Избранное. 1915-1940 гг.

1922-1930

ГОДАМИ ДЕВОЧКА…

Годами девочка, а как уже черства, Жестка, расчетлива, бездушна и практична.

Ив неприличности до тошноты прилична,

Ивсе в ней взвешено: и чувства и слова. Ах, не закружится' такая голова, Затем, что чуждо ей все то, что поэтично…

Такая женщина не любит никого, Но и ее любить, конечно, невозможно:

Все осторожно в ней, бескрыло и ничтожно. Толпа любовников, и нет ни одного, О ком подумала бы нежно и тревожно…

И это – женщина, земное божество!

1929

191

“Классические розы“

DAME D'AZOW*

Нередко в сумраке лиловом Возникнет вдруг, как вестник бед, Та, та, кто предана Орловым, Безродная Еlisabeth!

Кого, признав получужою, Нарек молвы стоустый зов

Princesse Владимирской, княжною Тьму-Тараканской, dame d'Azow.

Кощунственный обряд венчанья С Орловым в несчастливый час Свершил, согласно предписанья, На корабле гранд де Рибас.

Орловым отдан был проворно Приказ об аресте твоем, И вспыхнуло тогда Ливорно

Злым, негодующим огнем.

* Dame d`Azow (фр.) – принцесса Азовская. Под этим именем известна княжна Тараканова (1745-1775), выдававшая себя за дочь

имп. Елизаветы Петровны

192

1922-1930

Поступок графа Алехана Был населеньем осужден: Он поступил коварней хана, Предателем явился он!

Граф вызвал адмирала Грейга,– Тот слушал, сумрачен и стар.

В ту ночь снялась эскадра с рейда И курс взяла на Гибралтар.

– Не дело рассуждать солдату,– Грейг думал с трубкою во рту.

Ифлот направился к Кронштадту, Княжну имея на борту.

Ишепотом гардемарины Жалели, видя произвол, Соперницу Екатерины

Ипретендентку на престол.

Икто б ты ни был, призрак смутный: Дочь Разумовского, княжна ль, Иль жертва гордости минутной, Тебя как женщину мне жаль.

193

“Классические розы“

Любовник, чье в слияньи семя Отяжелило твой живот, Тебя предал! Он проклят всеми!

Как зверь, в преданьях он живет!

Не раз о подлом исполине В тюрьме ты мыслила, бледнев.

Лишь наводненьем в равелине Был залит твой горячий гнев.

Не оттого ль пред горем новым Встаешь в глухой пещере лет Ты, та, кто предана Орловым, Безродная Elisabeth.

28 января 1923

194

1922-1930

БАЙКАЛ

Яс детства мечтал о Байкале, И вот – я увидел Байкал.

Мы плыли, и гребни мелькали, И кедры смотрели со скал.

Ямножество разных историй И песен тогда вспоминал Про это озерное море, Про этот священный Байкал.

От пристани к пристани плыли. Был вечер. Был холод. Был май. Был поезд, – и мы укатили В том поезде в синий Китай.

Как часто душа иссякала В желаньи вернуться опять Я так и не знаю Байкала:

Увидеть – не значит узнать.

1929

195

“Классические розы“

ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПОЭТА

Оттого ль, что осенняя возникла рана В прожилках падающего листа, Девушка чувствовала себя так странно, Как будто матерью готовилась стать.

Оттого ли, что думала она из Фета И в неосязаемое ее влекло, Девушка чувствовала себя поэтом

От кончиков пальцев до корней волос.

1927

Двинск

196

1922-1930

СЛОВО БЕЗБРЕЖНОЕ

Не надо наименованья Тому, что названо давно… Но лишь весеннее дыханье

Ворвется – властное – в окно, Чей дух избегнет ликованья? Чье сердце не упоено?

Весна! Ты выращена словом, Которому душа тесна, Зеленым, голубым, лиловым Повсюду отображена.

Ты делаешь меня готовым На невозможное, весна!

1927

197

“Классические розы“

ПАЛЛАДА

Она была худа, как смертный грех, И так несбыточно миниатюрна… Я помню только рот ее и мех,

Скрывавший всю и вздрагивавший бурно.

Смех, точно кашель. Кашель, точно смех. И этот рот – бессчетных прахов урна.

Я у нее встречал богему – тех, Кто жил самозабвенно-авантюрно.

Уродливый и блеклый Гумилев Любил низать пред нею жемчуг слов,

Субтильный Жорж Иванов' – пить усладу,

Евреинов – бросаться на костер… Мужчина каждый делался остер, Почуяв изощренную Палладу…

1924

198

1922-1930

ПЕРЕД ВОЙНОЙ

Я Гумилеву отдавал визит, Когда он жил с Ахматовою в Царском,

В большом прохладном тихом доме барском, Хранившем свой патриархальный быт.

Не знал поэт, что смерть уже грозит Не где-нибудь в лесу мадагаскарском, Не в удушающем песке сахарском, А в Петербурге, где он был убит.

И долго он, душою конквистадор, Мне говорил, о чем сказать отрада. Ахматова устала у стола,

Томима постоянною печалью, Окутана невидимой вуалью Ветшающего Царского Села…

1924

199

“Классические розы“

ЗАКАТНЫЕ ОБЛАКА

По небу, точно хлопья ваты, Плывут закатные облака. Они слегка голубоваты, И лучезарны они слегка.

Мечты вплетаются в закаты Из шелковистого далека. Они слегка голубоваты, И лучезарны они слегка.

1929

ЧЕГО-ТО НЕТ…

Мне хочется уйти куда-то, В глаза кому-то посмотреть, Уйти из дома без возврата

И там – там где-то – умереть.

Кому-то что-то о поэте Споют весною соловьи. Чего-то нет на этом свете,

Что мне сказало бы: “Живи!..”

1928

200