Пятьдесят оттенков страсти. История чувственного перевоплощения

История чувственного перевоплощения

Мы вошли в квартиру, и у меня случился легкий приступ ностальгии. Это как приехать в дом, в котором вырос — чудесное ощущение. Здесь снова появились приятные запахи, и чувствовался пульс жизни. Я вошла в комнату с патефоном — все было по-прежнему. На мгновение мне показалось, что этого года не было. Я снова под пристальным вниманием человека в маске изучаю краски, и каждое утро просыпаюсь

сулыбкой.

—Ты можешь пойти в свою комнату и подготовиться к вечеру, — в голосе Жана слышались теплые нотки.

—В своей комнате? Ты имеешь в виду мою каморку, что без окон и дверей?

Маска кивнула, а я поспешила туда, где в последний раз видела горы мусора.

Меня ожидало красивое красное платье и различные мелочи, которые дополнят образ потрясающей женщины. Я волновалась, как перед самым важным свиданием в своей жизни, от которого зависит моя судьба.

В комнате играла музыка и горело множество свечей. За накрытым сервированным на две персоны столом Жана не было, похоже я прибыла на бал чуть раньше. Усевшись, я терпеливо ждала его появления. Прошел, наверное, час, пока послышались размеренные шаги и через мгновение передо мной материализовался мой му-

311

Эмма Ноэль. Пятьдесят оттенков страсти

читель. Его изящный черный костюм в тоненькую вертикальную полоску смотрелся очень элегантно. Белоснежность рубашки подчеркивал галстук и смуглая кожа шеи. Он был гладко выбрит, волосы набриолинены и зачесаны назад. Спина Жана была идеально пряма, словно он — английский лорд на светском приеме.

—Ты выглядишь сногсшибательно! — восторженно произнесла я.

—Вообще-то я должен был сделать тебе комплимент.

Он грациозно сел напротив меня и хлопнул

владоши. Появился дворник, но только теперь он был в аккуратной и чистой одежде, умыт и причесан. Прислужник поставил блюдо посередине стола и поспешил наполнить наши бокалы вином. Я внимательно следила за человеком, не любившим осенние листья, движения его были коротки и точны. Перед тем, как исчезнуть он почтительно склонился перед нами.

—Это ведь дворник! У него сегодня банный день? — спросила я, с подозрением разглядывая маску. — Значит, в прошлый раз готовил не ты?

—Я.

—А где был дворник?

—Мел.

На моей тарелке лежал кусок мяса и набор зелени. Выглядело все аппетитно, но мне не хотелось есть. Я лишь пригубила вина.

312

История чувственного перевоплощения

—Может, ты снимешь свою маску? — немного нервно предложила я.

—Позже. Сейчас я хочу снять маску с другой части тела — с души.

Звучало слишком серьезно. Маску с души… Найдется ли хоть один человек в мире, готовый совершить подобный подвиг? Оголиться перед зеркалом правды и быть кристально честным с собой и с окружающим миром.

—Для начала можешь задать любые вопросы, которые тебя интересуют.

—Откуда шрам? — торопливо уточнила я. Жан откинулся на спинку стула и, сделав не-

большую паузу, произнес:

— В детстве мы жили в коммуналке в очень старом доме. Трубы превратились в труху, и тепло не поступало в квартиры. У всех работали дополнительные обогревательные приборы. У нас совсем не было денег, мать работала швеей в ателье и получала очень мало. К тому же, много болела, дополнительные заказы брать не получалось. Откуда-то с помойки она приволокла металлическую старинную печку-буржуйку, которую растапливали дровами. Мне было лет пять…

Япредставил, что это настоящий конь.

Яживо представила плачущего маленького человечка непонимающего, почему так больно от прикосновения с фантазией.

313

Эмма Ноэль. Пятьдесят оттенков страсти

—Мать намазала чем-то ожог, и в результате повреждение стало в два раза больше и глубже.

Кврачам она не обратилась, боясь, что меня отберут. Меня пробовала лечить бабка, живущая через дорогу в маленьком полуразрушенном домике, она нашептывала слова и прикладывала какие-то порошки, но моя рана только усугублялась. В школе невозможно было учится, и я обучался на дому. По соседству жил свихнувшийся художник, он учил меня рисовать. И однажды сделал для меня маску. Еще в одной комнате жила проститутка. Когда-то она была актрисой, но карьера не сложилась. От нее пахло дорогими духами и пороком. Баловалась легкими наркотиками. Благодаря ее пагубной привычке я лишился девственности. «Никогда не снимай маску и сойдешь за своего! Так поступают все люди», — рекомендовала она, и это стало в каком-то смысле моей жизненной позицией.

Мне стало жаль его, но я пыталась не показывать этого, прекрасно понимая, что ему это не понравится. Что говорить в такие моменты? Как поддержать? Чем обнадежить?

—Не так давно я сделала вывод — всю жизнь меня окружали чудовища, уроды… И я к этому привыкла. Мы все носим маски, Жан, прячем свое истинное лицо и притворяемся кемто другим, но не выигрываем от этого! — вдруг я всхлипнула, слова мне давались нелегко. —

314

История чувственного перевоплощения

Этот год был непростым в моей судьбе, и я получила столько болезненных уроков, что в пору удавиться! Люди пахнут ложью! Каждую секунду на нашей планете произносится неправда. И не во имя спасения, а для собственной выгоды — из жажды наживы. От моего прошлого у меня осталась горстка пепла в руке. И воспоминания, самые светлые среди которых связаны с тобой!

Язаметила, как участилось его дыхание. Мои слова задели человека в маске, и в данный момент он наверняка был рад, что лицо его скрыто. Мне захотелось поцеловать его, почувствовать прикосновение его губ и самое главное — мне было плевать на его шрам. Я встала со стула

имедленно направилась к нему. Он немного напрягся. Я коснулась рукой маски, Жан попытался меня остановить:

— Послушай, то, что ты увидишь, не соответствует тому, что ты слышишь.

— Главное, что я чувствую, Жан, — отозвался мой голос.

Язаметила, что прическа его намного короче, уже нет длинного хвоста. Значит, он больше не прячется за волосами! Медленно и осторожно я потянула за маску, пытаясь высвободить его лицо. Сердце колотилось, я затаила дыхание. Наконец, передо мной было лицо… человека из галереи, которому я приносила картину.

315

Эмма Ноэль. Пятьдесят оттенков страсти

—Что это значит? — вскрикнула я, отшатнувшись.

—Все нормально, Катя, — успокаивал он, пытаясь поймать меня за руки.

—Не трогайте меня!

—Спокойно! Выпей немного вина, я все объясню!

—Камеры! Это все пишется? Какой-то розыгрыш?

Я вращала глазами по сторонам, пытая разоблачить нахала, говорившего голосом Жана.

—Мне нужно домой, — выдавила я, отвернувшись.

—Тебя отвезет моя машина, сразу, как только успокоишься. Послушай, я расскажу тебе одну деталь, о которой никто не может знать — та картина, которую я тебе отправил. Помнишь день, когда я был художником? Ты еще высмеяла мой костюм! Я рисовал, а ты меня соблазняла… Красное пятно долго украшало мою простынь, это был твой след, я не хотел лишаться памяти

отебе. Мне было плохо без тебя…

Я молчала, не понимая, что происходит.

— Я отправил тебе страничку из дневника, там было написано про болтуна, которого я встретил и тот пообещал мне новую жизнь. Это был пластических хирург. Новая клиника, новые технологии и риск. Я согласился. Я ведь не раз обращался к докторам, но никто не хотел со мной

316

История чувственного перевоплощения

связываться, потому что рана была слишком глубокая. Этот хирург дал гарантию «пятьдесят на пятьдесят». Все прошло удачно, но пришлось и на второй половине лица делать операцию, чтобы обе части были похожи между собой.

Яснова подошла к нему и бережно дотронулась до слепленной скульптором живой маски. Все было в порядке, вместо шрама немного заметна бугристость, но можно предположить, что это результат неправильного ухода за кожей в юности.

— Поцелуй меня, пожалуйста! — попросил голос Жана и чужое лицо.

Язакрыла глаза и вдохнула его запах, теперь это был он. Я нежно касалась его кожи, он трепетал от прикосновения теплых губ. Я стянула

снего галстук и завязала себе глаза, теперь я была рядом с моим мучителем, о котором я грезила столько времени и которого чуть не потеряла навсегда.

Всю ночь мы занимались любовью. То неистово, то нежно… Он был «голоден» и ни на секунду не выпускал меня из рук.

— Я так боюсь, что ты мой мираж! — жаловалась я, засыпая, а услышав смех, добавила: — Ты только не исчезай больше!

Открыв глаза на рассвете, я не сразу поняла, где нахожусь. Мы лежали в кровати в той комнате, в которой мой художник меня рисовал… А

317

Эмма Ноэль. Пятьдесят оттенков страсти

эта кровать хранит воспоминания о нашей первой страстной ночи с утренним сюрпризом. Теперь не было необходимости закрывать плотно занавески.

—Ты знаешь, твоя внешность стала весьма заурядной! — шутливо пожаловалась я, когда он проснулся. — Я рассматривала тебя долго — пыталась привыкнуть к твоему новому облику.

—Можно подумать ты привыкла к старому! — кольнул он меня. — В принципе для тебя, моя любовь, ничего не изменилось!

Моя любовь… Как хорошо это звучало! Никто никогда меня не называл «моя любовь»! Мне нравилось это прозвище. Я прижалась к нему и, смеясь, предложила познакомить его с моей мамой, о которой совсем забыла, оставив

еев квартире.

—Только имей в виду, она — приверженец масок! — немного грустно выдохнула я.

—Это до поры до времени. Я проведу с ней курс цветотерапии.

—Ты ведь всегда будешь рядом, правда?

—Конечно! Я хочу заботиться о тебе!

Я рассмеялась и снова набросилась на него, требуя немедленного путешествия в апельсиновый рай.

Мой мир теперь цветной. Словно в скучную раскраску щедрая рука ребенка набросала ярких наполнителей. Красных, оранжевых, зеленых,

318