Борьба с контрабандой объектов фауны и флоры на Дальнем Востоке России (конец ХIХ – начало ХХI в.). Монография

Необходимо отметить, что контрабанда объектов фауны

ифлоры до начала 70-х годов прошлого столетия носила экономический характер, так как предметами контрабанды являлась продукция промысловых диких животных и дикорастущих растений. с появлением в последней четверти ХХ в. категории редких диких животных и дикорастущих растений, подлежащих охране в соответствии с международным, советским, а затем

ироссийским законодательством, контрабанда объектов фауны

ифлоры, помимо экономического, приобрела характер экологического преступления. Однако в российском уголовном праве контрабанда объектов фауны и флоры и в настоящее время относится к преступлениям в сфере экономической деятельности.

Монография подготовлена на основе опубликованных и неопубликованных документов, выявленных автором в фондах Российского государственного исторического архива Дальнего Востока (РГИА ДВ), Государственного архива Приморского края (ГАПК), Государственного архива Хабаровского края (ГАХК), текущих архивов: Дальневосточного таможенного управления, таможен региона, специализированной инспекции «Тигр» Министерства природных ресурсов, Дальневосточного отделения Всемирного фонда дикой природы, а также в научных библиотеках Владивостока, Хабаровска, Петропавловска-Камчатского, Южно-Сахалинска.

Глава 1

Контрабанда объектов фауны и флоры – угроза экономической безопасности

1.1.Хищнический промысел и контрабанда промысловой продукции

в конце ХIХ – начале ХХ в.

Вконце ХХ – начале ХХI в., с переходом страны к рыночной экономике, таможенные органы столкнулись с бурным ростом контрабандного перемещения товаров через таможенную границу

Российской Федерации, в т. ч. с контрабандой объектов фауны и флоры, охраняемых российским и международным законодательством. В немалой степени на развертывание активной деятельности таможен региона по выявлению и пресечению указанного вида таможенных правонарушений сыграло появление в 1993 г. функции борьбы с контрабандой, нарушениями таможенных правил и пресечение незаконного оборота через таможенную границу Российской Федерации видов животных и растений, находящихся под угрозой исчезновения, их частей и дериватов.

Изучение истории таможенных органов на Дальнем Востоке России в указанном периоде требует, очевидно, установления причины появления подобной функции. Для этого необходимо понять не только причину появления контрабанды объектов фауны и флоры и возникновения борьбы с ней, но и причину необходимости охраны диких видов животных и дикорастущих растений.

На Дальнем Востоке России торговля объектами фауны и флоры с сопредельными государствами, а именно различными видами специфического товара животного и растительного происхождения, длительное время носила распространенный характер. Пушнина (шкуры и мех речного бобра, волка, белки, горностая,

колонка, калана, морского котика, манула, лисицы, песца, росомахи, рыси, соболя), лекарственное сырье животного и растительного происхождения (женьшень, мускус кабарги, рога и панты изюбра, пятнистого и северного оленя, лося, рога сайгака), иные товары охотничьего и рыболовного промысла являлись важной составной частью российского экспорта в конце ХIХ – начале ХХ в. Правила торговли этими товарами, тарифные ставки таможенных пошлин на эти товары предусматривались во всех торговых договорах и конвенциях с государствами, граничащими с Россией на Дальнем Востоке1.

Однако, помимо легальной торговли, российские власти постоянно сталкивались с попытками незаконного вывоза («тайного провоза») объектов фауны и флоры. Таможенное законодательство России конца ХIХ в., предусматривало довольно жесткие меры в отношении лиц, осуществляющих незаконное перемещение товаров. Таможенный устав по европейской и азиатской торговле (1892 г.) за незаконный вывоз товара, подлежащего взысканию пошлины в соответствии со статьями 1545, 1546, 1547, предусматривал штраф, превышающий размер пошлины в 5 раз, либо, в зависимости от обстоятельства дела, конфискацию товара. С 1893 г., указанием Государственного Совета «Об ответственности за тайный провоз через границу отпускных пошлинных товаров», предусматривалась конфискация товара и применение штрафных санкций. С 1904 г. вывоз товаров животного и растительного происхождения, облагаемого вывозной пошлиной помимо таможенных учреждений, либо с сокрытием от таможенного контроля, считался контрабандой. По Таможенному уставу 1904 г. вывоз за границу или попытка вывоза помимо таможенных учреждений, или хотя и через таковые, но с сокрытием от таможенного контроля, отечественных товаров, запрещенных к вывозу, признавался контрабандой2. Последующие нормативные акты, за подобные деяния также предусматривали привлечение к ответственности как за совершение контрабанды.

В то же время борьба с контрабандой в конце ХIХ – начале ХХ в. на Дальнем Востоке России носила односторонний

характер.Какправило,основныеусилиягосударстванаправлялись на пресечение контрабандного ввоза товаров (в первую очередь

– оружие, боеприпасы, опий, спирт, алкогольные напитки, табак, чай, кофе, мануфактура)* из Китая, Кореи, Японии. Это было обусловлено тем, что в указанный период основной задачей в борьбе с контрабандой считался надзор за неводворением контрабанды, т. е. пресечение контрабандного ввоза товаров на территорию России. На территории Приамурья и Приморья основной упор делался на борьбу с контрабандистами, осуществлявшими контрабандный ввоз вышеупомянутых товаров из Китая. На территории Камчатки и Чукотки особое внимание уделялось пресечению контрабанды со стороны американских промышленников, незаконно ввозивших спиртные напитки, табак и оружие.

Основной причиной одностороннего характера выявления и пресечения контрабанды и отсутствия сведений о пресечении незаконного вывоза объектов фауны и флоры являлось наличие режима порто-франко, в российских портах на Тихом океане до 1909 г., отсутствие морских таможен до 1901 г. и существовавший порядок перемещения товаров в сухопутной приграничной зоне в конце ХIХ – начале ХХ в.

В 1862 г. Санкт-Петербургским русско-китайским договором была установлена 50-верстная полоса беспошлинной торговли по обе стороны границы, существовавшая до 1 января 1913 г. Кроме того, в соответствии с таможенным законодательством Российской империи конца ХIХ – начале ХХ в., отпускные товары, вывозимые из Приамурского генерал-губернаторства, а также всякие русские и иностранные товары, вывозимые

вКитай, пропускались беспошлинно, причем товары, вывозимые

вКитай, не подлежали никаким таможенным формальностям. Существовали иные обстоятельства, влияющие на целена-

правленность и эффективность выявления и пресечения контрабандного вывоза из России ценных товаров, в т. ч. живот-

* Полный перечень товаров, запрещенных к ввозу на территорию России, определен Общим таможенным тарифом от 11 июля 1891 г. № 37811 и от 13 января 1903 г. № 22389 // Таможенное дело России: сб. док. и материалов. М., 2000. Т. 3 (1864–1917 гг.). 496 с. С. 24–30; 96–105.

ного и растительного происхождения. Среди них необходимо отметить малочисленность и значительную удаленность друг от друга таможенных постов (образованных с 1902 г.); отсутствие пограничной стражи «по образцу западной охраны границы»3, а потому – слабая защищенность морских границ по всему тихоокеанскому побережью; ограниченные возможности должностных лиц таможенных органов.

Вместе с тем проблема нелегального вывоза с территории российского Дальнего Востока различных товаров, в т. ч. объектов фауны и флоры, как важнейшей составной части природных ресурсов, не только существовала, но и была весьма актуальной. В конце ХIХ – начале ХХ в. контрабанда объектов фауны и флоры – в связи с тем, что перемещаемый через таможенную границу специфический товар животного и растительного происхождения был результатом охотничьего, рыболовного, зверобойного, китобойного и иного заготовительного промысла, – носила название промысловой.

Уже в конце ХIХ – начале ХХ в. браконьерство и контрабанда, носившие повсеместный характер на территории Дальнего Востока, стали причиной сокращения многих видов фауны и флоры. О сокращении дальневосточных видов диких животных и дикорастущих растений, вызванного массовым, хищническим промыслом и контрабандным вывозом, имевшим место в конце XIX

– начале ХХ в., писали многие исследователи-биологи, историки, географы4. О расхищении иностранцами, в первую очередь –

Н.В. Слюнин5, проводивший в конце ХIХ в. научные изыскания и изучение состояния промыслов Дальнего Востока. О незаконном промысле и вывозе американцами природных богатств с неохраняемых берегов Чукотки (китовой продукции, пушнины, клыков моржа) и японцами рыбных ресурсов с территориальных вод Охотского моря, сообщал в начале ХХ в. Д.И. Богданов6.

На проблемы хищничества иностранцев и контрабанды природных богатств Командорских островов в начале ХХ в. обратил

внимание член Рыболовного комитета, известный российский зоолог Е.К. Суворов7. Материалы его исследований и наблюдений за промыслом морских котиков и каланов легли в последующем в основу Вашингтонской конвенции об охране этих млекопитающих в северной части Тихого океана (1911 г.).

Впервые на возможные негативные последствия браконьерства и контрабанды для природы юга Дальнего Востока обратил внимание В.К. Арсеньев, он подробно исследовал и описал результаты хищнической деятельности жителей сопредельных стран на территории Уссурийского края. Им была проведена значительная работа по определению и описанию основных видов диких животных и дикорастущих растений, вовлеченных в незаконный оборот, осуществлен анализ и определены объемы нелегально добываемой, заготавливаемой и контрабандно вывозимой промысловой продукции на российско-китайском направлении, подсчитан возможный ущерб, наносимый России в результате нелегального вывоза отдельных видов фауны и флоры Дальнего Востока. В.К. Арсеньевым были исследованы способы и методы браконьерской охоты и иных нелегальных промыслов, изучена система и установлены места скупки и заготовки китайцами ценных биоресурсов на территории Уссурийского края для нелегальной отправки в Китай, определены маршруты и основные способы контрабандного вывоза из России дальневосточных объектов фауны и флоры. Он провел значительную работу по установлению причин контрабанды и хищнических промыслов иностранцев на территории российского Дальнего Востока и предложил пути решения проблем, связанных с контрабандой биоресурсов, которые актуальны и в настоящее время.

В.К. Арсеньев неоднократно обращал внимание на особенности проживания китайцев в Уссурийском крае. Указывая на то, что многие встречаемые им на пути китайские фанзы не имели ни огородов, ни пашен, он объяснял это тем, что нахождение их владельцев на территории Уссурийского края вызвано не освоением земель, не производством земледельческой продукции, а хищническим промыслом и добычей природных богатств

для заготовки и последующей отправки в Китай. В своих путевых заметках он сообщал неоднократно, что местные китайцы занимаются не столько земледелием, сколько охотой и звероловством.

В.К. Арсеньев писал: «Нельзя не удивляться предприимчивости китайцев. Одни охотятся за оленями, другие ищут женьшень, третьи соболюют, четвертые заняты добычей кабарожьего мускуса, там видишь капустоловов, в другом месте ловят крабов или трепангов, там сеют мак и добывают опий. Чтонифанза,тоновыйпромысел:ловляжемчуга,добычакакого-то растительного масла, ханшина, корней острогала, да и всего не перечтешь»8. Промыслом и заготовкой ценного биосырья занимались как непосредственно сами китайцы, так и находящееся

вполной зависимости от них коренное население. Так, например, сообщая о деятельности китайцев р. Бикин, Арсеньев отмечал, что они «занимаются поисками женьшеня, охотой, соболеванием, выгонкой спирта и эксплуатацией удэгейцев»9. Заготавливались: звериные шкуры – шкуры оленей и пушных зверей (рысьи, куньи, беличьи, собольи и др. меха); изюбровые и пятнистых оленей рога и панты; медвежья желчь и мускус кабарги, оленьи выпоротки, кости медведя, тигра.10 Большое внимание китайцы уделяли сбору и заготовке папоротника11, древесных грибов, лишайников. Описывая одну из китайских фанз В.К. Арсеньев сообщал, что обитали этой фанзы занимаются сбором древесных грибов и лишайников с камней. Первые относятся к семейству дрожалковых грибов и собираются исключительно с дуба. Для этих целей «китайцы валят на землю множество дубовых деревьев. Когда дуб начинает гнить, на нем появляются грибы, по внешнему виду похожие на белые кораллы. Китайцы их называют "му-эр"»12. На свежем валежнике китайцы собирают грибы семейства тремелловых. «Дубовые грибы (Tremelia sp), кит. назв. «хый-цай». Развиваются на свежем дубовом валежнике. Ради него в прежнее время во всем Южно-Уссурийском крае были специальные грибовыя фанзы. Фанзы эти в 1906 г. сохранились еще кое-где

вЗауссурийском крае и около Сучана. Цена за 1 фунт сухих грибов на месте 50 коп. Грибы эти увозились в Китай»13. Помимо грибов,

в значительных объемах заготавливались съедобные лишайники. «Лишайники темно-оливково-зеленые (называемые «шихуй-пи», то есть «каменная кожа») в сухом состоянии становятся черными. Сушеные грибы и лишайники отправляются во Владивосток, а затем в Китай14. На основании данных, документально проверенных В.К. Арсеньевым, почти каждый китаец, прибывший на российскую территорию, проживал несколько лет, после чего убывал к себе на родину, заработав на браконьерстве и отправке в Китай российских природных богатств от 40 до 45 тысяч рублей15.

Вмонографии Ю.А. Ливеровского и Б.П. Колесникова «Природа южной половины советского Дальнего Востока» отмечалось, что китайский рынок всегда предъявлял огромный спрос на продукты российского дальневосточного охотничьего промысла. В первую очередь добывали «черное золото» – драгоценный соболий мех, панты – не окостеневшие рога оленей, куницу, белку, выдру и других пушных зверей. Тигр и горал продавались целиком и использовались для приготовления различных китайских лекарств. Особенно ценились тигровые усы, сердце

ипочки. Весной, когда пушнина теряла свою ценность, ловили

иубивали беременных соболих – ради неразвившихся детенышей,

ипятнистых оленух – ради выпоротков: и те и другие ценились как лекарство. Кроме того, добывались кабарожьи пупки, сухие рога, оленьи хвосты и жилы и другие части животных, применявшиеся в китайской медицине16. Подтверждением этого являются многочисленные факты, зафиксированные В.К. Арсеньевым.

Всвоей работе «Китайцы в Уссурийском крае» В.К. Арсеньев отмечал, что к 1913 г. практически вся территория нынешнего Приморского и южная часть Хабаровского края была поделена китайскими зверопромышленниками и крупными торговыми китайскими фирмами по районам и долинам рек в которых руководство охотой, сбором и заготовкой ценных биоресурсов осуществляли их представители. Главные организаторы этого дела располагались во Владивостоке, Никольске-Уссурийском, Хабаровске. Китайцами было установлено «владение реками» на российской территории. Владелец реки – цай-дун («хозяин реки») – фактически являлся хозяином не только речных ресурсов,