Всеобщая история. Основы истории Средних веков. Учебное пособие

периодические нашествия на территорию франков. Опираясь на австразийских дружинников, Карл Мартелл нанес поражение мятежникам,

азатем, в 732 г., в решительном сражении при Пуатье разгромил арабов, положив конец их дальнейшему продвижению в Европе.

Сименем Карла Мартелла связана важнейшая реформа в области поземельных отношений во франкском государстве – бенефициальная реформа. Суть ее заключалась в том, что была узаконена новая форма земельного пожалования со стороны верховного правителя страны – бенефиций (буквально – благодеяние). Бенефиций жаловался в пожизненное пользование на условии выполнения военной службы в коннице. При этом бенефиций не передавался по наследству и мог быть отнят, если не выполнялась требуемая с бенефициария служба или хозяйство его разорялось. Практикуя широкую раздачу бенефициев, Карл Мартелл провел секуляризацию (конфискацию церковных земель), за счет чего наделил землей значительное количество бенефициариев. В итоге, землевладельческая знать была привязана узами бенефициев к трону,

ав стране создано сильное конное войско, без которого была невозможной дальнейшая успешная борьба с арабами.

Изначально реформа Карла Мартелла, действительно, способствовала временному усилению центральной власти в стране, но в дальнейшем она неизбежно должна была привести к его новому распаду, так как бе-

нефиции стали превращаться в феоды – наследственные владения,

фактически полную частную собственность (обязательство несения службы в пользу сюзерена стало чисто символическим). Объективный процесс раздробления страны, вызванный ростом феодальной собственности на землю, в условиях господства натурально-хозяйственных отношений не мог, естественно, быть остановлен. Сама реформа Карла Мар-

телла, в конечном счете, способствовала этому процессу, закрепляя

вруках частных владельцев землю вместе с крестьянами, попадавшими

вличную зависимость от землевладельцев.

б) Франкское государство Каролингов. Утверждение феодальных отношений

После смерти Карла Мартелла во франкской державе правил его сын, Пипин Короткий (741–768 гг.), прозванный так за малый рост,

21

причем с 751 г. – уже в качестве короля, с санкции папы римского, с которым Пипин установил дружеские отношения, урегулировав, прежде всего, конфликт с церковью, вызванный проведенной его отцом секуляризацией. Было осуществлено возвращение церкви секуляризованных земель, с тем, однако, чтобы фактическое пользование ими осталось в руках бенефициариев, которые должны были выплачивать церкви десятину. Пипин оказывал содействие христианским миссионерам, насаждавшим христианство среди зарейнских племен, а также помог папе, теснимому лангобардами, в борьбе с ними, совершив два похода в Италию. Разгромив лангобардов, Пипин подарил папе Равеннский экзархат и Римскую область; в итоге папа стал независимым государем обширной территории в Северной и Средней Италии. При этом он ссылался на то, что римская область якобы была подарена еще ранее, римским императором Константином (306–337 гг.), в благодарность за чудесное исцеление императора от проказы, и, таким образом, франкский король лишь возвращал папе «законно» принадлежащие ему земли. Сказание о «Константиновом даре» было грубой фальсификацией, разоблаченной еще итальянскими гуманистами.

Наконец, Пипин продолжил начатые еще при его отце войны с арабами, которые были окончательно вытеснены из Южной Галлии. Своей политикой он подготовил дальнейший, наивысший расцвет франкской державы, наступивший при правлении его сына, короля, а с 800 г. импе-

ратора Карла Великого (768–814 гг.).

В период правления Карла Великого завершается длительный процесс формирования феодальных отношений у франков. Выше мы характеризовали начавшийся еще в эпоху Маровингов процесс формирования частной земельной собственности и феодального подчинения крестьянства. В Каролингский период завершается процесс оформления новой первичной социально-экономической ячейки феодального общества – феодального поместья (вотчины). Структура вотчины была такова. Земля здесь делилась на две части: домениальное хозяйство (хозяйство феодала) и крестьянские мансы (наделы крестьян-держателей). Домен состоял из барской усадьбы с домом и хозяйственными постройками и барской пахотной земли. Домениальная – господская – земля была разбросана отдельными участками чересполосно между крестьянскими мансами, отсюда проистекала необходимость принудительного севооборота

22

и системы «открытых полей» после снятия урожая (атрибуты, унаследованные от соседской общины-марки). Обрабатывалась господская земля руками крестьян, обязанных работать на барщине со своим инвентарем. Кроме пахотной земли, в состав домена входили также общинные угодья (леса, луга, пустоши и т. п.), теперь предоставляемые в пользование крестьянам за особую плату.

Вкаждый манс входил крестьянский двор с домом, хозяйственными постройками, огород, пахотная земля, также разбросанная чересполосно

сдругими мансами и участками домена. Существование, наряду с феодальной собственностью, собственности крестьянина на хозяйство, сельскохозяйственные орудия создавало у крестьян определенную заинтересованность в своем труде и являлось важным стимулом дальнейшего экономического прогресса общества.

Вфеодальной вотчине безраздельно господствовало натуральное хозяйство. Вся ее хозяйственная деятельность была направлена, прежде всего, на то, чтобы снабдить всем необходимым (в том числе и изделиями ремесла) барский двор. Продавались лишь случайно образовавшиеся излишки, а покупалось то, что нельзя было произвести в вотчине (дорогие заморские товары для феодала). Постоянных же торговых связей между вотчинами не было. Об этом (как и о других сторонах хозяйственной жизни поместья) свидетельствует «капитулярий о поместьях» Карла Великого («Capitulare de villis»).

Важнейшим следствием завершения формирования феодального поместья был рост частной власти крупных землевладельцев. В руках землевладельца были сосредоточены административные, судебные, военные, полицейские функции. Королевская власть не могла препятствовать этому процессу и вынуждена была санкционировать его специальными пожалованиями (иммунитет). Являясь следствием возникновения феодальной собственности на землю, иммунитет представлял собой и важное средство внеэкономического принуждения. Располагая судебноадминистративными функциями, феодал-иммунист использовал их для окончательного подчинения и эксплуатации крестьян.

Росту политической самостоятельности феодалов способствовала и система вассалитета, сложившаяся в Каролингский период. Вассалами первоначально назывались свободные люди, поступившие на службу к землевладельцу в качестве дружинников. В Каролингский период

23

вступление в вассальную зависимость сопровождалась пожалованием вассалу бенефиция, что придавало ему характер не только личной, но и поземельной связи. Располагая большим количеством вооруженных вассалов, крупный землевладелец приобретал значительное политическое влияние и военную силу, которые обеспечивали ему независимое от центральной власти положение.

Организация феодалов, в итоге, напоминает своего рода пирамиду, или иерархическую лестницу (феодальная иерархия). Верховным собственником земли в стране считался король, а ему повиновались крупные светские и духовные феодалы – герцоги, графы, епископы, архиепископы, получившие от короля феоды. Они стояли на верхней ступени феодальной иерархии, владели сотнями селений, многими укрепленными замками. На территории своих владений они пользовались высшей законодательной, судебной, военной властью, устанавливали меры длины и веса, чеканили монету, могли объявлять войну и заключать мир. Они считали короля лишь «первым среди равных» в своей среде и часто даже шли на него войной, что в то время было узаконенным обычаем. Однако серьезное противодействие им оказывали их собственные вассалы – бароны, виконты, шателены, каждый из которых владел десятками селений и имел сотни зависимых крестьян, отряды вооруженных вассалов, штат высших слуг – министериалов, несколько замков. В дальнейшем эти крупные феодалы добились фактической самостоятельности по отношению к герцогам и графам. В вассальной зависимости от них становятся многочисленные мелкие феодалы – рыцари. Такими же правами пользовались и аббаты (главы монастырей). Наконец, на низшей ступени феодальной иерархии стояла самая многочисленная прослойка господствующего класса – мелкие светские и духовные феодалы, обычно имевшие земельную собственность лишь в одной или нескольких деревнях. В их подчинении было несколько десятков зависимых крестьян и небольшое число вассалов, живших обычно в доме своего сюзерена или поблизости. Мелкие рыцари вообще не имели вассалов; некоторые из них служили министериалами (высшими слугами) у крупной знати.

В связи с быстрым ростом экономической и политической самостоятельности феодалов всех рангов вассальные связи внутри феодальной иерархии становятся непостоянными и непрочными. Уже в IX веке земельное пожалование вассалу становится наследственным; вскоре на-

24

следственность как земельного пожалования, так и привилегированного титула стали признанной нормой права. Феодалы все чаще пренебрегали своими обязанностями по отношению к сеньорам; стало широко приме-

няться правило «вассал моего вассала – не мой вассал», что еще более усилило феодальную анархию в стране. Роль короля как главы феодальной иерархии становится чисто номинальной.

Большой активностью отличалась внешняя политика франкской державы при Карле Великом. Самые известные ее акции – Саксонские войны (772–804 гг.), завершившиеся включением северо-восточных германских земель в состав франкской державы; разгром лангобардского королевства (774 г.); походы в арабскую Испанию, события одного из которых (битва в Ронсевальском ущелье, 778 г.) стали сюжетом заме-

чательного произведения средневековой литературы – «Песни о Роланде»; подчинение германского племени баваров, кочевников-авар, некоторых западнославянских племен. Результатом этих завоеваний было принятие Карлом императорского титула (800 г.) и нового названия государства – империя.

Однако огромная империя Карла Великого, несмотря на внешний блеск, была непрочна. Это была феодальная монархия, не имевшая достаточной экономической базы для подлинной централизации. Господство натурального хозяйства, экономическая замкнутость отдельных областей, слабое развитие городов и торговли обусловливали неизбежный распад франкской империи. Феодалы, окончательно оформившиеся при Карле Великом как владельцы крупных поместий с зависимыми крестьянами, располагающие иммунитетами, имевшие вооруженных вассалов, стали тяготиться центральной властью. С другой стороны, в империи во времена Карла Великого практически полностью исчезло свободное крестьянство, та сила, опираясь на которую майордомы Австразии некогда и возвысились. Огромная империя Карла Великого отличалась пестротой и в этническом отношении; регионы, находившиеся в ее составе, стояли на разных уровнях социально-экономического развития. Таким образом, распад франкской империи был неизбежен.

Распад империи, после длительной борьбы между наследниками Карла, был окончательно оформлен Верденским договором 843 г., заключенным между тремя внуками императора. Согласно этому договору, во владение младшего внука Карла Великого, Карла Лысого, перешли

25

земли западнее Рейна (в дальнейшем – Франция), среднего внука – Людовика Немецкого – земли восточнее Рейна (Германия), и, наконец, старшего внука Лотаря – в Италии и территории по левому берегу Рейна, между владениями двух его младших братьев (Лотарингия). Так на политической карте Европы появились существующие и ныне государства. Окончательному распаду некогда огромной и могущественной империи Карла Великого способствовало и законодательно закрепленное в 877 г.

превращение бенефициев в феоды и наследственность титула графа.

Это было исторически закономерным явлением, венчавшим длительный процесс феодализации во франкском государстве Меровингов и Каролингов.

1.3. Западная Европа в IX–XI веках. Особенности экономического и политического развития

романоязычных и германоязычных регионов

а) Особенности развития романоязычных регионов. Франция IX–XI веков

В романоязычных регионах Западной Европы (Франция, Италия, Испания) развитие феодальных отношений проходило относительно быстрыми темпами и к середине IX столетия завершилось. Данный факт объясняется, прежде всего, интенсивным влиянием весьма развитого здесь римского рабовладельческого хозяйства, ускорившего процесс разложения первобытно-общинного строя и становление классового общества у варваров.

Для романоязычных регионов характерен относительно ярко выраженный экономический прогресс (совершенствование способов обработки земли, применение искусственных удобрений, в итоге – значительное повышение потенциальной урожайности). Здесь, начиная с IX столетия, происходят важные перемены в форме присвоения феодалами прибавочного продукта труда крестьян: господствовавшая ранее барщинная система постепенно уступает место оброчной, отработочная рента заменяется рентой продуктами.

26

Социальная структура общества, типичная для ранней стадии феодализма, в романоязычных регионах Западной Европы была в этот период, в основном, сформирована. Так, зависимое крестьянство во Франции подразделялась на две основные категории: сервов и вилланов. Сервы находились в личной, поземельной и судебной зависимости от своего сеньора. С каждой из этих видов зависимости были связаны определенные повинности и платежи. Так, серв, как лично зависимый, был обязан господину уплатой поголовного обложения (шеваж), брачной пошлины (формарьяж), наследственной пошлины (мэнморт), повинностей, свзанных с монопольной собственностью феодала на печь, мельницу, виноградный пресс и т. п. (баналитеты), неограниченных повинностей и платежей (произвольная талья). Серв, как держатель господской земли, был обязан отбывать барщину, уплачивать натуральный оброк и денежную ренту. Наконец, серв, как зависимый от сеньора в судебном отношении, должен был уплачивать ему судебную пошлину.

Крестьянин-серв, в случае продажи сеньором земли, отчуждался вместе с ней. Он не имел права выступать свидетелем в судебных делах, касавшихся не сервов, стать священником; в деревне процветали «дурные обычаи» («malus usus»), представлявшие собой глумление над личностью крестьянина, унижение его человеческого достоинства («право первой ночи» и т. п.). Все личные повинности серва сохранялись за ним, независимо от пользования земельным держанием, и передавались по наследству. Вилланы, в отличие от сервов, были лично свободны, являлись наследственными держателями земли, могли свободно распоряжаться своим имуществом. Они несли повинности в пользу сеньора только как верховного собственника земли и верховного судьи. Вилланы были поземельно зависимы от сеньоров, все их обязанности считались лежащими не на их личности, а на земле их держаний, и выполнять эти обязанности каждый виллан должен был лишь до тех пор, пока пользовался данным держанием.

Аналогичные категории крестьянства (обозначавшиеся иной терминологией; универсальным был термин «сервы») существовали и в других романоязычных регионах. Вопрос об удельном весе той и другой категории в отдельных странах остается открытым, за исключением Италии, где лично свободное крестьянство преобладало безусловно.

27

Крестьянское хозяйство функционировало в весьма сложных условиях: постоянных феодальних войн, увеличивавшихся поборов (произвольная талья), частых стихийных бедствий, следствием которых были неурожаи и голодовки, красочно описанные современниками (монах Рауль Глабер). Естественно, что реакцией крестьянства было сопротивление феодальной эксплуатации; так, источники сообщают о крупных крестьянских восстаниях в Нормандии (997 г.), Бретани (1024 г.), Фландрии (1035 г.). Их важнейшим результатом было постепенное формирование в деревне так называемых «обычаев», которые, до известной степени, регулировали отношения между крестьянами и сеньорами и, прежде всего, устанавливали более или менее определенный уровень феодальной ренты. (Естественно, эти обычаи не имели характера правовых актов и часто нарушались сеньорами).

Грань, отделявшая феодалов от других слоев общества, в романоязычных регионах была выражена резче, чем в германоязычных. Здесь складывается наследственное привилегированное сословие рыцарей, объединявшее мелких и средних феодалов, доступ в которое лицам «неблагородного» происхождения был исключен. Церковные феодалы (епископы, каноники, аббаты и др.) формально не обладали наследственными правами на свои должности и владения. Поскольку, однако, высшее и среднее духовенство комплектовалось, как правило, из числа светских феодалов, оно представляло собой лишь часть господствующего класса, одно из двух привилегированных сословий (дворянство и духовенство).

Политические и юридические привилегии феодалов, вытекавшие из их монополии на земельную собственность, выражались в исключительном праве ношения оружия, строительства замков, создания военных дружин из вооруженных вассалов, занятия государственных должностей, суда в пределах своих владений. Одним из проявлений роста прав феодалов было расширение их привилегий как иммунистов. По отношению ко всем проживавшим на территории фамильных владений феодалов иммунисты пользовались практически неограниченными судебными правами, включая и право высшей юрисдикции, что символизировала обычно возвышавшаяся рядом с замком феодала виселица.

Типичным состоянием государства в романоязычных регионах в данный период была феодальная раздробленность. По завершении

28

процесса феодализации, ввиду полного господства натурально-хозяй- ственных отношений, все романоязычные страны представляли собой совокупность экономически разобщенных и политически самостоятельных феодальных владений – графств, герцогств и т. д. Так, во Франции самыми крупными феодальными владениями были герцогство Нормандия, графство Анжу, графство Фландрия (северо-восток), графство Шампань, герцогство Бургундия (восток), графство Пуату (запад), герцогство Аквитания, графство Тулузское (юг). Королевская власть была очень слаба; судьба последних французских королей из династии Каролингов уподобилась судьбе Меровингов во франкском государстве. Владения последних французских Каролингов в конце Х века ограничивались одним городом Лан на севере страны. После же смерти последнего Каролинга, Людовика V Ленивого, королем, в 987 г., собранием высшей знати

идуховенства был избран Гугό Капéт, один из потомков графа Парижского Роберта Сильного. Королевская корона во Франции на многие века осталась за потомками Гуго Капета, получившими, по его прозвищу, имя династии Капетингов (с 1328 и 1589 гг. во Франции правили, соответственно, представители боковых ветвей тех же Капетингов – Валуа и Бур-

боны).

Личные владения Гуго Капета – земли по Сене и Луаре с Парижем

иОрлеаном – были относительно невелики, но занимали весьма удобное географическое положение, что в дальнейшем, уже в классическое Средневековье, превратило королевский домен в экономический и политический центр страны. В X–XI веках власть короля была слабой даже в его собственном домене; путь из Парижа в Орлеан пролегал через владения феодалов, которые возвели на дорогах разбойничьи замки, грабили купцов и угрожали самому королю.

Во внешней политике Капетинги, однако, стремились подчеркнуть свое королевское достоинство. Они обменялись посольствами с королями Германии, Англии, с императором могущественной Византии; французский король Генрих I вступил в брак с дочерью Киевского князя Ярослава Мудрого Анной, ставшей королевой Франции. Однако французские короли не имели особого влияния на международные отношения в Европе, ибо Франция была единым королевством только по названию.

29

б) Особенности развития германоязычных регионов. Германия, Англия и страны Северной Европы в IX–XI веках

Отличительной чертой, типичной для германоязычных регионов в раннее Средневековье, было относительно медленное, по сравнению

сроманоязычными регионами, становление и развитие феодальных отношений. Основными причинами этого являлись относительная удаленность этих регионов от территорий Западной Римской империи

сразвитым рабовладельческим хозяйством, оказывавшим, как уже отмечалось, значительное ускоряющее воздействие на ход процесса феодализации, а также неблагоприятная внешнеполитическая ситуация (периодические нашествия и завоевания других народов – Англия, отчасти – Германия; их собственная агрессия – Германия, страны Северной Европы).

Так, феодальные отношения в Германии развивались, по сравнению с соседней Францией, замедленными темпами. Здесь в IX–XI веках сохранялось еще много пережитков первобытно-общинного строя. Значительными правами обладает еще сельская соседская община – марка. Так, требуется согласие общины на отпочкование от большой семьи нового двора; за нею сохраняются широкие права распоряжения общинными угодьями (альменда). Соответственно незавершенности процесса формирования феодальной земельной собственности, не завершен и процесс формирования классов феодального общества. Сохраняется большое количество свободных крестьян-аллодистов, собственников земли. Значительная часть крестьян находились лишь в поземельной зависимости; они являлись держателями земли феодала, за которую должны были уплачивать чинш (ценз) в виде натурального оброка (чиншевики). Существовала и относительно небольшая прослойка лично зависимых крестьян-сервов, находившихся в личной, поземельной и судебной зависимости. (Личные повинности германских сервов были аналогичны повинностям французских сервов). Не завершился и процесс формирования господствующего класса. Поскольку феодальная собственность на землю в Германии в IX–XI веках еще не преобладала, судебная и военная власть феодалов также окончательно не сформировалась. Так, германские феодалы имели право суда лишь над сервами, причем только по мелким делам, и не имели права судить чиншевиков, а также

30