Кража из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем уголовно-правовая характеристика, вопросы квалификации. Научно-практическ

тию «сумка». Например, Н.А. Лопашенко пишет, что сумкой можно считать школьный ранец, а ручной кладью – рюкзак1. На наш взгляд, какой-либо принципиальной разницы в функциональном предназначении данных предметов нет. В частности, понятия «сумка» и «другая ручная кладь» часто смешивают друг с другом, не проводят четкого их отграничения, в связи с чем и возникает определенная путаница в применении указанного признака.

В правоприменительной практике также возникают определенные проблемы относительно того, что причислять к сумке, а что к другой ручной клади. Об этом свидетельствует и уголовное дело по обвинению М. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ – покушение на кражу, совершенную из ручной клади, находившейся при потерпевшем. М. с целью совершения хищения чужого имущества, находясь в мясном павильоне, с использованием лезвия разрезала сумку из синтетического материала (не имеющую ценности для потерпевшего), которая свисала с правой руки потерпевшей, в виду чего образовалось отверстие, после чего пыталась похитить кошелек. Однако в момент совершения преступления М. была застигнута потерпевшей, в результате чего по независящим от нее обстоятельствам не смогла довести свой преступный умысел до конца2. В данном решении суда мы видим, что хищение было совершено из сумки согласно описательной части приговора, однако суд квалифицировал содеянное как кражу из ручной клади, находившейся при потерпевшем.

По другому же уголовному делу рюкзак был признан сумкой, и содеянное было квалифицировано как тайное хищение имущества, совершенное из сумки, находившейся при потерпевшем. Так, А., находясь около входа в магазин, увидел ранее незнакомую ему Г., у которой за спиной висел рюкзак, карман которого был открыт, и внутри него он увидел сотовый телефон. У А. внезапно возник преступный умысел на тайное хищение чужого имущества из рюкзака и, воспользовавшись тем, что за его действиями никто не наблюдает, он достал рукой из

1См.: Лопашенко Н.А. Преступления против собственности: теоретико-прикладное исследование. М.: ЛексЭст, 2005. С. 76.

2Обвинительный приговор Дятьковского городского суда Брянской области по делу № 1-131/2012 // СПС «Росправосудие». URL: https://rospravosudie.com (дата обращения: 01.02.2016).

31

кармана рюкзака, находившегося при потерпевшей, сотовый телефон «Самсунг I 610» стоимостью 7500 рублей, с брелком стоимостью 250 рублей, причинив тем самым Г. материальный ущерб на общую сумму 7750 рублей, после чего с похищенным имуществом скрылся1.

Приведем пример, иллюстрирующий, что не все предметы, находящиеся при потерпевшем, могут быть отнесены к сумке или другой ручной клади. Суд из обвинения Л. исключил п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ и квалифицировал содеянное по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ. В суде было установлено, что похищенный у потерпевшей кошелек с денежными средствами находился в детской коляске, которую суд не признает сумкой или ручной кладью. Л. воспользовалась тем, что потерпевшая разглядывала товар на витрине и совершила хищение ее имущества из детской коляски, находящейся при потерпевшей2. По нашему мнению, в рассматриваемом примере п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ можно было применить, если бы диспозиция данной уголовноправовой нормы была сформулирована иначе. Подобную ситуацию можно отнести только к несовершенству законодательной техники.

Таким образом, мы предлагаем для устранения подобных ошибок и облегчения применения квалифицирующего признака объединить понятия «сумка» и «другая ручная кладь» в единое понятие «ручная кладь», которое, по нашему мнению, является более широким и включает в себя понятие «сумка». Данный положительный опыт нашел свое отражение в УК Киргизской Республики, где п. 5 ч. 2 ст. 164 гласит: «кража, совершенная из одежды или другой ручной клади, находящейся при потерпевшем (карманная кража)»3. На наш взгляд, такая дефиниция наиболее оптимальна по сравнению с УК РФ в том отношении, что киргизский законодатель ручную кладь рассматривает как общее, родовое понятие, включая в нее сумки, пакеты, рюкзаки, кейсы, чемоданы, портфели и т.д. К тому же для потерпевшего неважно, откуда у него изъят был кошелек

1Обвинительный приговор Кировского районного суда г. Иркутска от 21.01.2011 // СПС «Росправосудие». URL: https://rospravosudie.com (дата обращения: 01.02.2016).

2Обвинительный приговор Белинского районного суда РФ Пензенской области. Решение по делу 1-35/2013 // СПС «Росправосудие». URL: https://rospravosudie.com (дата обращения: 01.02.2016).

3Уголовный кодекс Киргизской республики / пер. А.П. Стуканова, П.Ю. Константинова. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2002. С. 173–175.

32

– из сумки или из чемодана, т.е. на квалификацию содеянного это не влияет.

Также считаем, что в диспозиции п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ следует предусмотреть случаи совершения тайного хищения из других предметов или аксессуаров, не относящихся к одежде или ручной клади (это могут быть поясные чехлы для телефонов, детские коляски, тележки в магазине и т.п.).

Для вменения квалифицирующего признака кражи, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, необходимо доказать, что имущество, которое подлежит изъятию виновным, находится при потерпевшем. Предлог «при» означает у, близ, около, возле, в присутствии, принадлежность чего (кого)-нибудь, кому(чему)-нибудь1. Совершение кражи «при потерпевшем» означает, что имущество, принадлежащее последнему, должно находиться около (у, близ, возле) потерпевшего, рядом с ним, на нем и в его физическом обладании.

Если одежда, сумка или ручная кладь были сданы на хранение в гардероб, камеру хранения, то изъятие из них имущества не образует рассматриваемого квалифицированного состава кражи. Если данные предметы были оставлены потерпевшим без присмотра, то изъятие из них имущества также не образует данного состава. Приведем пример, иллюстрирующий отсутствие квалифицирующего признака кражи (п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ).

Так, С. зашла в раздевалку бассейна, где увидела, что у вещевого шкафа приоткрыта дверца и в нем находится женская одежда. Реализуясвойпреступныйумыселивоспользовавшисьтем, чтозаее действиями никто не наблюдал, С. похитила из внутреннего кармана куртки сотовый телефон стоимостью 6880 рублей, в котором находилась флэш-карта стоимостью 1200 рублей и наушники к сотовому телефону стоимостью 1500 рублей, принадлежащие гр. Б. После этого С. с похищенным с места преступления скрылась. Своими действиями С. причинила потерпевшей Б. значительный материальный ущерб на общую сумму 9580 рублей. Содеянное было квалифицировано судом по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ2.

1 См.: Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. С. 300.

2Обвинительный приговор Пролетарского районного суда г. Саранска. Дело № 1-19/2011 от 19.11. 2011 г. // СПС «Росправосудие». URL: https://rospravosudie.com (дата обращения: 01.02.2016).

33

Совершение кражи «в присутствии потерпевшего» следует понимать так, что похищаемое имущество должно находиться настолько близко к потерпевшему и должно контролироваться им в такой степени, что при достаточной внимательности или более бережливом отношении потерпевшего к собственным вещам либо при недостаточном «профессионализме» вора-кар- манника потерпевший мог бы предотвратить изъятие этого имущества.

При утрате контроля со стороны потерпевшего за указанными вещами в силу различных обстоятельств (сон, сильное состояние опьянение, обморочное состояние), из которых может быть похищено имущество, отсутствует и данный квалифицирующий признак кражи.

Проанализировав объективные признаки состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, можно сделать следующие выводы.

1.Объектом кражи являются отношения собственности, имеющие два важных аспекта. Первым таким аспектом является экономическое понимание собственности как отношения между людьми по поводу присвоения либо отчуждения имущества. Вторым аспектом является юридическое понимание собственности как наделение собственника определенными правомочиями. Предметом кражи выступает чужое имущество: это вещи, деньги и другие предметы материального мира, обладающие свойством стоимости, по поводу которых существуют отношения собственности, нарушаемые в результате преступного посягательства. Предмет преступления (имущество) является обязательным признаком хищения, совершенного посредством карманной кражи.

2.Значение объективной стороны преступления заключается, прежде всего, в точном установлении всех ее обязательных

ифакультативных признаков, что, в свою очередь, обеспечивает правильную квалификацию общественно опасного посягательства.

3.Рассматриваемое преступление является по конструкции материальным составом, в связи с чем объективная сторона данного вида кражи характеризуется совокупностью трех обязательных признаков (общественно опасное деяние, общественно опасное последствие, причинно-следственная связь), а также тайным способом, который носит комплексный характер,

34

заключающийся в особых условиях изъятия чужого имущества, совершаемого незаметно, скрытно для потерпевшего либо окружающих, но в их присутствии.

4. Для вменения квалифицирующего признака – «кража, совершенная из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем» необходимо устанавливать следующее: 1) откуда была совершена кража (из одежды, сумки или другой ручной клади); 2) была ли совершена кража при потерпевшем.

§3. СУБЪЕКТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ КРАЖИ, СОВЕРШЕННОЙ ИЗ ОДЕЖДЫ, СУМКИ ИЛИ ДРУГОЙ РУЧНОЙ КЛАДИ, НАХОДИВШИХСЯ ПРИ ПОТЕРПЕВШЕМ

Субъективными признаками кражи, совершенной из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем, являются субъективная сторона и субъект преступления.

По точному определению В.Н. Кудрявцева, субъективная сторона преступления представляет собой своеобразную «модель» объективной стороны в психике субъекта. Она включает интеллектуальное и волевое отношение лица к совершаемому им деянию и его последствиям (вина), цели и мотивы его деятельности, а также эмоциональное состояние, характеризующее его психику в момент совершения преступления1.

Вина является обязательным признаком субъективной стороны преступления. Традиционно под виной понимают психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному действию или бездействию и к наступившим в результате этого общественно опасным последствиям2.

Субъективная сторона рассматриваемого преступления предполагает установление двух обязательных признаков:

1)умышленной формы вины в виде прямого умысла;

2)корыстной цели.

1 См.: Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. 2-е изд. М.: Юрист, 2004. С. 88.

2См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (научно-практический, постатейный). 3-е изд. / под ред. С.В. Дьякова и Н.Г. Кадникова. М.: Юриспруденция, 2015. С. 82.

35

Карманная кража может совершаться только с прямым умыслом, поскольку виновный имеет определенную цель преступления – корыстную, которая в свою очередь подкрепляется корыстным мотивом.

Применительно к материальным составам преступления, к которым относится и данный вид кражи, а также в соответствии со ст. 25 УК РФ прямой умысел заключает в себе три взаимообусловленных признака:

1)осознание лицом общественной опасности своих действий;

2)предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий;

3)желание наступления этих последствий.

Таким образом, в предметное содержание прямого умысла при совершении карманной кражи входит совокупность трех признаков: 1) осознание виновным, что он тайным, ненасильственным способом, противоправно и безвозмездно изымает чужое имущество в присутствии потерпевшего и (или) посторонних лиц, но незаметно для них; 2) предвидение субъектом преступления реальной возможности или неизбежности причинения в результате своих противозаконных действий прямого имущественного ущерба собственнику; 3) желание виновным обращения чужого имущества в свою пользу или в пользу других лиц и причинения при этом имущественного ущерба собственнику.

Первые два признака характеризуют интеллектуальную сторону прямого умысла, а третий признак – его волевую сторону. Интеллектуальная сторона определяет содержание умысла, а волевая сторона – его направленность. Выяснение содержания и направленности умысла является необходимой предпосылкой правильной квалификации преступления.

Представляет особый интерес изучение особенностей прямого умысла, характерных для карманной кражи. Анализируемое преступление совершается с неопределенным (неконкретизированным) умыслом. Данный вид умысла не представляет собой самостоятельной формы вины, он существует в рамках прямого умысла и выделяется в зависимости от четкости предвидения характера общественно опасных последствий совершаемого виновным деяния.

36

Неконкретизированный умысел заключается в том, что у субъекта имеется общее представление о причиняющих свойствах деяния и его последствиях, которые хотя и охватывались в общей форме предвидением виновного, однако величина причиненного ущерба не была конкретизирована.

По мнению большинства исследователей, при совершении преступления с неопределенным умыслом ответственность всегда наступает в соответствии с фактически наступившими последствиями1. Однако в доктрине уголовного права некоторые авторы допускали ответственность в соответствии с направленностью умысла на наиболее тяжкое последствие2.

В судебно-следственной практике возникает вопрос о том, как квалифицировать преступления, совершенные с неопределенным умыслом. Мы считаем, что ответственность в подобных случаях должна наступать в соответствии с фактически наступившими последствиями. Но если же преступные последствия не наступили, то виновный подлежит ответственности за покушение на преступление.

При неопределенном умысле (в случае совершения карманной кражи) субъект преступления желает наступления любых вредных последствий, однако не представляет точно и ясно, в какой денежной сумме они могут быть выражены. По мнению В.В. Векленко, чаще всего именно хищения совершаются с неопределенным умыслом, т.е. «… виновный не может, как правило, с точностью осознавать, каков будет причиненный его действиями ущерб и, тем более, каково материальное положение потерпевшего в тот или иной момент»3. Учитывая направленность умысла виновного на завладение имуществом как можно в большем размере, а также корыстную цель, к достижению которой он стремится, при ненаступлении вредных последствий для собственника ввиду отсутствия денег в кошельке содеянное следует рассматривать как покушение на преступление.

1См. Уголовное право России. Общая часть. Особенная часть: учебник по специальностям «Правоохранительная деятельность», «Правовое обеспечение национальной безопасности» / под общ. ред. д. ю. н., проф. Н.Г. Кадникова. М.: ИД «Юриспруденция», 2013. С. 132; Рарог А.И. Субъективная сторона и квалификация преступлений. М., 2001. С. 49.

2См.: Никифоров А.С. Ответственность за телесные повреждения по советскому уголовному праву. М.: Госюриздат, 1959. С. 91–92.

3См.: Векленко В.В. Квалификация хищений: Монография. Омск: Омск. Акад. МВД России, 2001. С. 174.

37

Приведем пример из судебной практики, иллюстрирующий совершение кражи с неопределенным умыслом.

К. был признан виновным в совершении кражи из одежды, находившейся при потерпевшем (п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ). К., действуя умышленно, из корыстных побуждений, подошел к Л. и, действуя незаметно для потерпевшего, похитил из кармана брюк, находившихся на потерпевшем, деньги в сумме 310 рублей, обратив их в свою пользу, а в дальнейшем распорядился ими по своему усмотрению. Суд в приговоре указал, что К. была похищена незначительнаясумма, однакооннеможетбытьосвобожденотуголовной ответственностивсвязисмалозначительностьюдеяния, поскольку его умысел был неопределенным, он не знал, сколько денег находилось у потерпевшего в кармане1.

В подобных случаях возможно освобождение от уголовной ответственности при наличии предусмотренных законом оснований в связи с деятельным раскаянием или в связи с примирением с потерпевшим в рамках ст. 75, 76 УК РФ.

Однако по другому уголовному делу был вынесен оправдательный приговор, поскольку виновная, совершая карманную кражу, действовала с определенным умыслом.

Всудебномзаседаниибылоустановлено, чтоР. виделауО. вкармане сумки именно две денежные купюры достоинством 100 рублей каждая, частькоторыхвиднеласьизкармана, ееумыселбылнаправленна хищениеименноэтойсуммыденег, тоестьееумыселвданномслучае небылнеопределенным. ПоказанияР. свидетельствуютобумыслена хищениеименно200 рублей, анеинойсуммы, ничемнеопровергнуты, темболее, чтообъективнокупюрыразногодостоинстваотличаютсядруготдругацветомирисунком, каких-либоспециальныхпознаний для того, чтобы их отличить, даже при условии того, что была видна только часть купюр, не требуется. Сумма ущерба для потерпевшей объективнонеможетявлятьсязначительной, посколькуонаимелаис- точникидоходаинеимелакаких-либолицнаиждивении.

В соответствии со ст.14 УК РФ преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК РФ под угрозой наказания. Преступлением не является дей-

1Обвинительный приговор Кировского районного суда г. Иркутска от 30.06.2011 // СПС «Росправосудие». URL: https://rospravosudie.com (дата обращения: 01.02.2016).

38

ствие, хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. По мнению суда, данное хищение не может быть признано общественно опасным деянием, а потому требующим назначения уголовного наказания, в силу его малозначительности, а потому Р. следует оправдать за отсутствиемвеедействияхсоставапреступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ст. 158 ч. 2 п. «г» УК РФ, в силу малозначительности совершенного ею деяния1.

Обязательным признаком субъективной стороны состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, является также корыстная цель, поскольку она указана в законодательной дефиниции понятия хищения (п. 1 примечания к ст. 158 УК РФ).

Корыстная цель – стремление у виновного лица получить материальную выгоду незаконным путем, а также реальную возможность владеть, пользоваться и распоряжаться чужим имуществом как своим собственным; стремление обогатиться, удовлетворить материальные потребности за чужой счет, без затрат своего труда.

На наш взгляд, наиболее точно определяет содержание корыстной цели Н.А. Лопашенко. Так, автор пишет: «Корыстная цель в хищении налицо, если виновный: 1) стремится к личному обогащению; 2) стремится к обогащению людей, с которыми его связывают личные отношения; 3) стремится к обогащению соучастников хищения; 4) стремится к обогащению людей, с которыми он состоит в имущественных отношениях»2.

Факультативным признаком субъективной стороны рассматриваемого преступления является корыстный мотив.

Таким образом, корыстный мотив – внутреннее, осознанное побуждение паразитического характера, выражающееся в стремлении удовлетворить материальные потребности преступным путем.

Представляет определенный интерес классификация корыстной мотивации, предложенная Э.С. Тенчовым и Т.М. Явчуновской. Указанные авторы выделяют корысть-нужду,

1Оправдательный приговор Кировского районного суда г. Иркутска от 30.08.2010 // СПС «Росправосудие». URL: https://rospravosudie.com.

2 Лопашенко Н.А. Указ. соч. С. 231.

39

корысть-долг, корысть-паразитизм, корысть-потребительство, корысть-накопительство, корысть-престиж, корысть-легкомыс- лие, корысть-производственную необходимость1.

Называя цель, к которой стремится виновный, и мотив, которым он руководствуется, одинаково корыстными, по мнению С.М. Кочои, законодатель внес путаницу как в практику, так и в теорию2. Таким образом, происходит смешивание понятий мотива и цели преступления.

Многие специалисты в области уголовного права признают корыстный мотив обязательным признаком всех форм хищения чужого имущества3. Однако мы не согласны с данным утверждением и считаем, что корыстный мотив не носит обязательного характера. В более ранних научных трудах об этом также упоминалось. Например, В.Н. Литвинов мотивами несовершеннолетних участников групповых корыстных преступлений против собственности называл «желание утвердить себя как умеющего жить»4. В свою очередь, И.С. Тишкевич и С.И. Тишкевич утверждали, что «корыстные мотивы при хищении не обязательно должны быть единственными»5. Таким образом, при совершении карманной кражи виновные руководствуются не только корыстным мотивом, но и другими мотивами (стремление приобрести авторитет у окружающих; игровой, азартный мотив, как правило, у начинающих воров; стремление не утратить преступных навыков по изъятию имущества и другие скрываемые мотивы).

В современной юридической литературе также отмечается, что мотивация содеянного при хищении может быть и не корыстной, что не исключает квалификации содеянного по соответствующим статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за хищения. Например, хищение может быть совершено сугубо по политическим мотивам, когда все похи-

1См.: Тенчов Э.С., Явчуновская Т.М. Корыстная мотивация преступлений // Современные проблемы правоведения. Кемерово, 1994. С. 138–142.

2См.: Кочои С.М. Ответственность за корыстные преступления против собственности: учебнопрактическое пособие. М.: Антэй, 2000. С. 111.

3См.: Уголовное право России. Особенная часть: учебник / под ред. В.П. Ревина. М.: Юстицинформ, 2009. С. 201.

4См.: Литвинов В.Н. Корыстные посягательства на личную собственность и их предупреждение. Минск: Минск. гос. ун-т, 1989. С. 149.

5См.: Тишкевич И.С., Тишкевич С.И. Квалификация хищений имущества: научно-практическое и учебное пособие. Минск: Репринт, 1996. С. 42.

40