Время первых. Лекции по истории античной литературы. Учебное пособие

Не чуешь и других ты бедствий многих107:

Эдип, в общем то, невольно всё это совершил. Но Эдип во что бы то ни стало добивается истины. И если он всё же приблизился к ней, то толькоблагодарясобственнойволе.Онмогбыидальшежитьвневедении, но решает узнать всё до конца

111

ческий философ Демокрит сам себя лишил зрения для того, чтобы суметь разглядеть атомы. Теперь, конечно, существуют специальные приборы, но в то время это было невозможно. А он хотел увидеть невидимое…

Гёте, который много занимался проблемой зрения, считал, что человеческий глаз двойственен. Конечно, при помощи глаз мы видим окружающее, на сетчатке отражается внешний мир. Но в глазах отражается и внутренний мир человека. Чтобы заглянуть в душу, полагается смотреть в глаза. Они, действительно, — зеркало нашей души.

По мнению Гёте, закрытый глаз — это глаз, обращённый внутрь, и слепота — не просто отсутствие зрения, а особое духовное зрение, которое не обманывается иллюзией и видимостью вещей.

Эдип наказывает себя тем, что лишает глаз. Это важный символ трагедии. Взор Эдипа обращён отныне внутрь. Прежде он был направлен вовне. Эдип искал виновных среди других, вместо того, чтобы заглянуть в собственную душу. И потому вначале он ничего не понимал. Только к финалу приходит настоящее прозрение.

Преждебылознаниекаквласть,сила,теперьемуоткрываетсязнание как страдание. Именно страдание заставляет Эдипа увидеть всё с предельной ясностью. Он осознаёт весь ужас того, что с ним произошло.

Дело в том, что Эдипа никто не карает. Он — первый герой трагедии, который наказывает себя сам. Судьи могли бы и оправдать Эдипа, как, скажем, оправдали Ореста. А ведь Эдип куда менее виновен.

112

Орест убил мать вполне осознанно, Эдип же действовал по неведению.Онсамскажет,чтовтехнесчастьях,которыеснимслучились,он не виноват. Это — Аполлон, боги навлекли на него все эти бедствия… Но вот ослепил себя он сам! Это не кара свыше. Эдип сам вершит над собой суд.

Что такое этот суд Эдипа над самим собой? Это нечто новое для греческого театра и впервые по настоящему проявилось именно в

«Царе Эдипе» Софокла:Аполлоново веленье- , Аполлон решил, родные! Завершил мои он беды!

Глаз никто не поражал мне, — Сам глаза я поразил.109

Эдипу не нужно, чтобы другие его судили(Эксодили) оправдывали. Он не разделяет свою жизнь на намерения и поступки и принимает на себя всю полноту ответственности. Это суд его совести.

И вот с этого момента Эдип берёт судьбу в свои руки. До сих пор всё в его жизни диктовалось судьбой. А теперь им движет только его собственный свободный выбор.

В этом — особенность трагедии «Царь Эдип»… Даже выполняя волю судьбы, прежние греческие герои несли ответственность за свои действия. Поступок — это акт свободной воли, и потому он многое говорит о человеке. Я поясню. Кто такая Клитемнестра? Та, что убила мужа Агамемнона, чтобы отомстить за дочь. Это полностью её выражает. Кто такой Орест? Тот, кто по велению Аполлона убил Эгиста и родную мать Клитемнестру. А Агамемнон — тот, кто принёс в жертву дочь Ифигению. Или, скажем, Антигона. Нарушив закон Креонта, она похоронила погибшего брата Полиника…

Но если мы скажем, что Эдип — тот, кто убил своего отца и женился на матери, то ничего о нём не скажем. Эти поступки никак не раскрывают его человеческую сущность. Кажется, речь идёт о каком-то чудовище, это не Эдип. А вот если сказать, что Эдип — тот, кто, сам того не желая, убил отца и женился на матери, но, узнав обо всём, сам себя ослепил, — это будет Эдип. Впервые поступок становится выражением его личности. До сих пор все действия совершались Эдипом помимо воли. Герой, не зная, совершал то, чего он не хотел. Теперь же он делает то, что отражает его собственную волю.

113

то одной единственной точки на свете. Мир — вот его могила.

На примере этой трагедии Софокла можно увидеть одну важную особенность античной драмы в целом. Этот мотив звучит в словах хора,обэтомразмышляетсамЭдип,которомупоначалуказалось,выпала очень счастливая судьба. Но в финале трагедии Домочадец заметит:

114

Поистине их счастие былое Завидным было счастьем. А теперь

Стенанье, гибель, смерть, позор — все беды, Эдип спрашиваетКакие: есть, в их доме собрались.111

О, куда ж я бедою своей заведён И куда мой уносится голос?

И хор ему отвечаетТы привёл: меня, Рок мой, куда? В пугающую слух и взоры бездну.112

И вот последние слова хора, которыми завершается трагедия:

О сограждане фиванцы! Вот пример для вас: Эдип. И загадок разрешитель, и могущественный царь, Тот, на чей удел, бывало, всякий с завистью глядел,

Он низвергнут в море бедствий, в бездну страшную упал! Значит, смертным надо помнить о последнем нашем дне, И назвать счастливым можно, очевидно, лишь того, Кто достиг предела жизни, в ней несчастий не познав.113

Это образ бездны. Эдип думал, что пребывает на(Эксодвершине) , с этого трагедия начинается, а оказалось — он на «последнем дне». Все происшедшее с Эдипом было падением. Но чем ниже он падал, тем выше поднимался. Такова, вообще, сущность трагедии: в поражении героя заключена нравственная победа, и в «Царе Эдипе» Софокла это нашло яркое воплощение. Не случайно жанр трагедии изначально был связанстрадициеймистерий.Какивмистерии,спусквдрамеСофокла неотделим от восхождения, а в финале торжествует мудрость, недосягаемая для ума.

Греки любили рассказывать такую историю. Шел 480 г. до н. э. — год знаменитой битвы у острова Саламин, в которой греческий флот одержал решающую победу над персами. Сорокапятилетний Эсхил принимал в ней участие, шестнадцатилетний Софокл прославлял победу в хоре юношей, а в день сражения родился на Саламине. Это неправда. ЕврипидЕврипидпоявился на свет в 482 г. до н. э., а умер в тот же год, что и Софокл, в 406 г. до н. э., даже чуть раньше Софокла. Однако человек определяется не тем временем, когда он умирает, а временем, когда он рождается.

Еврипид принадлежал уже другой эпохе — его формирование совпало с кризисом афинской демократии. Вокруг жизни Еврипида

115

сложилось немало легенд. Он не раз становился объектом нападок и насмешек со стороны греческих комедиографов. Аристофан пародировал его трагедии, задевая при этом и личную жизнь. К примеру, представил в одной из комедий заговор женщин, которые решили растерзать Еврипида за то, что тот изображает их в крайне неприглядном свете. При этом Аристофан намекал на неверность жены самогодраматурга.Говорили,будтобыЕврипидпогиботрукразъяренных женщин. А по другой версии и того хуже: его разорвали собаки царяМакедонии,придворекоторогоондоживалсвоипоследниедни. Но на самом деле ничего подобного не происходило.

Родители Еврипида были зажиточными, но незнатными людьми. В детстве Еврипид серьёзно занимался гимнастикой, даже собирался принять участие в Олимпийских играх, но не был допущен в силу юноговозраста.Позжеобратилсякрисованию,литературе,бралуроки философии, собирал книги, а вскоре и сам стал писать.

Еврипид создал более 80 трагедий, точное их число не известно. Но он очень редко одерживал победы в состязаниях драматургов. На счету Еврипидаихвсегопять,однаизкоторых—посмертная.ЭсхилиСофокл первенствовали гораздо чаще. Зато его трагедии уцелели в большем объёме, чем произведения других трагиков. Из наследия Еврипида сохранилось 17 трагедий. Он двигался новыми путями, порой противоречившими традициям греческого театра. И, как всякого новатора, его не всегда одобряли современники. Еврипид разрушал привычные стереотипы, потому реже удостаивался наград. Но именно он оказал наибольшее влияние на авторов последующих эпох, приобрёл славу великоготрагика,подготовившего,всущности,искусствоновойдрамы.

Еврипид в каком то смысле — совершенно новая фигура в греческомтеатре.Оннепринимал- активногоучастиявобщественнойжизни, дружил с философами Анаксагором, Сократом, любил размышление, уединение. Даже сам образ его жизни выпадал из сложившейся нормы. И отношение Еврипида к кризису, который переживали в то время Афины, отличалось, скажем, от реакции Софокла, который тоже его застал, или более младшего современника — Аристофана. Они считали, что государство пришло в упадок: всё лучшее осталось в прошлом, в идеальном образе афинского полиса, который воспринимался своего рода святыней.

Еврипид не закрывал глаза на негативные стороны происходящего, видел всё то дурное и опасное, что этот кризис с собою нёс. Но

116

ляется, то для него и существует, остальное — тайна… Раз богов мы не видим, значит, их и нет. Во всяком случае, ничего определённого сказать о них мы не можем. А рассуждать следует только о том, что известно.

Самая острая проблема, которая стояла тогда перед обществом — проблема нравственности. Но софисты и тут предложили решение: что для меня полезно, то и нравственно, то и есть — добро. А что для меня вредно, то — зло. Никаких общих критериев не существует. К примеру, воровать — это как: полезно или вредно? Тому, кто ворует, это, может, и приносит пользу, а тому, у кого воруют, конечно — нет. Но сказать, плохо это или хорошо, невозможно. Примерно так рассуждали софисты. Это не значит, что всё это они говорили всерьёз, скорее, это была некая провокационная игра ума. Но они пытались

117

разрушитьпривычное,пошатнутьстереотипы,показатьотносительность всех тех норм и устоев, на которых держалось прежнее афинское государство.

В этой связи нельзя не вспомнить о Сократе. (470/469 399 до н. э.) не оставил нам ни одного письменногоСократсочинения, пропове- - довалустно.Носамфилософвомногомвыросизсофистики,хотяине был софистом. Он тоже считал, что всё нужно подвергать сомнению.

Наиболее важное философское положение Сократа:

. Это великая мысль. Пока думаешь, что«Явсёзнаюзнаешь, что, остаёшьсяничего неназнаюнулевой» точке. Но осознание собственного невежества — лишь первый шаг к знанию...

Вся философская система Сократа построена на диалоге. Размышляя вслух, философ пытался приблизить собеседника к пониманию, безусталиразговаривалслюдьмиотом,чтотакоедобро,ачто—зло, что истинно, а что ложно… Порой бывает, видишь добро, а приглядишься получше и понимаешь, что перед тобой нечто совсем иное. Человек думает, что он знает, а на самом деле — всё не так…

Сократ был обвинён в том, что своими рассуждениями он развращает юношество, отрицает богов и демократию. Что касается богов, в них он действительноне верил, — вовсякомслучае, в томвиде, как они были представлены в Олимпийской мифологии. Сократ воспринималБогакакнекуюбесконечнуютворящуюсилу,высшеедуховное начало мироздания. А что касается мифов, к ним он относился скептически. Сократ считал, что в мире нет ничего окончательного, раз и навсегдаусвоенного,принятогооднаждынаверу.Нужно,чтобычеловек снова и снова искал истину, приходил к ней через сомнения, в результате какого-то внутреннего, обретённого собственными усилиями убеждения. А что касается политических идей философа, он вовсе не был противником демократии, просто считал, что большинство далеко не всегда бывает право, и выборы не всегда обеспечивают появление лучших людей у власти. Истина не определяется количествомотданныхзанеёголосов,неэтоглавное.Поэтомудемократиюон не склонен был идеализировать…

У нас в последнее время стали чрезвычайно популярны всевозможные опросы, голосования, рейтинги. В одной из радиопередач, к примеру, всерьёз обсуждался вопрос: виновата ли Наталья Николаевна в гибели Пушкина? Подсчитывали, каким количеством голосов жену Пушкина можно признать виновной и сколько их будет отдано

118

веё защиту. Знал бы Пушкин, в каких масштабах станут обсуждаться его личные дела. Из за этого он с Дантесом стрелялся. Да и не решаются подобные вещи- голосованием!

За смертную казнь Сократа проголосовали 300 человек, против 250. (Существует версия, утверждающая, что многие из сторонников и учеников философа просто поленились прийти, чтобы выступить

вего защиту). Афиняне сочли Сократа достойным смертной казни. Приговор был сугубо символический: он не был арестован, не было никаких палачей, стражей, ничего подобного. И больше всего, конечно, афиняне хотели, чтобы Сократ уехал из города. Пожалуйста, все дороги открыты… Но Сократ остался и сам принял цикуту. Он хотел доказать истинность своего учения и произнёс, обращаясь с последним словом к осудившим его согражданам: «Ложь опровергают не

ливость отвеч ют… справегодливостью…».

ложью, а истиной. Зло уничтожают неЕврипидазлом, добром. На несправед-

Возможно,самаявеликаятрагедия — .Воснову

её положен миф о Ясоне и походе во главе аргонавтов«Медея»в Колхиду. Согласно мифу, наследник престола в Иолке, чтобы обрести трон, захваченный Пелием, должен был совершить подвиг — добыть у кол-

хидского царя Ээта золотое руно.

Богини Гера и Афина решили помочь Ясону. Они попросили АфродитузаронитьвсердцедочериЭэтаМедеилюбовькЯсону.Колдовство Медеи позволило Ясону похитить священное руно. А затем, чтобы уплыть с Ясоном в Грецию, Медея пошла на ещё более чудовищный поступок — велела убить своего брата. Она разрезала его тело на куски и разбросала в море так, чтобы отец, вместо того чтобы догонять беглецов, собирал останки сына.

За возвращение золотого руна Пелий обещал Ясону престол. Но этобылобман.ИтогдаМедеявзяласьегонаказать.Онапредложилас помощью волшебства омолодить царя: искупать его в кипящем отварецелебныхтрав.Однимсловом,царясварили,исделалиэторуками царских дочерей. Ясон и Медея бежали из Иолка... Все эти события предшествуют трагедии Еврипида.

ИзгнанникисмаленькимисыновьямипоселяютсявКоринфеудруга Ясона царя Креонта. Но неожиданно старый царь предлагает Ясону взять в жёны свою дочь Креусу и вместе с ней коринфское царство.

Надо сказать, Еврипид видел скрытые стороны мифа, и потому не Ясон становится в его драме центром повествования, а — Медея, ко-

119

тораявообщенедолжнабылабытьгероинейвгреческомтеатре.Она ведь не гречанка.

Трагедия начинается с того, что Медея узнаёт о решении Ясона её покинуть. И первая тема, которая здесь возникает, имеет вполне реальные сюжетные основы. Медея — чужестранка, которая нашла пристанище в Греции. Единственная опора для неё — это муж:

Всё, что имела я, слилось в одном, И это был мой муж; и я узнала,

Что этот муж — последний из людей.114

Медея обращается к хору коринфских женщин:

Но вы и я — одно ли мы? У вас И город есть, и дом, и радость жизни… Печальны вы — вас утешает друг.

А я одна на свете меж чужими, И изгнана, и брошена…

<…> …ни дома,

Ни матери, ни брата — никого… Хоть бы одна душа, чтоб к ней причалить Ладье на время бури…115

Это — тема, которая никогда прежде(Эписодийне звучалапервый) в трагедии: Медея всячески подчёркивает своё одиночество. И здесь это, повторяю, вполне обосновано сюжетом. Для Медеи всё было сосредоточено в любви к Ясону, а теперь она осталась одна. Но в то же время эта тема родилась в самом греческом полисе. Еврипид первым ощутил этот кризис, это настигшее человека ощущение трагического одиночества, и в «Медее» он его воплотил.

Ясон — тоже необычный тип персонажа в античном театре. Он совершенно не похож на мифологического героя. Им движет вовсе не долг, как прежними греческими героями, и даже не страсть — он не влюблён в Креусу. Это жажда благополучия. Вообще, очень трудно быть изгнанником. Тем более что Медея — чародейка варварка, о которой в Коринфе идёт дурная слава. Всё, что могла, Медея- для него уже сделала. И теперь он решает жениться на дочери царя, чтобы не толькоупрочитьсвоёположение,ноиумножитьсостояние.Вотглавные его мотивы.

Ницше был прав, когда говорил, что Еврипид впервые вывел на сцену греческого театра зрителя. Прежде существовала огромная

120