламентации именно содержания под стражей.

Итак, правовой основой содержания подозреваемых и обвиняемых под стражей являлось Положение о предварительном заключе- нии под стражу. Это Положение установило правило, в соответствии с которым подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений содержатся в следственных изоляторах. Однако оно утратило силу в связи с принятием Закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Из этих норм следует, что содержание под стражей должно осуществляться в специально предназначенных для исполнения данной меры пресечения учреждениях.

В соответствии со ст. 7 Закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» местами содержания под стражей являются следственный изолятор, изолятор временного содержания, учреждения уголовно-исполнительной системы, гауптвахта, помещения, которые определены капитанами морских судов, находящихся в дальнем плавании, или начальниками зимовок в период отсутствия транспортных связей с зимовками и приспособлены для этих целей.

Из перечисленных мест содержания под стражей по признаку целевого назначения, безусловно, следует выделить следственный изолятор.

Нормативную основу деятельности следственных изоляторов составляют нормы Конституции РФ, уголовно-процессуального законодательства, Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в ограниченных пределах Федерального закона «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», правовых актов субъектов РФ, Положения о следственном изоляторе и Правил внутреннего распорядка.

Следственные изоляторы по своему целевому назначению осуществляют обеспечение следственной и судебной деятельности. Эта функция обусловливает специфическое их положение. С одной стороны, при выполнении обеспечительной функции процессуальной деятельности они не должны быть, не являются и не будут являться структурными подразделениями следственных или судебных органов, а с другой, будучи прежде всего местом содержания подозреваемых и обвиняемых, но не осужденных, следственные изоляторы входят в систему уголовно-исполнительных учреждений и органов. Поэтому они помимо задач уголовного процесса решают и другие задачи.

К этим задачам в правовой литературе относят организацию и обеспечение: а) исполнения решений следственных и судебных органов; б) охраны лиц, находящихся под стражей; в) надзора за по-

15

ведением лиц, содержащихся под стражей; г) специальной (частной) превенции1.

На наш взгляд, в перечень рассматриваемых задач следует включить также организацию и обеспечение исполнения меры наказания в виде лишения свободы в отношении осужденных, оставленных для хозяйственного обслуживания места содержания под стражей. Исполнение наказания в виде лишения свободы в условиях следственного изолятора не является основной задачей и функцией следственного изолятора.

Некоторые авторы полагают, что по отношению к осужденным, оставленным для хозяйственного обслуживания, следственный изолятор «выполняет роль исправительно-трудового учреждения»2. Думается, это суждение неточно, так как следственный изолятор не теряет статуса места содержания подозреваемых и обвиняемых и не превращается в исправительно-трудовое учреждение. По нашему мнению, следственный изолятор как специализированное учреждение выполняет две функции: основную и субсидиарную (дополнительную). По отношению к лицам, находящимся под следствием и судом, он — место предварительного заключения под стражу. По отношению к лицам, осужденным к лишению свободы и оставленным или переведенным из других учреждений для хозяйственного обслуживания, он — место отбывания наказания в виде лишения свободы. При этом совместное содержание в одном учреждении (следственном изоляторе) лиц, виновность которых не установлена, и лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, чревато серьезными негативными последствиями.

Для того чтобы правильно оценить правовой статус следственного изолятора и лиц, в нем содержащихся, необходимо сделать краткий исторический экскурс и рассмотреть зарождение и развитие мест содержания под стражей и правового регулирования их деятельности.

До начала правления Екатерины Великой места содержания подследственных, их правовое положение не отличались от мест отбывания наказания в виде лишения свободы и правового положения осужденных. Очень часто подследственных и осужденных содержали вместе, сковывая одной цепью, в том числе мужчин и женщин, взрослых и несовершеннолетних.

В 1767 г. Екатериной II был подготовлен проект Общего тюремного устава. Он, в частности, предусматривал раздельное содер-

1 Линенко Н.А. Административно-правовой статус следственных изоляторов (фун- кционально-структурный аспект). Автореф. дисс.... канд. юр. наук. Киев, 1987. С. 8—9.

2 Миндадзе О.Н. Правовое регулирование исполнения предварительного заклю- чения под стражу. Дисс.... канд. юр. наук. С. 57.

16

жание подследственных и других категорий арестантов, мужчин и женщин, а также лиц, оказывающих вредное влияние друг на друга1. В проекте предусматривалось содержание в одной арестантской камере не более двух-трех человек.

Внедрение перечисленных положений и иных прогрессивных начинаний в практику соответствующих учреждений царской России осуществлялось очень медленными темпами. В циркуляре Министерства внутренних дел Российской империи (1861 г.) отмечалось, что во многих губерниях требования о раздельном содержании арестантов по званию, полу, возрасту, осужденных и обвиняемых не выполняются.

Указанный тюремный устав не был реализован в полном объеме. Тем не менее его влияние на государственную политику в сфере содержания под стражей и исполнения наказания в виде лишения свободы трудно переоценить. Заложенные в нем идеи не потеряли актуальности и для современной России.

Серьезный импульс для развития государственной политики в сфере содержания подследственных под стражей был дан Конгрессом, состоявшимся в 1890 г. в г. Санкт-Петербурге. Он впервые в мировой практике определил принципы режима содержания подследственных под стражей, которые должны отличать его от общего тюремного режима. Эти принципы таковы:

1)желательно содержать подследственных арестантов в особых местах заключения или, по крайней мере, в особых отделениях тюрем;

2)содержание подследственных должно быть устроено в виде общего правила по системе одиночного заключения, которое не может быть заменено общим иначе, как по желанию арестанта и с разрешения административной власти;

3)одиночное заключение должно распространяться и на подследственных несовершеннолетних в случае взятия их под стражу, хотя эта мера должна быть применима только при крайней необходимости, так как вообще желательно, чтобы несовершеннолетние до 17 лет оставались до вынесения приговора на свободе;

4)отдельное заключение заменяется общим для лиц, которые не могут переносить его по состоянию своего здоровья, вследствие преклонного возраста или телесных либо душевных страданий;

5)содержание подследственных должно определяться на общем основании, причем заключение не должно влечь иных ограниче- ний, кроме тех, которые вызываются его целями и необходимы для поддержания порядка;

1 Андреев В.Н., Минаков Ю.А. Предварительное заключение под стражу в следственных изоляторах: практика исполнения и проблемы совершенствования. М., 1991. С. 12—17.

17

6) тюремная администрация не должна применять к подследственным заключенным иных мер дисциплинарного воздействия, кроме безусловно необходимых для поддержания порядка и спокойствия1.

Дальнейшее развитие государственной политики в области содержания подследственных под стражей нашло выражение в «Своде учреждений и уставов о содержащихся под стражей» (1890). В этом законодательном акте были предусмотрены места содержания под стражей в виде помещений для лиц, подвергаемых аресту, арестантских помещений при полиции, а также тюрем. Кроме того, в г. Санкт-Петербурге функционировал специальный Дом предварительного заключения.

Âместах содержания под стражей действовали правила о раздельном содержании подследственных и осужденных к наказанию в виде лишения свободы. Лицам, содержавшимся под стражей, разрешалось находиться в собственной одежде. Если они находились под стражей более трех дней, то им при необходимости выдавалось сменное белье. Желающим дозволялось иметь свой собственный стол. Заключенным предоставлялась ежедневная прогулка в пределах двора или сада. Работой они занимались по желанию. Помимо прав подследственные имели обязанности. Им запрещались употребление вина, курение табака, игра в карты, кости, шашки и другие увеселения.

Âкомпетенцию администрации мест содержания подследственных под стражей входило применение принудительных мер воздействия. Для предупреждения побегов разрешалось заковывание лиц мужского пола в кандалы (за исключением малолетних и некоторых других категорий). Кандалы и наручники могли налагаться только на подследственных, обвинявшихся в совершении тяжких преступлений, за которые законом предусмотрены наказания, связанные с лишением прав состояния, и при условии, если эти лица не были освобождены от телесных наказаний. За проступки, совершенные в местах содержания под стражей, применялись следующие наказания: а) уменьшение нормы пищи вплоть до того, чтобы оставить только на хлебе и воде; б) запрещение разговаривать; в) обращение

êсодержащимся под стражей чиновным лицам только по имени, а не по отчеству; г) заключение в комнату уединения с небольшим светом на срок от одних суток и до недели включительно; д) заклю- чение в темную комнату уединения на срок от одних до трех суток включительно.

Âотношении режима и процессуального положения подследственных представляет интерес описание Дома предварительного заключения в г. Петербурге (Петрограде). В нем было 63 общих и 317

1 Люблинский П.М. Международные съезды по вопросам уголовного права. Петроград, 1915. С. 69—342.

18

одиночных камер. Окна камер были закрыты матовыми стеклами в двойной металлической раме, верхняя часть которой открывалась на длину короткой цепочки. Режим Дома предварительного заклю- чения определялся специальной Инструкцией, которая предоставляла заключенным привилегированных сословий право получать вместо пищи ее стоимость деньгами и расходовать их вместе со своими средствами. Инструкция не освобождала никого от обязанности уборки камеры.

Правила внутреннего распорядка Дома предварительного заключения учитывали, что в нем содержатся подследственные, а не осужденные лица. Поэтому они допускали более широкие возможности для свиданий, переписки и занятия трудом при наличии желания подследственных1.

Âправовой литературе существуют различные точки зрения на этапы развития мест предварительного заключения под стражу в советский период.

Некоторые авторы выделяют д в а основных этапа.

Первый этап охватывает период с 1917 по 1964 год и характеризуется тем, что места предварительного заключения создавались при местах отбывания наказания в виде лишения свободы, а порядок исполнения в качестве меры пресечения заключения под стражу регламентировался ведомственными нормативными актами.

Второй этап начался в 1965 г. и продолжается по настоящее время. Для него характерно образование самостоятельных специализированных учреждений содержания под стражей в системе МВД

СССР — следственных изоляторов и закрепление порядка исполнения меры пресечения в законодательном акте — Положении о предварительном заключении под стражу2.

Такое деление носит слишком общий характер и не раскрывает противоречивости государственной политики в области развития мест предварительного заключения под стражу и правового положения подследственных. Поэтому более обоснованной представляется точка зрения, в соответствии с которой историческое развитие мест предварительного заключения при советской власти подразделяется на четыре этапа3.

Первый этап (1917—1924 гг.) знаменуется коренными преобразованиями, вводимыми советской властью в местах исполнения наказания в виде лишения свободы, в том числе в местах содержания подследственных.

Â1918 г. была введена в действие Инструкция «О лишении свободы как мере наказания и о порядке отбывания такового». В ней бы-

1 Гернет М.Н. История царской тюрьмы. М., 1951. Т. 3. С. 349.

2 Линенко Н.А. Административно-правовой статус следственных изоляторов (фун- кционально-структурный аспект). Автореф. дисс.... канд. юр. наук. Киев, 1987. С. 5.

3 Андреев В.Н., Минаков Н.А. Указ. соч. С. 17—23.

19

ло предусмотрено разделение мест лишения свободы для мужчин и женщин, а также содержание подследственных и подсудимых в общих местах заключения (тюрьмах) и в арестных помещениях (домах) для кратковременного содержания.

Согласно Инструкции подследственные и подсудимые наравне с осужденными привлекались к труду. На общих основаниях осуществлялись прогулки и свидания, если по постановлению следственных и судебных органов не требовалась безусловная изоляция заключенных. Оставление этих лиц в собственной одежде зависело от руководителя учреждения.

Наравне с осужденными подследственные и подсудимые по представлению следственной комиссии могли быть отпущены в отпуск на срок не свыше двух недель в случае смерти близкого родственника или по иному поводу.

Инструкция предусматривала применение к подследственным и подсудимым таких же мер взыскания, что и к осужденным, в том числе перевод на уменьшенный продовольственный паек как не работающих, на более суровый режим (лишение свиданий, переписки и т.п.), водворение в карцер на срок до 14 дней. Нетрудно заметить, что согласно Инструкции условия содержания, меры взыскания и правовой статус подследственных, подсудимых, заключенных под стражу и осужденных не имели принципиальных различий.

На смену столь непродолжительно действовавшей Инструкции пришло «Положение об общих местах заключения РСФСР», принятое в ноябре 1920 г. постановлением Народного комиссариата юстиции. Это Положение предусматривало раздельное содержание подследственных и лиц, отбывающих наказание. Подследственные, нуждавшиеся в строгой изоляции, помещались в одиночные камеры, если таковые имелись. С разрешения заведующего места заключения под стражу подследственным было разрешено пользование собственными предметами вещевого довольствия. При выдаче разрешения заведующий учреждения должен был учитывать лич- ность заключенного, количество и качество его одежды и обращать внимание на то, не может ли эта одежда облегчить его побег.

Подследственные должны были трудиться. Однако им предоставлялось право избирать вид труда из допускаемых в местах заключения. Данное право отличало правовое положение подследственных от правового положения осужденных, отбывавших наказание в виде лишения свободы.

Вместе с тем положение предусматривало общеобразовательное обучение осужденных, проведение с ними лекций и бесед, постановку концертов и спектаклей их силами, осуществление иных общеобразовательных развлечений. Эти мероприятия распространялись и на подследственных и подсудимых, содержащихся под стражей.

20