Любовь начинает и выигрывает. Роман

квартире было тихо: не играла музыка, не шумели дети, лишь откуда-то из глубины раздавался приглушённый женский голос. Со стороны можно было подумать, что женщина беседует с кем-то по телефону. На самом деле, трубка аппарата мирно покоилась на месте, мобильный телефон хозяйки квартиры лежал на самом дне сумочки.

Сидя перед огромным трюмо, Нелли Геннадьевна Фёдорова говорила с невидимым собеседником.

– Сергей Сергеевич! Ну, зачем вам моя дочь? Она же ничего не умеет, хозяйка она никакая! Брюки вам подшивала? Господи, когда только успела? В первый день знакомства? Вы уже брюки перед ней снимали? Ну, вы, однако, ходок! Ну, ладно шить ещё туда-сюда, может, но готовит отвратительно, это есть невозможно, у вас изжога начнётся сразу, а вы так покушать любите! Что? Крокодилов вам пекла? Ну, вы же не будете аллигаторами всю жизнь питаться? Ах, это кулебяка такая! Ну, всё равно одними кулебяками сыт не будешь. Ах, у вас повар личный есть. Да, я этого как-то не учла. Ну, хорошо, на кухне она может не появляться, но в вашей постели она явно появится, и боюсь, что особого удовольствия вам это появление не доставит: будет лежать как бревно. Ах, вы её всему обучили! Обучили, приручили и теперь за неё отвечаете? По-моему, вы слишком сентиментальны. И любите её ещё вдобавок? Ну и любите её на здоровье! На расстоянии! Жениться-то зачем? Лучше в жёны какую-нибудь модель возьмите, как все приличные олигархи поступают. Ах, это банально-тривиально? Ну, тогда женитесь на гадалке или на матери-одиночке из провинции! Вот это точно будет нестандартно. Или лучше на Лене Щвецовой! – Тут Лена, подслушивающая разговор у двери, невольно вздрогнула. – Старая любовь, Сергей Сергеевич, не ржавеет. Что? Да знаю я, что она замужем. Говорят, жена не стена, а мужа тоже подвинуть можно. Да, шучу я, шучу, Сергей Сергеевич. Женитесь на Арининой помощнице Русе, и на маму вашу похожа, и вы всё время повторяете «Какая девчушка славная!» Она и, впрямь, славная, да ещё и правильная, не то, что моя дочь, уже какого по

301

счёту кавалера сменила. И потом Арина просто дико себя ведёт иногда. Вас так толкнула, что и костей бы не собрали, если бы не ваша спортивная реакция! Ну что, убедила я вас? Подумаете над моим предложением? Даже думать не будете? Ну, хозяин-барин. Вспомните мои слова, да поздно будет!

Нелли Геннадьевна встала, с яростью закрыв створки трюмо.

–Ничего, дорогой, недолго тебе такому счастливому ходить, – произнесла она и, вдруг оборвав фразу на полуслове, прислушалась к шороху на лестнице и подошла к дверям. Лена, находившаяся по другую сторону, на лестничной площадке, мгновенно среагировала, нажав кнопку звонка.

Нелли Геннадьевна открыла, даже не спросив дежурного «Кто там?»

–Ты? – произнесла она, совсем не удивившись, как будто бы ждала приезда Щвецовой, – ну, заходи, поговорим.

Лена Щвецова какое-то время молча сидела напротив Нелли Геннадьевны, ожидая, что та первая начнёт беседу. Наконец, Лена не выдержала:

–Гелла, тебе родную дочь не жаль? Зачем ты с ней так жестоко?

–Жаль, конечно. – Нелли Геннадьевна отбросила прядь волос с лица. – Но ты сама прекрасно знаешь, что бывает за отказ стать такой, как я, вспомни свою одноклассницу.

Лена непроизвольно вздрогнула. Клара, в три года знавшая все сказки Пушкина назубок, подававшая в школьные годы большие надежды, работала уборщицей на вокзале. Живя в неблагополучной коммуналке, содержала мужа-алкоголика и больного ребёнка.

В течение десяти лет Клара ухаживала за лежачей после инсульта бабушкой. Но после её смерти роскошная квартира в центре досталась не Кларе, а её младшей сестре, палец о палец не ударившей ради бабушки. Сестра купалась в деньгах, при этом нигде не работая, в то время как

302

Клара экономила каждую копейку, гробя здоровье тяжёлым физическим трудом.

Насколько удачливой была одна сестра, настолько невезло другой. Со стороны ситуация выглядела достаточно странно, друзья и родственники недоумевали и не понимали причину Клариного невезения. И только Лена, зная, на что способна Кларина мама, сразу сообразила, откуда ветер дует, и даже попыталась Кларе помочь. За что сразу же получила тяжелейший грипп с температурой и неприятности на работе у мужа.

–Арина поэтому и из дома сбежала, думала, раз отделилась от нас, ей теперь я неопасна. Вот наивная! – с усмешкой произнесла Нелли Геннадьевна. – Ну, ничего, жена сына через полгода должна родить девочку, вот ей я

ипередам свои способности, будет самой молодой ведьмой в нашем роду!

–Неужели ты не понимаешь, что Арина с Сергеем друг друга любят! – воскликнула Лена.

–Вы с ним тоже друг друга любили, но, однако, не поженились, и они никогда не поженятся. Любовь, любовь! – со злостью сказала Нелли Геннадьевна. – Какая там ещё любовь! Откуда Арине про любовь знать? Из книжек? Да ведь книжки-то для развлечения пишутся; почитал, да и на даче в печку выбросил. Не по книгам живут, а как мать скажет. А мать скажет, что надо бросать этого распутного нувориша и замуж за серьёзного парня выходить. Вышла замуж – вот тебе и любовь! Что не так, дорогая крёстная? Но по-другому-то не получится, уж извини! Эту партию ты проиграла!

Поняв, что продолжать разговор бесполезно, Лена поднялась и молча покинула квартиру.

–Послушай, Серёжа, ты должен мне верить, если ты меня любишь, верить, даже если всё против меня, даже если весь мир перевернётся, просто верить и всё, – стараясь быть как можно убедительнее, в сотый раз говорила Арина, сидя напротив мрачного и пугающе молчаливого Михайлова. – Зачем ты вообще стал рыться в моём телефоне?

303

–Обычно я не беру чужие вещи, но, видимо, так уж тебе не повезло, извини. Я прочёл это сообщение совершенно случайно, а если бы не прочёл и ничего не узнал? Ты бы продолжала вести двойную жизнь?

–Серёжа, ну как тебе не стыдно, я ни в чём не виновата, у меня никого нет, кроме тебя! – с возмущением отреагировала Арина.

–Хорошо, – мотнул подбородком Михайлов, – любой другой бы тебе не поверил, но я слишком люблю тебя. Даже если ты такая лицемерная особа и за моей спиной будешь подсмеиваться надо мной…

–Ну, это уже слишком! Можешь мне не верить, но оскорблять я себя не позволю! – решительно сказала Рина.

–Поклянись! – со сталью в голосе произнёс олигарх.

–Господи! Чем? На чём? В чём?

–Поклянись своим здоровьем, что ты ничего против меня не замышляешь!

–Серёжа, клянусь своей жизнью, что я желаю тебе только добра, что я люблю тебя больше жизни, что мне никто кроме тебя не нужен!

–Ладно, инцидент исчерпан, – сухо сказал Сергей, – мне нужно работать, завтра мы улетаем в Россию. В самолёте я дам тебе необходимые инструкции для визита в полицию. А теперь спи!

Арина попыталась уснуть, но сон сняло как рукой.

Франсуа Раж недовольно поморщился. Сегодня ему предстоял не самый приятный визит в местное отделение полиции в качестве свидетеля по делу об убийстве его бывшей коллеги Арины Фёдоровой. Формальность, конечно, но всё равно как-то не по себе, да и времени жалко. Вместо того, чтобы спокойно пообедать гденибудь в окрестном ресторане, придётся довольствоваться быстрым перекусом на работе.

Во дворе, где располагалось отделение полиции, шёл ремонт. На последнем этаже одиноко висела «люлька», перепачканные маляры, занимавшиеся ремонтом здания,

304

устроили во дворе перекур. Проходя, Франсуа даже закашлялся от дыма крепких папирос. Недалеко от входа в отделение стоял красный «Майбах». Франсуа видел такую машину только один раз – на автомобильной выставке в Биаррице.

«Хорошо, однако, местным полицейским живётся, – завистливо подумал Франсуа, – такую машину на зарплату вряд ли купишь, по всей видимости, коррупция здесь процветает буйным цветом».

Вздохнув, он зашёл в обшарпанное здание и обратился в окошечко, отделённое от посетителей железной решёткой.

Несмотря на то, что русский язык Ража был почти безупречен, сонный дежурный долго не мог понять, по какому вопросу и к кому пришёл иностранец, требуя повестку, и, наконец, поняв суть проблемы, отправил его на последний этаж здания. Пока Раж уныло поднимался по лестнице, дежурный принялся кому-то звонить.

В указанном кабинете за столом, заваленным папками с делами, сидел хмурый невыспавшийся следователь. Шторы на окнах были задёрнуты, поэтому в помещении было достаточно темно. На потолке зияла дыра от люстры – видимо, ремонт коснулся и самих кабинетов. Следователь быстро поздоровался с Ражем и направился

кдвери.

–Я на минутку выйду, а вы пока напишите, что можете сообщить по поводу убийства Арины Фёдоровой. Темновато тут у нас, конечно, да сами понимаете, в кои-то веки стали ремонт делать – шторы я закрыл, потому что маляры в люльке как архангелы какие-то в окне порхали. Но, если вам темно, откройте.

Ничего не заподозривший Раж кивнул, взял бумагу и, начав писать, понял, что у него заболят глаза при таком освещении, а, вернее, при полном его отсутствии.

Подойдя к окну, он отдёрнул шторы и замер: прямо перед ним в ремонтной люльке стояла… Арина Фёдорова. Вернее, это был, конечно же, её призрак, потому что сама Фёдорова уже давно кормила червей на одном из го-

305

родских кладбищ. Он сам видел, как её отпевали. Раж похолодел. Арина была жуткого синюшного цвета, как собственно и должна выглядеть покойница. В левом верхнем углу груди, в районе сердца, на белой Арининой рубашке запеклось кровавое пятно от выстрела киллера.

Призрак в люльке зашевелился и заговорил пофранцузски.

Через открытую форточку оцепеневший Раж слышал каждое слово.

–Зачем ты так со мной, Франсуа? Я же тебе ничего плохого не делала. Мы могли бы договориться. А ты киллера нанял. Не по-мужски поступил. Не умеешь ты проигрывать, Раж!

Призрак потянулся к окошку с явным намерением его открыть.

Франсуа закричал как бешеный. В кабинете тотчас же появились выходивший на минуту следователь и ещё два человека в форме.

–Ну-ка, гражданин хороший, пишите всё как есть по порядку, а если на русском не сможете, мы переводчика из вашего же центра позовём!

В то время пока находящийся в состоянии, близком

кистерике, француз писал чистосердечное признание, Арина благополучно спустилась вниз, сняв макияж, переоделась и вышла во двор, не забыв поблагодарить бдительного дежурного, предупредившего о приходе Ража.

В автомобиле её ждали водитель и заехавший за ней сегодня утром Петя. Эту ночь Арина провела в роскошном пентхаузе с видом на Неву, который арендовал для неё Михайлов. После приезда в Россию их дороги разошлись: Михайлов улетел в Москву, а Арина осталась в Петербурге.

–Арина, как всё прошло? – коротко спросил Петя. – Под тяжестью неопровержимых улик у подозреваемого не выдержали нервы? – сказал он, усмехнувшись. – Мне отдано распоряжение отвезти тебя на набережную к причалу у Эрмитажа.

306

–На набережную? Но зачем? Я хочу сейчас поехать в квартиру, которую я снимала до отъезда.

–Видимо, до неё лучше добраться водным путём, – пожал плечами Петя.

–Что за глупости! – возмутилась Арина. – Высадите меня, я на метро поеду.

–Арина, я не могу, мне Сергеич голову снимет.

–Так это его распоряжение?

–Ну не Султана Сулеймана же!

«Значит, всё-таки чадру на голову и в воду!» – вжавшись от ужаса в кожаное сиденье «Майбаха», подумала Арина.

–Можно мне позвонить или сообщение отправить? – робко спросила она.

–Кому? Зачем? Ну, наверное, можно.

Арина быстро достала многострадальный телефон, который Михайлов чудом не выбросил после неприятного инцидента в Стамбуле, и набрала несколько смсок.

– Ещё увидимся, Арина! – Петя помог ей выйти из машины и пересел на место рядом с водителем. «Майбах» уехал, разогнав группку испуганных воробьёв на близстоящих скамейках.

Набережная у Эрмитажа была пустынна. Из громкоговорителя слышалась песня «Осенние листья» в исполнении Далиды.

«Что-то рановато вы про осень, ребята», – подумала Арина. Вдруг звучание мелодии прекратилось, и Арина неожиданно услышала: «Фёдорова Арина Сергеевна, подойдите, пожалуйста, ко второму причалу!» У причала пожилой мужчина в морской форме попросил её пройти внутрь небольшого помещения, где вручил ей гидрокостюм.

«Господи, ну не день, а съёмки в сериале!» – подумала Арина, уже ничему не удивляясь, залезая в резиновые шорты и положив свою одежду в маленький рюкзачок.

307

Прямо по курсу к пристани приближался аквабайк. У Арины не было никаких сомнений о личности его водителя. Конечно, за рулём был Сергей Михайлов.

–Привет, Арина, – сказал он просто, – залезай, прокатимся.

Арина слишком устала, чтобы сопротивляться, поэтому послушно села сзади, приготовившись к фонтану брызг.

Как ни странно, брызг было совсем не много, видимо, это было связано с техническими параметрами гидроцикла. Фантастические ощущения заставили Арину по-новому взглянуть на привычные пейзажи гранитных набережных. Аквабайк сделал несколько кругов по Неве и остановился у одного из равелинов Петропавловской крепости.

Михайлов жестом пригласил Арину выйти на бревенчатые мостки.

–Я надеюсь, у тебя всё в порядке? – спросил он. –

Ястарался тебя не обрызгать.

–Да у меня всё в порядке, и я не забрызгана, просто очень устала после исполнения главной роли в спектакле по сценарию Сергея Михайлова, – сказала Арина, не понимая, в каком миллиардер настроении и что от него ожидать.

–Мышеловка захлопнулась! – удовлетворенно констатировал олигарх. – Как я и предполагал.

–Да, ты всё здорово рассчитал, – подтвердила Арина. – Видел бы ты лицо Ража, когда я попыталась открыть окно!

–Ну, я же этот сыр-бор начал, сделав тебе на день рождения подарок, поэтому я и должен был окончательно решить проблему с твоим бывшим директором. Надеюсь, теперь его вышлют из страны и навсегда закроют въезд в Россию.

–Я собственно тоже этого желаю, – заявила Арина. – А почему мы здесь? Мы кого-то ждём? Здесь с кем-то назначена встреча? Я хочу вернуться в свою съёмную квартиру, я там уже очень давно не была. И почему ты

308

на аквабайке, а не, скажем, на твоей знаменитой яхте? Я, кроме неё, все твои игрушки видела, и самолёты, и «Майбах».

–Яхту в акваторию Невы не пустят, она слишком большая, под мостами может не пройти. Как-нибудь потом прокачу. Нет никакой встречи, просто я очень люблю это место у вас в городе. Отсюда такой потрясающий вид открывается. Знаешь, Арина, я коренной москвич, но если бы мне пришлось выбирать снова, где родиться…

–Только не говори, что ты бы родился в Петербурге! – воскликнула Арина. – Ты родился бы в Вашингтоне!

–Почему в Вашингтоне? – недоуменно спросил Михайлов.

–Потому что губернатором Московской области ты вряд ли станешь, уж извини, читала твою программу, я

ито бы лучше написала, да, да, не улыбайся! А вот мэром Вашингтона ты вполне мог бы стать, тебя там все любят, насколько я понимаю, там живёт твой хороший друг, всё время его фамилию забываю, известный рокмузыкант. – Михайлов кивнул в знак согласия. – По версии какой-то газеты, ты вообще мечта всех американских домохозяек… Как там в стихотворении, которое тебе посвятили:

Ты покорил Олимп высокий. Ты превзошёл врагов умом. И Вашингтон тебя далёкий, Зовёт в тумане голубом.1

–И тем не менее, я хотел бы родиться в СанктПетербурге. Мне кажется, что в прошлой жизни я был одним из декабристов.

–Так мы поэтому сюда приплыли? Здесь как раз декабристов и казнили в кронверке.

–Правда? Я не знал, – протянул удивлённо Михай-

лов.

1 Отрывок из стихотворения Дмитрия Ксуря.

309

– Про декабристов, помню, у Некрасова ещё в школе учили:

По-русски меня офицер обругал, Внизу ожидавший в тревоге,

А сверху мне муж по-французски сказал: «Увидимся, Маша, – в остроге!..»

–Вот именно, – как-то неопределённо сказал Михайлов, – в остроге. Интересно, а ты бы поехала за мной в ссылку? – тихо добавил он.

–Я что-то пропустила? – поинтересовалась девушка, хлопая ресницами. – Ты теперь у нас опальный олигарх? О, да. Я бы поехала за тобой в Сибирь и испортила бы тебе всю ссылку, – захохотала Арина. – Куда в ссылку-то ехать? Видимо, туда, где у тебя недвижимость, – в Швейцарию или Малайзию, так что ли? Или на виллу в Ниццу?

Аможет быть, в Канаду или в Америку, где спортсмены твои тренируются?

Не говоря ни слова, Михайлов неожиданно крепко обнял Арину. Так они долго стояли, обнявшись, словно после долгой разлуки.

–Арина, – наконец, заговорил Сергей. – Я очень сильно люблю тебя и больше всего на свете боюсь тебя потерять. Признаюсь, что сначала я испытывал к тебе просто сильное физическое влечение, но это ничто по сравнению с влечением души. Мне будет очень больно, если ты меня обманешь или предашь.

«Ровно дыши, капитан моей распущенной души!» – донеслась фраза песни «Б2» с палубы проходящего мимо речного трамвайчика.

–Ты слышал, Серёжа, ровно дыши, – улыбнулась Арина. – Я не собираюсь ни обманывать, ни предавать тебя, по-моему, с твоими возможностями уже давно надо было выяснить, кому принадлежит номер телефона, с которого были посланы эти дурацкие смски, если ты об этом.

–А я выяснил, – взгляд олигарха потерял нежность и стал серьёзнее. – Номер записан на тебя.

310