Возмещение убытков по гражданскому праву России. Монография

35.000.000 рублей. Истец, ссылаясь на исследуемый пункт 2 ст. 15 ГК РФ, требовал возместить ему неполученные доходы в размере не меньшем, чем такие доходы получил ответчик.

Однако в судебное заседание ответчик представил бухгалтерский баланс и главную книгу предприятия и с цифрами доказывал, что он не получил доходы (что подтверждается отражением убытков в балансе), так как расходы у него были очень большие, выручка маленькая, магазин находится в неудобном месте, цены в тот период снижались, наценка была 5% и, вообще, не было смысла торговать в том магазине.

Суд посчитал эти доводы убедительными, удовлетворив требования истца только в части выселения10.

Полагаем, что суд, воспользовавшись формальностью п. 2 ст. 15 ГК РФ, все-таки вынес неполное решение. В жизни много примеров, когда при одном руководителе предприятие с трудом концы сводит с концами и медленно гибнет, а при другом в аналогичных условиях стабильно работает и развивается. Цель и смысл предпринимательской деятельности – систематическое извлечение прибыли. К тому же в нашем примере кооператив самостоятельно производит сельхозпродукцию (т.е. нет посредников) и, если бы магазин не занимал ответчик, то он наверняка получил бы гораздо большую прибыль. Нет гарантии и в том, что ответчик специально не завышал расходы и просто не «прятал» прибыль. Это вполне правдоподобно с учетом современной психологической установки, когда честно платить налоги считается чуть ли не дурным тоном.

Поэтому представляется необходимым, по крайней мере в предпринимательских отношениях, в законодательство ввести условно справедливый критерий (стандарт) для определения размера упущенной выгоды. Таким критерием, по нашему мнению, может быть средний уровень выгоды, которую получает добросовестный предприниматель, занимаясь аналогичной деятельностью, за тот же промежуток времени. Однако в разных поясах,

регионах и даже районах, в зависимости от природных и инфраструктурных условий, разный и уровень доходов предпринимателей. Следовательно, стандарт должен быть выражен не в денежном, а в процентном либо пропорциональном отношении и с соблюдением единообразности финансово-экономических условий, в которых работал нарушитель. Такой подход существенно облегчит работу судьям и одновременно повысит практическую эффективность института возмещения убытков.

31

В связи с этим мы предлагаем в п. 2 ст. 15 ГК РФ добавить следующую формулировку: «В предпринимательских отношениях доход нарушителя определяется как средний уровень рентабельности, действующий на соответствующем территориальном рынке идентичных товаров (работ, услуг) в сопоставимых экономических (коммерческих) условиях».

Статья 15 ГК РФ дает общее понятие убытков и их структуру. Но в развитие этой нормы Кодекс добавляет много специальных норм, детализирующих возможность, а реже порядок применения общего правила возмещения убытков (ст. 393, 394, 504, 524 и т.д.).

В отношении договорных обязательств ст. 393 ГК определяет цены, которые следует применять при подсчете убытков. В ней же содержится требование при определении упущенной выгоды учитывать предпринятые кредитором меры и сделанные с этой целью приготовления.

Однако такая норма, по мнению проф. В. А. Тархова, заслуживает критики1.

Цель исследования таких мер и приготовлений состоит в отыскании достоверного размера упущенной выгоды. И касается это прежде всего неопределенности слова

учитываются. В. А. Тархов полагает, что надо было указать, были ли предприняты соответствующие меры и приготовления, если только действительно законодатель намерен решать вопрос, исходя из данного обстоятельства. А если слово учитываются означает

подлежат возмещению, то следовало бы говорить не о «мерах» и «приготовлениях», а о расходах на них. В таком случае, отмечает В. А. Тархов, вновь неудачно расходы составляют другой вид убытков (реальный ущерб) и не формируют величину упущенной выгоды.

Справедливо замечание и В. А. Хохлова2, что «предпринятые ... меры» и «сделанные с этой целью приготовления» фактически означают одно и то же и поэтому текст следовало бы сократить, поставив точку, например, после слова меры.

Представляется, что такие претензии во многом справедливы, а формулировка рассмотренной нормы требует совершенствования.

При розничной купле-продаже ст. 504 ГК РФ устанавливает одну из важнейших гарантий прав покупателей на возмещение убытков в условиях нестабильности цен,

конкретизируя правила п. 2. ст 393 ГК РФ.

«Убытки на разницу» – этот стандарт стал новацией нашего законодательства,

существенно облегчающей исчисление убытков в виде упущенной выгоды. Эти положения уже давно известны зарубежному праву и широко применяются в судебной, в том числе отечественной практике. В Международном коммерческом арбитражном суде при

1См. Тархов В. А. Гражданские права и ответственность С. 108.

2Хохлов В.А. Гражданско-правовая ответственность за нарушение договора: Дис. ... докт. юр. наук.

Самара, 1998. С. 230.

32

разрешении внешнеэкономических споров используются ст. 75 и 76 Венской конвенции ООН о договоре международной купли-продажи товаров от 11.04.80 г.

В Гражданском кодексе РФ так называемые «абстрактные убытки» применяются,

например в статье 524, определяющей способ исчисления убытков при расторжении договора поставки, или в ст. 995 ГК РФ, обязывающей комиссионера, продавшего имущество по цене ниже согласованной с комитентом, возместить последнему разницу в цене.

Особый интерес представляет формулировка ст. 524 ГК РФ, так как в одном случае по

«сделке взамен» исчисляются прямые убытки, а в другом – упущенная выгода.

Пункт 1 ст. 524 устанавливает правило, что «если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке». Аналогичная норма, только со стороны продавца, изложена в п. 2: «...если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства покупателем продавец продал товар другому лицу по более низкой, чем предусмотренная договором, но разумной цене,

продавец может предъявить покупателю требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке».

В первом случае покупатель, совершая сделку взамен по более высокой цене, платит дополнительную сумму денег, т.е. в результате нарушения обязательств продавцом производит дополнительные расходы, которые уже в наличии на момент требования о возмещении убытков. Это прямые убытки. Во втором случае продавец, продавая товар по более низкой цене, лишается возможности получить часть прибыли, что составляет исключительно упущенную выгоду. Таким образом, нужно иметь в виду, что при тождественности формулировок в статье содержатся разные по сущности правовые понятия.

Статьи 1082, 1083, 1085 ГК РФ посвящены способам, характеру и объему возмещения внедоговорного вреда, в том числе в случае повреждения здоровья.

Надо заметить, что при наличии указаний в законе или договоре право на возмещение убытков может носить альтернативный характер. Примером может служить ст. 1082 ГК РФ,

когда суд, удовлетворяя требования о возмещении вреда, может обязать должника возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки. Но в то же время не будет носить альтернативный характер, по нашему мнению, например пункт 3 ст. 73 ГК РФ,

установивший правило, что «участник полного товарищества не вправе без согласия

33

остальных участников совершать от своего имени в своих интересах или в интересах третьих лиц сделки, однородные с теми, которые составляют предмет деяельности товарищества.

При нарушении этого правила товарищество вправе по своему выбору потребовать от такого участника возмещения причиненных товариществу убытков либо передачи товариществу всей приобретенной по таким сделкам выгоды». В этом случае из нормы выделена санкция, т.е. из убытков выделена упущенная выгода, и альтернатива не выходит за рамки рассматриваемого института.

Возмещение убытков может являться как основной, так и дополнительной

(субсидиарной) мерой ответственности. Возмещение убытков по своему характеру является восстановительной мерой, т.е. связанной с дополнительным бременем для нарушителя. Это видно по общему правилу, когда возмещение должником убытков не освобождает его от обязательства в натуре. Исключение составляют случаи, как мы указывали в предыдущей главе, когда нарушитель вообще не приступал к исполнению обязательства, или если иное не предусмотрено законом или договором (ст. 396 ГК РФ).

Возмещение убытков, в силу своей универсальности, преследует цель не только наказать правонарушителя, но и предупредить такие правонарушения. Это превентивная,

воспитательная функция рассматриваемой меры, чаще всего в охранительных, реже в запретительных нормах, но используется законодателем в каждой главе Гражданского кодекса РФ.

Действующее законодательство не только предоставляет право кредитору требовать возмещения убытков в том или ином размере, но и иногда, наоборот, запрещает ему требовать возмещения одной из части убытков, а иногда и полностью всех убытков

(запрещающая норма). Примером может служить п. 3 ст. 577 ГК РФ, устанавливающий, что отказ дарителя от договора по определенным основаниям не дает права одаряемому требовать возмещения убытков.

В основе деления законодателем убытков на реальный ущерб и упущенную выгоду лежит экономический подход. Однако по видовому признаку деление убытков может проводиться и по другим основаниям, имеющим научное значение или практическое применение. Так убытки можно разграничить по отраслевому признаку. Например,

административные, налоговые и гражданско-правовые убытки. Не вызывает споров деление убытков на договорные и внедоговорные, которые могут возникать из нарушения как имущественных, так и неимущественных прав. В силу универсальности и особенности правовой природы убытков иногда упоминают о возмещаемых и невозмещаемых убытках, о

правомерных и противоправных (необходимая оборона без и с превышением ее пределов),

по субъектам – о терпящих и возмещающих убытки и т.д.

34

В цивилистической литературе можно встретить следующие названия убытков:

реальные, прямые, действительные, непосредственные, косвенные, случайные,

абстрактные, условные, нормативные, оценочные, номинальные, убытки на разницу и т.д1.

В зависимости от причинной связи убытки могут подразделяться на прямые и косвенные. Равным образом это разграничение относится к ущербу и упущенной выгоде. В

правоприменительной практике чаще всего взыскивают прямой ущерб и реже косвенный, а

упущенную выгоду редко прямую, а еще реже косвенную.

Разграничение прямых и косвенных, а также непосредственных, предвиденных,

случайных убытков ставится в зависимость от характера причинно-следственной связи с поведением ответственного лица и других причин. Например, кто-то сломал замок в офисе коммерческой фирмы, а ночью через неисправную дверь проникли воры и вынесли всю оргтехнику. Стоимость замка и расходов на его установку будет составлять прямой убыток, а

стоимость вынесенного из офиса – косвенный убыток. Первое вызвано действиями правонарушителей – мальчишек, забивших спички в замок, а косвенный убы-ток – иной причиной, однако примыкающей к действиям правонарушителей и косвенно связанной с ними.

Деление убытков на реальный ущерб и неполученные доходы производится по экономическому признаку, а на прямые и косвенные – по причинно-следственному. Эти признаки друг друга исключают. Поэтому не только реальный ущерб, но и неполученные доходы могут быть как прямыми, так и косвенными. К сожалению, новый Гражданский кодекс в редких случаях говорит о прямых и ничего о косвенных убытках, оставляя все

«правотворчество» суду.

Думается, что полезно будет в законодательство ввести хотя бы определение прямых и косвенных убытков.

Под прямыми убытками мы, как правило, понимаем предвиденные, предполагаемые убытки, а непредвиденные, случайные – косвенные убытки. Могут быть ситуации, когда наоборот предвиденные оказываются косвенными, а непредполагаемые – прямыми. Но такие случаи – редкое исключение.

Как отмечает В. А. Тархов, неправильно отождествлять косвенные убытки со случайными, хотя в большинстве случаев они совпадают. В тех случаях, когда косвенные убытки предвидимы и желаемы, они подлежат возмещению11.

применения и дальнейшего совершенствования законодательства: Тезисы докладов на республиканской научной конференции. Тарту, 1967. С. 38.

35

Нормативные убытки. Они называются так не потому, что предусматриваются нормативными актами, а потому что первоначально, начиная с 30-х годов, некоторые юристы предлагали размеры возмещаемых убытков заранее прогнозировать и нормировать их в договоре. Но в теории и законодательстве были отвергнуты такие предложения как несовместимые с общими правилами о возмещении убытков. Позднее получила некоторое распространение по сути та же, но по названию другая теория о заранее оцененных убытках.

Затем она трансформировалась в предложение об усилении компенсационной функции неустоек, так чтобы их размеры при плановом хозяйстве покрывали убытки.

В последнее время вновь вернулись к идее об установлении в договоре твердых сумм,

подлежащих возмещению в качестве ущерба (условные убытки) либо в виде установления ставки (номинала) ущерба в зависимости от объема невыполнения и сроков нарушения договорных обязательств1.

Убытки на разницу в принципе ничем не отличаются от абстрактных убытков. Еще в

20-х годах судебной практикой абстрактные убытки были признаны спекулятивно-

буржуазными и отвергнуты.

Однако статья 393 ГК РФ в общем плане установила порядок исчисления убытков путем определения разницы между ценами на момент причинения вреда и ценой на момент вынесения решения. Чаще всех таким методом исчисления абстрактных убытков в ГК оперирует глава 30 о купле-продаже (например ст. 524 ГК РФ) и особенно параграфы о поставке товаров (например ст. 524 ГК РФ).

Понятия символических убытков неизвестны ни русскому, ни российскому гражданскому праву. Однако например, в США истцу, не понесшему никаких убытков,

судебным решением может быть присуждена чисто символическая сумма в 1 цент с целью подчеркнуть, что право истца все-таки было нарушено. А в Англии, наоборот, известны судебные прецеденты, когда присуждали так называемые презренные убытки, которые подчеркивали порицание судом не ответчика, а истца, выигравшего дело, что означало:

Формально вы правы, но морально – нет2.

Указанная классификация позволяет произвести разграничение убытков с другими способами гражданско-правовой защиты.

1Иоффе О. С. План и организация договорных связей в социалистическом народном хозяйстве. Уч. зак. ВНИИСЗ. Вып. 10. М., 1967. С. 52; Годес А. Б. Вопросы материальной ответственности государственных предприятий и организаций в условиях новой системы планирования и экономического стимулирования/В сб. Вопросы гражданского права и процесса. Л.: Изд-во ЛГУ, 1969. С. 21.

2Дженкс Э. Английское право. Перевод Л. А. Лунца. М.: Госюриздат, 1947. С. 198.

36

1.2. Соотношение возмещения убытков с другими способами защиты

субъективных гражданских прав

Наряду с возмещением убытков законодатель в ст. 12 ГК РФ предусматривает незакрытый перечень из одиннадцати способов защиты гражданских прав. Будет полезным подчеркнуть юридическую природу возмещения убытков путем проведения сравнительного анализа с другими способами защиты гражданских прав. По своему экономическому содержанию (возмещение в денежном эквиваленте) к возмещению убытков близко стоят взыскание неустойки, компенсация морального вреда и такая особая мера ответственности,

как взыскание процентов за неисполнение денежного обязательства по ст. 395 ГК РФ.

Неустойка (штраф, пеня) – это определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. Это единое определение неустойки дано законодателем в статье 330 ГК РФ.

Характеристики неустойки, ее виды и правила применения не один раз становились объектом исследования в науке гражданского права (в том числе и на диссертационном уровне).1 Поэтому отметим ее особенности только в контексте исследуемой проблематики.

И возмещение убытков и взыскание неустойки являются самостоятельными мерами гражданско-правовой ответственности и выполняют стимулирующую и восстановительно-

компенсационную функцию. Однако для взыскания неустойки характерны и другие функции, в частности обеспечение исполнения обязательства и карательно-штрафная функция.

В научной литературе высказываются мнения, что значение последних функций неустойки факультативно и «нет причин главное свойство этого института усматривать в наказании и стимулировании»2.

Необходимо согласиться, что в современной практике неустойка как способ обеспечения обязательства фактически не применяется (по крайней мере у должника деньги на этот счет никогда не резервируются). Основная цель, которую преследуют стороны,

включая в договор условия о применении неустойки, – в максимально упрощенной форме компенсировать свои возможные имущественные потери, так ее применение проще и комфортнее для кредитора.

1Артеменко М. С. Роль неустойки в обеспечении исполнения планово-договорных обязательств в новых условиях хозяйствования: Автореф. канд. дис. М., 1986, Быков А. Г. Роль гражданско-правовых санкций в осуществлении хозяйственного расчета: Автореф. дисс... канд. юр. наук. М., 1967; Травкин А. А. Неустойка в советском праве: Автореф. дисс... канд. юр. наук. М., 1968.

2См. Хохлов В. А. Гражданско-правовая ответственность за нарушение договора: Дис. ... докт. юр. наук.

Самара, 1998. С. 255.

37

Наличие убытков у кредитора никогда не являлось основанием в науке и правоприменительной практике для взыскания неустойки. Однако сформулированное в п. 1

ст. 330 ГК процессуальное правило в соответствии с которым положение, что по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, не совсем удачно. Распределение процессуальных прав и обязанностей между сторонами по доказыванию убытков (кредитор не должен доказывать, а должник соответственно не может требовать таких доказательств) не решило основной вопрос: должны быть в наличии убытки или это условие необязательное. Вопрос в большей степени риторический, но не случайный.

Думается, что законодатель все-таки сознательно не желает усиливать штрафную,

карательную функцию неустойки имея в виду, что штраф не является тем интересом, в

достижении которого между сторонами заключается договор. Подтверждением такого вывода является и наличие ст. 333 ГК РФ, установившей правило о соизмерении неустойки с последствиями правонарушения.

Вопрос остается открытым, но представляется верным, если законодатель двинется по пути англо-американской правовой системы, где величина штрафа всегда соизмеряется с размером причиненных убытков.

Взыскивая неустойку сверх причиненных убытков, логично поставить вопрос: а не является ли такое правило источником неосновательного обогащения для кредитора и одновременно средством для сведения счетов, разорения должника. Ведь гражданское законодательство основывается, в том числе, на принципе неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, в

том числе через использование норм гражданского права (шикана).

Представляется, что движение в рыночную экономику заставит нас все чаще задумываться над подобными вопросами и, думается, вместе с тем существенно сместит акценты в институте гражданско-правовой ответственности в пользу норм о возмещении убытков и порядке определения их размера.

Следующая проблема – это то, как исследуемое понятие убытки – соотносится с неустойкой в правиле, изложенном в ст. 333 ГК РФ: «Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку». В приведенной норме закон не говорит об убытках, потерях, ущербе и т.д., а о более широком понятии – последствиях. Таким образом, суд, решая вопрос о размере взыскиваемой неустойки, берет во внимание не только убытки должника, но и другие обстоятельства дела.

38

Впостановлении пленума Верховного суда РФ и пленума Высшего арбитражного суда РФ от 01 июля 1996 г. № 6/81 судам рекомендуется при оценке таких последствий принимать «во внимание в том числе обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства (цена товаров, работ, услуг, сумма договора и т. п.)».

Всвязи с вышесказанным следует иметь в виду, что размер убытков – это не единственный критерий для применения ст. 333 ГК РФ, хотя исследование этого вопроса является первым действием суда по реализации исследуемой нормы.

Следует сказать, что в последние годы в правоприменительной практике применение судами ст. 333 ГК РФ становится все интенсивнее. И право на уменьшение неустойки у суда постепенно трансформируется в право должника на уменьшение размера неустойки, что не соответствует духу закона.

Правило об уменьшении размера неустойки не распространяется на случаи возмещения убытков в части, не покрытой неустойкой (ст. 394 ГК РФ). Это же правило не затрагивает права должника на уменьшение ответственности в связи с виной кредитора, либо такими его действиями, которые увеличили размер убытков, либо бездействием содействовали их увеличению.

Нельзя отождествлять возмещение убытков и компенсацию морального вреда

только на основании того, что ответственность в обоих случаях реализуется в денежной форме. Под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания гражданина (предпринимателя), которые он понес либо понесет в результате действий, нарушающих его личные неимущественные права (жизнь, здоровье, честь, деловая репутация, доброе имя и другие нематериальные блага). Если убытки – это денежное выражение имущественного вреда, то компенсация морального вреда – это обязанность должника «загладить» нравственные и физические страдания гражданина. Размер компенсации определяется исключительно судом в зависимости от степени страданий пострадавшего и степени вины нарушителя.

Таким образом, возмещение убытков и компенсация морального вреда как способы защиты гражданских прав взыскиваются в денежной форме, но носят первый – восстановительный, а второй - компенсационный характер, и регулируют параллельные формы гражданско-правовой ответственности – ответственность за имущественный вред и ответственность за нарушение нематериальных благ (неимущественный вред).

Поскольку законодательством не установлено иное, то эти же правила относятся и к гражданину – предпринимателю. В части деловой репутации правила статей 150 – 152 ГК РФ

39

относятся и к юридическому лицу. Бесспорно, что у юридического лица не может быть физических и нравственных страданий (юридическое лицо – это умозрительный субъект гражданско-правовых отношений) и поэтому в пользу организации могут быть взысканы только имущественные убытки. В то же время не исключено причинение морального вреда должностным лицам юридического лица.

Особый интерес вызывает многогранная и далеко не однозначная взаимосвязь возмещения убытков с еще одним способом защиты прав, который предусматривает

ответственность за неисполнение денежного обязательства в соответствии со ст. 395 ГК

РФ.

Установлено правило, в соответствии с которым во всех случаях, когда имеют место факты пользования чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от возврата, иной просрочки в уплате, либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица, должны уплачиваться проценты. Размер указанных процентов определяется исходя из существующей в месте жительства кредитора или в месте его нахождения (в отношении юридических лиц) учетной ставки банковского процента, которая берется на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. Это правило применяется, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Это диспозитивная норма, но законодатель нигде прямо не говорит, к какому виду ответственности относится эта статья. Действительно, вопрос о том, является ли 395-я статья Кодекса особым видом неустоечных обязательств либо вообще относится к убыткам, очень неоднозначно оценивается многими учеными-юристами и практиками.

По раннему законодательству (основы ГЗ 1991 г.), в случае просрочки исполнения денежного обязательства кредитор был вправе требовать уплаты должником за время просрочки пяти процентов годовых, начисляемых на сумму, уплата которой просрочена,

если законодательными актами или соглашением сторон не был установлен иной размер процентов. Если же просрочка денежных обязательств имела место в отношениях, связанных с предпринимательской деятельностью, пять процентов годовых рассматри-вались в качестве неустойки, которая подлежала уплате сверх процентов, взимаемых за пользование чужими средствами (п. 3. ст. 66 Основ ГЗ СССР 1991 года).

Вместе с тем в законодательстве отсутствовали нормы, устанавливающие обязанность платить проценты за пользование чужими денежными средствами при просрочке денежных обязательств. Поэтому в случае нарушения денежных обязательств, возникших из договора,

потерпевшей стороне (кредитору) зачастую приходилось довольствоваться взысканием с должника лишь неустойки в размере пяти процентов годовых.

40