Возмещение убытков по гражданскому праву России. Монография

В то же время, если отношения, связанные с удержанием чужих денежных средств,

возникали при отсутствии договора, они квалифицировались как обязательства из неосновательного обогащения, а на удерживаемую сумму начислялись проценты за пользование чужими средствами в размере средней ставки банковского процента,

существующей в месте нахождения кредитора (п. 3 ст. 133 Основ ГЗ СССР 1991 года).

Таким образом, в аналогичных ситуациях (например, при передаче товара покупателю и просрочке его оплаты) положение кредитора, действующего без заключения договора с должником, оказывалось гораздо предпочтительней положения кредитора, оформившего свои отношения с должником договором.

Полагаем, что исследуемая мера гражданско-правовой ответственности во многом тождественна возмещению убытков, что попытаемся наглядно доказать при последующем анализе.

Можно выделить несколько научных позиций по вопросу о правовой природе исследуемых процентов.

Одни цивилисты полагают, что взыскание процентов по 395-й статье ГК РФ есть

дополнительный вид неустойки12. Свою позицию они подкрепляют следующими доводами: 1. Исследуемые нормы находятся обособленно в специальной статье в главе

«Ответственность за нарушение обязательств». Если бы они были видом убытков, то это нашло бы отражение в ст. 15 ГК РФ «Возмещение убытков».

2. По своей сути нормы статьи 395 являются видом законной неустойки (в

диспозитивной форме), возможность наличия которой предусмотрена в ст. 330 ГК РФ. В

395-й статье просто выделяется специальная ответственность за неисполнение не всякого, а

только денежного обязательства.

3.Взыскание процентов носит штрафной характер, так как законодатель не ставит взыскание процентов в зависимость от факта получения выгоды нарушителем. Есть факт неправомерного удержания – плати. Элемент наказания очевиден.

4.Обязательство по 395-й статье не возникает само по себе, а, как все неустойки,

носит акцессорный, т.е. дополнительный, характер. Это также свидетельствует в пользу неустойки.

5. Если бы эта статья относилась к убыткам, то требования об уплате процентов за пользование чужими денежными средствами подчинялись бы общим правилам ГК РФ о возмещении убытков, в частности в отношении основания для освобождения от

41

ответственности (ст. 401 ГК РФ). Между тем из статьи 395 следует, что эти проценты подлежат уплате в силу самого факта неисполнения денежного обязательства.

6. Предписания пункта 1 статьи 395, предоставляющие сторонам договора право установить по соглашению между ними иной размер процентов, т.е. и более низкий, чем предусмотренный в ГК РФ, явно противоречили бы другому положению ГК РФ. Согласно пункту 1 статьи 401, заключенное заранее соглашение об ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно.

Некоторые ученые придерживаются прямо противоположного мнения, считая эту статью видом убытков и так же веско аргументируют свою позицию2:

1.Включение в ГК РФ названной статьи преследовало цель защиты прав и законных интересов участников имущественного оборота, добросовестно исполняющих свои обязательства, от незаконных, а нередко и жульнических действий их контрагентов, т.е. на компенсацию в подобных случаях причиненного ущерба. Таким образом, отсутствует элемент наказания.

2.Ст. 395 ГК РФ носит прежде всего компенсационный характер и является одним из способов упрощенного взыскания убытков, в частности от инфляции.

3.395-я статья носит строго зачетный характер – на тот случай, если убытки превышают причитающуюся кредитору сумму процентов, что свидетельствует о том, что проценты за неисполнение денежного обязательства есть составная часть убытков.

4.Если бы это была неустойка, то положения статьи 395 противоречили бы общему правилу (ст. 332 ГК), согласно которому размер законной неустойки может быть только увеличен соглашением сторон (если закон этого не запрещает), но не снижен. Статьей 395

ГК сторонам прямо предоставлено право по их усмотрению установить иной размер процентов, т.е. и снизить его по сравнению со ставкой, подлежащей применению на основании этой статьи.

5. Так как ставка ЦРБ ниже ставок коммерческих банков, по которым кредиторы уплачивают им проценты, то утрачивается одна из основных функций неустойки:

стимулировать исполнение обязательств под угрозой серьезных неблагоприятных последствий в случае нарушения. Отсутствие этой функции неустойки говорит в пользу убытков.

На последние аргументы представляется возможным возразить, что в принципе любая неустойка есть изначально упрощенный способ взыскания убытков. Поэтому появляется опасность запутаться в понятиях и любой вид неустойки трактовать с позиций определенного способа взыскания убытков.

42

Третья точка зрения отражает мнение юристов, что это «просто» плата, предусмотренная законом, за пользование только деньгами и следовательно, не является видом ответственности13.

Четвертая сторона в спорах считает, что требование по ст. 395 ГК РФ представляет собой самостоятельную специальную меру гражданско-правовой ответственности – проценты за пользование чужими денежными средствами1.

«По существу речь идет о введении третьего вида основных (универсальных) санкций

вкоммерческом обороте, который восполняет недостатки двух первых. Общеизвестно, что возмещение убытков при всей универсальности этой меры имущественной ответственности так и не получило широкого применения, а неустойка во многих хозяйственных отношениях просто не установлена (и не включается в текст соответствующих соглашений)»14.

То, что законодатель не ставит взыскание процентов в зависимость от факта получения выгоды нарушителем, говорит не о штрафном характере процентов, а о том, что они сами являются содержанием такой выгоды. В отношении иного (кроме денег) имущества аналогичной нормой является ст. 393 ГК РФ, разрешающая применять цены, существующие

вдень вынесения решения о возмещении убытков. Обе специальные статьи направлены на защиту интересов кредитора в условиях инфляции.

Легко просчитать, что нормы ст. 395 ГК, определяющие размер процентов по учетной ставке банковского процента, не ущербны по сравнению с аналогичными нормами ст. 393 и 1091 ГК РФ, где производится индексация фактически через уровень либо условный индекс потребительских цен, и полностью отвечает интересам кредитора. Индекс потребительских цен растет на 40 – 60% в год, что сравнимо с учетной ставкой банковского процента, колеблющейся в этих же пределах.

Ксожалению, не внесло ясности в правовую природу процентов по ст. 395 ГК и последнее совместное постановление пленума Верховного суда РФ и пленума Высшего арбитражного суда РФ от 08 октября 1998 г. № 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами»3.

Постановление разграничило проценты за просрочку или неисполнение денежного

обязательства от процентов по займам, коммерческому кредиту от неустойки и иных

РФ от 08 октября 1998 г. № 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами» // Вестник ВАС РФ. 1998. № 1.

43

обязательств; подтвердило универсальность этой меры, но так и не дало четкого правового

определения исследуемого обязательства.

Впоследнее время ВАС РФ скорректировал судебную практику, разъясняя судам, что нельзя применять две меры ответственности (проценты и неустойку) за одно и то же правонарушение и право выбора применения одной из мер принадлежит истцу, который не обязан доказывать факт и размер убытков, понесенных им при неисполнении денежного обязательства, если иное прямо не предусмотрено законом или договором.

Так, открытое акционерное общество «Белвино» обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском к акционерному обществу открытого типа «Маслобойное» о взыскании 43.503.090 рублей задолженности за товар, 87 006 180 рублей неустойки за просрочку платежа и 20 261 713 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением от 27.11.96, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 21.01.97, исковые требования удовлетворены полностью. В кассационном порядке законность и обоснованность судебных актов не проверялись.

Впротесте заместителя председателя Высшего арбитражного суда Российской Федерации предлагалось решение и постановление изменить, уменьшив размер неустойки.

Всоответствии с договором от 26.03.96 № 534 ОАО «Белвино» отгрузило АООТ «Маслобойное» товары, которые покупатель должен был оплатить в 10-дневный срок со дня получения. За нарушение срока оплаты договором установлена ответственность в виде неустойки в размере 1 процента от неуплаченной суммы за каждый день просрочки и 100 процентов годовых з пользование чужими денежными средствами, начисление которых предусмотрено по истечении месяца со дня срока оплаты товара.

Покупатель оплатил товары не полностью, что послужило основанием для предъявления к нему иска о взыскании задолженности, неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Удовлетворяя исковые требования в полном объеме, суд указал на то, что одновременное взыскание неустойки и процентов не противоречит законодательству1.

Этот довод суда Президиум ВАС не признал правомерным.

В соответствии со статьями 394 и 395 ГК РФ неустойка и проценты за пользование чужими денежными средствами носят зачетный по отношению к убыткам характер и являются самостоятельными мерами ответственности. Исходя из смысла указанных норм, за одно и то же правонарушение не могут применяться две меры ответственности.

15.

44

Поэтому исковые требования в части взыскания неустойки начиная со дня, когда следовало платить проценты за пользование чужими денежными средствами (17.05.96), удовлетворению не подлежали.

Последствия, взысканные нарушением должником своих обязательств, компенсируются уплатой остальной суммы неустойки (14 791 050 рублей) и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Учитывая изложенное, Президиум Высшего арбитражного суда Российской Федерации постановил:

Решение от 27.11.96 и постановление апелляционной инстанции от 21.01.97 Арбитражного суда Белгородской области по делу №177/8 изменить.

Отказать открытому акционерному обществу «Белвино» во взыскании 72 215 130 рублей неустойки.

Востальной части решение и постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда Белгородской области Президиум ВАС РФ оставил без изменения.

Вэтом плане мы не согласны со сложившейся практикой, и в частности с вышеприведенным примером, когда проценты рассматриваются как самостоятельная мера гражданско-правовой ответственности.

Наиболее обоснованной нам представляется вторая точка зрения юристов на предмет спора, выражающая мнение, что по своей правовой природе 395-я статья относится к нормам

овозмещении убытков.

Вподдержку высказанных аргументов добавим, что деньги являются имуществом (согласно ст. 130 ГК РФ) и, следовательно, как любое имущество, наделены определенными потребительскими качествами, а конкретно — покупательной способностью. В результате неправомерного удержания проходит время и деньги в условиях инфляции теряют свою покупательную способность, т.е. как имущество деньги теряют свои качественные признаки. Уплата процентов по 395-й статье фактически возмещает кредитору убытки в виде частичной утраты в условиях инфляции такого качественного показателя вещи (денег), как покупательная способность. А такое повреждение свойств имущества (денег) уже согласно ст. 15 ГК РФ называется реальным ущербом.

Наш вывод подтверждается и некоторыми нормами ГК. Например, статья 365 устанавливает: «Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещение иных убытков...». Пункт 2 ст. 395 устанавливает строго зачетный характер процентов по отношению к убыткам как результату именно неправомерного пользования чужими денежными средствами, а не по отношению к убыткам в связи с нарушением другого обязательства.

45

Логический порок противников исследуемой точки зрения состоит в следующем:

априори подразумевается, что инфляция – это ненормальный экономический процесс и на нем, в силу этого, нельзя строить никаких правовых концепций, в том числе в отношении норм о возмещении убытков.

Именно поэтому господствует мнение, что ответственность по ст. 395 ГК РФ является по своей правовой природе особой, специальной мерой ответственности в условиях инфляции.

Думается, что в обсуждаемом вопросе пришло время несколько сместить акценты.

Гражданский кодекс (а соответственно и ст. 395 ГК РФ) составлялся в 1991-1994 гг. В то время после социалистической стагнации инфляция действительно представлялась ненормальным явлением, носящим временный характер. Однако жизнь диктует обратное.

Прошло десять лет, а говорить о том, что инфляция преодолена, не представляется возможным. Более того, априори известно, что инфляция – это достаточно частое явление в мире, и в размере до трех-шести процентов в год она стимулирует экономическое развитие стран. Таким образом, мы пришли к пониманию инфляции как нормального

экономического явления.

Строго говоря, если бы и не было 395-й статьи, то ущерб от инфляции формально должен входить в состав убытков. Поэтому целесообразно было бы в ст. 15 ГК РФ

установить, что утрата покупательной способности в результате инфляции такого особого имущества, как деньги, тоже включается в понятие убытков.

Итак, на наш взгляд, правовая природа ст. 395 ГК РФ тождественна убыткам и в

рамках правил о возмещении убытков устанавливает особую ответственность за изъятие,

иммобилизацию оборотных средств (денег) из имущественной сферы кредитора.

Несмотря на то, что законодатель в ст. 395 ГК РФ говорит о «пользовании» денежными средствами, буквально это понимать не следует. На самом деле, не требуется доказать, что должник извлек определенную выгоду из находившихся у него денег, в

противном случае теряется само предназначение анализируемой статьи. Будет удобнее этот термин заменить на «изъятие», «владение», «удержание» и т. п.

Подводя итог обсуждению исследуемых проблем в настоящем параграфе, и с учетом того, что по своей экономической сути проценты представляют собой форму покрытия материальных потерь, предполагается целесообразным четко и ясно отнести к нормам о возмещении убытков ответственность за неисполнение денежного обязательства по ст. 395

ГК РФ.

46

Признание процентов по ст. 395 нормативными убытками погасит все многочисленные теоретические споры и самое главное будет способствовать единобразному применению санкций в судебной практике.

С учетом вышеизложенного предлагаем в ст. 15 ГК внести следующее дополнение: «Убытки вследствие неисполнения денежного обязательства могут определяться кредитором по правилам, установленным в ст. 395 ГК РФ».

Пункт 2 ст. 395 ГК РФ, определяющий зачетный характер процентов по отношению к убыткам, исключить.

1.3. Условия применения норм о возмещении убытков

Юридическая ответственность всегда была важной и чрезвычайно сложной категорией в системе права. Со стороны потерпевшего кредитора ответственность есть восстановление его имущественного положения, а по отношению к нарушителю ответственность есть дополнительные обременения должника.

Несмотря на то, что эти две формулы и проблемы гражданско-правовой ответственности в целом постоянно остаются в центре внимания отечественных юристов,

говорить о прояснении указанных вопросов представляется преждевременным.

Важной мерой, посредством которой реализуется ответственность, является возмещение убытков. Учитывая это, будет полезным исследовать санкцию по возмещению убытков как составную часть института гражданско-правовой ответственности.

Законодатель никак не дает определения ответственности. Во многом именно из-за этого острота и количество дискуссий по концепции гражданско-правовой ответственности не спадают.

О. Э. Лейст строил свою концепцию на том, что ответственность имеет производный

(подчиненный) характер по отношению к такому универсальному явлению, как санкция правовой нормы15. Такой «нормативный подход (где в центре внимания стоит норма права и ее структура) определяет ответственность как реализацию санкции, что, однако, в принципе не позволяет раскрыть существа самой ответственности.

Определение гражданско-правовой ответственности через исполнение обязанности на основе государственного или приравненного к нему общественного принуждения строил С.

Н. Братусь16. Он полагал, что привлекаемое к ответственности лицо находится в особом состоянии – состоянии принуждения, которое и составляет основу ответственности.

15См.: Лейст О. Э. Санкции и ответственность по советскому праву. М.: 1981. С. 97.

16См. Братусь С. Н. Юридическая ответственность и законность. М.: Юрид. лит., 1976. С. 85.

47

«Добровольное же исполнение обязанности юридической ответственностью не является»17.

Следует в связи с вышеизложенным заметить, что исполнение обязанности – это не мера ответственности, а абсолютно самостоятельное явление.

Гражданско-правовую ответственность часто рассматривают и как особый вид правоотношений18. Н. С. Малеин, опираясь на законодательство и практику уголовного права, выражал мнение, что «наказание – это и есть ответственность»1. Сопутствующим же результатом такой кары является компенсация имущественного блага.

Гражданско-правовую ответственность иногда рассматривют и как особую обязанность. Ю. Э. Райдла, например, считала, что ответственность является одним из видов обязанности, а «в материализованном виде гражданско-правовая ответственность заключается в сужении имущественной сферы правонарушителя»2.

Большинство авторов, характеризуя ответственность исключительно в рамках правоотношений, выделяют ответственность как охранительную гражданскую обязанность,

которая должна: а) лежать на правонарушителе; б) обременять его лишениями имущественных благ; в) опираться на потенцию государственного принуждения к исполнению3.

Особую позицию в дискуссии о юридической ответственности занимает В.А. Тархов,

полагая, что юридическая ответственность может быть определена как предусмотренная законом обязанность (необходимость дать отчет о своем поведении)4. Однако в современной правоприменительной практике, например при возмещении убытков, непонятно в приведенной трактовке, кому давать отчет и в какой форме.

Многие исследователи до настоящего времени придерживаются определения ответственности, сформулированного О.С. Иоффе: «Гражданско-правовая ответственность есть санкция за правонарушение, вызывающая для нарушителя отрицательные последствия в виде лишения субъективных гражданских прав, либо возложения новых или дополнительных гражданско-правовых обязанностей»1. О.А. Красавчиков давал аналогичное определение гражданско-правовой ответственности2.

17Там же. С. 102.

18См. например: Антимонов Б. С. Основания договорной ответственности социалистических организаций. М.: Госюриздат, 1962. С. 17; Самощенко И. С., Фарукшин М. Х. Ответственность по советскому законодательству. М.: Юрид. лит., 1971. С. 56 – 57.

1См. например: Крашенинников Е. А. Понятие гражданско-правовой ответственности // Юр. ответственность: проблемы и перспективы. Учен. зап. Тартусского гос. ун-та. Тарту, 1989. С 70 – 71.

2См.: Малеин Н. С. Об институте юридической ответственности. // Юридическая ответственность: проблемы и перспективы. Учен. зап. Тартусского гос. ун-та. Тарту, 1989. С. 30.

3См.: Райдла Ю. Э. Вопросы гражданско-правовой ответственности в условиях перестройки // Юридич. ответственность: проблемы и перспективы. Учен. зап., Тартусского гос. ун-та. Тарту, 1989. С. 52 – 53.

4См. Тархов В. А. Ответственность по гражданскому праву. Саратов: Изд-во Саратов. гос. ун-та, 1973.

1Иоффе О. С. Обязательственное право. С. 97.

2См.: Советское гражданское право. Т. 1/Под ред. О. А. Красавчикова. М.: Высшая школа. 1972. С. 415.

48

Таким образом, большинство исследователей связывают сущность гражданско-

правовой ответственности с каким-либо обременением: «Под гражданско-правовой ответственностью следует понимать лишь такие санкции, которые связаны с дополнительными обременениями для правонарушителя, т.е. являются для него определенным наказанием за совершенное правонарушение»3.

С формулировкой «дополнительное обременение» не согласен В. А. Хохлов, считая,

что «в действительности акт применения гражданско-правовой ответственности может не приводить ни к дополнительным обременениям, ни к наказанию»4. Для примера приводится случай, когда должник, получивший средства в порядке предварительной оплаты,

длительное время не поставляет товар. Взысканные с него убытки могут быть как больше,

так и меньше того блага, которое возникло у должника при удержании и использовании

(например реализации по более высокой цене) товара.

Представляется, что в этом примере кроется логический порок. Независимо от того,

извлек должник выгоду из своего нарушения или нет, элемент «дополнительности» для него сохраняется. Только в первом случае это соотносится с имущественным положением нарушителя на момент заключения договора, а во втором случае – на момент взыскания убытков. В обоих случаях такие «расходы» для должника нежелательны и уплачиваются им из чистой прибыли. Кроме этого, за кредитором всегда сохраняется право в соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ пересчитать взыскиваемые убытки до размера фактической выгоды, которую получил нарушитель.

Однако несомненная ценность концепции гражданско-правовой ответственности В.А.

Хохлова заключается в том, что ее сущность раскрывается через фигуру кредитора и возникшие у него последствия правонарушения.

Действительно, анализ Гражданского кодекса показывает, что большая часть норм,

предусматривающих санкцию в виде возмещения убытков, сформулирована со стороны кредитора как его право на восстановление своих потерь. А ключевые ст. 12 и 15 ГК РФ говорят о способе защиты для кредитора и о его правомочиях.

«Суть такого акцента ясна – главной задачей является возмещение кредитору, а не изъятие у должника, к изменениям имущественной сферы которого гражданский закон индифферентен»19.

3См.: Гражданское право: Учебник. Т. 1/Под ред. Ю. К. Толстого, А. П. Сергеева. СПб.: Тенс, 1996. С.

4См. Хохлов В. А. Гражданско-правовая ответственность за нарушение договора: Дис. ... докт. юр. наук.

Самара, 1998. С. 21.

49

Таким образом, можно сделать промежуточный вывод, что в институте гражданско-

правовой ответственности санкция (мера) по возмещению убытков занимает центральное место, суть ее заключается в предоставлении пострадавшему ликвидного эквивалента в качестве достаточной и законной компенсации.

Учитывая глубокие перемены в экономике, государстве и психологии общества,

отсутствие единообразного понимания юридической ответственности и невнятную позицию законодателя по этому вопросу, представляется очень прогрессивным предложение В. А.

Хохлова пересмотреть концепцию юридической ответственности через раскрытие субъективных правомочий (возможностей) кредитора и отказаться от определения ответственности через понятие обязанности20 как реакции, обращенной именно к правонарушителю.

Видится, что именно в этом направлении должно идти в законодательстве и развитие конкретизации правил о возмещении убытков как прав кредитора на максимально полное и легальное восстановление своего имущественного положения.

Обычный анализ норм показывает, что законодатель под ответственностью имеет в виду в первую очередь ее самую распространенную меру – возмещение убытков. Близок к такому пониманию и Н.С. Малеин, определяющий экономическую обоснованность ответственности как эквивалент между объемом ответственности и объемом причиненных убытков1.

Оценивая право на возмещение убытков, необходимо учитывать, что оно является

«основным правовым средством обеспечения реализации восстановительной функции гражданского права»2.

Е.А. Флейшиц, на наш взгляд, верно сформулировала, что «основными задачами гражданского права являются восстановление нарушенных общественных отношений и предотвращение их нарушения именно путем установления норм, обязывающих к восстановлению нарушенных общественных отношений. Свою весьма важную воспитательную превентивную функцию гражданское право осуществляет при помощи норм, санкцией которых является именно возложение обязанности такого восстановления»3.

В последнее время все чаще стали появляться высказывания об инородности в гражданском праве такого способа защиты, как компенсация морального вреда,

несоответствии основной задаче гражданско-правовой ответственности такой меры, как

1См.: Малеин Н. С. Имущественная ответственность в хозяйственных отношениях. С. 124.

2Рыженков А. Я. Компенсационная функция советского гражданского права. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1983. С. 27.

3Флейшиц Е. А. Общие начала ответственности по основам гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик // Советское государство и право. 1962. № 3. С. 35-36.

50